83

Замок следил за мной мрачными стенами. Каменные горгульи, скалясь, смотрели мне вслед, в ледяной тишине мои шаги казались слишком громкими.

А ещё это чувство чужого наблюдения, оно никогда не оставляло меня тут. Словно само здание дышало вслед, словно каждый шаг кто-то ловил, прячась в углах. А тени дышали и ползли скрюченными силуэтами по стенам.

— Ох, снова я здесь... — Я резко остановилась, задрав голову.

Опять этот портрет... Сначала счастливые родители с сыном, у всех белоснежные волосы, как у Ашриэля... Потом угрюмый отец и сын, а девушка исчезла.

Я нахмурилась, силясь понять, почему кажется, будто эти портреты повествуют о чем-то важном. Вот только о чем?

Вздохнув, продолжила путь. Платье шелестело при каждом шаге; в отличие от одежды, которую мне предоставляли раньше, на этот раз я нашла платье попроще: шелковое, алого цвета, по вороту и подолу расшитое сверкающими камешками — настолько мелкими, что выглядели ледяной пылью.

Такая одежда была достаточно легкой, чтобы не стеснять движение, хотя, на мой взгляд, по-прежнему чересчур откровенной. Поправив сползающий рукав, я поморщилась. Белье тоже нашлось в шкафу, и больше напоминало полупрозрачное кружево из паутинки, нежели защиту.

Я чувствовала себя неуютно, достаточно чуть сильнее повести плечом, и все это великолепие покинет меня окончательно. Так что пришлось укрыться невесомой шалью в дополнение.

Увы, остальные платья были громоздкими. Многочисленными, красивыми, но бесконечно тяжелыми. А халат после последнего случая и вовсе казался мне опасным. В конце концов, невинности я лишилась именно тогда, когда на мне был он.

— Пф-ф...

Вспомнив о брачной ночи, я снова испытала странное чувство: возбуждение, смешанное с восторгом и досадой. Как могла так легко сдаться демону? Разочарование от собственной слабости заставило поморщиться, а от ярких образов, ворвавшихся в мысли, запламенели щеки.

Я, может, совершенно несведущая в этом... Но даже я слышала, что первый опыт самый болезненный. А у меня как-то неправильно даже в этом вышло, кроме первой вспышки боли ощутила лишь невероятное, потрясающее удовольствие.

За которое мне сейчас, по прошествии десяти часов, было очень и очень стыдно. Постучав себя по щекам, снова фыркнула. Удивительно, что, оказывается, я могла быть настолько бесстыдной, как прошлой ночью. Как теперь людям в глаза смотреть?

Вздохнув, я нервно дернула платье обратно. Это самое платье меня точно оставит где-то по дороге. Закрепить его нитками, что ли? Где-то была комната для рукоделия, помещение заметила ещё в прошлый раз.

— Есть кто?

Мне ответила тишина. Меня поджидало только зеркало в полный рост, а еще что-то вроде веретена и целый шкаф всяких ниток. Помедлив, я чихнула от пыли, потерла нос и, войдя, взяла со стены круглый фонарь на цепи.

Матовые сферы в замке были везде. Они освещали мой путь, вот и сейчас я смело шагнула во тьму. Мне просто нужна ниточка... я закопалась в предметы, расставленные на полке. Как много в этом замке интересного для рукоделия!

Между тем, я умела шить. И любила рукоделие, когда была младше. Я замерла, медитируя на вязальные спицы... Провела пальцами по канве, сложенной рядом с мотком пряжи. Интересно, для кого это всё? Я растерла на пальцах пыль и задумалась. Может, для той женщины с портрета? Где она теперь?

— Мне просто нужна иголка, — мотнула я головой, отгоняя лишние мысли.

Прикусив губу, вооружилась странной иглой; по виду изо льда, на ощупь серебро. Сойдет. Надо поработать над платьем, ведь я как раз искала Ашриэля. Дернусь не так, оступлюсь, и случится конфуз.

У меня было время, чтобы осознать и принять то, что случилось прошлой ночью. С самой первой встречи я воспринимала демона, как врага, но, если подумать, пока что он меня только спасал.

Это благодаря ему я выжила в той аварии.

Благодаря ему спаслась от зверолюдей.

Это он вытащил меня с той фермы.

И сжег ее, чтобы за меня отомстить.

Изначально у меня не было намерения заключать с ним контракт. Но... так вышло. Я едва знала этого мужчину, и до недавней ночи больше всего меня пугала близость. А сейчас вспоминание об этой близости отзывалось сладким спазмом внизу живота. Вопреки доводам разума, брачная ночь стала для меня волшебным сном.

А то, что демон позаботился обо мне после случившегося, тронуло. По-прежнему не знала, что меня ждет и какая роль мне уготована, но сейчас, именно в данный момент, я искала Ашриэля, чтобы сказать ему спасибо. За цветы, что пахли слаще нектара. За напиток, забравший мой дискомфорт.

За Римму, с которой я еще долго болтала вчера о разном-девичьем. Она ушла через несколько часов, с сожалением поведав, что ей запрещено появляться на территории замка без приглашения.

А вместе с тем хотелось спросить у Аша напрямую о своей участи. И о своей матери. И о сестре. И даже о снежном бесе. Ведь в том, за что могла поручиться еще пару месяцев назад, теперь я была вовсе не уверена.

Но точно знала: ответы есть у Ашриэля. Только бы аккуратно их выведать.

— Нитка есть, иголка есть, — сосредоточенно посмотрела на добытое.

И повернувшись, выронила от неожиданности и иголку, и нитку. Часто заморгав, сделала осторожный шаг к центру комнаты, туда, где в центре мерцало призрачное окно. Оно повисло в воздухе, переливаясь радужными бликами, как трещина в пространстве, как прорыв или, может быть, брешь.

А это что?..