Глава 17

Тим

Я быстро несусь по коридору, надеясь успеть. Злость сдавливает грудь, но держусь. Я все узнаю, все пойму, скоро мне станет ясно, какого черта творится с этой блондинкой.

Судорожно выискиваю глазами нужную фигуру, и наконец мои глаза цепляются за рыжие волосы. В обеденном зале шумно, толкучка и куча студентов. На преподавателя, что медленно (хотя хочется метнуться со всей скоростью) продвигается сквозь толпу, никто особо не обращает внимания. Рядом со Стефи Ричард — мой друг сидит рядом, и смотрит, как огненная ест. Я даже замираю от этой картины — мой товарищ, кажется, помешался. Следом Рик вскидывает взгляд, и смотрит прямо на меня. Хмуро и непонимающе — мои эмоции его удивляют. А уж когда я уверенным шагом подхожу к Стефи, мой будущий бетта делает невозможное — поднимается со своего места, и преграждает мне путь.

— Уйди, — рычу еле слышно, зная, что друг услышит.

Ричард хмурится, и я вижу борьбу на его лице. С одной стороны — мои бешеные эмоции, а с другой — девушка, что ему не безразлична. Я решаю упростить ему задачу.

— Не трону. Успокойся. Я хочу поговорить.

Друг чуть принюхивается, улавливая, говорю ли я правду. Наконец, отходит в сторону, все еще внимательно следя за мной.

Я осторожно трогаю Стефи за плечо, и та удивленно поднимает голову.

— Давай выйдем, — прошу, стараясь сделать голос менее злым.

Та делает глаза по два блюдца, и осторожно начинает вставать. Но на моем пути вырастает новое препятствие — ее друг, бывший очкарик, что внезапно отрастил мускулы, и, видимо, уверенность в себе.

— Куда ты ее зовешь? — грозно шипит он, одновременно загораживая девушку от меня.

Я удивленно смотрю на Ричарда, спрашивая взглядом, мол: «Что у вас тут происходит?», но тот только чертыхается, и качает головой. Зато рыжая ловко обходит возникшее препятствие, и ласково произносит:

— Все в порядке, Чит. Я сейчас вернусь.

Ричард и Тим молча провожают нас до выхода, и будь я в менее взбешенном состоянии, обязательно бы поинтересовался у друга, что у него творится в отношениях. Я ясно видел, каким взглядом смотрит Чит на свою подругу, и было непонятно, почему Ричард терпит подобное…

Мы выходим из обеденного зала, и находим тихий угол, где можно поговорить. Стефи аккуратно присаживается на стоящую здесь скамейку, и осторожно расправляет края форменной юбки.

— Как это вы вдруг смогли оставить Аду одну, профессор? — язвительно спросила девушка, и с интересом взглянула на меня.

Я выдохнул.

— Давай без этого. Я слышал ваш разговор по телефону, рыжая. И мне просто до смерти интересно узнать, какого черта твоя подруга получает от кого — то побои, а ты сидишь тут, и пытаешься, твою мать, рожи корчить?!

Ухмылка сползла с лица Стефи так быстро, что я даже немного пожалел о своих словах. А еще больше пожалел, когда девушка встала, и молча пошла в сторону.

— Подожди! — крикнул, хватая Стефи за локоть.

Та попыталась вырваться. Я не позволил.

— Стефи, прости! Я не хотел тебя обидеть, просто.

Девушка оглянулась.

— Что «просто»?

— Просто я в каком-то диком бешенстве и бессилии!

Признание вылетело, став неожиданностью для меня самого. Вот черт, как здорово расписался в собственных страхах…

Стефи хмыкнула, и вернулась к скамейке.

— Рада, что признаешь это, — с удовлетворением произнесла она, — что тебе сказала Ада?

Я покачал головой, приваливаясь к стенке.

— Ничего. Сказала, что это не мое дело.

— Ну, она права, — кивнула Стефи.

Я с новой порцией гнева посмотрел на рыжую. На нее, казалось, это не произвело особого впечатления.

— Что ты от меня-то хочешь, оборотень? Я тем более не могу сказать, Ада мне не простит.

— Не простит?! — мой кулак вновь вдаривает по стене, погашая желание схватить и тряхнуть рыжую, — а она простит тебя, если ее случайно прибьют?! Или если ты не успеешь ей помочь, и она свалится в каком-нибудь лесу без чувств?! А если ее жених об этом узнает.

Я замираю, понимая, что попал в цель. Но не по расширившимся от страха глазам девушки. Нет. В этот момент мне хочется стукнуть себя по голове, оттого, что не смог догадаться раньше. Тотальный контроль, частые встречи, грустная Ада от прикосновений этого Ленни. Каким же я был ослом.

