14

Маня рассеянным взглядом скользила по обстановке в квартире Димы и не могла поверить, что согласилась сюда приехать. Видимо, нервотрёпка последних дней совсем выбила её из колеи. Как она могла повестись на это и позволить уговорить себя на ночёвку в его холостяцком логове. Неожиданно возникло желание повернуться и убежать. Но Дмитрий, видимо, уловив её состояние, тут же забрал её плащ и мягко, но настойчиво подтолкнул в сторону дивана.

— Заходи. Извини за беспорядок — домработница придет только завтра с утра. Хочешь поесть или выпить?

— Нет, я слишком устала.

— Ну, тогда в душ и спать?

— Ну да. Нужно было зайти в мою квартиру и взять халат и пижаму.

— Тебя устроит мой халат и футболка?

— Твоих девушек обычно устраивало?

— Ну, ты не моя девушка. Надеюсь, пока. И я терпеть не могу, когда женщины трогают мои вещи.

— Почему же для меня делаешь исключение?

— Ты знаешь, сам не знаю, почему, но у меня такое чувство, что для тебя я готов на многие исключения из собственных правил.

Маня настороженно вскинула взгляд.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Сам пока не знаю. Как разберусь, скажу. Так что ты первая в душ?

— Да, если ты не против. А где я буду спать?

— Думаю, я уступлю тебе свою спальню, а сам лягу на диване. Гостевая спальня еще не готова.

— Нет, так не пойдёт. Я не хочу, чтобы ты завтра встал совершенно разбитым.

— А лучше будет, если спина болеть будет у тебя?

— Это, по крайней мере, справедливо. Ведь это я свалилась тебе как снег на голову.

— Ерунда. Я позвал тебя. Черт, Маня, мы ведь не подростки! Я дал слово, что не стану приставать и, раз тебя так уж волнует самочувствие моей спины, предлагаю спать обоим в спальне. У меня огромная кровать, и мы даже не почувствуем присутствия друг друга.

— Ладно. — Боже, это она сказала? Только что согласилась спать с ним в одной постели?!

— Ладно?! — Видимо, Демон не поверил своим ушам. — Ни споров, ни препирательств — просто ладно?

— Но ты ведь дал слово, что не станешь приставать ко мне.

— Дал.

— Тогда мне нечего опасаться?

— Нечего.

— Ну, тогда давай халат и футболку, и я пошла в душ. Завтра ведь на работу.

Лицо у Демона было слегка шокированным, и он быстро ушёл за требуемым. Что ты творишь, Маня? — спросила она себя. Но странная усталость и апатия быстро затмили доводы разума. Что такого? Глупо отрицать, что ей нравится этот дерзкий Демон. Нравился, когда был наглым и озабоченным, хотя и злил страшно. А после неожиданной метаморфозы, что произошла с ним сегодня вечером, стал нравиться еще больше. Нет, она не наивная девчонка и прекрасно понимает, чего он добивается, изменив своё поведение и проявляя к ней такую неожиданную заботу. Он и не скрывал своих желаний. Но, по крайней мере, он не притворялся, как другие. И это странным образом заводило и позволяло расслабиться. И к тому же Светка права — когда-то нужно себе позволять это. Просто так: без обязательств и планов на будущее. И такой, как Демон, подходил для подобных отношений как нельзя лучше. Оставался момент того, что им дальше придется работать вместе и делать вид, что ничего не было. Но миллионы людей жили так, и ничего — небо не падало на землю. Так, может, и правда пора перестать жить идеалами и мечтами? Нужно стать взрослой девочкой и жить тем, что есть сейчас.

Дмитрий появился с вещами, прервав поток её размышлений.

— Идём. Смотри, ванная тут. Разберёшься?

