Глава 4

Аверин проснулся от скрипа двери. В камере было светло. Он приподнялся на локте и посмотрел на часы, которые у него почему-то не отобрали. Пять утра. Как ни странно, не отобрали не только колдовской прибор, но даже серебряный кинжал Кузи, и все остальные вещи остались при нем. Странное упущение. Или вещи оставили нарочно? Арест арестом, а работать изволь?

Он повернулся к двери. Николай Антонович шагнул в камеру и остановился напротив.

– Собирайтесь, – велел он.

– На допрос? – нарочито небрежно спросил Аверин. – Одеться можно? Или вы поведете меня в нижнем белье, для пущего устрашения?

– Одевайтесь.

– Тогда извольте выйти из моей камеры. Не волнуйтесь, я не просочусь сквозь пол.

– Не сомневаюсь. Иначе вы бы это уже сделали, – сказал Николай Антонович и вышел. Дверь, однако, закрывать не стал.

Аверин встал, взял с кресла аккуратно разложенную на нем одежду и начал не спеша одеваться. Министерский колдун не торопил его, и, закончив гардероб, Аверин вышел наружу. Он ожидал, что на него наденут наручники, но Николай Антонович только кивнул:

– Следуйте за мной.

Аверин с улыбкой посмотрел на свои руки, а потом перевел взгляд на Артура, который стоял возле двери и сверлил колдуна недоуменным взглядом.

– Не переживайте, – успокоил его Аверин, – это просто следственный эксперимент.

Артур засуетился и принялся закрывать дверь.

– Вы хотели выяснить, убегу ли я из камеры в Пустошь или нет? – поинтересовался Аверин, когда они вышли из ворот крепости. Стало окончательно понятно, что никакого допроса не будет. – Или ловили дива на живца? – Он подождал, но ответа не последовало, поэтому добавил: – Должно быть, вы очень расстроены, что не довелось устроить мне допрос с пристрастием. И проявить все ваши умения. Так что, я свободен?

– Я же велел вам следовать за мной, – внушительно произнес Николай Антонович, проигнорировав шутку.

– А если я откажусь? Больше на фокус с пистолетом вы меня не поймаете.

Министерский колдун остановился, повернулся и посмотрел с некоторым удивлением:

– Это приказ Императорского дива. – Казалось, ему были непонятны возражения пленника. Он повторил: – Следуйте за мной.

– А, ну это в корне меняет дело, – криво улыбнулся Аверин, – куда же я теперь без приказов Императорского дива.

Но на катер, стоящий у причала, зашел и сел на скамейку. Куда его везут? А главное, зачем?

Что ж, скоро все прояснится.

Пересев с катера в служебный автомобиль и проводив печальным взглядом свой «Меркурий», Аверин спросил:

– Я могу хотя бы позвонить брату и попросить забрать мою машину? Она мне дорога, это подарок, да и сама машина не дешевая.

– Нет. Ваш брат не должен знать, где вы, это совершенно секретно.

– Отлично. Я надеюсь, ваш Императорский див компенсирует мне потраченное время, неудобство и купит новую машину, если эту разберут по частям в здешнем захолустье.

– Если вы ни в чем не виноваты – несомненно. – Николай Антонович сел за руль, и они тронулись с места.

Ехали недолго. Увидев очертания самолетов, Аверин понял наконец, куда его везут.

– О, значит, Владимир соизволил-таки удостоить меня личного разговора, – сказал он. Николай Антонович ничего не ответил.

В самолете Аверин устроился в кресле, внезапно довольно удобном, и, проспав весь полет, проснулся бодрым и в хорошем расположении духа. Ему было даже интересно, как Владимир объяснит свой поступок.

Столица встречала сентябрьской утренней прохладой. Аверин поежился, пожалев, что у него нет с собой одежды потеплее. Он слышал, что в Сибири бывают заморозки даже в самом начале сентября.