— Я убью его, — вылетает из моего рта, и я разворачиваюсь в сторону выхода из академии.

Мгновенно вокруг меня вспыхивает стена огня, и я отпрыгиваю, оказываясь рядом с рыжей. Та пытается поймать мою руку, но я грубо отпихиваю ладонь девушки. Зверь внутри меня окружен гневом, и подстегивает — найти, растерзать, убить. Только медленно. Со вкусом.

Стефи что-то кричит, но я прикидываю, как обойти огонь, и вновь кидаюсь прочь, но чьи-то отнюдь не слабые руки ловят меня, обхватывая за грудь. Я пытаюсь вырваться, и зверь воет, потому что не выходит. Бьюсь, пытаясь уйти, но не получается. В полной ярости оборачиваюсь, и мой кулак впечатывается в стиснутую челюсть Ричарда.

Отлетевшее тело друга отрезвляет. Я медленно подхожу к оборотню, и облегченно выдыхаю, так как Рик встает на ноги, потирая ушибленное место. Смотрит на меня с изумлением, но поговорить нам не дают. Неожиданно сильные женские руки сжимают мои кулаки.

— Ты сделаешь лишь хуже! — четко говорит мне в лицо Стефи, — очнись, и подумай трезво — Аде это не поможет! Ваша драка лишь все усугубит, тут нужно действовать тише, умнее.

Я хотел было поспорить, что убийство этого монстра поможет еще как, да и не только Аде, но тут до меня доходит смысл ее слов. Подруга Ады предлагает помощь!

— Ты расскажешь? — словно в тумане, спрашиваю я.

Стефи вздыхает, и кладет руки себе на щеки.

— Так ты уже и сам все знаешь… Тем более, я все равно хотела помочь. Возможно, это наш шанс все изменить.

Я киваю, и смотрю на вставшего рядом со Стефи Ричарда. Мне не нужно ничего объяснять другу — он и сам почувствует мои извинения в эмоциях. Только вот не поймет, с чего вдруг такие реакции. Я и сам не знал, отчего мне так важно было вытащить Аду из этого дерьма. Но знал, что уехать, когда эта девушка страдает — не смогу.

— А обязательно такой компанией собираться? — иронично спросил я, вставая возле стола своей классной комнаты, и оглядывая усаживающихся прямо на парты ребят.

Стефи, вздохнув, закатила глаза и послала красноречивый взгляд двум парням, что упорно делали вид, что ничего не происходит. У Ричарда, в силу опыта, это получалось лучше, чем у задумчивого Чита, но стремление без особой причины оказаться здесь было у обоих.

Я вообще планировал, что для объяснений мы с рыжей встретимся вдвоем, так как разговор предстоял весьма непростой. Но Чит заявил, что Ада и его подруга, и он то здесь как раз не лишний. Ричард вообще от объяснений воздержался, молча усевшись в отдалении от нас, и наблюдая.

Я устраивать разборки и выгонять кого — то не собирался, тем более если Стефи согласится рассказать все при парнях — то пусть сидят, лишь бы не мешали.

— Ну так что? — после паузы продолжил я, — есть хоть какое-то разумное объяснение тому, что Ада собирается выскочить замуж за этого. Ленни?

Имя жениха я выплюнул, спасаясь от гораздо худших ругательств. Всю последнюю ночь я только и думал, что об этом типе — и мысли мои несколько раз срывали с места, с желанием стереть подонка в порошок. Ричард молча смотрел за моими метаниями по комнате, лишь качая головой, но от комментариев воздержался. Отличный друг.

— Я сама всей истории не знаю, — Стефи поморщилась, и я понял, что эта тема ей неприятна, — Ада рассказала мне обо всем только к середине второго курса, когда мы стали достаточно близки, а Ленни все меньше стеснялся своего отношения к Аде при мне. Нет, в моем присутствии он никогда ее не трогал — но то, как Таос смотрит на Аду, говорит с ней — это не так, как при посторонних. На самом деле, я поначалу думала, что он очень любит ее и оберегает ото всех, и даже радовалась, что у подруги такой жених.

Стефи вдруг замолчала, и перевела взгляд. Глубоко вздохнула, и я увидел, как слегка напрягся Ричард на другом конце класса. Видимо, почувствовал в эмоциях девушки нечто, что ему не понравилось.

— Как вообще получилось, что Ада с ним. вместе?

Я сжал зубы, произнося это. И сам понимал, как глупо смотрятся такие реакции, но ничего не мог с собой поделать.

