Глава 15

Возвращение в Шатон откладывалось на неопределенный срок. Эймирра в силу несмышленого возраста не контролировала дар. Только маги разума противостояли воздействию, ну и владельцы защитных амулеты. Девочка была сильнее нас с Вейлором вместе взятых. И если уж мне удавалось чувствовать сквозь амулеты, то малышка умудрялась внушать собственные эмоции остальным. Начать с того, что не было в замке и близлежащих землях человека или демона, который бы не обожал маленькую ллеру. Любое ее желание исполнялось незамедлительно. Из рассказов я знала, что детей, особенно девочек, принято баловать, однако Эймирра всех переплюнула. Люди не просто исполняли прихоти, они становились добровольными рабами. С одной стороны, подобные отношения исключали предательство. С другой, представляли серьезную опасность. Узнай кто из высших, на что способен ребенок, и на него начнется настоящая охота. Конечно, Вейлор не желал допустить подобной ситуации, а потому искал способы скрыть способности дочери. Но это родительские проблемы, тогда как радости Эймирра приносила столько, что с лихвой окупала возможные трудности. Удивляться привычным вещам, замирать от восторга при виде букашки, впервые пробовать пищу на вкус, познавать новое — мы проживали это вместе с дочкой. Будто сами вернулись в детство и смотрели на мир широко открытыми глазами. Каждый день приносил открытия и был наполнен чистой, незамутненной любовью к жизни.

Отдать должное, развивались и росли маленькие демоны вдвое быстрее человеческих детей. Эймирра хоть и считалась полукровкой, но в этом отношении не уступала чистокровным. Через два месяца после рождения научилась ползать, через полгода — впервые пошла и умела посылать образы того, о чем в данный момент думала. К году уже бегала и лопотала на смеси демонического и русского языков. Впрочем, мы без труда понимали, потому что каждое понятие сопровождалось картинкой, возникающей прямо в голове.

За год Вейлор усовершенствовал родовую комнату, которую мы переоборудовали в детскую. Пусть ненадолго, на время сна дочери, взрослые занимались своими делами, а не участвовали в играх. В спальне супруг установил похожую защиту, потому что рано ребенку испытывать чувства, что там бушевали по ночам. К слову, после родов мои способности тоже подросли, так что это скорее вынужденная мера. Амулеты, которыми пользовалась в столице, сгорели при первой же близости. Мужу пришлось устранять последствия и чистить память слугам и охране, испытавшим неконтролируемое возбуждение. Со всеми вытекающими последствиями, разумеется.

В первый день рождения Эймирры устроили большой праздник. Было много сладостей, подарков и веселья. Из гостей только свои. Это мы с мужем, Дайринора, Шангор, Лаваль и Ноэмия.

Лекарь и повитуха незаметно влились в ближний круг и стали преданными друзьями. Конечно, Вейлор взял кровную клятву о неразглашении у обоих, подкрепил ее ментальным внушением и блоком. Однако и без этих предосторожностей пара души не чаяла в нашей дочери. Кстати, сошлись эти двое как раз в ту ночь, когда мы с супругом понадеялись на защиту амулетов, и замок превратился в гнездо разврата.

Шангор сделал предложение Дайри и считался членом семьи, хотя это не отменило кровной клятвы и добровольно установленного блока. Вейлор практически отошел от дел, сделал молодого демона преемником. Если уж в столице распускали слухи о протекции, так пускай для этого будут основания. Фактически жених Дайри стал негласным главой Тайной канцелярии, тогда как Вейлор числился номинально. Такой головокружительной карьере ллера Сэнрима завидовали, демон обрастал недоброжелателями и врагами. Ничего, при поддержке тестя ему нечего опасаться. Дайриноре осталось сдать выпускные экзамены и диплом мага у нее в кармане, а там и свадьба не за горами. Собственный дом Шангор уже приобрел, и сейчас там вовсю шел ремонт. Демоница хотела видеть на торжестве всю семью, включая сестренку, а для этого Эймирре нужно было подрасти. С новым подарком от папы, шансы на возвращение в столицу увеличивались.

