Ужин в старом театре

Несмотря на воскресный вечер, пробок на дорогах не было. Потому к нужному адресу я прибыл за десять минут до назначенного времени.

Перед входом в ресторан была раскатана красная дорожка, напротив которой и остановился извозчик. Мужчина в ливрее раскрыл дверь, выпуская меня наружу.

— Здравы будьте, — поклонился он мне.

Второй встречающий ждал меня на последней ступени крыльца высокого здания без окон. Слуга приветливо улыбнулся, поздоровался и потом спросил:

— У вас заказан столик, господин…

— Чехов, — с готовностью подсказал я.

Парень сверился с планшетом, который держал в руках, и кивнул:

— Добро пожаловать, господин Чехов.

Он открыл дверь, и я ступил за порог. Стало понятно, почему ресторан считался достойным местом для знати. В помещении ранее располагался театр. Потолок был невероятно высоким и под его расписным куполом порхали яркие птицы, созданные из огня. Порой они сплетались, формируя из своих тел драконов, и те рассыпались искрами, которые таяли высоко над головами посетителей.

Две мраморные лестницы вдоль стен уводили на галерку, где располагались столики для особых гостей. Их невозможно было рассмотреть за искусно созданной зеркальной водяной дымкой и оставалось лишь догадываться, какие люди могли наблюдать за остальной публикой, расположившейся внизу.

Сцена была на месте, и на ней разместились музыканты с инструментами. Звучала ненавязчивая мелодия, по залу ходили изящные официанты в темных фраках. Они удерживали в воздухе подносы, используя воздушную стихию.

На стенах виднелись окна, которые на самом деле не существовали. За иллюзорными стеклами заходило солнце над морем. Вдалеке качались парусные лодки. Смотрелось это эффектно.

Я огляделся, признавая, что очередь в месяц была оправдана. Если бы не громкая фамилия моего отца, то я вряд ли смог попасть сюда. Тут мне подумалось, не переборщил ли я с извинением перед Натальей. Ведь она, чего доброго, может решить, что я излишне заинтересован в том, чтобы произвести на нее впечатление.

— Добрый вечер, — ко мне подошла распорядительница в черном закрытом платье и с бейджем на груди. — Рада приветствовать вас в «Званом ужине». У вас зарезервирован столик?

— Здравствуйте. Столик был заказан моим помощником, — сообщил я. — На фамилию Чехова.

Девушка коротко поклонилась и открыла папку, чтобы проверить список.

— Вы ожидаете спутников, правильно? — она лучезарно мне улыбнулась.

— Одного или двоих, — подтвердил я. — Девушка, скорее всего, будет с сопровождением.

— Хорошо, — она что-то отметила на листе бумаги.

— И еще, чуть позже сюда доставят цветы. Прошу принести к столу.

— Как скажете, ваша светлость.

С пальцев девушки соскользнули искры и сложились в изысканную бабочку. Та зависла передо мной, демонстрируя роскошные крылья.

— Она проводит вас до вашего столика, — распорядительница махнула рукой, отсылая иллюзию вперед.

— Благодарю.

Я направился вслед за бабочкой, и она привела меня к столику, недалеко от сцены, рядом с высоким тонким деревом, произрастающим словно из пола. Здесь не экономили на стихийниках. Крылатая иллюзия опустилась посреди столешницы на небольшую табличку со словом «зарезервировано» и та растаяла. А рядом со мной оказался слуга и с готовностью отодвинул стул, предлагая присесть.

Я занял место и осмотрелся уже более внимательно. За соседними столами расположились гости высокого ранга. Об этом свидетельствовали украшения и дорогие костюмы. Дамы демонстрировали красивые туалеты и вечерние прически. До меня доносились обрывки разговоров и смех, перемежающийся звоном бокалов.

Некоторые столы были пусты, а на них светились таблички, говорящие, что скоро тут появятся посетители.

Я взял со скатерти программку. На обложке была фотография красивой девушки, которую я видел в утренней газете. Надпись гласила, что сегодня в заведении будет выступать Регина — прима императорской оперы. Внутри нашлась информация о романсах, которые исполняет певица и ее биография. Несмотря на достижения, девушка была простолюдинкой. А это значит, что она и впрямь была талантлива, а не занимала должность, благодаря происхождению.