— Они не вместе, — тихо продолжила девушка, — то есть, не так, как могут быть вместе невеста и жених. Семья Ады оказалась на грани разорения после того, как ее мать продала фирму… Вроде так рассказывала Ада, но она не вдавалась в подробности. И семья Таос решила их материальные проблемы, взамен на брак с их наследником. Мать Ады подписала какой-то контракт, и после окончания учебы они должны пожениться.

Я молчал. Думал. Пытался сообразить, понять, посмотреть на ситуацию со стороны — и не мог. Мать Ады продала свою дочь за безбедную жизнь, и та теперь страдает от своего жениха, а в будущем мужа. Вот так, если без прикрас и всей прочей дряни, что можно здесь наговорить. И от такой мысли становилось не по себе.

— То есть, — голос звучал как чужой, но мне было плевать, — все дело только в деньгах? Сколько же Таос им платят?

— Ада не говорила точные суммы, — рыжая поморщилась, — я лишь знаю, что благодаря Ленни Ада учится здесь, и так же они помогли им сохранить дом, в котором сейчас живет ее мать. Думаю, есть еще какие-то отчисления, но мне о них неизвестно.

Я встал, и направился к двери. Обернулся. В голове был уже четкий план, только вот знать хотелось больше, чем мне необходимо.

— Стеф. Как ты думаешь, Ада любит его?

Рыжая удивленно моргнула, а Ричард пристально смотрел на меня. Бьюсь об заклад, он в шоке от моих эмоций сейчас.

— Нет, — твердо ответила Стефи, и даже помотала головой, как бы показывая свое отношение к этому.

— Тогда, думаю, она не разозлиться на то, что я хочу сделать, — с шальной улыбкой на губах я покинул класс, оставляя этих троих разбираться в своих отношениях.

Пара звонков, занявших около часа моего времени, должны были поменять жизнь Ады кардинально в другую сторону. Я имел, как совершеннолетний член семьи, свои собственные счета, которые пополнялись практически регулярно. Тратить много не было необходимости никогда, отец даже посмеивался над тем, что я самый экономный из нас. Не знаю, сколько денег там скопилось, но, если не хватит, воспользуюсь семейным счетом

— к нему у меня тоже был свободный доступ. Отец, конечно, удивиться, но вряд ли будет сильно против — он никогда не уделял особого отношения деньгам. А еще он знает, что я не трачусь на ерунду, и даже спрашивать не будет, куда делись крупные суммы.

По крайней мере, я на это надеялся.

Первым делом я заплатил за учебу Ады, перечислив крупную сумму на ее имя в академии. Только лишь за этот год — за остальные было платить уже поздно. Затем через связи отца нашел личный счет Ады, и перекинул туда сумму, которую должно было хватить содержание их дома (его фото мне показала Стефи), и на их личные нужды. На год — точно, а там Ада сможет найти работу, и сама обеспечить себя с матерью. Также назначил ежемесячные отчисления на счет ее мамы на ближайший год. Крупную сумму сразу отдавать побоялся, женщина могла растратить все слишком быстро. После всех манипуляций, облегченно вздохнул, и завалился спать.

Утром меня разбудил Ричард, настойчиво потряхивая за плечо. Я поморщился, но открыл глаза. Друг молча протягивал мне мобильник.

— Да? — хрипло пробормотал в трубку, даже не посмотрев, кто звонит.

— Ты решил вдруг податься в благотворительность? — услышал чуть ехидный голос отца.

— Ну… Можно сказать, и так. Я отдал слишком много?

Отец помолчал.

— Меня больше волнует не размер суммы, а те счета, куда ты перевел средства. Кто такие эти Вершер?

Все ясно, навел справки. Что ж, имеет право.

— Это люди, которым нужна была помощь, и я ее дал.

— Это были все твои сбережения с первого курса.

— Знаю.

Снова молчание.

— Что ж, ты мог потратить эти деньги на что угодно, но ты их сохранил. Может, это и правильно. Отчисления на твой счет продолжаться, как и раньше, сын. Но хочу сказать, что доступ к семейному счету я не отменял — это наши общие деньги, и ты можешь распоряжаться ими наравне со всеми.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Затем, что есть еще один счет, к которому ты получишь доступ, как только вступишь в роль Альфы. Это расходы на всю стаю. Ты понимаешь, о чем я?

Конечно, понимаю. Мысли отца легко было понять.

— Не волнуйся, отец, я никогда не пущу общие средства на. благотворительность. Я понимаю ответственность перед своим народом.

— Молодец. Когда ты вернешься?

В его вопросе ясно проскользнула мысль о моем обращении, и я стиснул зубы. Поскорей бы оно случилось.