Дочка давно хотела собственного щеночка, одного Роха, покорно сносившего детские шалости и фантазии, было мало. Так что нашим подарком стал браслет, к которому привязали аж двух низших демонов-телохранителей. Конечно, общаться с ними Эймирра могла бы и без сторонней помощи, однако Вейлор специально ввел ограничитель. Для его работы требовалась постоянная подпитка энергией, которую непоседливый ребенок исправно поставлял.

На свадьбу к Дайриноре так и не попала. Слишком уж безоблачными пролетели два года, охрана расслабилась, да и я иной раз нарушала наставления Вейлора, за что и поплатилась. В сопровождении трех питомцев-телохранителей, няни и десятка охраны отправилась с Эймиррой на прогулку. Устроили пикник на лесной опушке, где давно облюбовали живописную поляну. Дочка побежала за красивой бабочкой, я следом. Рох, Плюшка и Джем — имена щенкам выбирали вместе с Эймиррой, — умчались вперед. Охрана растворилась в лесу. Как правило, они не мешали отдыхать, располагались поодаль и следили за перемещениями. Ноэмия расстелила плед, достала из корзин припасы и накрывала импровизированный стол. Малышка находилась в поле зрения, возле нее кружили низшие, ничего не предвещало беды. Надумала собрать букет полевых цветов, углубилась в лес на десяток шагов. Споткнулась обо что-то в траве и тихо охнула, когда поняла, что это мертвый демон-охранник. Краем глаза уловила движение позади, и в ту же секунду мне зажали рот и мир вдруг померк.

Казалось, щелкнул воображаемый выключатель сознания, и тут же включился снова. Однако я уже была далеко от замка Кардниров, поляны в лесу и дочери. Судя по саднящему горлу и нехватке дыхания, меня пронесли через портал.

Но куда? — огляделась. Роскошная комната, кровать, на которой я полулежала, камин, Рей…

— Рей? — меня прошиб холодный пот, — где я? Что происходит? Зачем ты меня похитил? Мы что, в эллерате? Немедленно верни обратно! Рей, как ты мог? У меня же ребенок, муж и… — слова застряли в горле, когда увидела перекошенное лицо демона. Одно упоминание о другом мужчине вывело его из себя. — Что тебе нужно?

— Леа! — высший в одно мгновение переместился с кресла на кровать, взял мою ладонь, прижался к ней губами, — это же я, Леа! Неужели, ты забыла о нас? О том, что между нами было? Я готов простить, ведь рядом с магом разума нет речи о собственной воле. Я так ждал этой встречи. Так долго ждал.

— Рей, — выдернула ладошку из рук мужчины, отодвинулась на безопасное расстояние, — все изменилось. Наши отношения в прошлом. Сейчас у меня есть муж, которого люблю, дочь. Ты ведь чувствуешь правду. Я не смогу жить без них. Отпусти меня, пожалуйста.

— Нет! — процедил демон, — ты только моя, Леа. Всегда была. И ничто этого не изменит. Светлый заставил забыть прошлое, влез в голову, внушил другие мысли.

Крейгсхарт подался вперед, навис надо мной, отчего беспомощно вжалась в кровать и зажмурилась. Когда он прикоснулся, вздрогнула. Мягкие руки скользнули по щеке, перехватили прядь волос, затем вернулись на шею. Метку Вейлора я не скрывала. Зачем? Все и так знали.

Я кожей чувствовала неровное дыхание Рея, как он замер, когда наткнулся на доказательства измены. Сама непроизвольно задержала дыхание. Демон отличался вспыльчивым характером, и я не представляла, чего от него ожидать. Однако его руки продолжили движение, опустились ниже, по-хозяйски смяли грудь, направились дальше по изгибу талии, бедрам до лодыжек. Секундная задержка, чтобы нащупать подол платья, забраться под него и приступить к обратному восхождению.

