Глава 10
Кто бы знал, сколько усилий Ирине потребовалось, чтобы не послать сестренку матом.
Вместо этого она молча нажала на "сброс".
Но засыпать или отключать телефон не спешила. Чтобы предугадать дальнейшее развитие событий, не нужно быть Пуаро. Мозгов достаточно.
Телефон зазвонил через минуту.
— ТЫ!!!
Новый сброс.
Проделав этот номер раз пять Ирина подождала минуту, послушала визг и ледяным тоном произнесла.
— Либо говоришь по делу, либо отключу телефон.
На том конце волны, кажется, укусили трубку. Судя по кваканью.
— Это ты?!
— Я, — хмыкнула Ирина. — А ты звонишь кому-то другому? Сделай милость, набирай тщательнее номер.
— Тебе я звоню, тебе…
Издевка и равнодушие оказались приятным холодным душиком для сестрицы. Раньше Ирина так не реагировала… собственно, после Викочкиной свадьбы ей вообще было не слишком весело, но сейчас…
Новый город, новая работа, оборотни, вурдалаки, магия… кстати — новая должность, и вы всерьез считаете, что ее сейчас беспокоит какая-то семья с каким-то левым Женечкой?
Да гори он ясным гаром!
Ой…
В смысле, это не пожелание, а посылание! А то ведь и правда — погорит!
— Ну, ты меня услышала. Дальше что?
— Это ты все подстроила?
— Что именно?
— Ты знаешь!
Ирина откровенно застонала в трубку.
— Вика, ты дура — или просто на фоне беременности пользуешься только спинным мозгом?
— Чего?
— Ты сама подумай! Я в другом городе, у меня работа, заметим — занимающая все мое время, возможности уехать в другой город у меня сейчас попросту нет, даже если б хотела вам напакостить — у меня сейчас банально нет на это сил, времени и средств. Вот, лет через пять, если к тому времени вы друг друга не сожрете, я бы еще подумала. А сейчас мне физически не до вас. Мне даже плевать, что у вас случилось…
— Женя ушел!
Ирина пожала плечами.
Ну, загребись оно лопатой, как говаривал дед, убирая навоз.
Вот вы мне объясните, где логика?
Увела ты мужика у сестры. То есть мужик-то явно невысоких моральных устоев. И теперь рассчитываешь быть в его жизни единственной и той самой?
Ага, до появления следующей той самой, однозначно. А она появится, это закон равновесия. Делаешь другому подлость — можешь не сомневаться, тебе та же яма выкопана. С теми же кольями на дне. Это — закон равновесия. А законы природы не отменяются юристами и не обходятся самоуверенными идиотами. Они просто работают, начхав на все религии и кодексы.
— И что? Я тут при чем?
— Он заааааписку отстааааавил!
Из рева в трубке Ирина поняла, что означенный Женя явился поклонником эпистолярного жанра. На нескольких листах (и ведь не лень было придурку?) он писал, что его встреча с Викой была ошибкой, что он уходит к женщине своей мечты, что ребенка не бросит, но саму Вику увидит только в суде при разводе, что на имущество не претендует…
— И чего?
— Нууууу…
— Там где-то мое имя вписано?
— Н-нет…
— Ясненько. Ты решила, что он ко мне вернулся?
— Дааааа…
— Советую вытереть сопли и запомнить. Мне твои объедки даром не сдались. С доплатой побрезгую.
— А…
Кажется, трубку укусили вторично.
— И доведи это до сведения родителей. У меня новая работа, новая жизнь и тащить в нее вашу помойку я не собираюсь. Удачного развода, дорогуша!
Вот теперь Ирина отключила телефон.
Подумала, вытащила из него старую симку и включила заново. Телефон она себе купила на две сим-карты, и в новом городе завела новую. Ее номер всем и давала.
А старая…
Для друзей, которые у нее были, для знакомых, как ее, так дедушкиных и бабушкиных — не менять же по такой ерунде номер, право слово? Он у нее уж лет пятнадцать, и вообще дорог ей. Они с бабушкой выбирали покрасивее… бабушка еще смеялась на тему чисел Фибоначчи. Но ведь запоминается?