Маня кивнула и закрыла дверь. Защёлки не было. Ну, правильно, он же жил один, от кого ему запираться. Ванная комната была огромной, с гигантской угловой ванной с кучей наворотов и просторной душевой кабинкой в другом углу. Девушка, быстро раздевшись, встала под душ. Гель для душа был только мужской. Маня понюхала его и голова слегка закружилась. Это был тот самый запах, оттенок которого она уловила, когда они танцевали. Ну, и тогда, когда он разгоряченный после тренировки подошёл к ней в спортзале. Быстро намылив все тело, она ощутила странное чувство, как будто делала что-то интимное, и улыбнулась. Подсушив волосы полотенцем, она надела темно-зеленую мягкую футболку Демона, в которой просто утонула, натянула его банный халат и вышла, шлёпая босыми ногами по полу. Демон вскинулся при виде неё.

— Черт, ты же простудишься!

— Нет, у тебя полы теплые. Я взяла немного твоего геля для душа, надеюсь, ты не против?

Дмитрий замер и Маня видела, как враз потемнели его глаза. Он с трудом сглотнул и неожиданно хриплым голосом ответил:

— Нет. Мне это даже приятно. Если ты больше ничего не хочешь — спальня вон там.

— Ты с какой-стороны привык спать?

— Занимай любую. У меня нет предпочтений. Я в душ. — И Демон как-то очень стремительно удалился.

Маня пожала плечами и пошла в спальню. Да-а-а! Тут, пожалуй, сразу стало видно, где проходит основная часть жизни холостого мужчины. Кровать была просто огромной. Нет, это был целый динозавр мебельного происхождения. Шелковое темно-фиолетовое постельное бельё. Кованые, с замысловатым рисунком спинки. И на одной из них сиротливо висели наручники. Добавьте к этому зеркальный потолок и одну их стен. Ну не спальня, а порностудия какая-то.

— Вот же ж Демон! — усмехнулась Маня.

Ай, ладно, какое ей до этого дело. Она здесь в первый и последний раз. Завтра сменит замки и больше бывать в берлоге этого сексуально озабоченного маньяка она не намерена. Но внутри что-то неприятно царапнуло при мысли о том, сколько женщин прошли через эту постель. Нет, пожалуй, с мыслями о привлекательности Демона она поторопилась.

Пока она рассматривала достопримечательности Демоновой спальни, появился и сам хозяин.

— Что ты… — Он осекся, когда взгляд уперся в наручники.

Мгновенно сориентировавшись, он погасил верхний свет. Но так стало только хуже. Грамотно установленная подсветка сразу создала жутко интимную обстановку. Теперь они оба стояли и смотрели на собственные отражения в противоположной зеркальной стене. Демон пришёл из душа в одних домашних трикотажных штанах и в этом свете выглядел… очень привлекательным. Его взгляд встретился с Маниными глазами в отражении.

— Че-е-ерт! Извини, я не ждал гостей.

Маня была поражена — Демон смущен?

— А если бы знал — быстренько сделал бы ремонт и убрал этот жуткий зеркальный потолок?

— Нет. Быстренько доделал бы гостевую спальню. Ты будешь ложиться или так и будешь здесь стоять молчаливым укором моей сексуальной распущенности? — слова Демона прозвучали излишне резко.

Маня напряглась и повернулась к выходу.

— Знаешь, глупо было это всё. Я, пожалуй, лягу на диване…

— Черт, Мадонна! Ты ведешь себя, как ребёнок!

— Почему? Потому что не хочу спать в постели, где побывало полгорода?

— Это ерунда. Я приехал только десять дней назад!

— А, ну тогда всё впереди! — Так, Маня чего так завелась? Какое ей вообще дело до его похождений?

— Мне что нужно извиниться за то, что я тот, кто я есть?

Девушка сникла и мотнула головой.

— Нет, прости. Это я веду себя просто отвратительно. Ты предложил мне помощь, а я ещё и напрягаю тебя. Извини.

Маня решительно сняла халат, оставшись в футболке, и залезла под одеяло. Дмитрий обошёл постель и лег на другом краю как можно дальше от Мани.

— Спокойной ночи. И спасибо, что приютил.

— Ерунда, я рад, что ты здесь.

Маня и сама не поняла, в какой момент отключилась.