— Добрый вечер, — рядом оказался официант и положил передо мной меню. — Меня зовут Жорж. Сегодня я буду вас обслуживать.

На бейдже я заметил отчество, но понимал, что парень не называл его намеренно. Полагаю, что в этом заведении работали бастарды, но на этом не акцентировалось внимание гостей.

— Я ожидаю компанию. Могу ли я заказать еду чуть позже?

— Конечно, ваша светлость, — парень поклонился. — Вам достаточно будет коснуться бабочки, и я тотчас буду у вашего стола.

Я открыл папку и ознакомился со списком блюд. Улыбнулся. Страшно представить, как был бы шокирован местными ценами Фома. Закрыл папку и в этот момент услышал:

— Мастер Чехов, какая встреча.

Я обернулся. В нескольких шагах от меня стояла недавняя знакомая, адвокат Свиридова.

Елена Анатольевна выглядела идеально. Она была облачена в красное шелковое платье с глубоким вырезом. Темные волосы были собраны в высокую прическу. Длинные серьги качнулись, когда княжна наклонила голову к плечу, рассматривая меня в ответ.

— Вы умеете выглядеть эффектно, — признал я. — Какими судьбами?

Елена Анатольевна присела за столик, и улыбнулась:

— Семья Свиридовых соблюдает старые правила этикета. И моя младшая сестра не может выйти в свет на вечерний раут без сопровождения.

— Вот оно что, — протянул я мгновенно напрягшись, и Свиридова кивнула:

— Но я очень прошу, чтобы вы сделали вид, что мы незнакомы, когда прибудет Наталья.

— С радостью, — произнес я.

— Мне хватило разговоров о вас за обедом и потом, когда сестра упросила меня пойти с ней.

— Упросила? — уточнил я. — Вы не хотели попасть в это заведение?

— Бросьте, — отмахнулась девушка. — Все вы понимаете. Понятия не имею, как вам удалось зарезервировать тут столик…

— Чудом, — я улыбнулся и добавил, — Кстати, где ваша сестра?

— Отлучилась в комнату для девочек, — ответила Елена Анатольевна.

За столом повисло неловкое молчание, и я прервал его, задав вопрос как того требовал этикет:

— Как ваши дела?

— С тех пор как вы надумали связать свою жизнь с адвокатурой — не очень, — ответила Елена, решив отступить от норм этикета. — Сначала вы влезли в дело Соболева, сегодня мне звонила моя старая подруга Николаева. Она возмущенно рассказывала, что некий адвокат Чехов встретил ее у кафе и угрожал ей карами с небес, если она не вернёт мануфактуру бастарду Галицкому.

Я удивленно поднял бровь:

— Прямо-таки угрожал?

— И давил именем отца, — продолжила Свиридова.

— Искупитель с вами. Я просто предупредил, что подам жалобу в Торговую Палату, чтобы сделку аннулировали. Вот и все. Я не понимаю, как вы, с большим опытом работы, смогли оставить мне лазейку в виде нарушения процесса покупки при составлении договора.

Елена Анатольевна пожала плечами:

— Я советовала совершить рыночную оценку. Со своей стороны сделала все что могла. Кристина Олеговна на редкость упрямая, и не прислушивается к советам. Галицкий сильно ее задел, когда решил соревноваться с аристократкой. Поэтому она хотела максимально грубо поставить его на место. И потребовала назначить минимальную и самую унизительную цену.

— Понимаю. Мне жаль, что вы оказались замешаны в эту историю.

— Нет, в этом случае я даже хотела бы сказать вам спасибо. Кристина Олеговна наконец поняла, что иногда стоит учитывать мудрые советы. И я посоветовала, как вывернуть ситуацию в свою пользу.

— Это как? — не понял я и насторожился.

Свиридова улыбнулась, и я отметил, что она стала при этом на редкость красивой.

— Завтра узнаете, Павел Филиппович. Пусть это будет для вас сюрпризом.

— Заинтриговали.

— Вы уже познакомились?

Голос Натальи прервал беседу. Я обернулся. Девушка стояла у стола. И смотрелась она не хуже своей сестры. На ней было вечернее платье глубокого зеленого оттенка, которое подчеркивало ее подтянутую фигуру. И намекало на цвет силы. Каштановые волосы были подняты наверх и собраны в свободный узел. Несколько прядей обрамляли нежное лицо.

