Утро начинается в обед

За прошедший выходной день и часть ночи я вымотался так, что с трудом дополз до кровати. И едва моя голова коснулась подушки, как я моментально провалился в глубокий сон.

Утро же началось с того, что в мою комнату прибыл призрак, который меня и разбудил.

— Знаю, что обещала к вам не заходить без разрешения, но я стучала, — раздался над моей головой негромкий голос.

Я открыл глаза и уставился в нависшую надо мной Любовь Федоровну. Вопреки здравому смыслу она парила надо мной горизонтально, скрестив руки на груди и сурово сдвинув брови к переносице.

— Что происходит? — осведомился я и запоздало проверил, наброшено ли на меня одеяло.

— Ты все проспал, — флегматично сообщила женщина и взлетела чуть выше. А затем приняла вертикальное положение и перенеслась к окну. Резким движением ладони отодвинула штору, впуская в комнату яркий дневной свет, который ударил по глазам так, резко, что я невольно охнул и зажмурился.

— Который час?

— Немного позже, чем ты должен был подняться, — сурово ответила Виноградова и покачала головой. — Я собиралась разбудить тебя пораньше, но потом подумала, что стоит наплевать на все дела и дать тебе выспаться.

— Благодарю.

— И заодно отчитать тебя еще раз на свежую голову, — продолжила призрак и уселась в кресло. — Итак, молодой человек. У меня в доме…

— У нас в доме, — автоматически поправил ее я. И тотчас пожалел о сказанном.

— Хорошо! — крикнула женщина так громко, что у меня заложило уши. А потом продолжила прежним менторским тоном. — У нас в доме есть некоторые правила. Как минимум не тащить в него всякую дрянь в виде проклятых предметов.

— Насколько я помню, договоре это прописано не было, — я пожал плечами и подумал, будет ли уместно, если я прямо сейчас отправлюсь в ванную комнату.

— Значит, пропишем этот пункт в числе прочих, — припечатала женщина.

— Прочих? — я напрягся. — Я составил договор с вашей наследницей, которая вступила в свои права и сдала мне дом. Я проверил документы.

Любовь Федоровна вздохнула и подняла глаза к потолку.

— Даже не посоветовавшись со мной. Вселенская несправедливость. Если бы я знала, что погибну в расцвете лет, а мои родственники окажутся такими неблагодарными, то оставила бы помещение благотворительному фонду. Или приюту для сирот.

— Он бы пустил его с торгов, — продолжил я. — И здесь вполне могла бы оказаться проститутошная.

Женщина вздохнула и потерла переносицу:

— Все лучше, чем адвокатский кабинет.

— Я прошу прощения за то, что принес сюда проклятую вещь. Теперь понимаю, что это было опасно и глупо. Мне стоило бы несколько раз подумать, прежде чем приносить непонятного говорящего человечка в наш дом.

— Мой дом, — настырно повторила Виноградова. — Потому как ты здесь арендатор и не сегодня-завтра съедешь.

Она вновь вздохнула и снова уставилась в потолок, где покачивались солнечные блики, которые отбрасывала вода в канале.

Яркое солнце немного меня настораживало. Я нахмурился и уточнил:

— Сколько сейчас времени?

— Полдень миновал, — флегматично сообщила женщина и невинно уточнила, — а у тебя были планы?

Я застонал и закрыл лицо ладонями и приглушенно спросил сквозь пальцы

— Мне звонили?

Призрак нахмурилась, словно бы вспоминая:

— Кто-то набирал несколько раз на городской телефон.

— Сколько раз? — сдавленно уточнил я.

Виноградова с трудом сдержала ехидный смешок, но ее лицо сияло удовольствием:

— Около двадцати. А этот твой мобильный разрядился на пятом звонке.

— Я не слышал звука.

— Потому что я убрала его, — с готовностью пояснила женщина.

— Зачем? — уточнил я.

Любовь Федоровна широко улыбнулась:

— Затем что могу это сделать. Хотела тишины и покоя в воскресный день.

— Вы мне мстите, — догадался я.

Призрак с удивлением взглянул на меня:

— Я? Мстила? Искупитель с тобой, я не такая мелочная. И всего лишь намекаю в очередной раз, что тебе стоит выкупить это здание, чтобы никто не смог выкинуть тебя отсюда.

— Вам-то какая печаль, раз я настолько неприятный для вас жилец? — хитро уточнил я.

— Ты поддаешься дрессировке, — призрачная дама насторожилась, словно услышав что-то, но тут же расслабилась. — Подумай, это неплохое вложение денег.