Николай Антонович все так же молча отвел его в совершенно ничем не отличающийся от предыдущего служебный автомобиль, и через полчаса Аверин уже стоял на ступеньках дворца. Правда, у черного входа.

– Мы пойдем во дворец? – поинтересовался он. – Я думал, Владимир примет меня где-нибудь в своих застенках. У вас ведь тут есть застенки?

– Вы будете удостоены высочайшей аудиенции через сорок минут. За это время соблаговолите привести себя в порядок, – наконец нарушил молчание Николай Антонович.

– Ничего себе, – удивился Аверин, – ее высочество примет меня?

Интересно, каким образом Кузя сумел пробраться во дворец и переговорить с княжной? Владимир пропустил его или хитрец сумел обмануть Императорского дива?

Аверина сопроводили в те же покои, где он отдыхал в прежний свой визит. Он принял душ, побрился и причесался. Одежду у него забрала какая-то женщина, вероятно, горничная, и обратно он получил ее уже отглаженной. Не придворный костюм, но хоть что-то.

Ровно через тридцать пять минут снова явился Николай Антонович. А может, и не уходил никуда министерский колдун, а сторожил под дверью.

– Прошу следовать за мной. – Вероятно, это была его излюбленная фраза.

Через анфилады парадных залов они добрались до богато обставленной комнаты, весьма похожей на будуар.

Сопровождаемый ни на шаг не отстающим Николаем Антоновичем, Аверин прошел на середину, остановился, официально поклонился и замер, разглядывая троицу, к которой у него имелось много вопросов. Княжна сидела на небольшом диване, и Аверину показалось, что выглядит она несколько смущенной, Мончинский расположился у окна и смотрел куда-то в сторону, теребя край шторы. Только Владимир, стоящий за спинкой дивана, глядел прямо, спокойно и безучастно.

– Гермес Аркадьевич! – Кузя тут же оказался за спиной колдуна.

– Подозреваемый доставлен, – доложил министерский колдун.

– Благодарю вас, Николай Антонович, – княжна улыбнулась. Тот мгновение поколебался и заспешил к выходу.

Когда дверь за ним закрылась, княжна поднялась и сделала шаг к Аверину.

– Прежде всего, Гермес Аркадьевич, – произнесла она, – я хотела бы принести официальные извинения за действия… моей администрации.

– Прошу вас, ваше высочество, – статуя, которую до сих пор являл собой Владимир, пришла в движение, и див направился прямо к Аверину, – извинения должен принести я.

Он остановился напротив колдуна. Несколько мгновений они смотрели друг другу в глаза. И Аверин почувствовал, что Кузя за его спиной напрягся.

Но в следующий миг Императорский див опустился на колени.

Аверин только вздохнул:

– Владимир, в этом нет необходимости. Похоже, ты что-то неправильно понимаешь про дружбу. Друг не поступил бы так, как ты поступил вчера. И не стал бы делать то, что ты делаешь сейчас. Поднимись, мне не нужны твои извинения. Мне нужны объяснения.

Див встал, но глаз не поднял.

– Вы хотели вернуть предыдущего Императорского дива. И уже вчера были готовы действовать. Если бы я просто вызвал вас в столицу или попытался поговорить, вы бы поняли, что я все знаю, и могли форсировать события. Я не мог так рисковать.

– Это была его псина, – шепнул сзади Кузя.

– Боюсь, не совсем псина, – так же тихо ответил ему Аверин и вновь обратился к Владимиру: – Ты считаешь, что я настолько безрассуден, чтобы возвращать сюда чудовище, которое никто не может контролировать? И для этого похитил колдунов? Тебе бы стоило побольше доверять мне, Владимир.

Див поднял взгляд и посмотрел в упор:

– Вам бы тоже следовало доверять мне, ваше сиятельство. И рассказать о своих планах.

В этот раз глаза отвел Аверин.

– Ты прав, – признал он, – я должен был поставить в известность и ее высочество, и тебя.