Пробуждение было неожиданно приятным. Маня почувствовала непривычную тяжесть на своей талии и плотно прижатое сзади горячее мужское тело. Ровное теплое дыхание ласкало кожу на затылке и шее, рождая странное приятное чувство какого-то уюта, что ли. Маня шевельнулась, пытаясь выбраться из-под руки Демона. Но неожиданно мужское тело сзади затвердело и рука, расслабленно лежавшая на талии, напряглась, удерживая, ещё плотнее прижимая к телу пока спящего мужчины. И тут Маня с легким чувством паники ощутила, что сзади, в районе её попки, что-то быстро меняется. Демон хрипло выдохнул, его горячие губы скользнули по коже за её ухом. Острая смесь паники и возбуждения прокатилась от этого места по телу вниз.

— Ма-а-а-аня-я! — хриплый, тихий и безумно сексуальный шепот у самого уха заставил все тело напрячься. Кожа, словно обожженная, стала до болезненности горячей и чувствительной.

Рука Демона скользнула на грудь девушки и она непроизвольно выгнулась от этого прикосновения, сильнее прижимаясь в его уже твердому раскаленному доказательству возбуждения. От этого ощущения низ живота скрутила жаркая мучительная судорога.

— Ма-а-аня-я! — болезненный хрип, и губы ласкают нежную кожу за ухом, по телу сладкая судорога. — Хочу тебя… как же я хочу тебя.

«Что ты делаешь?» — вопит жалкий остаток разума, ещё не утонувший в желании.

— Дима! — Маня со стоном впивается в его руку, ласкающую её грудь. — Дима, остановись. Мы опоздаем на работу!

Тело Демона каменеет, потом он откатывается от неё и вскакивает с постели.

— Твою мать! — Маня оборачивается, а он хватает свои штаны и прикрывает ими своё готовое порвать боксеры достоинство. — Черт! Черт! Твою ж… Маня, прости. Я не хотел… то есть… О, черт! Я просто… Это просто был сон, и я…

— Да успокойся. Ничего не случилось. Я понимаю: ты не привык спать и просыпаться один.

— Да! То есть, нет!.. О, мля! Маня, прости. Я совсем не хотел!

— Да успокойся! Я понимаю, что ты вовсе меня не хотел, и это просто досадная ошибка!

— Не ошибка! Я хочу тебя и врать не буду. Но я обещал не приставать к тебе.

— Дим, давай собираться. Нам ещё ко мне домой заходить, чтобы я могла переодеться.

Смущенный Демон — это то ещё зрелище! Он открыл рот, чтобы ещё что-то сказать в своё оправдание, но быстро закрыл, видимо, решив не делать хуже, чем есть. Маня, подхватив халат, умчалась в ванную.

Через полчаса они уже стояли перед дверями её квартиры.

— Мне нужно отдать тебе ключи?

— Да, я поручу Ковалёву, чтобы он лично проконтролировал, как будут менять замки, и чтобы ни у кого не было ключей. К тому же в твоей квартире установят систему безопасности.

— Боже, тебе не кажется это излишним?

— Нет, не кажется! — ответил Дмитрий, орудуя ключами. — Я войду первым и всё посмотрю. Хорошо?

— Спасибо, что делаешь это для меня. И неважно, по каким причинам. Всё равно спасибо, Дима.

Дмитрий кивнул и шагнул в квартиру.

— Твою мать! — раздалось через секунду.

Маня рванула вперед, тут же споткнувшись через что-то и едва удержавшись от падения.

— Стой там!

— Боже! О, господи! Ублюдок, что он натворил! — Маня едва не разрыдалась!

Её квартира была разгромлена в прямом смысле слова! Не осталось ничего целого. Мебель была изломана, вещи изодраны и порваны, посуда разбита. По каждой комнате будто пронесся торнадо, уничтожая всё на своем пути. На треснувшем зеркале в прихожей красовалась надпись её же помадой: «ШЛЮХА».

— Боже мой, что же мне делать? — Маня стояла, не в силах до конца осознать степень разгрома. — Надо на работу, а мне даже переодеться не во что! — Её рассредоточенный взгляд блуждал вокруг.