Я многозначительно покосился на женщину:

— В чем оно хорошее?

— Помещение находится в центре столицы. И несмотря на расположение, место здесь тихое, уединенное. Свой двор, закрытый от любопытных глаз…

— И сварливый призрак, который гонит отсюда любых жильцов.

Женщина хмыкнула:

— Ты же остался.

Я встал с кровати и принялся одеваться:

— Потому что я единственный человек на весь Петроград, кто может с вами соседствовать.

— Тем более…

— Никто, кроме меня, не станет претендовать на это жилье.

— Тут я вынуждена с тобой не согласиться, — нервно сообщила Виноградова. — До меня дошли слухи, что в городе скупают недвижимость с мрачной историей. Какие-то безумцы устраивают отели в домах, где водятся призраки.

— И кто готов там селиться?

— Любители пощекотать себе нервы. Дурачки, иными словами.

— Я не знаю, сколько будет стоить такой дом. И не уверен, что смогу позволить себе подобную покупку.

Любовь Федоровна просияла:

— Главное, что ты согласен. А за остальным дело не станет. Я все узнаю и все устрою. Ни о чем не переживай. И хватит спать. Пора уже вставать и разбираться с делами, которые у тебя наверняка есть.

— И с чего вы это взяли?

— Потому что слышу, как твой телефон прыгает под диванной подушкой.

— Вы же сказали, что он разрядился.

— Я его зарядила и включила, — Виноградова была довольна собой. — Чтобы звонящие знали, что ты сознательно игнорируешь людей. И не сможешь потом все свалить на севший аккумулятор.

— И после такого вы хотите, чтобы я купил наш дом.

— Мой дом, — вновь поправила меня женщина и поспешно добавила, — но он станет нашим после покупки.

— Тогда Любовь Федоровна, с вас половина суммы.

— Это предложение? — ее глаза вспыхнули азартом. И я понял, что женщина была готова к такому повороту диалога.

— Я подумаю, — ответил после недолгой паузы и добавил, — если я решу, что моему бухгалтеру стоит доверять подобную сделку…

— Какие грязные намеки, Павел Филиппович.

— Резонные сомнения, — возразил я. — Откуда у вас средства?

— Это неприличный вопрос. Такие вещи у порядочной женщины не спрашивают.

С этими словами Виноградова поднялась на ноги. Затем поправила подол платья, словно он мог помяться, и вышла через ближайшую стену.

Я же отправился в смежную комнату, чтобы освежиться и привести себя в порядок. Быстро принял душ и вышел в гостиную.

На столике лежала диванная подушка, под которой нашелся мой телефон. На экране виднелась цифра пропущенных вызовов и значок полученных сообщений.

С десяти утра мне звонила Наталья. Она же отправила несколько смс. Мне очень не хотелось их открывать, учитывая, что сейчас уже было два часа дня. И я был уверен, что ничего хорошего в мой адрес, в этих сообщениях быть не могло. Но все же открыл и прочитал гневные:

«Я жду вашего звонка», «Где мы с вами встретимся?», «Перезвоните мне», «Я жду».

Я не боялся Рипера и не испытывал тремора перед Шулером, который, как оказалось, мог выкинуть меня в другой мир. Но отвечать Наталье мне было тревожно. Что-то мне подсказывало, что мои объяснения для нее окажутся недостаточно убедительными. Сел в кресло, уставился в экран и вздохнул, вертя в руке телефон. А затем негромко произнес:

— Надо, Паша, надо.

Мой взгляд упал на свежую газету, которую Фома приносил по утрам. На первой полосе виднелась большая фотография с лицом привлекательной девушки с микрофоном. Под фото темнел заголовок: «Украшение званого ужина». Хм. А это уже интересно.

Взял газету и прочел первые строки: «В ресторане „Званый ужин“ выступает звезда императорской оперы…»

Я тотчас затянул узел пояса халата крепче и направился вниз по лестнице.

— Добрый день, вашество, — поприветствовал меня Фома и обеспокоенно уточнил, — все хорошо?

— Очень надеюсь на это, — скороговоркой произнес я и вошел в свой кабинет. Включил компьютер и дождался окончания загрузки. Потом ввел в поисковую строку название ресторана и набрал контактный номер, указанный на сайте.

— Добрый день, — раздался доброжелательный голос. — Ресторан «Званый ужин» рад приветствовать вас.

— Вас беспокоит секретарь господина Чехова, — произнес я холодным тоном. — Моему хозяину нужен столик на сегодняшний вечер. Ориентировочно на шесть. У вас есть свободные места?