А теперь подсунуть симку в чехол, чтобы не выпала, и жить дальше.
Раз в день будет проверять список вызовов и сообщений. Этого хватит. А в остальном…
Идите вы, граждане, в ногу!
Довольно!
Первую любовь испохабили, теперь и сюда залезть норовите?
Перебьетесь!
Спать, живо! У тебя еще до работы три часа, а день будет тяжелый…. Когда это он легким был? Уже и не упомнить.
Спать! Не до философии…
* * *
Только утром, в душе, Ирина задумалась над простым вопросом.
А вдруг это — ее работа?
Вот со зла она пожелала, и срослось, и сбылось… могло?
Хм…
Чисто теоретически — могло.
Чисто практически — Ирина не ощущала ничего подобного. Да, ее сила пока была больше самой девушки, да, сила большее управляла Ириной, прорываясь наружу, чем Ирина своей силой, но, тем не менее, это были четко определенные случаи.
И она могла их перечислить по пальцам.
Может быть, начни она рыдать, страдать, переживать и плакать в подушку…
Ага, два раза.
Это не тот случай, дамы и господа. Переживания появляются у тех, у кого есть свободное время и желание пострадать. Даже если у Ирины находилось желание, времени у нее не было. И уединения. И даже дружеского плеча…
А страдать в Люсино мощное плечико?
С тем же успехом можно было плакат повесить на дверь комнаты. Вся общага будет в курсе и еще пара прилегающих кварталов. Даром Ирине не сдалась такая репутация.
И последнее время она больше думала не о родственничках, а о своих проблемах. О родных она вспоминала, когда напоминали, да… только вот ее волновало другое.
Не самой им напакостить, а скорее… какие же были у нее чувства?
Да, пожалуй, что и так.
Хорошо, что это не мое.
Что отделалась.
Как пелось в старой песенке: "…рядом с добром уживается зло. Если к другому уходит невеста, то неизвестно, кому повезло". В данном случае, повезло Ирине. Крупно.[9]
Вот уж правда, вышла бы она замуж за Женечку… глядишь, еще бы и квартиру потом делить пришлось, а если бы еще ребенок появился… бррр!
Только этого не хватало!
Ушел он к Вике, пусть та и страдает. А Ирине еще попадется ее прекрасный прынц на белом мурседесе. Лишь бы не прыщ с мурлом, так-то.
Вперед, на работу!
Сегодня ей еще за свое назначение проставляться.
* * *
Насчет заказа Ирина договорилась в "Чайхане" у Самвела Аветисовича.
Шашлык, понятное дело, лаваш, соусы, зелень… что еще надо?
Из дам — она и Люся, так что сладкого по минимуму, одного тортика на всякий случай хватит. Торт был куплен по дороге и сгружен в холодильник.
Вино Ирина закупила на оптовой базе, так дешевле. Да и напиваться сильно никто не будет, тоже не тот контингент. Иван Петрович просветил.
И какие бутылки брать, и сколько…
Уффф!
А работу никто не отменял!
Дважды уфффф!
К вечеру Ирина чувствовала себя загнанной лошадью, и ощущение ей вовсе не нравилось.
И — да. Проверить телефон она решительно забыла.
* * *
Компания была отличная.
Сама Ирина, Люся, участковые и начальник.
Все в форме, все довольные жизнью… для начала разлили по стаканам водку. Ирине плеснули белого вина, и Рягузов поднял бокал.
— Давайте выпьем за очаровательную женщину! За нашу коллегу — лейтенанта полиции Ирину Петровну Алексееву! Ирина, от всей души желаю тебе дальнейших успехов, роста карьеры, и обязательно стать если не генералом, то хотя бы генеральшей! Чтобы преступники ловились, преступления раскрывались. А жизнь радовала богатством фантазии и изобретательностью. За тебя и твою должность. И так, как ты сегодня становишься одной из нас… держи!
И в стакан Ирины торжественно обмакивается жетон.
Да-да, есть и такие теперь в полиции, по образцу шерифских жетонов США. Правда, в стакан он не полезет ни при каких раскладах, так что начальник ограничился символическим касанием вина, и протянул жетон Ирине.