— Пожалуйста, Рей! Не надо, — всхлипнула, когда демон коснулся оголенных бедер и достиг кружевной преграды из нижнего белья.

— Не надо, что? — мужчина смотрел, изучал мою реакцию, впитывал эмоции. Его губы искривились в ухмылке, взгляд потемнел. Пальцы тем временем проникли под ткань, нащупали тугой бугорок и приласкали в попытке пробудить желание.

— Не делай этого, пожалуйста, — в отличие от мужа, каждое движение которого находило чувственный отклик, Рей вторгся как завоеватель, нагло и грубо. Пока он использовал только пальцы, но и этого хватило, чтобы внутри все сжалось. — Нет, Рей! — мной завладел страх. Казалось, кошмары, что преследовали ночами, воплотились наяву. Раньше я заводилась от одного прикосновения демона, от пронизывающего взгляда или хрипловатого голоса. Теперь же прикосновения вызывали паническую дрожь, вплоть до отвращения.

— Что он с тобой сделал, Леа? — Крейгсхарт убрал руку, поправил задранное платье. На лице застыла маска боли и бессилия, — я уничтожу Карднира, так и знай.

— Тогда убей и меня тоже, — прошептала, глотая слезы. В то, что демон так легко отступил, не верила. Рей не из тех, кто сдается. — Вейлор — мой муж и отец нашей дочери. Причиняя зло им, ты ранишь меня. Если с ними что-то случится, я не переживу. Делай, что хочешь, не буду сопротивляться, но их не трогай.

— Ты не можешь любить его! — взревел демон, — ты моя эрите! Моя! Почему ты меня ненавидишь?

Всхлипнув, отпрянула на край кровати, едва не свалилась. Проступившая броня и частичная трансформация красноречиво доказывали, что высший на грани срыва.

— Ты чудовище, Рей, — я вся дрожала от страха. Сейчас бы забиться в угол и пересидеть опасность. А еще лучше проснуться, пока не настиг монстр из кошмаров. — Ты можешь только разрушать. Нашу любовь тоже разрушил. Я же любила, очень. Всем сердцем и душой. А ты принимал это как должное, брал, ничего не отдавая взамен. Та Леа погибла в Красной пустыне, пожертвовала собой ради любимого. Да и выбора тогда не было, демон подчинил мою волю, превратил в опасное оружие, безропотно выполняющее любые приказы. Если бы план Эриха удался… даже думать не хочу об этом. Но я уцелела, нашла силы начать новую жизнь. А сейчас ты снова ее разрушаешь. За что?

— Я люблю тебя, Леа, — мужчина сумел взять себя в руки и вернуться к человеческому облику. Он не скрывал чувств, не прятался за амулетами. Каждая клеточка в нем стремилась ко мне, испытывала болезненную потребность постоянно быть рядом. Дикий неутоленный голод желания приносил физические страдания, превратил в животное, стремящееся любым способом заполнить терзающую изнутри пустоту. — Люблю больше жизни.

Тогда почему еще дышишь? — хотелось крикнуть это в лицо, но смолчала. Демон понял без слов. Эрих воспользовался кровным родством, чтобы привязать метку Рея к себе. С гибелью предателя умерла бы и я. Это почти случилось, Леа осталась там, под завалом из трупов песчаных тварей. Рей не зря оплакивал мою смерть. В империю же отправилась Лоя, которая начала жизнь с чистого листа.

