Глава 15. Нереидар. Подношение Карнаакскому монстру

Нереидар был счастлив. Он испытывал это чувство всегда — оно было его сутью; радость растворялась в его зеленоватой, словно воды океана, крови, лишь ее количество менялось от легкой к более высоким концентрациям.

Но именно в такие моменты, как сейчас, он чувствовал, что родился на свет не зря! Море кипело и бурлило. Разозлившись непонятно на что, оно протяжно выло, ухало и бесновалось в тесном узилище из впадин и горных пиков. Черные волны выплескивались на берег, брызги взлетали в ночное небо, встречаясь в воздухе с другой водой, льющейся из набухших страданием туч.

В холодных недрах Карнаака беспокойно метались косяки рыб; дельфины и сирены старались уплыть подальше от побережья, чтобы их случайно не размозжило об острые скалы. Обитатели моря боялись шторма не меньше людей.

А Нерей — нет. Стихия была его домом.

Демон плавал в глубине, раскинув руки. Мощное течение подхватывало его тело и несло вперед. В этом слиянии было столько первородной магии, что в какой-то момент он сам развернул неудержимый поток воды и прокатился на нем туда и обратно. После чего пулей всплыл на поверхность, увенчанную ходящими туда-сюда пенными гребнями — в паре десятков локтей нервно покачивалась величественная белоснежная яхта. Нереидару не было необходимости самому плавать в море — он просто это любил.

Корабль, чувствуя приближение водного демона, замедлился, успокоился. Нерей взобрался на палубу по спущенной веревке, взялся за руль твердой рукой. И, особо не торопясь, направил его по магическому следу, распыленному в воздухе мелкодисперсной ароматный пыльцой. Он не спешил, наслаждаясь порывами ветра и ливнем, хлещущим по голым плечам и спине мужчины. Шторм по меркам демона был не так уж и свиреп; любая мало-мальски приличная лодка должны была его выдержать.

Настигнув отчаянных (безмозглых?) храбрецов, Нереидар понял, что чуть было не опоздал, увлекшись плаваньем. Маленькое суденышко захлебывалось в страшных волнах — те перебрасывали его между собой, словно безвольную щепку, раз за разом окатывая покосившуюся палубу фейерверком из ледяных брызг. Сверху хлестал дождь, а молнии сверкали буквально каждую секунду. Море явно вздумало утопить наглую деревянную посудину — и та готова была сдаться.

Нерей подвел яхту к барахтающемуся кораблику и ненадолго замешкался. Дезирон просил его вернуть назад уплывшего в шторм юношу... Но здесь их было целых двое: один мужественно противостоял смерти — натягивал лопнувшие от сильного ветра паруса, вычерпывал воду, пытался рулить. Второй сидел, привязанный к покосившейся мачте... Голова его безвольно болталась из стороны в сторону: бедняга был без сознания.

— Держи веревку! — закричал демон брюнету. Тот, обрадованный, подхватил перекинутый ему канат.

Нереидар нырнул в воду, подплыл к другой лодке и через секунду оказался на ее палубе, в луже аж по колено. Джонатан чуть было не выронил из рук спасательный трос — ему показалась, что беснующееся море буквально выплюнуло из себя голого, атлетически сложенного мужчину, из спины которого, наподобие гребня, торчал бирюзового цвета шипастый плавник.

— Спасаться будем, или как? — весело прокричал демон оторопевшему юноше. Тот был вполне себе ничего: стройное тело, неявные, но вполне сформировавшиеся мускулы, мокрые волосы липнут к загорелому лицу. Второй юноша, пребывающей в обмороке, выглядел куда худее и субтильнее, но тоже вызывал приятные чувства.

Джо кивнул. Вместе они взялись за трос и с удвоенной силой потянули за него, вынуждая наполовину потонувшую лодочку беглецов приблизиться к крепкой яхте Нереидара. Потом намотали канат на бит — специальный деревянный брус с выступами. Суда встали борт о борт.

Демон быстро отвязал блондинистого паренька от мачты, взял его на руки и вместе с ним перебрался на соседнюю яхту. Второй собрался было перелезть сам, но Нерей его остановил.

— Отвяжи, — он показал на натянувшийся до предела трос: сейчас он был единственным, что удерживало маленький кораблик от того, чтобы спокойно уйти на дно. Лодка парней явно доживала свои последние минуты. — Не то затонем оба!

На лице симпатичного парня мелькнули противоречивые чувства. Радость от чудесного спасения сменилась отчаянием и обидой. Чуть поколебавшись, он выполнил указание незнакомца. Его лодка в последний раз содрогнулась и начала заваливаться на один борт. Джо успел спрыгнуть в воду, метнув молодое тело прямо в чрево налетевшей черной волны.

— Смелый, — сказал Нерей, когда тот показался на поверхности, и скинул ему веревку.

— Тина! — простонал Джо, забираясь на борт шикарной яхты и в последний раз оглядываясь на свою тонущую мечту: из воды торчала лишь одна мачта, но и она вскоре пропала из виду. — Моя бедная девочка!..