– Я тоже виноват, – тихо пробормотал из своего угла Мончинский. – Я – главный колдун, но вообще ничего не знал…

Мельком взглянув на него, Аверин продолжил:

– Как, я думаю, все уже поняли, я не похищал колдунов. И предыдущего Императорского дива из Пустоши выпускать не собираюсь. Но у меня долг чести перед ним. Я должен достать его из ледяной ловушки, в которую он угодил. Дело в том, что, когда они с Кузей застряли под обвалом, Императорский див спас Кузю, а сам из-за этого провалился еще глубже. Кузя пообещал, что я помогу. К тому же я много думал с тех пор, как… в общем, я считаю, что он сделал довольно много хорошего и полезного для всех нас. Нельзя на целую вечность оставлять его умирать во льду.

– Но если он освободится, то сможет выйти за вами по коридору! – воскликнула княжна.

– Нет, – улыбнулся Аверин, – у меня составлен детальный план. Когда он выберется из-подо льда, я Пустошь уже покину, и коридор будет закрыт.

– Но сможем ли мы после этого исследовать Пустошь? Императорский див знает про коридор и будет караулить.

– Он не знает, где коридор открывается в Пустоши. Кузя нашел его только благодаря тому, что я служил ему маяком. Но есть и еще кое-что. Подозреваю, что Императорский див, скорее, станет нашим союзником, чем врагом. В Пустоши появились новые силы, и, возможно, именно они стоят за похищением колдунов.

И Аверин рассказал все, что знал про дива-пришельца.

– Это не отменяет того, что ваш план очень опасен, – заметил Владимир.

– Да. И я поступил неправильно, никого не поставив в известность, прошу меня простить, – Аверин склонил голову. – Я признаю, что ты имел полное право арестовать меня, Владимир.

Мончинский у окна наконец выпустил из рук штору и радостно улыбнулся. А княжна подошла ближе и взяла Аверина под локоть:

– Позвольте в качестве небольшой компенсации пригласить вас на завтрак, Гермес Аркадьевич. И заодно мы подробно обсудим ваш план.

– Не откажусь, – ответил он, – но нужно накормить и Кузю.

– Кузю приглашаю я, – тут же засуетился Мончинский, – вчера, когда он взял меня в заложники, мы отлично поужинали.

– В заложники?

Мончинский только шире улыбнулся.

Спину приятно грело уже нежаркое осеннее солнышко. Аверин сидел у открытого окна, решив, что стоит насладиться теплом сполна: солнца в Петербурге не будет до весны.

– Не хочешь на озеро? Вода еще вполне, – предложил Василь. – Вера с утра убежала, с Сарой.

– Отпускаешь ее одну?

– Ой, да что может случиться? Вера – дочь русалки, с детства как рыба в воде. А тут еще и Сара приглядывает.

– Оставишь детей в поместье с Анонимусом? Или с собой в Москву возьмешь? – поинтересовался Аверин.

– Возьму. Анонимус им город покажет. Он уже и программу продумал. Куда, во сколько, весь маршрут, представляешь?

– Представляю. Скучно им не будет.

– А я до сих пор не верю, – задумчиво проговорил Василь, – просто представь, меня с супругой пригласили на коронацию! Можно внукам будет рассказывать. Ладно ты – мне вообще непонятно, что ты тут до сих пор делаешь.

– А где я должен быть?

– В столице, конечно. Тебе бы подошла должность Главного придворного колдуна. – Василь посмотрел на брата таким взглядом, что тот не понял, подшучивают над ним или заявление серьезное.

– Ты знаешь, я бы держался подальше от столицы. Но почему-то никак не выходит, – Аверин развел руками, – но, по крайней мере, вы с Марией посмотрите редкое зрелище.

– Вот за это я весьма благодарен. Подумывал даже съездить поглядеть шествие, а тут приглашение непосредственно в Успенский собор. Невероятно!