— В этом мире меня удерживала лишь жажда мести, — признался высший, — пока оставался хотя бы один демон, причастный к похищению, я не мог уйти. Заговорщики мертвы, я сдержал клятву, что дал самому себе, отомстил. Когда я расправился последним предателем, приказал охране не вмешиваться, завершил дела и назначил преемника. По возвращении из Светлой империи Рокгорта ждала коронация. Сам же отправился к источнику силы в горах. Там жидкий огонь выплескивается на поверхность, выплевывает в небо сгустки пепла и уничтожает все живое, что рискнет подобраться слишком близко. Меня согревала мысль, что скоро увижусь с тобой в нижнем мире, встречусь с родичами и займу достойное место среди предков. Огонь не сразу поглотил тело. Он медленно разъедал броню, прожигал кожу. Явиться перед Первыми надлежало в истинном облике, поэтому агония растянулась. Огненный маг не боится пламени, надо лишь впустить его, раствориться без остатка, слиться с великой стихией. Я уже видел проход в нижний мир, когда появился Сулерм. Он передал радостную весть и прошел в ворота вместо меня. Родич пожертвовал собой, доказал высшую преданность семье и эллерату. Ты снова спасла меня, Леа. Я выжил, но какой ценой! Плоть нарастала несколько месяцев. Я был слабее человеческого ребенка. Восстановился же через полтора года, вернул былую мощь и, кажется, стал сильнее. Лекари говорили, на это потребуется пять лет. Но я не мог ждать. Претило просыпаться каждое утро, есть, пить, заниматься делами, зная, что в это время наглый вор крадет мое счастье.

— Но как? Ты же приезжал в Шатон! На следующий же день, как Рокгорт узнал обо мне.

— Лекари восстановили только лицо, глаза и голосовые связки. Даже волосы были не свои, их заменял парик. На руках перчатки. Одежда скрыла бинты. Накопители вживили прямо в тело, создали видимость внутреннего источника. Меня прикрывал отряд воинов. Задумай Гарданар нарушить перемирие и расправиться с врагом, это бы у него получилось. Что такое горстка темных перед имперской армией? Конечно, эллерат не оставил бы убийство эллерванга безнаказанным, но это мне бы уже не помогло.

— Я ничего этого не знала. Прости, — меня затопило чувство вины и жалости. Рей собирался умереть, уйти вслед за мной, и если бы не случайность…

— Теперь знаешь, — устало произнес Рей, — и не надо жалости, не для того обнажил душу. А затем, чтобы поняла, как сильно тебя люблю, и поэтому никуда не отпущу.

Демон ушел, составив меня наедине с мыслями. А подумать было, о чем. Рей видел во мне прежнюю Леа. Ту, что влюбилась в него без памяти и сгорала от страсти. Если бы встретилась и поговорила с Реем в Корхе или позже, в столице, когда состоялся злополучный суд, все сложилось бы иначе. Теперь же у меня есть малышка Эймирра, Вейлор, Дайринора. Я почувствовала разницу между положением любимой игрушки высшего и членом семьи, когда со мной считались, выслушивали мнение, не препятствовали общению с друзьями или занятию любимым делом. Я не могла, как прежде, жить и дышать одним лишь Реем. Нет уже той робкой девушки, которая никому не нужна и зависима от настроения высшего. Единственная проблема — донести это до Крейгсхарта. Демон не принимал отказов, не слышал объяснений, впрочем, как и раньше. Да, Рей любил и страдал в разлуке, однако оставался прежним эгоистом, который думал лишь о себе.

Одна из причин, по которой сразу не вернулась в эллерат, это тревога за любимого. Я стала слабым местом высшего, чем враги незамедлительно воспользовались. Рано или поздно кто-нибудь прошел бы проторенной дорожкой и использовал меня против Рея. Поэтому исчезла из его жизни, обрекла себя на одиночество, довольствуясь лишь тем, что демон жив и здоров. Не моя вина, что в империи обрела новый смысл существования. Так сложились обстоятельства.

Истинные чувства заключались в том, чтобы сделать любимого человека счастливым. Когда-то я наивно полагала, что нельзя мерить демонов человеческими мерками. Они изначально другие, воспитанные и выросшие в иной среде и при соответствующем воспитании. Но Вейлор наглядно доказал, ничто человеческое демонам не чуждо.