— Добрый вечер, Наталья Анатольевна. Прекрасно выглядите, — я поднялся и взял протянутую мне ладонь, чтобы коснуться губами костяшек ее пальцев.

— Спасибо, Павел Филиппович, — ответила девушка. — Вы тоже сегодня выглядите достойно.

Я отодвинул стул, помогая даме сесть.

— Благодарю.

Наталья устроилась, и я вернулся на свое место:

— Я ещё раз хотел бы извиниться за то, что нанес вам оскорбление и не пригласил на обед, как обещал.

— Вы исправили свою ошибку, пригласив меня в такое великолепное место, — ответила девушка. — Даже не представляю, как вам удалось забронировать здесь столик на сегодняшний вечер.

— Смею предположить, что при заказе Павел Филиппович забыл упомянуть, какой именно Чехов появится сегодня в высшем свете, — ответила за меня Елена. — Хитрый ход. Я бы поступила так же.

— Вы уже познакомились с моей сестрой? — уточнила Наталья. — Она тоже адвокат, как и вы.

— Да, мы уже даже успели немного обсудить право, — ответил я, и природница нахмурилась и бросила злой взгляд в сторону сестры.

Но старшая Свиридова была невозмутима. Взяла меню и принялась изучать позиции, выбирая заказ. Наталья же с интересом посмотрела на меня:

— Софья Яковлевна сетовала на то, что вы крайне редко ее навещаете.

— Увы, очень много работы, — ответил я.

Елена Анатольевна усмехнулась, но не стала комментировать мою реплику. Вместо этого оглянулась и коснулась бабочки. Это значило лишь то, что девушка бывала тут раньше и знала правила вызова персонала. Наталья начала выбирать заказ. Я последовал ее примеру.

— Вы уже определились? — с улыбкой уточнил Жорж у Елены.

Мы по очереди сделали заказ.

Девушки решили отведать красной рыбы с гранатом и орехами. А я ограничился олениной с вишневым соусом и запеченными томатами. Из напитков я выбрал белое полусладкое. А мои спутницы ограничились морсом. Наталья хотела было возмутиться, но старшая сестра помрачнела и младшая стушевалась.

Официант записал все в блокнот и удалился, предупредив, что заказ будет подан через четверть часа. И едва Жорж ушел, между мной и Натальей завязалась беседа. Елена же в основном молчала, осматривая зал и гостей. Младшая Свиридова охотно расспрашивала меня, но больше рассказывала про себя.

От нее я узнал, что девушка училась на антикризисного приказчика, и до окончания лицея у нее было долгих два года. Учеба ей очень нравилась, и она с нетерпением ждала практики.

Беседу прервал официант, который подошел к нашему столику. Рядом с ним плыли два подноса, накрытые воздушными куполами. Они казались мутными из-за высокой температуры внутри. Как только полупрозрачная преграда исчезла, до моего носа добрались аппетитные ароматы. Блюда воспарили и опустились на столешницу напротив каждого из гостей. Затем на край стола прилетела корзинка с хлебом нескольких видов.

Графины с напитками также оказались на столе.

Трапеза была красива не только на вид, но и на вкус. Я с большим удовольствием нарезал кусок мяса на ломтики и неожиданно поймал заинтересованный взгляд Натальи.

— Желаете отведать? — спросил я шепотом.

— Я притворюсь,, что ничего не заметила, — негромко сообщила Елена и демонстративно отвернулась.

Заговорщически улыбнувшись, я подвинул тарелку к младшей Свиридовой. Та стянула вилкой кусочек оленины и зажмурилась от удовольствия.

— Могу дополнительно заказать вам это блюдо, — предложил я.

— Мне хватит просто попробовать, — отмахнулась девушка и взяла еще кусочек.

Отчего-то ее бесхитростность показалась мне очаровательной. И еще приятнее было молчаливое одобрение сестры. Она лишь бросила на Наталью снисходительный взгляд и улыбнулась. Видеть ее такой было непривычно. Елена до того казалась строгой и хищной, а сейчас продемонстрировала себя с иной стороны.

— А ведь сегодня тут выступает Регина, — сообщила Наталья.

