Глава 22. Клетка и бочка

Выйдя из спальни Исфриза, Августина почти сразу забыла о непристойном предложении — другие заботы отодвинули разговор с ледяным демоном на задний план.

— Луиза, Приютт, Август! Кто-нибудь, идите сюда!!! К нам залетела птица! — орал на первом этаже управляющий. — Выгоните ее, пока она все здесь не засрала!

Через два удара сердца девушка была в гостиной. Мужчина грузно бегал по комнате, пытаясь выпроводить мечущуюся туда-сюда птичку. Хорошо, Джонатан либо и правда стал совсем глуп, либо сохранил свой разум, но не хотел покидать отеля — он только жалобно чирикал и выписывал круги, не замечая, что путь на свободу открыт.

— Не трогайте ее, мистер Гивон! — взмолилась Тина. Она проскочила мимо шефа, захлопнула оконные створки и закрыла их собственной грудью. — Это очень... нужная птица!

— Чего?! — не поверил своим ушам управляющий. Он тяжело дышал и с яростью смотрел на слугу. Его лицо побагровело от бега, на лбу выступили капельки пота. — Ты не слышал моего приказа?..

— Оставьте, Гивон, — в гостиную заглянул главный виновник «пернатого» переполоха. — Август прав. Это моя птица, и она мне очень дорога!

Августина непроизвольно втянула голову в плечи, но Дезирон, видно, уже успокоился. Он вошел в комнату, поставил на стол вместительную красивую клетку: снаружи — золотые прутья, переплетающиеся в красивом орнаменте, внутри — жердочки, поилка и кормушка, сверху — кольцо, чтобы подвешивать «домик» к потолку.

— Она ваша? — управляющий повернулся к демону, промакивая лоб благоухающим носовым платком. Потом нашел взглядом крохотулину Джо — тот спрятался на шкафу; его щуплое тельце, покрытое перышками, крупно дрожало от мышечного напряжения, клювик был приоткрыт. — Это синица... или скворец.

— Да, моя синица. Я ее приручил, и теперь она... мой питомец, — демон желаний с усмешкой посмотрел на застывшую Августину. Он открыл дверцу клетки, поманил пальцем птичку, и та внезапно его послушалась. Заколдованный Джо перелетел разделяющее их расстояние, приземлился на стол и оттуда запрыгнул в золотое узилище. — Обещайте, Мартуш, что с ней ничего не случится. Иначе я буду очень... расстроен.

— Конечно, — управляющий насупился, но возникать не стал. Все-таки птица, сидящая в клетке, могла испражняться лишь в строго отведенном на то месте, а потому не угрожала покою гостиницы.

— Август... — Дез повернулся к напряженной Тине, — я напугал тебя? Прости меня за сегодняшнее. Эмоции взяли верх над разумом.

Августина сглотнула и подняла на него глаза. Демон казался абсолютно вменяемым: одежда в идеальном порядке, добродушное, слегка виноватое выражение лица. Что задумал этот ненормальный?.. Лучше бы расколдовал Джонатана, а не просил прощения! С испугом она как-то справится. А вот жених, проводящий дни в образе синицы, сулил определенные сложности...

— Все в порядке, — соврала Тина. На нее подозрительно смотрел Мартуш Гивон, и потому она не могла ответить ничего другого.

— Вот и славно. Пусть моя птичка пока побудет здесь. Если что, я буду у себя в спальне, — Дезирон подмигнул девушке, улыбнулся на прощание хозяину отеля и ушел.

Девушка немного перевела дух. Ну и что значила его последняя фраза? «Если что», она не собиралась больше заходить в гостевые комнаты ни при каких обстоятельствах. Даже ради того, чтобы умолять демона снять заклятие (на что он, кажется, и рассчитывал).

Проводив демона подобострастным взглядом, Мартуш сделался угрюмее прежнего.

— Ты любезничаешь с демоном? Как это все понимать?! — он вплотную придвинулся к той, которую считал мужчиной.

— Нет...

— Тебе четко и ясно сказали: не подходить к гостям, придурок! — управляющий схватил Тину за грудки и приподнял ее в воздух. — Хочешь вылететь на улицу?

Девушке стало обидно до слез. Не слишком ли много событий для одного утра? Сначала распсиховавшийся Дез, потом неудовлетворенный Исфриз, теперь вот директор негодует... Да она и рада была бы придерживаться указаний начальства, вот только надоедливые гости сами постоянно ищут ее компании!

Августина шмыгнула носом. Губы ее задрожали. Если коротышка порвет рубашку Винга, ее инкогнито рассыпется на части. И тогда врунишке точно несдобровать.

— Ладно, не реви, — Гивон последний раз качнул Тину из стороны в сторону и выпустил ее одежду, не забыв брезгливо стряхнуть руки после этого. — Даю тебе еще один шанс. Но смотри, если из-за тебя начнутся проблемы...

— Никаких проблем не будет, мистер Гивон! — отрапортовала девчонка и выскочила из гостиной, готовясь нырнуть в работу с головой. Кухня, пока что, была самым спокойный местом во всей гостинице.