Возможно, поначалу светлый воздействовал на меня, — в империи такие мысли приходили в голову. Однако я не ощущала внутреннего дискомфорта или протеста. Открытые эмоции Вейлора только доказывали, он действительно любит, заботится и старается быть идеальным мужем и отцом. В этом нет ничего плохого. Светлый также станет на защиту ближних, как и любой другой демон. Однако никогда не разрушит хрупкое сознание, тот внутренний мир, что составляет мое внутреннее я. За одно это я обожала супруга и желала воссоединиться с ним.

Чтобы получить хотя бы шанс, Рею необходимо измениться. Но я прекрасно понимала, невозможно заставить сделать что-либо против воли, в принуждении нет чести. И даже, если демон притворится или сделает вид, что стал другим, истинный облик обязательно вылезет наружу.

— Ллера Леа, не помешаю? — в дверь робко постучали.

— Нет, не помешаешь, — гулко сглотнула. Этот голос мне знаком. — Сцина? — низшая кивнула и робко замерла на пороге, не смея оторвать глаз от пола. — Проходи, конечно. Как же я по тебе скучала!

Я спустилась к кровати, подошла к демонице, обняла. Но та, как деревянная: руки по швам, голову вниз опустила. Прежняя Сцина была более эмоциональной и отзывчивой, а эта опасалась не угодить, не понравиться. Да много чего еще, но главное — боялась гнева хозяина.

Мда, отвыкла я от рабского повиновения и страха за собственную жизнь. В доме Вейлора слуги гордились, что служат хозяину-демону, исполняли малейшие пожелания, держались за рабочее место. Да, цена у такого положения имелась — регулярное ментальное сканирование. Если уж задумал недоброе, от расплаты не уйдешь. Понятно, что и среди аристократов империи найдутся паршивые овцы. Но до крайностей доходило редко. В целом, между демонами и людьми царили мирные отношения.

— Распорядись насчет ванной, — попросила девушку, — и пусть принесут обед, чего-то я проголодалась.

Пока Сцина выполняла распоряжение, осмотрелась. Комната отличалась от той, в которой жила в замке Дискаменон. И площадь больше, и отделка другая. Так и есть, вид из окон подтверждал, что нахожусь в Архшене, во дворце эллерванга. Ухоженный парк с дорожками и фигурно подстриженным кустарником тому подтверждение. За высокой стеной, плотным кольцом окружающей территорию, виднелись башенки соседних зданий. Куда бы не упал взгляд, везде натыкалась на застывшие фигуры низших демонов. Собственно, такие же изваяния обнаружились в коридоре. Охрану расставили через десять-пятнадцать метров, в каждом закутке или нише. Да и отделка покоев наводила на определенные выводы. Белый мраморный пол испещрен темными витиеватыми рунами. Вроде бы хаотичные линии, но, если приглядеться, угадывались отдельные фрагменты магических плетений. Стены и потолок отделаны зелеными и белыми пластинами из натурального камня, похожего на тот, из которого изготовили первый амулет, ограничивающий мои способности. Тонкие полоски меди обрамляли каждую каменную панель, переплетались, соединяя их в единое целое. Кремовый и болотно-зеленый текстиль с золотой вышивкой идеально дополнял интерьер, как и мебель из белого дерева, и фурнитура из меди. Зеленый цвет успокаивал, радовал взгляд, в такой комнате приятно находится. И главное — никаких посторонних эмоций. Специально открылась, чтобы разведать обстановку. Кроме переживаний Сцины, абсолютная тишина. Это красноречиво указывало на то, что покои готовили специально, с учетом моих личных особенностей. Чем не золотая клетка? Рей предусмотрел каждую мелочь, сделал выводы и учел прошлые ошибки, чтобы не допустить их повторения. Для меня же это означало одно: я никогда больше не увижу малышку Эймирру и Вейлора.

Ну, уж нет! — решила для себя, — я не сдамся, чтобы там Рей себе не думал.