— Удачи на новой службе!
Ирина встала.
— Представляюсь по поводу вступления в должность: участковый уполномоченный полиции, лейтенант полиции, Алексеева, Ирина Петровна.
И выпила бокал до дна.
В голове приятно зашумело.
Ирина прицепила жетон на положенное ему место…
— УРРРРААА!!! — заорали коллеги.
Подбрасывать Ирину в воздух никто не стал, вместо этого поднялся Иван Петрович.
— А это — тебе. От нас всех.
"От нас всех" оказалась симпатичная кожаная визитница — и сто штук визиток участкового с указанием Ирининых ФИО, должности и контактного телефона.
Ирина смущенно поблагодарила, произнесла ответный тост, и застолье покатилось по накатанной.
Сперва улетело вино, потом водка, потом закуска, а потом все решили, что пора бы и честь знать. Застолье, да…
Чем отличается полицейское застолье от обычного?
Да тем, что полицейским не стоит появляться на улице вдребадан пьяными. Так что меру свою все знали. И разошлись вовремя.
Ирина с Люсей тоже переглянулись — и отравились домой.
Только вечером Ирина вспомнила про сим-карту и сунула ее в телефон. И порадовалась, что он стоит на беззвучном.
Шестьдесят два пропущенных вызова от Вики.
Тридцать четыре от родителей.
Штук сорок смс-ок. Ирина даже читать это не стала, удалила все скопом. И опять вытащила симку.
Друзей и знакомых там не было, а родственники…
Уродственники, вот что!
Пусть эти гады сами со своими проблемами разгребаются!
* * *
— Ирочка, доброе утро.
Супермачо был так же очарователен, брутален и опасен для психики дам от семнадцати до семидесяти.
— Доброе утро, непредставившийся сэр, — парировала Ирина.
В этот раз красавец-мужчина был без машины. И то дело.
— Эммм… Виктор Анатольевич, к вашим услугам.
— Рада знакомству, — отозвалась Ирина, продолжая шагать на работу. Хорошо гулять с коллегами, все помнят, что завтра снова трудовые будни. И меру знают.
И друг друга не спаивают.
И голова потом не болит. А это — замечательно. В мире и так полно людей, которые рвутся прибавить вам головной боли.
— Вы не подумали насчет моего предложения?
— Подумала, — не стала крутить Ирина.
— И?
— Решила, что слишком мало знаю. Возможно, если вы предоставите мне побольше информации как о ритуале, так и о его последствиях…
Красавчик нахмурился. Секунды на три.
— Как скажете, Ирина Петровна. Сегодня вечером — хорошо?
— Можете прислать на почту, — отмахнулась Ирина. — только не говорите, что вы ее не знаете. Или оставить на вахте в общаге.
Красавца это явно не устроило.
— Ирина Петровна, ритуал хорошо бы провести в первый месяц после передачи силы.
— Виктор Анатольевич, я не просила в это меня втягивать. Кстати, если уж говорить о ритуале… кто убил того бедолагу на кладбище?
Лицо у мужчины стало достаточно кислым.
— Я не знаю.
— Врете. Кто пугал ведьму, подбираясь к ней все ближе и ближе?
Вчера Ирина попробовала порисовать на карте города. И обнаружила, что неизвестный "козлогад" упорно кружил по кварталу неподалеку от домика старой ведьмы. Заходил то слева, то справа…
Пугали. Иначе тут и не скажешь.
Я уже рядом…
Я уже здесь.
— Ирина Петровна, почему вы считаете, что мы во всем виноваты?
— Потому что именно эти проблемы — ваших рук дело?
Какой оскорбленный вид! Хоть на доску протеста вешай, буде таковая где-то откроется.
— Я никогда ничего подобного не делал.
— И не знаете, кто сделал, и не отдавали приказы, и не в курсе событий… давайте сэкономим наше время? Мы все взрослые люди. Я — полицейский. И не хочу иметь дело с нарушителями закона.
— Это надо понимать, как отказ?
— А ваше воздействие на меня надо понимать, как попытку давления? Вы уверены, что ритуал это примет?