Внезапно с улицы раздался громкий детский смех.

Аверин обернулся, выглянул в окно и увидел Мишу. Мальчик указывал куда-то на кусты, которые росли недалеко от ограды.

– Смотрите! Смотрите! Кузя за собакой бегает! Огромная! – Миша широко раскинул руки и снова рассмеялся: – Кот гоняется за собакой!

Аверин встал и всмотрелся в кусты. Было тихо, и он услышал негромкое угрожающее рычание. А потом рассмотрел и собаку. Здоровенный серый пес вжался в клумбу и, задрав голову, рычал на Кузю, запрыгнувшего на ограду и взиравшего на него с явным любопытством. Кто угодно, увидев такую картину, подумал бы, что собака загнала кота на забор. Но Аверин и без Мишиных комментариев понял, что все наоборот. Словно в подтверждение, пес резко сорвался с места и помчался вдоль изгороди.

Кузя метнулся за ним и, мгновенно обогнав, спрыгнул почти перед самой мордой. Пес попятился и бросился в противоположную сторону.

Эти гонки выглядели так, будто животные играют. Но Аверин отлично знал – играет только Кузя. Он двигался нарочито медленно, в расчете на зрителей, и так, чтобы у собаки оставалась иллюзия, что она сможет убежать.

Но итог этой гонки был полностью предсказуем.

Вздохнув, Аверин махнул Василю:

– Я сейчас, – и, быстро покинув комнату, бросился вниз по лестнице. Он доверял Кузе и знал, что тот не причинит вреда своей «игрушке». Но что может выкинуть пес, будучи зажатым в угол, он не знал. И узнавать не хотел.

А Николай Антонович был зажат в угол в самом прямом смысле.

С утра он специально выжидал. И, только убедившись, что хозяйская дочка со своим зверодивом ушла, он вернулся к лазу и проник в сад. Лаз никто не заделал, а значит, его прошлое появление прошло незамеченным. Только запах лисы был повсюду, она тщательно обнюхала его следы. Но, вероятно, приняла за случайно забежавшую собаку и, выгнав, успокоилась. Фамильяр и приехавший с графом див Кузя – дивы первого класса. И их нюх в человеческой форме уступает нюху зверодивов, они не должны почуять что-то необычное.

Осторожно, почти прижимаясь брюхом к земле, Николай Антонович подполз поближе к дому. Окно второго этажа было открыто, и он отчетливо слышал голоса. Забравшись в кусты акации, он лег в густую траву и притаился, подняв уши. С такого расстояния он услышит каждое слово.

А услышать он хотел многое. С кем, как не с родным братом и сообщником, граф Аверин станет обсуждать свои планы?

Кота, греющегося на крыше беседки, он сперва не заметил. Точнее, не почуял: ветер дул в другую сторону. А когда тот пошевелился и выгнул спину, потягиваясь, – принял его за обычного кота. Не может же этот дом быть напичкан зверодивами?

…Но, похоже, так и было. Кот зевнул и грациозно прыгнул с крыши, в мгновение ока оказавшись прямо перед носом Николая Антоновича.

Даже без запаха стало понятно, что это див. Потому что прыгнуть почти на десять метров в длину никакой обычный кот не в состоянии. Не дожидаясь, когда див нападет, Николай Антонович, демонстративно поджав хвост, побежал напрямик к лазу.

Но не тут-то было. Кот, обогнув его по дуге, снова оказался перед его мордой. Лениво выгнув спину, он протянул вперед лапу с крупными острыми когтями. Один глаз дива почему-то был зажмурен, а зрачок второго то расширялся, то сужался. Див определенно наслаждался моментом. Он догадался, что перед ним не обычный пес? Или, в отличие от лисы, решил сожрать непрошеного гостя, предварительно с ним поиграв?