Карнаакское чудовище приняло свое подношение.

Вскоре они подошли к знакомому берегу. Буря к тому времени почти стихла, но волны на мелководье были страшенными. Яхта демона, словно белоснежное чудо, которому не страшны ни шторма, ни ураганы, спокойной вошла в ближайшую к «Приюту жаждущих» бухту — огромные валы избегали даже касаться ее.

Нереидар пришвартовался на пустынной пристани. Стояла середина ночи, и испуганные страшной грозой люди давно попрятались по домам. Спасенные юноши были слишком подавлены, чтобы радоваться и благодарить его: блондинчик все еще находился без чувств, брюнет сидел несчастный и потерянный.

Так какого же парня просил спасти Дезирон?.. Водный демон решил привести обоих, дабы не ошибиться.

— Ты пойдешь со мной, — Нерей взял на руки младшего пацаненка, сошел на берег и поманил за собой второго.

— НЕТ! С чего вы?!.. Да кто вы вообще такой?! — внезапно прорвало того. Джонатан подскочил прямо к незнакомцу и попытался отнять у него девушку. — Никуда мы с вами не пойдем!

— Как хочешь, — равнодушно ответил демон, после чего наградил бунтаря сильным ударом прямо к лицо. Джо безвольно осел на мокрый камень пристани.

А весело насвистывающий Нереидар подхватил обоих парней — брюнета взвалил на одно плечо, блондина на другое, и вместе с ними пошел по направлению к гостинице.

* * *

«Приют жаждущих» был темен и тих — лишь вдоль подъездной дорожки, ведущей к главному входу, таинственно мерцали фонари, освещая сад магическим сине-золотистым светом.

Тина пришла в себя уже на подходе к гостинице. Равномерная тряска и неестественное положение тела привели ее в чувство, и некоторое время она, свисая вниз головой, тупо созерцала красивые мужские ягодицы, чуть напрягающиеся при каждом шаге. Сюрреалистичность этой картины мягко намекала на то, что проблемы ее не закончились, а, возможно, только-только начались.

Мысли, медленно выползающие из закоулков бессознательного, были нечеткими и расплывчатыми, а все происходящее — странным, и Августина снова закрыла глаза, решив отключиться по второму кругу. Во всяком случае, она больше не тонула — а это само по себе достаточно хорошо. К тому же, от мужского тела, на которое ее повесили (будто дурацкое платье через спинку стула!), шло приятное тело. А она очень и очень замерзла.

— Ты долго, Нерей. Я почти начал волноваться, — Тина только-только начала согреваться, но от красивого, смутно знакомого баритона ее мороз продрал по коже. Она покрепче сомкнула веки, чтобы ненароком не выдать себя.

— Потом спрошу, зачем тебе волноваться из-за двух человеческих юнцов, — этот высокий голос звучал куда ближе: прямо из центра грудной клетки, к которой она невольно прижималась. — А пока хотел бы избавиться от своей ноши.

— Проходи, — звук открываемой входной двери.

Через несколько мгновений девушку не особо аккуратно сгрузили на широкий мягкий диван из дорогого заграничного сукна. «Эх, испорчу еще и мебель вдобавок!», обреченно подумала мокрая, хоть отжимай, Августина. Но сочла за лучшее не подавать пока признаков жизни. Ей снова стало холодно, тело начала колотить легкая дрожь. Диван чуть прогнулся под чужим весом, и у Тины приподнялись волоски на руках.

— Можешь не притворяться спящим, Август. Я знаю — ты меня слышишь, — теплый голос прозвучал в опасной близости.

Напуганная девушка резко распахнула глаза: склонившись над ней, рядом сидел Дезирон. Тот, от которого она так желала сбежать... и потерпела неудачу.

— Что ты учудил? — недовольно спросил демон, но Тина, оцепеневшая от сковавшего тело холода, не смогла проронить ни звука.

Почему-то он не выдал ее, обратившись к ней, как к парню. Что он задумал? Хочет еще немного поиграть?! Девушка с трудом отвела взгляд от его чуть расширенных зрачков и наткнулась на второго демона — тоже мокрого, но при этом абсолютно голого и счастливого. И на первого, и на второго смотреть было одинаково стремно, потому она повернула голову в противоположную сторону... и с изумлением увидала своего Джонатана, безвольно раскинувшего руки полулежа на диване.

И Уэнсби здесь!

Ох... И зачем только она его в это втянула? Ладно она, по собственной глупости навлекшая на себя беду, но губить ни в чем не повинного парня было совсем непростительно! На Августину обрушились воспоминания... Стоило им подальше отойти от берега, как враз началась гроза. Волны поднялись высокие и страшные, а лодку так болтало из стороны в сторону, что Джо велел ей привязать себя к мачте: помочь с управлением она бы ему не сумела, а вот улететь за борт вместе с очередным потоком студеной воды — очень даже могла.