Ирина смотрела недобро. А с чего тут добреть?
Мужчина оскалился. И вот сейчас через личину красавца проглянуло нечто…
Кожа, обтягивающая череп.
Клыки.
Глубоко запавшие черные глаза…
— Лучшшше бы вам соглассситься, Ирина Петровна. Родственники вам не дороги, мы понимаем. Но любимый человек?
Ирина только фыркнула.
— Приятного аппетита, любезнейший. Кушайте, не обляпайтесь.
А к чему это относилось, к Жене или к гамбургеру…
А не наплевать?
Любимым Женя давно уже перестал быть, после того, как Ирина обнаружила его в постели с Викой, она бы к нему даже щипцами не притронулась. Каз-зел.
* * *
Работа, она такая работа. Кто бы тебя не домогался, хоть с утра, хоть с вечера, а на территорию шагом марш. Отработку заявлений никто не отменял.
Оружие получила — и ноги в руки. А то четыре заявления на шее повиснут.
Ирина как раз шла с одного вызова на другой, когда…
— Здравствуйте, Ирина.
Если бы Ирина была другой по складу характера, она бы точно себе комплекс неполноценности нажила. А так только присвистнула.
Догнавшая ее девушка, была…
Неясно, как ее модельные агентства еще не отловили. Должны были стоять с сетями наперевес поперек улицы. Честное слово.
Вот представьте.
Прическа "под Клеопатру" в исполнении Элизабет Тейлор. Только тут не парикмахеры постарались, свое богатство, натуральное.
Громадные голубые глаза. Тонкий нос, пухлые губы, идеальный овал лица, причем видно, что пластический хирург здесь и близко не пробегал. И остальное… такое же идеальное.
Грудь — высокая и идеальной формы.
Талия — пальцами рук обхватить.
Бедра — сесть и плакать всем любительницам плюшек.
Ноги — длиннющие и идеальной формы. И шпильки в пятнадцать сантиметров. Так, что девушка смотрела на Ирину сверху вниз.
— Добрый вечер. У вас ко мне какое-то дело?
— Да. Мы можем где-нибудь поговорить?
Будь это мужчина, Ирина бы не согласилась. Но подсознание — страшная штука, от женщины, от красивой женщины, подвоха не ждешь.
Ладно, ждешь, но Ирина еще столько не отработала, чтобы подвоха ожидать даже от таракана на собственной кухне.
— Парк вас устроит?
— Вполне.
Девушка пошла вперед, виляя красивой попкой. Ирина любовалась чисто эстетически. Везет же некоторым!
В парке уже никого не было. Смеркалось. Девушка грациозно опустилась на скамеечку. Для полного счастья она и одета была в нечто бешено дорогое, от-кутюр… одни туфли стоили, как квартира в новостройке. Даже на парковой скамейке она умудрялась сидеть, как королева на троне.
Ирина независимо присела напротив, на удачно подвернувшийся пенек.
— Я вас слушаю…?
— Маргарита.
Она еще и Маргарита.
— Вы — ведьма? — не удержалась Ирина.
— Нет. Вы — ведьма, — понурилась девушка.
— О, черт!
Кажется, Ирина поняла, что нужно от нее этой гламурной красотке. Силу явно готовили для нее, ритуал тоже провели бы с ней, а потом…
Вот что хотите — делайте, Ирина не верила, что нет способа подтолкнуть равновесие в ту или иную сторону.
Кто-то должен умереть?
Так ведь кого-то и убить можно… или еще какой ритуал провести, или… так сразу не придумаешь, но наверняка, варианты за века просчитаны.
— Вы поняли. Эта сила предназначалась мне!
Ирина вздохнула.
— Скажите, Маргарита, а почему вы так поздно спохватились?
— То есть?
— Вы ведь могли просто прийти к Прасковье и попросить. К примеру.
Девушка покривила губки.
— У нее были не лучшие отношения с моим гос… моим мужчиной. Они никогда не находили общего языка.
Ирина даже не подняла бровь. Хотя чутье орало про вранье.