Точнее – им. Бросившись в сторону почти на полной скорости, Николай Антонович понял, что убежать не получится. Кот развлекался, двигаясь с ленивой грацией, но не давал своей жертве даже как следует разогнаться.

Плохо. Так его раскроют. Если не удастся отвязаться от дива, то придется применять силу колдуна. И тогда на подмогу коту придут фамильяр и див графа.

Николай Антонович помчался к ограде. Она была достаточно высокой, а кот больше не преграждал дорогу, просто бежал позади, отлично понимая, что обычной собаке такой барьер не преодолеть. Но он не был обычной собакой. И если ему удастся вырваться наружу…

Сзади раздался детский смех. А потом голос хозяйского сынишки:

– Кузя за собакой бегает!

Кузя!

Николай Антонович успел сообразить, что это имя принадлежит диву графа Аверина. Тут же забравшись на клумбу, он изготовился для прыжка, но чертов кот запрыгнул на изгородь и наклонился, уставившись на него обоими глазами – зеленым и голубым.

Ну конечно… это истинная звероформа графского дива… Выходит, глаз он прикрывал специально, чтобы ввести в заблуждение и дать надежду уйти отсюда?

Надо, надо попытаться прорваться. Див, конечно, понял, что собака не настоящая, но главное не позволить графу Аверину выяснить, кто пробрался в поместье.

Николай Антонович что есть мочи рванул вдоль забора.

Но Кузя преградил ему путь.

Он развернулся и помчался в другую сторону, к воротам. Если получится, он сможет с разгона выбить их телом, да, скорее всего, пострадает, но зато сумеет вырваться.

Но сможет ли сбежать? До машины далеко… а див не оставит его в покое. А справиться с дивом такого уровня не получится.

Но все равно нужно бежать и пытаться.

Он был уже почти у ворот, но кот снова прыгнул, загораживая дорогу. И громко рыкнул, открывая пасть, полную острых зубов. Николаю Антоновичу показалось, что кот словно бы увеличился в размере.

Нет, он точно стал больше примерно вдвое. И продолжал расти.

Николай Антонович попятился к стене, вжался в угол между решеткой ворот и изгородью. Терять было уже нечего, поэтому он сбил лапой амулет с ошейника и выставил щит. Он неплохо умел это делать даже в облике собаки.

Но кот, выросший уже до размеров леопарда, рванул вперед, разрывая щит в клочья. И огромные лапы прижали пса к земле, не давая даже дернуться. Над ухом зарокотал оглушительный рык.

– Кузя, тихо, отпусти его, – тут же раздался голос графа Аверина.

Тяжесть исчезла, Николай Антонович вскочил на все четыре лапы и посмотрел на колдуна. Понял тот что-нибудь? Или еще есть шанс, что ворота сейчас откроют и случайно заблудшую в поместье собаку выпустят?

Кот, принявший нормальный размер, довольно жмурился у ног хозяина.

Николай Антонович тоже лег на брюхо и завилял хвостом.

Но граф Аверин только нахмурился и покачал головой.

– Николай Антонович, прекратите комедию ломать, – проговорил он укоризненным тоном, – я сейчас открою калитку, и вы пойдете, приведете себя в нормальный человеческий вид и вернетесь сюда. Нам приготовят чай, и мы, наконец, побеседуем как коллеги, а не как следователь и подозреваемый.

От чая Николай Антонович предсказуемо отказался.

– Может быть, вам воды? – улыбнулся Аверин и, внимательно посмотрев на собеседника, добавил: – Или приказать подать чай из ромашки, чабреца, валерианы и тысячелистника?

В лице Николая Антоновича не дрогнул ни один мускул.

– Давайте сразу и начистоту, – сказал он.

– Отличная идея, – поддержал Аверин.

– Так вот, – сурово произнес министерский колдун, – я хочу, чтобы вы знали. Я понятия не имею, как вам удалось заслужить расположение ее высочества и тем более доверие Императорского дива, который всегда отличался большой проницательностью. И, может быть, это не мое дело…

– Вот именно, не ваше, – заметил Аверин.

