Глава 28

Дэн

Я разворачиваю плед, который передала Тина так, чтобы в случае чего моментально прикрыть им заднее сиденье и нас троих. Стекла машины тонированы, на улице темно. Так что это вполне может сработать. А вот если нет.

Касаюсь кармана, ощущая твердую жесть оружия.

Насколько все было бы проще будь я один. Но то, что Лера рядом, продолжает согревать и подпитывать меня бесперебойной энергией веры.

Мы со всем справимся! Потому что дыра, через которую раньше шуровала значительная часть моей жизненной силы наконец-то закрылась.

Пристально слежу за Машей, которая никак не может комфортно устроиться на коленях мамы.

Через пару минут ей это удается, и наши взгляды пересекаются. Она не отводит глаза. Смотрит любопытно и долго, а потом все-таки прерывается и, задрав голову вверх, что-то шепчет Лере.

- Да, - кратко отвечает ей та, кажется, смущаясь, а я успеваю поймать её руку, подношу к губам и целую тонкие, теплые пальцы.

Лера закрывает глаза. Я вижу, как она напрягается, скулы мгновенно очерчиваются, подбородок начинает дрожать и… слезы. По щекам опять текут слёзы.

Всё внутри скручивает до предела из-за невозможности успокоить её так, как я бы сумел, если бы мы были одни.

Но Маша сурово бдит за соблюдением всех правил приличий, да и присутствие Тины не позволяет проявлять чувства уж очень открыто.

К тому же мы лихо прихватили её с собой в жизнь "после".

А ведь не объявись Михаил дома пораньше, не залей дочери в уши страшную байку про меня и Леру, в которой неглупая Тина сразу почувствовала намеренное нагнетание и несколько несостыковок, а следом услышала пересказ Маши летней истории, её жизнь осталась бы прежней - счастливой и лёгкой.

Какая она у неё теперь?

А хрен её знает.

Первый год, лично я никак не мог нащупать твердую почву под ногами из-за невозможности хоть что-то изменить. Действия, не приносящие результата, просто выбивали её из-под ног. Но чтобы не свихнуться, мне пришлось научиться чувствовать её заново.

Вот и Тине предстоит повторить этот путь.

Проблема том, что ей на плечи закинули груз обмана и предательства от самого близкого человека. И вынести такое не каждому под силу.

- Ты уверена в том, что делаешь? - спросил я её в лоб, когда она заскочила в гараж с рюкзаком для нас перед тем, как вернуться за Лерой с Машей в спальню.

- Да. Полностью.

- Не боишься?

- Нет. Мой самый большой страх уже случился. Он убил человека, которого я любила и врал мне в лицо. Знаешь, как они это обставили? Участие в бое без правил. Ставка была слишком заманчива. Юра в тот вечер якобы попросил у него моей руки, отец дал согласие, а сумма выигрыша легко покрыла бы свадебные расходы. И он не устоял. "Он так сильно тебя любил, малышка. А любовь часто толкает людей на безрассудство" - слова отца на следующий вечер, когда он сообщил мне трагические новости.

- У тебя не возникло подозрений.

- Нет. Это сказал отец. И как выяснилось, врать он умеет мастерски.

- Согласен. Я слышал его речь в кухне. Вернёшься сюда?

- Да.

- Это опасно. И это не только его дело.

- Ты прав. Кроме моей задницы, ему придется прикрывать и свою. Хочу на это посмотреть.

- А если он тебя запрет? Вот как Лерку.

- В этом случае меня лучше пристрелить, и он об этом знает. Ничего. Справлюсь.

И она справляется.

Проносится мимо места нашего столкновения.

Ничего и никого.

Гребанные профессионалы.

Первое и неоспоримое правило - прибери за собой - соблюдено на все сто.

- Быстро они. И без лишнего шума, - разделяет мои мысли Тина. - Плед, - бросает она, не поворачиваясь. - Если что-то пойдет не так, скажу "папа был прав". Тогда девчонок в ноги, и дальше по обстоятельствам.

- В какие ноги? - тут же встревает Маша.

- Поиграете в "домик". Сейчас накроетесь с головой, и если, Маш, услышишь мои слова по папу, сразу ныряй с сиденья вниз. Прячься в "подвал".

- А я хочу сразу! Можно?

- Можно, - великодушно разрешает наш водитель, а мы с Лерой пригибаемся ниже, поправляя мягкий, плотный плед над нашими головами.