— Мань! Маня, очнись! — Дмитрий шагнул к ней и встряхнул за плечи. — Ты не можешь сегодня работать. Мы сейчас возвращаемся ко мне, я звоню бабушке и все объясняю. Я вызову Ковалева, и мы будем решать, что с этим делать. Мы разберемся, Маня!

— Но как же? Где мне жить? — Слезы все же прорвались.

— Поживешь пока у меня!

— Это абсурд! Просто невозможно. Ты представляешь, какие слухи пойдут! Все решат, что у нас…

— Роман? Мне плевать, пусть думают.

— Конечно, тебе плевать. Для тебя это ведь только ещё одно очко в твоем послужном списке!

— Маня, тебе нужно успокоиться! Все наладится!

— Да, всё будет просто прекрасно! Меня преследует псих, моя квартира разгромлена, и обо мне станут говорить, что я раздвинула ноги перед новым начальством ради повышения — что может быть лучше?! Все просто прекрасно!

Плечи девушки тряслись от сдерживаемых рыданий. Дмитрий, повинуясь мгновенному порыву, обхватил затылок девушки и, подняв лицо к себе, накрыл её дрожащие губы своими. Маня рванулась от него, молотя кулачками по плечам. Но Дмитрий, подхватив её за талию, резко переставил к стене и прижал своим телом, ловя суматошно мелькающие руки и удерживая на месте. Несмотря на довольно жесткое удержание, целовал её Дмитрий очень нежно, будто уговаривая, успокаивая, но не давая вырваться или прервать поцелуй. Предательское тело ослабло, не желая больше сопротивляться. Мане хватало сил лишь на то, чтобы сдерживать себя и не выгибаться навстречу горячему мужскому телу.

Дмитрий давно отпустил её руки, и она сама не заметила, как обвила его талию, вцепившись в рубашку. Губы Дмитрия ласкали, умоляли, настаивали, властно требовали. Обжигающие волны раз за разом прокатывались по телу вниз, делая его покорным, горячим и желающим большего. А Дмитрий прерывал их поцелуй лишь для того, чтобы дать им обоим глоток воздуха, и атаковал её рот снова и снова. Нежный поцелуй становился всё требовательней и настойчивей. В голове у Мани уже давно заткнулся отчаянный крик разума, задушенный вспыхнувшим желанием. Стало плевать на всё и всех, хотелось только эти властные губы на своих губах и ощущение сильного тела, вжимающегося в её, и этот безумно возбуждающий запах желающего её мужчины. Маня не знала, сколько прошло времени, прежде чем Дмитрий с мучительным стоном оторвался от её губ и прижал её голову к своей груди с бешено бьющимся сердцем. Лицом он зарылся в её волосы на макушке и замер, пытаясь вернуть дыхание в норму.

— Прости, Мань. Я дебил, — произнес он срывающимся хриплым шёпотом.

— Почему?

— Я тебя успокоить хотел.

— Спасибо, успокоил.

— Тебя-то да. А вот что с собой делать, теперь точно не знаю. — Неожиданно Дмитрий засмеялся хриплым бесшабашным смехом. — Ты согласишься встречаться со мной?

— Если ты не заметил — мы ещё не расстались.

— Ты ведь понимаешь, о чём я.

— Понимаю. И тебе не кажется, что говорить об этом посреди моей разгромленной квартиры как-то неуместно.

— Для такого разговора нет неуместных мест. И это не хуже и не лучше остальных.

— Дим, это глупый разговор. Мы слишком разные.

— Я это заметил. Но ещё я сейчас понял, что хочу каждое утро просыпаться, как сегодня — обнимая тебя.

— Может, у тебя просто инстинкт защитника проснулся?

— А давай наплюем на психоанализ. Мне так хорошо с тобой! Разве важно, почему?

— Мы едва знакомы. Ты совсем не знаешь меня, а я тебя.

— Мань, я ведь не замуж тебя зову. Зачем все эти сложности? Я хочу тебя до одурения, ты меня тоже, я это чувствую. Так зачем всё усложнять? Мы ведь взрослые люди и можем себе позволить секс без обязательств, просто потому, что нам этого безумно хочется обоим.