– …Но я по-прежнему вас подозреваю и доверять не собираюсь, – внушительно закончил фразу Николай Антонович.

Аверин усмехнулся:

– Я бы на вашем месте не стал сомневаться в решении, принятом Владимиром. Вот я, например, не сомневаюсь в ваших профессиональных качествах именно потому, что он взял вас к себе в помощники. Да и в конце концов, я приглашен на церемонию коронации, и не один.

– Да, я слышал. Вы приглашены с семьей.

– Глупо было пытаться нас подслушивать. Тем более что ничего ценного вы так и не услышали. Но я вам помогу. Я туда приглашен не только с семьей, но и вместе с Кузей.

Теперь на лице Николая Антоновича отразилось некоторое удивление:

– На церемонии будет присутствовать див? То есть еще один див, кроме Императорского?

– Ее высочество лично подписала приглашение и разрешение, – подтвердил Аверин, – так что можете оценить уровень доверия.

– Я, конечно, не смею давать оценку… – пробормотал Николай Антонович и замолчал.

– …Но доверять мне все равно не будете? – продолжил за него Аверин.

– Ни в коем случае, – отрезал министерский колдун. – Я не понимаю, что такое доверие. Есть факты, и они говорят не в вашу пользу. И ни одного опровержения у меня нет.

– Что ж… – Аверин отхлебнул чай, – я бы с удовольствием выслушал ваши «факты». Может, мне и найдется, чем их опровергнуть.

– Хорошо. Но взамен я хочу, чтобы вы объяснили, как вы догадались, кто я. Вам рассказал Императорский див? Он доверил вам государственную тайну высшего уровня?

Аверин рассмеялся. Задавая вопрос, Николай Антонович округлил глаза и, кажется, даже слегка содрогнулся от ужаса.

– Нет, конечно, – успокоил его Аверин. – Вы прокололись, причем не один раз и весьма существенно. Разобраться в остальном не составило труда.

– И в чем же? Где я прокололся?

– Ну, первое и главное, вы недооценили дивов моей семьи. И в первую очередь Сару. Она немедленно доложила фамильяру о собаке, которая неизвестно как оказалась возле дома и что-то вынюхивала. А Анонимус тщательно все проверил, убедился, что обычная собака через лаз бы не пролезла, и сообщил мне.

А перед этим Кузя заметил, что от вас пахнет, извините, псиной. Он кот и к запаху собаки очень чувствителен. Ну и, наконец, было довольно опрометчиво помещать меня в камеру, где вы оставили свою шерсть.

– Хм… – протянул Николай Антонович, – кто бы мог подумать, что из таких мелочей вы сможете сделать настолько далеко идущие выводы.

– А я не делал выводов, Николай Антонович. Вы правильно сказали: сыщика интересуют только факты. И именно их я и начал собирать. Первым делом я позвонил в Академию. Да, не удивляйтесь, и там я тоже ухитрился втереться в доверие, и не к кому-нибудь, а к самой наставнице Инессе, которая неровно дышала еще к моему отцу. И очень быстро узнал, что никакой Серов из Академии не выпускался. Но ведь не могли же взять на такую высокую государственную должность выпускника иностранной Академии, ведь так?

– Так, – согласился Николай Антонович, – я понимаю, к чему вы клоните. Но это не объясняет, как вы догадались о том, что я собой представляю.

– Еще как объясняет. Выяснив, что Серов – не настоящая фамилия, я отправил в Академию Кузю, чтобы он принес мне фотографии студентов примерно вашего возраста, закончивших с отличием. Ведь в Министерство не возьмут посредственность.