Тогда-то Тина и осознала, что совершила еще одну глупость: спасаясь от одной напасти, добровольно загнала себя в другую, куда более страшную ловушку. Она ведь боялась моря даже в спокойном его состоянии, что уж говорить о море штормовом! Все демоны Иллирийской империи показались ей милее этого грохочущего, кровожадного водяного монстра, в котором не было ни капли сострадания — лишь слепая неудержимая мощь. Августина поняла: они утонут, по-другому и быть не может... Больше она не помнила ничего.

— Ладно, поговорим после. Это что еще за щенок, Нерей? — Дезирон посмотрел на Джонатана.

— Бравый мореплаватель, — усмехнулся второй демон. — Они были вместе на корабле.

— Ясно... — Дез встал, подошел к бесчувственному Уэнсби и ударил его сначала по одной щеке, потом по другой.

Тина аж подскочила, бросилась на выручку жениху, прикрывая его своим телом.

— Не надо! Не бейте его, прошу!!! — вскрикнула она и тут же почувствовала, как внизу скручивается тугой узелок — предвестник уже испытанного ей ранее удовольствия.

— Почему? — заинтересовался демон. — Кто он тебе?

Джонатан застонал и приоткрыл красные от соли глаза. Его взгляд не сразу сфокусировался на склонившихся над ним лицах. Парень попытался что-то сказать, но из горла его вырвался только хрип.

— Он... мой друг, — глухо сказала Тина, опуская голову, чтобы демоны не смогли рассмотреть заливший ее щеки румянец. И добавила на всякий случай — конкретно для Дезирона. — Он ни в чем не виноват... Это была моя идея.

— Чем дальше, тем интереснее. Что за идея такая? — рассмеялся Нерей.

Дезирон же просунул руки под мышки Уэнсби и поднял его на ноги. Тот стоял некрепко, пошатываясь и держась за голову. «Бедный Джонатан! — подумала Августина. — Сколько испытаний ему сегодня выпало из-за меня!».

— Нереидар, разбуди Мартуша и предупреди его — сегодня в гостинице переночует один наш... друг, — Дезирон усмехнулся, и Тине совсем не понравилась его улыбка. — Только, прошу, ОДЕНЬСЯ... А мы пока потолкуем с Августом наедине.

Водный демон, придерживая Джо, вышел вместе с ним из гостиной. А Дез, скрестив руки на груди, поправил очки и посмотрел на съежившуюся на диване девушку сверху-вниз.

— Как ты могла придумать такую глупость, дурочка? — начал он тихим, угрожающим голосом. — Ты понимаешь, что чуть не погибла?

Тина медленно кивнула и обхватила себя руками. У нее снова отнялся голос. Диван под ней промок, а с волос капала вода.

— Более того, ты чуть не отправила на дно морское одну очень недешевую вещь. Теперь твоя жизнь стоит куда больше, чем ты можешь себе представить... Августина. Знаешь, сколько рабынь Теньграда мечтает получить такой подарок? Этот знак истинной принадлежности своему хозяину?..

Он коснулся рукой тонкой девичьей шеи, провел указательным пальцем вверх, вынуждая ее поднять подбородок и посмотреть прямо на него. Губы у девчонки были фиолетовые, лицо белее снега, и глаза — такие светлые, что через них, как через чистую воду, можно было заглянуть внутрь души и разглядеть все, что в ней происходит. Если бы не черные слипшиеся ресницы да контрастные брови, глазищи эти бездонные и вовсе потерялись бы на фоне бледной кожи.

— Что с тобой? Почему так трясешься?

— Холодно...

Больше ничего не говоря, демон подхватил Тину на руки и пошел вверх по лестнице. На втором этаже остановился, открыл дверь в свою спальню пинком ноги, занес ее внутрь. Там принялся снимать со слабо сопротивляющейся девушки мокрую одежду: рубашка треснула, стоило ему потянуть за нее — только пуговицы брызнули в разные стороны. Дезирон встряхнул Августину, и ее штаны не по размеру свалились на пол.

— Не надо... — попыталась остановить его девчонка. Ее взгляд упал на широкую постель, в которую демон так и не лег этой ночью — так волновался за нее, видимо... Собственная нагота уже не пугала и не смущала ее. Сейчас она боялась лишь того, что последует дальше.

Демон крепко взял ее за руку, но вместо того, чтобы отвести к постели, открыл дверь в ванную и толкнул девчонку в душ. Тут же вошел следом, прижимая тоненькое тело к себе... Сверху хлынула вода: сначала ледяная — Тина тихонько взвыла — с каждым мгновением она становилась все теплее и теплее, а вскоре от струй и вовсе начал подниматься пар.

Августина притихла в объятиях Деза, согреваясь; холод и страх, сковывающие ее чресла, ушли, сменившись ощущением неги и блаженства. На миг все остальное в мире потеряло значение — ужасы и беды отступили, а на их место пришли комфорт, счастье, безмятежность.

— Удивлена? — улыбнулся одними губами Дезирон, все еще не отпуская ее от себя. — Горячая вода — заслуга Саламандара. Есть от нас и польза, как видишь.