На пару секунд в трубке возникла тишина, а потом администратор быстро произнес:

— Подождите буквально одну минуту.

— Хорошо.

Трубка молчала недолго. А затем работник ресторана ответил:

— Столик для господина Чехова зарезервирован на восемнадцать часов. Мы будем рады видеть в нашем заведении вас и вашего спутника.

— Наверное даже двух спутников, — поморщился я, подумав, что Наталья, скорее всего, позовет с собой сопровождение на вечерний раут.

— Хорошо. Будем ждать.

Я положил трубку на рычаги, вновь уставился в экран мобильника. Мне не хотелось обижать девушку. Но ещё больше я не хотел ссориться с бабушкой, которая, очевидно, поддерживала соседку в ее притязаниях. Поэтому после недолгих сомнений я открыл адресную книгу и набрал нужный номер.

Наталья взяла трубку спустя пять гудков. И я мягко начал беседу:

— Здравствуйте, это Павел. Не мог ответить вам раньше…

— Добрый день, княжич, — ласково произнесла девушка и вздохнула, — Извините за мою настойчивость. Я звонила вам несколько раз, потому что полагала, что наша договоренность в силе. Но очевидно, я неправильно вас поняла, и накануне вы не приглашали меня на обед.

Я хотел заметить, что предложение о встрече поступило не от меня, но вовремя прикусил язык.

— К моему великому сожалению, я не смог ответить вам ранее…

— Это я уже поняла, — вновь вздохнула природница.

— Я поступил некрасиво. Но очень хочу искупить свою вину.

— Каким образом? — тотчас оживилась девушка.

— Хочу пригласить вас сегодня на ужин.

— Зачем? — с усмешкой уточнила Наталья. — Чтобы не приди?

— Еще раз простите. Я вас подвел. Мне очень стыдно.

Девушка ненадолго замолчала. Затем произнесла:

— Хорошо. Но это должен быть первоклассный ресторан.

— «Званый ужин» подойдет?

— Там же запись на месяц вперед, — охнула княжна.

— И сегодня там зарезервирован для нас столик. Если вы откажетесь, то я пойму…

Послышался глухой удар. И мне почудилось, что трубка моей собеседницы свалилась на пол. Но Наталья подхватила аппарат и совершенно спокойно продолжила:

— Во сколько вы подадите машину к моему дому?

Я подсчитал в уме примерное время, которое требуется для поездки к ресторану от дома моей бабушки и ответил:

— Вам будет удобно выйти в начале шестого?

Мне показалось, что в динамике послышались посторонние звуки. Словно бы Наталья с кем-то советовалась. А затем природница спросила:

— Столик на шесть?

— Верно.

— Я приеду в ресторан на машине своей семьи, — быстро произнесла девушка. — Очень надеюсь, что вы будете на месте и не окажется, что у вас вновь появились дела.

— Буду ждать вас.

— Хорошо. Я согласна, — торжественно произнесла девушка и добавила спустя секунду, — Но все еще не до конца вас простила.

— Понимаю.

— До встречи, Павел.

— До встречи, — ответил я и собеседница сбросила вызов.

Я положил трубку на стол и выдохнул.

— А в ресторане поняли, что приедешь ты, а не твой батюшка? — спросила Любовь Федоровна, которая сидела, как оказалась, в кресле.

— Не поняли, — вынужден был согласиться я, и Виноградова довольно улыбнулась:

— Хитрый ход. В стиле порядочных Чеховых, верно?

— В таком ресторане вряд ли нашелся бы столик для меня. А вот начальник охранки — совсем другое дело.

Любовь Федоровна приняла заинтересованный вид:

— Девушка стоит таких усилий?

Я растрепал влажные после душа волосы и неуверенно произнес:

— Она милая.

— Уверен? — хмыкнула призрак. — Столько пропущенных звонков меня бы насторожили.

— У девушки только недавно открылась сила. Сейчас Наталья эмоционально нестабильна.

Призрак покачала головой:

— О, это многое объясняет. И ты должен быть с ней вежлив и предупредителен. Я помню, как открывалась сила у меня. Волнительное время.

Ее глаза затуманились, словно Любовь Федоровна оказалась где-то в другом месте и в ином времени.

— Благодарю вас за поддержку, но мне надо собираться.

— И купи девушке цветы, — строго напутствовала меня призрачная дама. — Чудесно подойдут ландыши. В паре улиц вниз по течению есть отличная оранжерея, где их выращивают. Я могу заказать доставку прямо к девушке домой или в ресторан в течение часа.