А Джонатан Уэнсби... Возможно, ему в ближайшее время безопаснее будет пожить птичкой.

* * *

До ужина «Приют жаждущих» отдыхал от шума и гама, которые повсюду сопровождали северных гостей. В отеле проводили время только демон льда и демон желаний, и те вели себя тихо, прямо-таки интеллигентно. Но во время ужина ситуация начала накаляться — и в прямом, и в переносном смысле.

Вернулся источающий тепло Саламандар. Мужчина выглядел уставшим и помятым, что было само по себе удивительным. Он тяжело опустился на стул, закинул ноги на стол и запалил сигару.

— Мы едим, если ты не заметил, — Исфриз поднял на него льдистые глаза. — Можешь убрать конечности?

— Что, мешаю? — Сал сощурился и, наклонившись, выпустил клуб дыма прямо в лицо утонченного блондина. Где бы он не пропадал целый день и целую ночь, он наверняка гулял на широкую ногу: бордовые отпечатки губной помады на его помятой рубашке были припорошены черной пылью сигарного пепла.

— Да. Ты отвратителен, как обычно. И от тебя несет перегаром.

— Смотри-ка, а у тебя отбивная горит... — парировал огненный демон и захохотал, когда в тарелке Исфриза запылал живой огонь. — Упс!

Блондин откинулся на спинку и скрестил руки на груди, презрительно глядя на веселящегося товарища. В ту же секунду сигара Саламандара потухла и покрылась коркой льда — тот чертыхнулся и выронил ее на пол.

— Начинается, — тяжело вздохнула миссис Фарлор. Угроза пожара была к тому времени ликвидирована: Дезирон вылил стакан воды в горящую еду. — Луиза, иди поменяй тарелку Исфриза. Вряд ли он станет есть угольки.

Горничная вернулась пять минут спустя, пунцовая от обиды. Ее глаза метали возмущенные молнии. Она грохнула по столу черной от копоти посудой — та бренькнула и лишь чудом не разбилась.

— Они хотят, чтобы им за ужином прислуживал Август!

— Я?! — Тина и сама чуть не выронила чайник.

Дебора без лишних слов вручила девушке все, что требуется, и выставила ее с кухни.

— Помянем бедняжку, — пробормотала она себе под нос.

Тарелки и кружки слегка звенели в руках Августины, когда она несла дрожащий поднос в обеденный зал. Исфриз слегка улыбнулся ей и поблагодарил, Дезирон подмигнул. Саламандар служанку будто бы не заметил.

— Не уходи, побудь с нами, — мягким голосом сказал демон желаний.

Девушка кивнула и покосилась наверх: под потолком на железном крюке висела клетка с Джо. Ото входа донесся подозрительный шум. Вскоре обе створки дверей распахнулись, и в проеме показался абсолютно мокрый (но хотя бы одетый) Нереидар.

— Приветствую вас, мои вечно голодные друзья! — звонко провозгласил он. — Как насчет того, чтобы повеселиться? Я приготовил для вас нечто особенное.

Он отошел в сторону, и взорам демонов и Тины предстала огромная, в треть человеческого роста, бочка, лежащая на боку. Позади нее неловко переминался с ноги на ногу старенький слуга Винг.

— Что там у тебя? — заинтересовался Дезирон. — Тысячелетный виски?

— Лучше, — рассмеялся водный демон, кладя ладони на деревянную емкость. — Это необычный гостинец! Найденный мной далеко в море...

Вдвоем с Приюттом они закатили тяжеленную бочку в обеденный зал. С нее подтекала вода, вогнутые клёпки были мокрыми, как и сам демон. Докатив постудину до видного места, они поднатужились и поставили ее в вертикальное положение. Нерей взял нож со стола, вставил его между крышкой и обручем и приподнял, а затем и вовсе откинул в сторону крышку.

Воцарилась тишина. Некоторое время ничего не происходило. Заинтригованные демоны отставили тарелки и ждали развязки, Тина застыла в углу зала. Даже Джонатан, и тот перестал чирикать.

— Долго еще? — проревел нетерпеливый Сал. Он совсем не умел ждать.

Исфриз подул в сторону бочки, и ее деревянные стенки стали прозрачными, будто бы сделанными не из дуба, а из тонкого слоя льда или стекла. Августина вгляделась и ахнула: в мутной воде, наполняющей емкость, между зелеными прядями водорослей угадывались очертания чьего-то тела.

— Тихо, не пугайте, — укоризненно произнес демон. Он засунул голову в бочку, общаясь с кем-то, находящимся внутри. Спустя минуту молчаливых переговоров он вынырнул и приложил палец к губам, загадочно улыбаясь.

За крайний обруч ухватилась сначала одна ладонь, а потом другая — тонкие нежные пальцы оканчивались острыми фиолетовыми ногтями. А потом из морской воды медленно показалась женская голова с огромными глазищами на пол-лица.

— Сирена! — удивленно выдохнул Дез.