- А долго тут сидеть? - интересуется из "подвала" Маша.

- Нет. Когда я постучусь к тебе в дверку, сразу можешь вылазить.

- Хорошо, Тина. Я жду тебя в гости. Тут темно и тепло. Чай попьём.

- Обожаю чай. Малиновое варенье есть?

- Не знаю. Сейчас проверю, - Маша на секунду замолкает. - Да есть, я проверила. И маму позовём!

Меня не зовут. Но мне достаточного и того, что в мою щеку упирается Леркин нос, и я, не выдержав, поворачиваю голову и нахожу её губы.

Губы, которые отвечают мне так, что хочется крикнуть Тине, чтобы остановилась, забрала Машку с собой и дала нам хотя бы пять минут наедине.

Она останавливается, но вовсе не из-за моей мольбы.

Из-за того, что мы доехали до этого сраного блокпоста, и мне снова нужно встать у дверей нашего "домика", чтобы никому больше не позволить снести его стены и вломиться в нашу жизнь своими грязными ботинками.

Пистолет в ладони раскаляется от моего внутреннего жара и ярости.

Пусть только попробуют сунуться!

Слышу, как Тина снимает предохранитель  со ствола.

Всё плохо? Насколько?

Стрелка в часах времени застревает, напрягается и с неимоверным усилием и задержкой, но все же  преодолевает следующее деление, за ним ещё одно и…

Машина трогается.

Но Тина выдерживает ещё двадцать секунд и только потом с облегчением выдыхает:

- Всё, Маша. Разливай чай! Всем! Дэн, ты любишь малиновое варенье?

- Нет.

- А какое?

- Клубничное, - откидываю я плед, выпрямляясь на сиденье.

- Маш, есть клубничное?

- Нет, - насупленно отвечает Маша, вылезая из своего "подвала".

Она по-деловому складывает руки на груди и с прищуром смотрит на меня..

- Я схожу в магазин и куплю клубничное варенье, - пытается разрядить обстановку Лера.

- Нет, - моментально хватает её за руку Маша. - Я сама схожу! Куплю большую банку. Он же много, наверное, ест. Вон какой большой.

- Бери такую, какую сможешь дотащить, - усмехаюсь я.

- Чёрт!

- Что? - я переключаюсь на Тину.

- Поддержка, будь она неладна. Но не ваша.

- Откуда ты знаешь? - уточняю и тут же наблюдаю в окно проносящуюся вереницу из… шести машин.

- Сигнал фарами. Отцовский. Для друзей, и первая машина - это его заместитель.

- Ты ответила?

- Да. Раз не развернулись сразу, значит, нормально. Едут помогать искать вас. Твари…

- Тин, но босс, спешащий в противоположном направлении?

- На час, думаю, их домыслов и сомнений хватит. Потом конечно задергаются. Но нам этого достаточно. Ого… - присвистывает она. - Мобильный пост! И Ежа приволокли. Но нас, гады, узнают в номер.

- Где ёж? - заинтересованно вскидывается Маша, но Лера удерживает её, не позволяя прилипнуть к окну.

- Слушай, Дэн… - голос Тины становится предельно озадаченным. - Это не из-за Леры с Машей, верно? Из-за бизнеса, - правильно расставляет приоритеты она. - Отец сказал, ты - пешка. Соврал?

- Я представитель Ставра Львовича Косарева.

Тина громко матерится, сразу же спохватывается, но Маша ничего не пропускает мимо ушей.

- Тина! Так ругаться нельзя! Ты же не сапожник!

- А сапожнику можно? - не сдает позиций Тина.

- Ну он когда молотком себе по пальцу ударит больно же. Можно. Наверное. Чуть-чуть. А тебе нельзя!

- Извини. Больше не буду, Маш. Ещё одни… - зло шипит она, завидев, ещё одну мобильную группу на обочине. - Они наставили их вместо камер. Так… В город я могу вас не довезти. Будем рисковать?

- Альтернатива?

- Моя знакомая этим летом выкупила несколько участков под строительство дома. Отсюда десять минут езды. Успели только обнести забором и залить фундамент. Но остался старый дом от прежних хозяев. На одном из участков, который ближе к лесу. Его собирались снести, просто не успели. Он небольшой, но неплохой.

- Предлагаешь пересидеть в нём?