Неожиданно внутри у девушки сжался болезненный комок. Действительно, чего она себе напридумывала. Демон просто хотел её, а она уже решила, что предложение встречаться — это нечто серьёзное. Может, для кого-то это и серьезно, но не для Демона. Просто секс без обязательств. Мане вдруг стало стыдно и горько от того, что так легко поддалась его обаянию. А что: она ведь такая же, как все — просто глупая и слабая женщина, и таких у него целый шлейф. Одной больше — одной меньше, кто же их считает? С болью сразу вернулась холодная ясность ума. Нет, она этого не сделает. Не из упрямства или гордости. Просто не сможет. Вот такая она дура. Не сумеет потом ходить мимо и делать вид, что ничего не было. В общем, не выйдет из неё взрослой женщины. Так и останется глупой девчонкой, верящей, что это должно быть только по любви. Демон, будто почувствовав изменение её настроения, отступил на шаг и всмотрелся в её лицо.

— Что моё предложение неприемлемо? Ты из тех, кто занимается сексом только с далеко идущими планами? Просто страсть тебе не подходит, Мань? Всё должно быть правильно и разложено по полочкам? — голос Демона подернулся льдом. — Значит, я все же прав: ты холодная и расчётливая кукла. Хотя совсем недолго мне казалось, что ты живая и настоящая.

Маня не могла поверить своим ушам. Да он просто избалованный мальчишка! Не получив желаемого по первому требованию, тут же бросается бить побольнее и разрушать все вокруг.

— Знаете, Дмитрий Романович, я очень благодарна за вчерашний вечер и за то, что приютили меня, но степень моей благодарности все же не столь велика, чтобы я выражала её, лежа на спине. Уж извините, что пришлось впустую потратить вечер на меня, а не снять очередную девицу из клуба и использовать свою специфическую спальню по назначению.

— Ну, девицы из клуба хотя бы честнее тебя. Не строят из себя недотрог и занимаются со мной сексом, потому что им это нравится, а не ради далеко идущих планов.

От каждого слова Демона в груди Мани всё рос и рос кусок льда. Собрав все силы, она выпрямилась и задрала подбородок.

— Не смею больше занимать ваше драгоценное время, Дмитрий Романович. Спасибо за великодушное предложение помощи, но, боюсь, цена будет неподъемной. Не смею больше задерживать.

Маня шагнула к двери и широко её распахнула.

— Ты гонишь меня?! — Демон выглядел ошеломленным. — Маня, ты, мать твою, меня прогоняешь?

— Да, — жестко ответила девушка, глядя ему в лицо.

— Ну ты и сука!

От его злых слов у девушки лишь дрогнули губы. Дмитрий вышел на лестничную клетку, за ним захлопнулась дверь, и он ясно услышал, как запирают замки. Маня рассеянно обвела взглядом весь этот разгром. Нужно позвонить начальнице и попросить отгул. Как-то со всем этим нужно разбираться. Самой.

Найдя в сумке сотовый, она позвонила сначала Лейле Олеговне — та, оказывается, была уже в курсе: Демон все же позвонил ей — а затем и в полицию. Буквально в течение получаса её дом превратился в проходной двор. Сначала примчался Ковалёв, потом приехали полицейские и потянулись долгие часы расспросов, осмотров и снятия отпечатков. Так как ничего не разрешили трогать и присесть было не на что, к концу всех следственных действий Маня уже буквально падала с ног от физической и моральной усталости. Когда ушла полиция, Маня отдала ключи Ковалёву и вызвала такси. Выбрать из вещей, что бы взять с собой, ничего не удалось — все было уничтожено. Ковалёв пообещал, что вызовет грузчиков и те вынесут все из квартиры за пару дней и заодно врежут новые замки. Маня безнадежно кивнула — почему-то ей казалось, что новые замки ничего не изменят. Гостиницу она выбрала неподалеку от работы и, взглянув на номер, сразу же отправилась в ближайший торговый центр за вещами. Ведь не осталось даже белья. Купив самое необходимое, она вернулась в номер и провела вечер, бездумно переключая каналы телевизора.