— Я надеялся, что вам понравится, — признался я. — К сожалению, мне неизвестна эта дива.

— Ах, не надо лукавить, — вырвалось у Елены. — Кто не знает Регину?

— К сожалению, я не особо слежу за светской жизнью, — я пожал плечами. — И телевизор редко смотрю. К примеру, сегодня, я встретил звезду и не понял, что это важная дама.

— Кого? — хищно подобралась Наталья.

— Запамятовал ее имя, — я и впрямь не смог вспомнить, как звали даму из лавки Велецкого. — Но она мне рассказала, что такие вот браслеты, — я указал на украшения на запястье младшей Свиридовой, — изготавливал монетный двор и их подделок не бывает. Она не солгала?

— Она права… — начала Елена.

— А кому вы собрались их покупать? — осведомилась Наталья и поджала губы.

— Никому, — быстро ответил я. — Но видел их на одной девице…

— На какой? — вдруг от Свиридовой пахнуло силой, и ее сестра положила на плечо девушки руку.

— Господин Чехов, ваш заказ, — прервал нас спокойный голос, и я с облегчением обернулся к официанту.

Взмахом руки он убрал посуду и поместил на столешницу цветы. Перед девушками предстал нежный букет ромашек и горшочек с фиалками.

— О, — умилилась Наталья и взяла в руки белые цветы. — Это мне?

— Горшок явно предназначался для сопровождающей тебя тетушки, — отозвалась Елена и взяла фиалки. — Мне теперь придется их поливать?

— Я могу ввести их в стазис, — с гордостью сообщила младшая Свиридова.

Она провела ладонью над своим букетом, и он засиял мягким светом, который почти сразу истаял, оставшись в центре каждого соцветия крохотной искрой.

— А я попробую обычным способом не дать им погибнуть, — Елена убрала свой горшочек на край стола.

— Спасибо, — Наталья вдохнула аромат цветов и зажмурилась. — Я больше на вас не обижаюсь.

— Я рад.

В этот момент свет в зале приглушили, и над куполом раздался голос распорядительницы:

— Дамы и господа, дорогие гости «Званого ужина», мы рады предложить вам изысканное развлечение — выступление примы имперской оперы, несравненной Регины.

Все разговоры стихли.

На сцену меж тем выплыл дым, а в нем плавно двинулась фигура. Она остановилась рядом с установленной стойкой микрофона.

Я не мог не признать, что девушка и впрямь была великолепна. Темные волосы рассыпались по плечам. Синее расшитое бусинами платье эффектно подчеркивало высокую грудь и открывало спину.

Девушка притянула к себе микрофон и выдохнула в него. Усиленный стихиями звук разнесся по залу. По моей коже прокатились мурашки. Я невольно подумал, что девушка владеет силой, хотя ее и не ощущается.

Ее голос распорол тишину, и я задержал дыхание. Уже потом я не мог вспомнить, была ли музыка или голос Регины звучал без сопровождения. Но когда я очнулся, гости ресторана вставали с мест и хлопали. Наталья тоже вскочила на ноги и зааплодировала.

Я краем глаза заметил движение наверху. И успел увидеть, как сквозь зеркальную пелену на галерке у самой сцены пролетело что-то крупное. Этим чем-то оказался ворох ландышей. Цветы закружились вокруг певицы и она смущенно обхватила себя руками. Растения образовали вихрь, который вдруг показался угрожающим, а потом все стихло, и некоторые цветы собрались в небольшой букет. Он повис перед Региной, и девушка робко взяла его в руки. Певица поклонилась и молча пошла прочь, ступая по сломанным ландышам, которые повредились во время полета.

Произошедшее отчего-то произвело на меня тягостное впечатление. Судя по тому, как в мою руку вцепилась Наталья, не только на меня.

Гости вернулись на свои места. Музыканты принялись играть. Раздался звон бокалов, а чуть погодя и немного нервный смех. Спустя минуту зал вновь наполнился жизнью.

— Она великолепна, — с неожиданной грустью произнесла Елена и тряхнула головой. — Спасибо вам, Павел Филиппович, что пригласили нас сюда. Думаю, моя сестра обязана вас простить после такого щедрого подарка.

— Только после десерта, — сообщила Наталья и беспечно улыбнулась. Я не возражал.