- Да. Причем, я хотела завезти вас к воротам, но что-то подсказывает, что на развилке точно кто-то будет. Поэтому придется подойти со стороны леса. С дороги. Здесь недалеко, но... чертов снег!

- Тин, всё хорошо. Но как потом выбираться?

- У меня есть, у кого попросить помощи. Доеду до первой точки связи, где не так легко будет вычислить и договорюсь, чтобы вас забрали через два-три дня.

- А если всё только осложнится?

- Стрельцов, у меня нет ответов на все твои вопросы. Сейчас я знаю, что на одной из таких точек нас всё-таки тормознут и проверят салон. И численное превосходство будет на их стороне, как бы красиво и метко мы не отстреливались.

Она права, но чувство бессилия перед сложившимися обстоятельствами вымораживает по полной и так хочется переть напролом, сметая оборзевших тварей.

- Ну? - подгоняет с решением она.

- Хорошо, - соглашаюсь я, и спустя три минуты после короткого прощания, она высаживает нас на обочине, указав приблизительный ориентир между плотно растущих елей.

Небольшая перепалка в результате которой Маша категорически отказывается идти ко мне на руки.

На вопрос почему, даётся упрямый ответ "хочу с мамой".

С мамой, так с мамой.

Забавно, но именно эти раздражающие мелочи отвлекают от тревожных мыслей.

Закидываю рюкзак за спину, беру сумку в руку и бульдозером прокладываю нам путь.

Пойдет.

Не пойдет!

Потому что преодолев пятьдесят метров по по колено занесённой и едва различимой тропе между деревьев, Лера сдувается.

А я?

Я судорожно перебираю в голове детские сказки.

Кто бы сказал мне с утра, чем я буду заниматься вечером, послал бы на хрен!

Но факт на лицо, я присаживаюсь напротив упрямой красноносой девчонки и начинаю её уговаривать, пользуясь авторитетом тех, кто был ей близок, пока меня не было рядом.

А ведь можно было бы просто рыкнуть и заставить заткнуться.

Можно.

Но я не хочу.

Хочу чтобы доверяла, а не боялась...

Спустя пару минут переговов мы с Машей сходимся на том, что она - Маша, я - Медведь. И все оставшиеся десять минут движения до нашей цели мне в затылок рикошетит "Высоко сижу - далеко гляжу. Не садись на пенёк, не ешь пирожок! Неси бабушке, неси дедушке!"

- Всё, донёс! - объявляю я маленькой зануде, спуская её перед домом, спрятавшимся между двумя мощными елями.

- Ну вообще бабушке и дедушке я пирожки не отдам, - вносит поправки Маша. - Сами съедим.

- Почему? - поддерживаю беседу я, доставая из кармана куртки ключи.

- Они меня не очень любят. Не хотят со мной разговаривать. Только спрашивают, что я умею.

Я подхожу к двери начиная разбираться с замком, а Маша продолжает:

- Папа Олег сказал мне, рассказать стих. А я не захотела. Деда засмеялся и сказал, что я такая же тупая, как папа в детстве. Он ТАК обиделся и отругал меня. А я все равно стих не рассказала. Хочешь тебе расскажу?

Маша поднимается на верхнюю ступеньку крыльца, высоко поднимает голову, чтобы видеть моё лицо.

- Хочу. Но давай зайдём сначала в дом. У тебя нос вон уже замёрз. Вдруг отвалится.

Маша на секунду зависает, явно не оценив мою шутку, но тут же машет рукой и серьезно сообщает:

- Стих я могу и без носа рассказать.

- Но с носом лучше! - присоединяется к нам Лера.

И я открываю дверь в дом.

Заношу наш рюкзак и сумку, запускаю девчонок внутрь и закрываю дверь.

- А чего так темно? - испуганно возмущается Маша.

Лера держит её за руку, но я чувствую, как она отступает назад, упираясь спиной в мою ногу.

- Не бойся. У нас есть фонарь и свечи, - присаживаюсь к рюкзаку я.

- А свет?! - ошеломленно вопрошает Маша.

- Маш, здесь нет электричества, - поясняет ситуацию Лера.

- А что мы тут тогда будем делать?

- Спать, - с мягким смешком отвечает она дочери. - Но сначала давай осмотримся.

- Так ничего же не видно!

- Включай, - ловлю я её руку и засовываю в неё фонарь. - Вот резиновая кнопка. Жми.