Ага, не лучшие отношения? Это когда вурдалака вокруг квартала гоняют? Или еще кого?
Какой изящный эвфемизм!
— Допустим. Вы пришли уговаривать меня на ритуал?
— Сколько вы хотите?
— Маргарита, вы действительно готовы рисковать жизнью?
Девушка понурилась.
— Готова. Это единственный шанс для меня… вы просто не понимаете. Сколько вы хотите?
— А зачем мертвому деньги?
— Нигде не сказано, что выживу именно я. Я готова рискнуть… иначе я не смогу быть рядом с любимым! Неужели вы не понимаете, что такое любовь?
— Понимала… когда-то. Давно.
— Ну так пойдите мне навстречу!
— Извините. Мне хочется пожить следующие семьдесят лет. А не следующий год, — Ирина развела руками. — А учитывая, как врет ваш… Виктор Анатольевич…
— Что вы хотите за ритуал?
— Ничего. Я же сказала — нет.
— Тогда — не обессудьте…
Если бы не взвыло чувство опасности, Ирина не успела бы отреагировать.
Но…
Мимо пронеслось серое хищное тело.
Мимо!
Спас девушку пенек.
Ирина просто опрокинулась за него, а вурдалак, надо полагать, это был именно он, пролетел над ней и пошел на второй круг.
Рука сама рванула пистолет из кобуры.
Спустя несколько лет, вспоминая этот эпизод, Ирина не могла объяснить, как у нее получилось — вынуть пистолет, снять его с предохранителя, передернуть и выстрелить. Да еще точно в цель. С ее-то мизерным опытом! Что сработало, что ей помогло? Адреналин? Дедушкины уроки? Тренировки в учебке? Свежеприобретенная ведьмина сила?
Ирина так и не узнала ответа, но была не в претензии.
Она осталась жива. Это главное.
Она попала так, как никогда не смогла бы попасть на стрельбище. Идеально точно.
Прямиком в голову нападающего на нее существа.
Почему-то в голове крутилась лишь одна мысль — надо бы первый в воздух, но пока ты будешь стрелять абы куда, тварь порвет тебя на ленточки. Если не попасть первым же выстрелом, второго тебе сделать и не дадут.
Но — попала.
И серебряные пули не понадобились, если стрелять точно в голову, поврежденный мозг не регенерирует. Тварь дернулась и вытянулась на земле.
— Нееееееет!!!
Маргарита прыгнула внезапно.
С места.
Словно размываясь в пространстве, целясь Ирине в горло когтями…
Маргарита налетела и взвизгнула. И в этом крике не было ничего человеческого, это кричало опасное хищное животное. Дикое и оскорбленное…
Подумать, что опасно прыгать на человека с пистолетом, Маргарита не смогла. А у Ирины палец и второй раз не дрогнул.
Женщина распласталась по земле.
* * *
Ирина медленно, дрожащими пальцами, убрала ПМ в кобуру. Ну, твою ж зебру переходом!
Да, теперь ей предстояла куча рапортов, и это еще мягко сказано. Каждый случай стрельбы в человека сотрудником полиции, тем более двойного убийства, расследуется очень тщательно. Застрелить человека — это не в тварь бешеную пальнуть! Однозначно светит служебное расследование с отстранением от службы на время проведения, а может быть и еще что похуже…
На земле в парке лежала очаровательная девушка, и под головой ее расплывалось пятно крови.
Дырочка от пули темнела на мраморном лбу, вроде индийской татуировки. Удачно попала… а что со вторым?
Ох, ёпрст!
И другого слова у Ирины не было.
На земле лежал голый человек. Вообще голый…
Худощавый, средних лет, весьма среднего телосложения, и не скажешь, что пять минут назад он кого угодно загрызть мог.
Интересно, что-то у него есть… отличное от человека?
Ирина пригляделась. Она словно в дурном сне была.
Точно, есть. И клыки во рту, и ногти длинноваты, и глаза пока еще с вертикальным зрачком… она смотрела, а зрачок принимал нормальную форму, когти уменьшались…
Да, через несколько минут это будет самый обычный человек. И тогда…
Пистолет был еще в руке.
Ну, что ж.