Но и среди них я вас не обнаружил. И что было делать? Правильно, отправить бедного Кузю в Академию еще раз, на этот – за фото студентов, закончивших с отличием, но в период с 1900 года по 1960-й. Я уже подозревал, что было применено заклятие изменения формы, и предполагал, что вы не выглядите на свой возраст. Фотографии выпускников – не тайна, они хранятся в Галерее Выпускников. И я вас нашел. В выпуске 1952 года. Вы отлично выглядите, Николай Антонович Тухачевский. Прическа изменилась, но узнать вас довольно легко. И это, замечу, большой прокол для секретного агента.

– Я не разведчик, всего лишь следователь Министерства госбезопасности. И прошу вас больше не вспоминать мою настоящую фамилию. Но в одном вы правы. Если вы смогли размотать этот клубок…

– …значит, я умнее других, вот и все. И у меня очень необычная семья.

Николай Антонович приподнял брови и посмотрел с интересом.

– Вы сделали вид, что не удивились, когда я предложил вам чай из трав. Тех, что вы сами вынуждены пить постоянно. Уверяю вас, супруга моего брата заваривает их с большим мастерством и в правильных пропорциях.

В этот раз Аверин наконец получил возможность насладиться удивлением министерского колдуна. Но тянуть не стал.

– Дело во том, что Мария – русалка. И детство свое провела в русалочьей деревне. Там и научилась готовить отвары, снимающие боли от физических нагрузок в измененном теле. И, несмотря на то что после нескольких родов она уже почти избавилась от заклятия изменения, все равно до сих пор не ест и не пьет ничего, возбуждающего нервную систему. Перец, чеснок, алкоголь, кофеин – все это ей категорически запрещено. Ее сестра Марина придерживается еще более жесткой диеты, ей даже соль нельзя. Кстати, Марина живет в Ладоге и отлично себя чувствует. А не так давно великая княжна Софья Андреевна обронила в разговоре, что правительство проводило некий эксперимент с заклятием изменения формы. Но выжил только один участник. Нетрудно предположить, кто именно, не так ли? Другой человек, может быть, вообще не обратил бы внимания на слова ее высочества, но из-за своей семьи я собираю любую информацию по этой теме.

– Браво! – Края губ Николая Антоновича на миг приподнялись в подобии улыбки. – Я понимаю, за что вас ценит Императорский див. Жаль, что вы не были со мной откровенны с самого начала.

– И вы со мной тоже. Мы квиты, разве нет? А теперь прошу ваши умозаключения.

– А они очень просты. Первое и главное – постоянный коридор в Пустошь есть только у вас. Кто еще мог совершить подобное? Даже если предположить, что какое-то недружественное государство добилось успехов в данной области, объясните, зачем им наши заключенные, пусть и колдуны?

– Хм… на опыты? Или чтобы получить от них какие-то сведения, это же были самые приближенные.

– Для опытов можно найти колдунов попроще, а не доставать заговорщиков из самой защищенной тюрьмы. Знают они многое, не спорю, но, чтобы похитить кого-то прямо из конкретной камеры, необходимо прекрасно представлять устройство крепости. Для иностранного колдуна это проблема. А всех местных колдунов отправляли в Шлиссельбург на недельную стажировку, так что вы имели прекрасную возможность получить все необходимые сведения.

– Хорошо, а для чего мне эти колдуны?

– А вот это очень правильный вопрос. И я получил на него ответ, когда обнаружил ваши приготовления для путешествия в Пустошь. Тротил не может быть предназначен ни для чего иного, кроме как для освобождения предыдущего Императорского дива. Да, не удивляйтесь, я знаю все подробности этого дела. Несложно догадаться, что после возвращения монстру из Пустоши будут весьма полезны бывшие соратники. И если вы с ним состоите в сговоре, все встает на свои места.

– Ах вот оно что, – улыбнулся Аверин. – И как, по-вашему, я забрал заговорщиков?

– Понятия не имею. Вы мне расскажите, я же не знаю, как работает ваше устройство.