Щелчок и пространство перед нами освещается.

- Ой! Сколько тут пылищи! И дохлый паук! Фу! - мгновенно выносит свой приговор наш санинспектор. - Я не буду тут спать!

- Доченька, я сейчас всё уберу и будет чисто.

- Мама, ты что ли Золушка?

- Да, Маш. Очень хочу карету, платье, туфельки и на бал, - смеётся Лера, и у меня внутри снова натягивается жесткий жгут ненависти  к тому, кто забрал её из моей жизни так надолго.

- Я тоже хочу! - впечатляется Маша.

- А я? - вписываюсь в общий тренд, но тут же оговариваю нюансы: - Платье и туфли мне не нужны, карета у меня своя. А с вами на бал почему бы и нет?

- Так мы ж за принцем! - недоумевает Маша.

- Нет, Маш, это ты за принцем, а мама со мной.

-  Вы вместе, а я одна? - моментально надувается девочка.

- Ещё чего. Ты тоже с нами. Надо проверить, что там вообще за принц. Может мы тебе лучше найдем.

- Я сама найду! И женюсь! - объявляет она свои ближайшие планы.

- Маш, а с нами хоть познакомишь, - присаживается к ней Лера.

- Познакомлю. Если он его не побьёт, - вздергивает она голову и в упор смотрит на меня.

Горло сдавливает от бешенства и одной только мысли, с какими страхами росла моя дочь. Моя дочь!

- Нет, Маш. Я никогда не бью людей. Только когда они нападают сами и приходится защищаться.

Я присаживаюсь рядом с Лерой  и возвращаю прямой взгляд дочери.

- Хорошо. Купишь нам платья и туфли? - вмиг переключается эта хитрюга на животрепещущую тему.

- Зачем? - округляю глаза я.

- Ну так на бал!

- А как же фея-крестная?

- Так нету её! - разводит руками Маша, нарочито внимательно оглядываясь по сторонам.

- Ну если так и не появится, то конечно куплю, - прячу улыбку и едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться в голос, когда Маша, прижавшись к Лере, шепчет ей, что насчёт нарядов все улажено.

И мы наконец-то приступаем к наведению порядка в нашем временном убежище.

Дом на три маленьких комнаты, где мы решаем обосноваться в своеобразной гостиной, так как в ней нет окон.

Пока я подключаю газовый баллон и обеспечиваю нас технической водой из растопленного снега, Лера, приводит пространство в более-менее жилой вид.

Мы сталкиваемся с ней в темноте у выхода, когда я уже окончательно запираю дверь на ночь.

- Устала? Я закончил. Сейчас помогу.

- Дэн, - она упирается лбом в мое плечо и с нервным смешком делится впечатлениями: - Ты не представляешь, что я сейчас чувствую! Какая усталость? Я впервые за всё это время делаю что-то без спроса и то, что хочу сама. Я всё ещё словно во сне. Не могу поверить, что это правда со мной

- Правда. С тобой и со мной. Если ты дашь мне помыть руки, чтобы тебя не испачкать, я тебе это докажу.

Она поднимает голову, крепко прижимается ко мне и тихонько шепчет в губы:

- Докажи без рук. Я знаю, ты можешь.

И нас вмиг закручивает вихрем бешеной страсти.

Невозможность держать ее в руках заставляет переживать касание наших губ ещё острее и ярче. Утягиваю её в свою мечту, которую бережно пронес через гребанные годы, и она прямо сейчас превращается в реальность, плавясь на наших губах.

- Мама! Ну я же жду! - летит из-за  тонкой стены требовательный Машин призыв.

- Чёрт…

- Она уже клюет носом. Но никак не уснёт.

- А ты?

- Ты шутишь? Я не буду спать пока ты рядом, - шмыгает носом Лера.

- Чудо моё, - выдыхаю я всё ещё бурлящее возбуждение и закрепляю свои слова поцелуем.

- Мама-а-а! Ты где-е-е?!

Приближающиеся шаги Маши, подтверждают серьезность её намерений.

Лера быстро разворачивается, ловит дочь на подходе и сразу же попадает под град вопросов о том, где она была, что делала и почему не взяла её с собой.

Да, в деле трёпа на любые темы она даст фору даже Таиру. А он почти профи.

На плечи внезапно наваливается изматывающий груз тревоги.

Главное выживите, парни… Остальное разрулим!