Третий выстрел был сделан в воздух. Потом оружие отправилось обратно, на свое законное место. Ирина надежно застегнула кобуру и взялась за телефон.
Надо вызывать бригаду и уведомить начальство, наверное, уже Ивана Петровича.
Опять на работу, писать рапорт, беседовать с пррокурорскими — стопроцентно, отчитываться за применение табельного оружия…
Самооборона? При взгляде на дохлую фею, а ассоциация была именно эта, в самооборону не верилось от слов "никак" и "совсем".
И что бы сказать?
Может, про попытку завладеть табельным оружием? Заманили в парк, напали…
Или просто нападение?
Но черт!
Учат-то и требуют стрелять по конечностям, чтобы обезвредить, минимизировать ущерб. А Ирина стреляла на поражение.
Как бы это все хреново не кончилось…
Ирина пригляделась к трупам.
Фею ли?
Хм…
Словно после смерти пропадал какой-то флер очарования, окутывающий девушку. И волосы казались непоправимо крашеными, и черты лица грубоватыми, и…
Интересно, что это за заклинание такое?
Хотя — нет.
Не интересно.
Интересно, во сколько она домой попадет.
Что-то подсказывало Ирине, что очень, очень поздно.
* * *
СОГ приехала достаточно быстро, дело-то не рядовое, а заодно Иван Петрович, представители из райотдела, прокуратуры, следственного комитета, управления СБ. Первым делом, словно Ирина настроена была еще кого-нибудь убить, у нее отобрали пистолет. И Ирине пришлось писать рапорт. Один.
Правда, очень подробный.
Потом ее будут допрашивать по каждому слову рапорта. Ладно, сначала беседовать, а потом уже допрашивать. А с версиями было неидеально, увы…
По словам Ирины, девушка встретила ее у входа в парк. Попросила проводить через темное место, а то она боится… благо, следы эту версию подтверждали.
Потом из кустов на них выпрыгнул вот этот… голый. Напал на Ирину, пытался отобрать пистолет, на предупреждения и выстрел в воздух — не отреагировал.
Ирине пришлось стрелять и защищаться. А потом на нее кинулась девушка. Наверное, они были в сговоре?
Звучало не слишком правдоподобно, но ничего лучше Ирина просто не придумала.
А как?
Рассказывать про вурдалаков?
Про ведьм?
Ну, знаете ли…
Ровно через полчаса на место происшествия примчался Кирилл. Благо, Ирина ему сама позвонила. После начальства…
А что?
Дело-то по его профилю!
Кирилл нагло растолкал всех окружающих, пробился к Ирине и протянул ей флягу.
— Будешь?
— Это что?
— Кофе. С корицей.
Вот от чего Ирина отказаться не могла. Послушно взяла, сделала глоток.
— Спасибо.
Кофе оказался восхитительным.
— Не за что. На тебя все-таки попытались напасть?
— Да. И по-моему это тот самый… который с рунами.
Насторожились все.
— Почему ты так решила?
Ирина развела руками.
— Я пыталась его найти… ходила в тот квартал, разговаривала с людьми… может, и нащупала что-то… не знаю. Но это явно была засада.
— А раздевался-то он зачем? — побормотал следователь. — Хоть трусы бы оставил.
Кирилл поднял вопросительный взгляд на Ирину и получил кивок. Мол, тот самый. Да.
— Кто ж их психов-то поймет: то руны рисует, то наркоманов в жертву приносит, теперь вот — голым на полицию нападает. Что, здоровый человек все это станет проделывать?
Что интересно, никто из группы не стал ему перечить.
— А что это у девушки? — заинтересовался кто-то.
Маргарита, оказывается, кидалась не просто так. В руке у нее был нож, только какой-то странный…
— Заточка какая-то, — заметил следователь.
— Больше на мизерикорд похоже, — прокомментировал один из
— Мизерикордию, — поправила машинально Ирина. — Правда?
Название она знала, а вот видеть — не видела. Больше всего кинжал походил на заточку, и выглядел весьма опасно. Как и заточка, кстати. И то, и другое, словно в масло вошло бы между ребрами, и следа не осталось бы. Удар, словно шилом.
