54

Просить помощи у беса — не самая лучшая идея, но других у меня не было. Запертая в темном замке, я чувствовала себя одиноко и уязвимо. Сжав кулаки, оглянулась на шорох в дальнем углу, но, обернувшись, никого не увидела.

— Бес… — Мой шепот прозвучал неуверенно и сдавленно. Мне казалось, что за мной следят, наблюдают, не показывая себя.

Может быть, дело в самом замке. Строение таило в себе угрозу. То и дело раздавались шепотки, шорохи. Огромные картины во всю стену изображали красивых людей, чем-то неуловимо похожих на Ашриэля — это его предки?

Я остановилась у одной из картин, что возвышалась надо мной на добрый метр. Подняв голову, изучила мужчину и беременную женщину; оба беловолосые и красивые, они выглядели счастливыми. Красивая семья. Но дальше…

Я сделала шаг, окунувшись в следующее изображение. Тот же мужчина… один. Хмурый и мрачный, в его взгляде скрывалась жестокость и мрак. Он не смотрел на беловолосого ребёнка, больше внимания уделял розе, сжатой в кулаке до крови…

За этой картиной таилась какая-то история; захотелось смахнуть с картин пыль и ажурную паутину. Впрочем, разве это моё дело? Мне просто нужно выбраться отсюда. Я покачала головой и отступила, возвращаясь в настоящее.

— Бес! Где ты, ну же!

Но снежник не откликался; я брела вперед в надежде, что зверек забился в один из коридоров, и у меня всё-таки получится его отыскать, если исследую замок. Спустившись на первый этаж, вздохнула, пытаясь восстановить маршрут, которым бес вчера выводил меня в сад с ледяными розами…

Однако тот путь был слишком запутанным. Разве что вот эта дверь? Из-под нее тянуло морозным воздухом; сердце ударилось в груди, может, это еще один выход из замка?

Что ж… Я замерла, подняв руку, но не решившись открыть дверь. Тело все еще болело после вчерашнего. Саднили порезы, а там, где побеги недавно впивались в кожу, алели не до конца зажившие ранки.

Я стремилась уйти из этого замка, однако моя недавняя попытка это сделать обернулась полным крахом. А сейчас у меня даже нет проводника; беса так и не удалось найти. И все же…

— Быть может, сейчас всё получится? Я просто не буду трогать розы… — шепнула я, решительно положив пальцы на ручку.

— Я бы этого не делал.

Я подпрыгнула от ледяного сквозняка, взметнувшего мои волосы, а потом резко обернулась вслед за незримой тенью, скользнувшей по помещению. И тут же сжала кулаки, узнав говорившего. Еще бы не узнать!

— Ты!..

Мужчина стоял, скрестив на груди руки. Его черные волосы опускались с плеч шелковым каскадом; сейчас он выглядел иначе, в этом своем белоснежном пальто, что опускалось до самых его пят. Даже в человеческом облике он напоминал филина, молчаливого и равнодушного в своем взгляде.

Мое сердце кольнуло в неожиданной тревоге. Вдруг поняла, кого он напоминал; хотя меня и сбивала с мысли маска на его лице. Но если бы его волосы сверкали свежим снегом, я бы вполне могла перепутать его… с Ашриэлем.

Хотя нет, нет… все-таки они разные! Но… есть ли у Ашриэля брат?

— Ты ничего не найдешь там, кроме боли и гибели, — безлико протянул Филин, больше занятый своими ногтями, чем мной. Он, кажется, откровенно скучал, не пытаясь меня остановить. — Я бы не советовал.

— Тогда помоги мне сбежать! — помедлив, я развернулась к нему и стиснула кулаки. — Я просто хочу уйти!

— Ты сама подписала контракт, — прищурился мужчина, впервые прямо посмотрев на меня.

— Ашриэль обманул меня!

— Действительно? В чем же?

— Он обещал мне вернуть брата…

Повисла долгая пауза. Филин оценивающе скользнул по мне взглядом, словно прикидывал, насколько мне можно верить. Наконец, вздохнув, он подбросил на ладони шар, словно бы состоящий изо льда.

— А если бы он сдержал слово, и твой брат обрел бы свободу? Что бы тогда? Что бы ты сделала, Тея?

— Я….

— Сдержала бы тогда слово? Ты требуешь честности у других… но насколько можно доверять тебе самой?

Филин подбросил шар, тот завертелся в воздухе, в итоге, однако, не упав, но повиснув в воздухе. Думала, этот шар поменьше размером. Либо он увеличился, напитался...

Я отступила, расширив глаза. Это было похоже на зеркальную гладь, в которой отразились другие места, как искаженное отражение. Долгое время не могла понять, что за строение вижу, пока не выхватила из общей картины высокие шпили и башенки…

Ферма. Это же строение Фермы!

Почему же здание в огне? Огромные язычки дыма возносились к небу, обугленные камни осыпались вниз…

— Тёма!.. — вырвалось у меня шепотом. Там же мой брат!

Однако Филин, если и услышал, ничем не показал этого. Шагнув ближе и поравнявшись со мной, он положил на мое плечо ладонь.

— Если что и стоит знать об Ашриэле, так это одно: он всегда держит свое слово. Не забудь и ты свои обещания. Когда твой брат вернется, ты обязана будешь выполнить свою часть договора.

Он отпустил меня, и я выдохнула, успев поймать соскользнувший вниз шар. Зазвенев, тот вдруг снова уменьшился, послушно опустившись в мои ладони.

Только что с ним делать? Я резко обернулась вслед за уходящим Филином. Вопросы, одни вопросы! Так от них устала…

— Остановись! Может, назовешься?! Кто ты?

Подумав, Филин наполовину повернул ко мне голову и усмехнулся своим мыслям. Его голос прозвучал тихо, почти беззвучно.

— Я лишь тень…

Я отпрянула от порыва ветра. Пошатнулась, зажмурившись от яркого всполоха белоснежных крыльев; мое сердце застучало чаще, что это значит? Филин ответил на мой вопрос, но я ничего, ровным счетом ничего не поняла!

— Тень? Какая тень? — крикнула я в опустевшую комнату.

Но мне никто не ответил, только эхо заметалось в стенах. Опустив голову, я уставилась на сверкающий шар в своих ладонях. Провела пальцем по прохладной поверхности; шар не обжигал, и все же завораживал, словно хрупкий прозрачный лед…