— Я. Думаю, что со дня на день, отец.

Молчание.

— Нет, не обернулся, — выдохнул на невысказанный вслух вопрос.

— Это не важно, сын. Всему свое время. Мы ждем тебя, в любом случае.

— Спасибо.

Я нажал на отбой, и заложил руки за голову, размышляя. Отец у меня мировой, это правда. Не ставит палок в колеса, не ограничивает, дает пойти своим путем, и даже с советом не лезет, когда не видит в этом острой необходимости. И два раза одно и тоже редко повторяет — считает, что если не уяснил с первого раза, то нет необходимости талдычить одно и то же.

А вот сын у него… Нет, до сего момента мне казалось, что я делаю все от меня зависящее. Я знал свое предназначение, понимал важность тренировок, учебы, самоконтроля и правильной компании. Но это все делал я, следуя долгу и желанием угодить отцу. А вот мой зверь. Тот будто совсем не осознавал, кем нам предстоит стать в итоге. Только и думает о своей блондинке. Или нашей?

Стряхнув дурацкие мысли, сел на кровати, и посмотрел на друга, что сидел на стуле и глядел в свой телефон. Рыжей там что ли, написывает?

— Спроси у своей подружки, как там Ада? — обманчиво-лениво попросил я, проводя рукой по волосам.

Спустя минуту Рик поднял голову.

— Пишет, что в пределах нормы, — он хмыкнул, и вопросительно посмотрел на меня.

— Это хорошо. Скоро будет совсем в норме, если у этой блондинки существует такое понятие. Я оплатил все счета ее семьи, Рик.

Тот присвистнул.

— И?

— Что «и»? Зверь найден, Ада скоро будет свободна от гнета жениха, и сможет разорвать помолвку. А нам пора, наконец, вернуться в стаю.

Тот покачал головой.

— Вот так просто? Бросить Аду, и поехать домой? Ты серьезно?

Я вскинул голову.

— Ты, друг, со своими чувствами к рыжей на меня не гони. У вас там может и любовь, и все дела, только мне это по боку. Мой долг — как можно скорее вернуться в клан, и учиться быть лидером. Занимать правильные позиции, укреплять свое место в стае, впитывать опыт отца. В общем, мне не до Ады. Да, признаю, зверь без ума от девушки, а мне самому Ада не безразлична, но это не все не то, чем я мог бы сейчас заниматься. Да и ты в курсе, что в клан ее не примут, так что.

— Почему не примут?

Я посмотрел другу в глаза.

— Потому что она не родит чистокровных оборотней, Рик. А Альфой может быть только чистокровный, ты знаешь. Поэтому я должен жениться на той, кто принесет правильное потомство, и обеспечит хорошее продолжение рода. Теперь ясно?

Ричард задумался.

— То, что ты говоришь, не идет ни в какой счет с тем, что ты чувствуешь. Но воля твоя — спорить я не буду. Позволь мне задержаться ненадолго, хорошо? Я вернусь сразу, как только смогу…

— Сможешь что? Забрать с собой рыжую?

— Это. Не решенный вопрос.

— Она не хочет?

Ричард скривил лицо.

— Все сложно, Тим. Впрочем, очевидно, с этими двумя просто не бывает. Но если ты так легко отказываешься от своих чувств, то я — нет.

Он посмотрел мне прямо в глаза, и кажется, я заметил там укор. Этого еще не хватало!

— Моя избранница будет чистокровным оборотнем, которая без проблем останется со мной в клане, и не будет чувствовать себя там изгоем! — резко бросил я, — а то, что у моего зверя в одном месте свербит при виде блондинки — это совсем другое! Ясно?!

— Куда уж яснее, — хмыкнул друг, и встав со стула, направился к двери.

— Оставайся столько, сколько нужно, — выдохнул я, зная, что оборотень услышит в любом случае.

Ричард кивнул, не оборачиваясь, а я быстро стал собирать чемодан. Мне нужно в стаю, убеждал себя я. Нужно сбежать отсюда. Когда блондинка окажется далеко, зверь все поймет, и мы, наконец, обратимся.

Покидав вещи, я вышел из комнаты, и прямиком отправился к директрисе, чтобы сообщить об увольнении. По пути вспомнил, что не заглядывал вчера в зверинец — а Ричарда не вспомнил спросить, делал ли это он. Чертыхнувшись, круто развернулся, и направился на улицу. Нужно быть уверенным, что все дела в порядке, прежде чем отбыть домой.

Быстро покормив зверье, я крепко закрыл двери, и понял, что что-то не так. Спину обожгло нехорошим предчувствием, и прежде чем обернуться, я медленно поставил чемодан на землю.