— Старый, похоже…
— Интересно, что им надо было? — задумалась Ирина.
Хотя и так догадывалась.
Значит, ритуал можно-таки провести насильно?
* * *
Этот вопрос она задала Кириллу, стоило им остаться… не наедине, но хотя бы в относительном спокойствии. СОГ и прочие занимались своим делом, а Ирина требовательно смотрела на мужчину.
— Так все-таки… оно?
— Оно, — согласился Кирилл.
— Ритуал можно провести по принуждению?
— Можно. Но есть оговорка.
— Да?
— Если сила передается добровольно, она чаще всего приживается. Вот, как у тебя. Если идет отказ — тогда она тоже чаще выбирает нового носителя. Особенно если его — тут ее, подпитывать, проводить опять-таки ритуалы, там целая наука. Список мероприятий на год.
— Замечательно.
— А если вырвать у тебя силу вот так… зубами… ты умираешь сразу. А девчонка… один шанс из пяти, что сила приживется.
— Кретинизм какой-то. Зачем ей это надо?
— Она не сказала?
Ирина пожала плечами.
— Я так поняла, что она кого-то любила. И ради него хотела стать ведьмой.
— Интересно.
Ирине тоже было интересно, не тот ли это "брутал", с которым она уже встречалась. Подумала, решила, что не тот.
Стал бы к ней хозяин приходить!
"Шестерку" пошлют, для начала работы и того хватит. Вот сейчас должна пойти в ход тяжелая артиллерия.
Ирина поглядела на Кирилла.
— Вы не будете забирать себе дело… или тело?
— Мы не можем этого сделать. А вот проконсультировать — вполне.
— И к вашим консультациям прислушаются?
— Думаю, да… надо дать твоим коллегам возможность убедиться. Если это тот самый вурдалак…
— А их бывает много?
— Обычно они жестко делят территории и угодья. Но ты сказала — хозяин.
— Господин.
— А господин может взять на сворку кого угодно.
— Черт побери!
Церковник и внимания не обратил на такое некуртуазное выражение.
— Надеюсь, обойдется. Но постарайся одна не ходить.
Ирина пожала плечами.
— Я не ждала подвоха.
— А пальчики-то совпадают с теми, что на кладбище нашли, — раздался довольный голос следователя. — Кажется, и правда наша "козлиная морда" прорезалась.
Ирина от души порадовалась за себя.
Грамоту ей за это не дадут, конечно, и рапортов придется писать кучу, но…
Она приходила к Наташе, расспрашивала ее. Она беседовала с теми, кто знал Прасковью, они нашла того наркомана, которого распяли…
Могли на нее охотиться?
Ирина искренне надеялась, что начальство так и подумает.
* * *
Когда все закончилось, проще было идти на работу, чем в общагу. Подумаешь, час-другой, можно и на кушетке в участке прикорнуть.
Так Ирина и решила сделать.
Кофе ее поддержал, но хотя бы пару часов сна еще добавить хотелось.
— Спасибо, — вернула она флягу Кириллу.
— Ты сейчас в общагу?
— Нет. В участок.
— Пошли, провожу.
— Спасибо.
Некоторое время они шли молча, потом Кирилл кашлянул.
— Не переживай. Созвонится наше начальство, и последствий у тебя не будет. Все же вурдалак и одержимая… наш контингент.
— Одержимая?
— Пособница. Соучастница. Если хочешь, аколит.
— Аколит? Разве это не в католичестве принято? Служитель какой-то…
— Мы позаимствовали термин. В ковене тоже бывают аколиты, а здесь, похоже, ковен. Или просто сильный маг.
Ирина помотала головой.
— Нет. Не хочу пока ничего знать… давай потом?
— Только надолго не откладывай, может оказаться поздно.
Это Ирина понимала.
— Хоть выспаться дайте.
— Это запросто.
Кирилл честь по чести проводил ее к участку, подождал, пока заспанный Сеня откроет дверь и даже ручкой помахал.
Ирина буквально в двух словах сообщила, что на нее напали, что была самозащита и она все расскажет с утра. А можно подремать?