– Именно, что не знаете. Поэтому ваши выводы и ошибочны. Хотя по части освобождения Императорского дива вы все правильно поняли. И я виноват, не стоило скрывать свой план от Владимира, больше я так поступать не стану. Но моя вина только в этом. Я никого не похищал. И мой див это подтвердит.

– Дива своего вы могли и не ставить в известность… – проницательно заметил Николай Антонович, – при похищении во всех случаях действовали разные дивы. Но вы хотите сказать, что Императорский див обладает полной информацией о ваших планах и все равно отпустил вас? И вы даже получили приглашение на коронацию? Звучит весьма неправдоподобно.

– И, тем не менее, – еще шире улыбнулся Аверин, – Владимир знает все, а ее высочеству я пообещал ничего не предпринимать до церемонии. А больше всего этому рад мой брат, он называет мой план дьявольской авантюрой.

– Я с ним полностью согласен. Но позвольте полюбопытствовать, зачем вам освобождать предыдущего Императорского дива? Вы решили, что сможете его подчинить и захватить власть? Или у вас более мелкие амбиции и вы хотите стать министром или Главным придворным колдуном?

– Для этого мне не нужно никого освобождать, Владимир и так предлагал мне должность Главного придворного колдуна.

Лицо Николая Антоновича вытянулось настолько, что Аверину стало даже немного жаль верного служаку.

– Простите, не хотел вас шокировать. Но мы с Владимиром старые друзья, и он действительно мне доверяет.

– Звучит слишком странно даже для вас, – Николай Антонович уже взял себя в руки, – но вы не ответили на вопрос.

– Верно, – согласился Аверин, – я объясню. Я не собирался выпускать в этот мир предыдущего Императорского дива. Моя цель – всего лишь освободить его из ловушки. Поверьте, я не дам ему ни шанса выбраться из Пустоши. Его невозможно подчинить. Для меня – точно. И я не собираюсь даже пробовать. И есть еще одно, главное, доказательство моей невиновности.

– Какое же?

– Анонимус, конечно. Видите ли, с помощью коридора и небольшого количества жертв я действительно мог наловить сильных дивов и заставить их себе служить. Но для того, чтобы открыть коридор из Пустоши, нужна кровь колдуна. Без нее никак. Следовательно, для похищения заговорщиков я должен был войти в Пустошь через коридор. Анонимус! – негромко позвал Аверин. Он знал, что фамильяр находится поблизости и слышит каждое слово.

Анонимус мгновенно появился.

– Скажи, Анонимус, когда коридор открывали в последний раз? Для чего? Кто при этом присутствовал?

– Две недели назад. Это было сделано для того, чтобы забрать дива Гермеса Аркадьевича из Пустоши. Присутствовали ее высочество великая княгиня Софья, господин Императорский див, его сиятельство Гермес Аркадьевич, господин Главный придворный колдун Сергей Дмитриевич Мончинский, – доложил Анонимус.

– Видите? Я не мог похитить заговорщиков. Во время, когда было совершено похищение, никто не выходил в Пустошь из коридора в поместье.

Николай Антонович задумался.

– Это если вы не обманываете про кровь, – сказал он.

– Анонимус?

– Кровь необходима, ваше сиятельство.

– Хорошо, – наконец согласился Николай Антонович, – но тот, кто это сделал, отлично знал расположение камер и кто в какую из них помещен. У него должен быть сообщник в тюрьме.

– Или он каким-то образом пометил самих колдунов, – заметил Аверин.

– А вот это очень интересная мысль. Это объяснило бы такую точность. Но как может выглядеть метка? Знак? Зачарованный предмет? Надо просмотреть списки всего, что им передавали.

– Метка могла быть непосредственно на теле.

Николай Антонович посмотрел внимательно.

– Возможно, мы сможем это выяснить, – проговорил он.

– Вот как? – вздернул брови Аверин. – Каким образом? – И тут же его осенило: – Тюремный врач!

– Именно. Неделю назад, судя по записям, был общий медосмотр.