Запах Ады окутал первым, и с опозданием я почувствовал постороннее присутствие. Развернулся, чтобы понять, кто стоит за спиной, и зверь внутри моментально вскочил в прыжке, угрожающе затрясшись. Из груди против воли вырвалось рычание, но впечатление оно почти не произвело.

В десяти метрах от меня, крепко схватив Аду за локоть, стоял Ленни Таос, плотно сжимая губы, и нехорошо ухмыляясь. Я лишь на секунду посмотрел на блондинку, и понял — один из нас с поляны живым не уйдет. Потому что заплаканное лицо Ады с багрово-синим синяком, разливающимся по щеке — это мой новый главный кошмар, что будет преследовать до конца жизни.

Я сжал кулаки, пытаясь сосредоточиться на лице Ады, чтобы не кинуться к Тоасу прямо сейчас. Она не заслуживает видеть это. Ей будет больно, и страшно.

Наверно, только блондинка и сдерживала зверя внутри, который хотел оказаться рядом с девушкой, и одновременно перенести ее куда-то в безопасное место. К сожалению, рука Ленни на локте Ады терпения не прибавляла, и я быстрым шагом направился к ним.

— Девушку отпусти, — выплюнул сквозь стиснутые зубы, подходя достаточно, чтобы он расслышал.

Про себя отметил, что передо мной уже не тот парень, что был раньше. В моем классе я видел лишь жениха Ады с собственническими наклонностями, среди других студентов — излишне влюбленного парня, которому хочется быть как можно ближе со своей невестой.

Сейчас же передо мной стоял некто совершенно иной — с искаженными чертами лица, холодным и цепким взглядом, уверенный и жестокий — все это, глубоко спрятанное раньше, очутилось на поверхности, и делало парня похожим на животное. Я усмехнулся сравнению

— вроде оборотень тут я, а сам себе кажусь более человечным, чем Таос.

— Нет, — легкая ухмылка была обманчива, Ленни был взбешен, — пусть невеста посмотрит, что бывает с теми, кто вздумал вступаться за нее.

Я выдохнул. Резко, и почти отпуская себя. Почти — потому что мы были на отрытом участке, куда в любой момент мог придти любой студент или преподаватель, и стать свидетелем не очень приятной сцены. И когда я вдруг успел стать таким правильным?! Хотелось скорее разнести эту ухмылку в пыль, но сдерживала она — блондинка, что отчаянно отводила взгляд в сторону, хотя я жаждал поймать ее глаза, чтобы понять ее состояние. И слезы, что не переставая текли по этим бледным щекам, наверняка причиняя боль в том месте, где был синяк. Я поморщился, так как ее боль, даже малейшая, вызывала судороги по телу.

Кивком головы указал на лес, и сам первый направился туда, ни на секунду не выпуская из вида Аду. Ленни грубо потянул ее за собой, прибавляя себе еще пару мучительных способов, которыми я буду его убивать.

Когда мы зашли достаточно глубоко в чащу, Таос отпустил Аду, и развернулся, целиком сосредотачиваясь на мне. Я вздохнул, радуясь, как ребенок, что сейчас совершиться то, что должно было.

— Ада, уходи, — наклоняя корпус вперед, рычу я.

— Нет, — прерывает Ленни, поудобнее вставая передо мной, — никуда она не пойдет.

— Ада, — смотря лишь на девушку, заставляя прислушаться, — ты не должна его слушаться. У тебя больше нет проблем с деньгами. Уходи сейчас же, разрывай помолвку. Ты свободна.

На этих словах Ада до крови закусила губу, и слезы градом хлынули по ее лицу. Я растерялся, и неосознанно потянулся вперед, к ней, чтобы обнять и утешить… Но Таос загородил ее тело собой.

— Какой глупый, необдуманный шаг! — Ленни расхохотался, во всем его виде чувствовалось ликование, — с чего ты решил, что, заплатив за девку, разорвешь помолвку?! Контракт составлен не дураками, и Ада в любом случае — с деньгами или без — выйдет за меня! Разорвать нашу помолвку не в силах ничего, Ада моя, жалкий пес, и после того, что ты сделал…

— Ленни, пожалуйста, — тихий, как шепот, голосок блондинки прервал парня, — он ни в чем не виноват.

— Молчи! — зло рявкнул Таос, не оборачиваясь, — с тобой я позже разберусь! Ты еще поплатишься за непослушание!

Это было последнее, что я сумел стерпеть. Зверь внутри как-то протяжно рыкнул, я распрямил спину, и резко бросился вперед.