— Домой… — я нахмурился, вспоминая адрес, у которого встретился с Натальей. — Она ведь может отбыть в салон красоты.

— Значит, в шесть вечера два букета цветов доставят в ресторан.

— Два? — удивился я.

— Скорее всего, девушка прибудет с сопровождением. — И это наверняка будет компаньонка из числа подруг или кузин. И ей тоже положено презентовать цветы. Но немного другие.

— Гвоздики? — предположил я и едва увернулся от летящего в голову блокнота.

— Иди собирайся! — крикнула мне вслед хохочущая Виноградова.

Фома проводил меня удивленным взглядом и поспешно юркнул на кухню, беспокоясь, как бы и в него не прилетело что-то тяжелое.

Я вошел следом и уточнил:

— Есть что перекусить?

— Конечно, вашество. Я вернулся с торговых рядов утром. Попросил передать кухаркам, чтобы пришли к нам за двойной оплатой. В конверте с деньгами был список всех кухарок. Наша Любовь Федоровна очень с этим помогла.

— Она у нас такая.

— Сегодня у нас предпоследняя промокация. Я оплатил ее сразу же, как получил. А на завтра заказ был уже принят.

— С этим разобрались, — довольно протянул я и оценил румяный пирог, у которого был отрезан внушительный ломоть.

— С рыбой, — сообщил Фома с придыханием. — Надеюсь, та женщина, которую вы решили нанять, будет готовить не хуже. И про комки с рисом наслышана.

— Если и нет, то научится, — успокоил я помощника. — Уверен в этом.

— Хорошо, — парень поставил передо мной блюдо с ломтем белой рыбы и обжаренными овощами. — А вы пока отведайте эту промокацию.

Я был вынужден признать, что еда была прекрасна. Еще неизвестно, чем меня будут потчевать в ресторане.

— Чем вы собираетесь заниматься вечером? — поинтересовался слуга, когда я уже допивал чай.

— Сегодня я еду в ресторан. И могу вызвать такси, если у тебя есть планы на вечер.

— Планы? — удивился Фома.

— Ну, у тебя ведь могут быть свои дела и вечер воскресенья можешь использовать на свое усмотрение.

— Даже не знаю, — растерялся парень. — Я бы наверно… — он покраснел. — Но это глупо…

— Поверь, нет ничего глупого в том, чтобы делать что-то для себя. У тебя выходной и ты можешь провести его как сам пожелаешь.

— Спасибо, — Питерский расплылся в улыбке и задумчиво посмотрел в окно. — У меня не было выходных. Я всегда в выходной на другой работе трудился.

— Пора начинать жить по-новому, — я хлопнул парня по плечу, а потом громко сказал в сторону лестницы, — Любовь Федоровна, выдайте Фоме Питерскому денег для выхода в люди. И не скупитесь, пожалуйста.

— Что вы, вашество, — смутился парень.

— Не спорь. Так положено.

С этими словами я направился в гостиную. Прочел газету, выпил чай. Прослушал лекцию от Виноградовой о ценности денег и моей расточительности относительно Фомы. Отвечать я ей не собирался и когда женщина это поняла, то замолчала и ушла к себе. Она вернулась, положила на столик три десятки и с вызовом посмотрела на меня.

— Вы премию решили парню выдать?

— Это за две недели со сверхурочными, — вздохнула женщина. — Ваш первый аванс я учла. Но этот увалень ведь тратил на продукты. И покупал вещи для моего дома. Я следила.

— Спасибо.

Я ушел к себе, неспешно выбрал костюм синего оттенка с гербовой вышивкой по пацану пиджака, белую рубашку и галстук василькового цвета. Уверен, что для Натальи будет важно, чтобы ее спутник выглядел достойно и потому я добавил на манжеты рубашки запонки с сапфирами. Обувь нашлась в вакуумном пакете. Туфли были начищены до блеска и за это стоило благодарить Софью Яковлевну.

Когда я был готов, часы пробили пять вечера. Я вполне мог пройтись пешком. Нужное мне заведение располагалось не так далеко. Но это было бы несолидно и потому пришлось вызывать такси. Я вынул из кармана телефон и набрал нужный номер.

Машина прибыла через пять минут, о чем меня уведомил диспетчер. И когда я вышел из дома, авто уже было подано к крыльцу, а задняя дверь, у которой стоял водитель в чёрной форме, была распахнута.

Я кивнул и занял место на заднем диванчике. Извозчик закрыл дверь, обошел авто и сел за руль. И такси выехало из двора.