Сеня кивнул и отвел девушку в комнату отдыха.
Ирина вытянулась на кушетке, но…
Адреналин еще не весь разошелся в крови. Спать не слишком-то хотелось. Кстати… а что там с телефоном?
Ирина вставила симку обратно.
Хм.
Вызовов прибавилось. Почти вдвое.
Кажется, родственнички решили назначить ее крайней за все. Хм, а если…
Ирина посмотрела на часы.
Злорадно ухмыльнулась и набрала номер Евгения.
Мазохизм?
Да, но она его не удаляла. Сама не знала, почему, но не удаляла.
Четыре часа утра? Да и плевать, пусть поикает, гад!
Два гудка. Три. Четыре…
— Ирина Петровна?
Голос молодой, женский…
— Да.
— Хотите поговорить с Евгением?
— Очень, — искренне сказала Ирина.
— Поговорите. Минуту.
Тишина. Потом звук удара. И голос Евгения в трубке.
— Ирочка!!! Ируся!!!
Ирусей называл ее только он.
Только Женя, и только в постели. Это было их интимное имя.
— Привет, Женя. Это и есть твоя новая любовь?
— Ирочка, это страшные люди!!! Умоляю, спаси меня!!! Они меня убьют!!!
— Да что ты говоришь?
— ИРУСЯ!!!
Еще один звук удара. И снова женский голос в трубке.
— Насладились беседой, Ирина Петровна?
— Ага, — легко согласилась Ирина. — А вы его правда убьете?
Женщина задумалась.
— А вы как думаете?
— Вообще об этом не думала. Этот умник от жены ушел, а та мне настроение портит. Вот, я решила ему сон изгадить.
— Хм… хотите вернуть его жене?
— Не-а.
— Себе? Одно ваше слово, и он вам до конца жизни ноги целовать будет.
— Чьей жизни-то?
— Хотите — его.
Ирина красочно представила, как Евгений ползает и целует ей ноги, а потом ему отрывают голову. Или перепиливают горло напильником. Или… ох, много садо-мазо картин может представить разозленная женщина.
— А не хочу — моей?
— Хм…
— Спасибо, вообще не хочу.
— А чего вы хотите?
— Ничего не хочу, — призналась Ирина. — Сами этого придурка украли, сами с ним и разбирайтесь.
И отключилась.
Потом вытащила симку, и свернулась уютным калачиком.
Вот, теперь можно и поспать.
* * *
Утром Ирине пришлось рассказать о ночных событиях.
А потом все стало еще интереснее.
Как оказалось, это и правда тот самый.
Совпадали пальчики, совпадало ДНК…
А вот что ему нужно было от Ирины?
Рапорт пришлось писать один, но очень подробный. Чуть не до секунды все расписывать, куда шагнула, как посмотрела… А ведь работу тоже никто не отменял.
К концу дня Ирина чувствовала себя полностью вымотанной. И в общагу шла, нога за ногу… никакая.
Просто — никакая.
— Ирина!
Когда ее окликнули, она даже не сразу поняла, что это — ее зовут.
— Ирина!!!
Ирина обернулась.
Из припаркованной у тротуара машины смотрел ее отец. Биологический.
И лицо у него было такое недовольное…
— Садись в машину! Нам надо поговорить!
Еще полгода назад Ирина бы послушалась. А сейчас…
Развернулась и пошла себе, пока отец орал, потом сигналил, а потом кинулся ее догонять. Схватил за руку, дернул — и тут же полетел носом в пыль. Учебка даром не прошла. Да и что ей терять?
Служебное расследование все равно будет, хоть и по другому поводу. Можно не стесняться, дальше Кушки не пошлют, больше вышки не дадут.
— Что надо?
— Ах ты…
— Наряд вызвать? Посидишь трое суток, подумаешь…
Отец поднимался, зло сверкая глазами.
— Ну, ты стерва!
— Ближе к истине. Чего надо?
Отец огляделся и кивнул на оказавшуюся рядом кафешку.
— Посидим, поговорим?
Ирина поняла, что так легко не отвяжется, и кивнула.
— Ладно. Пошли.