Глава 30

Дэн

То, как Лера задаёт свой неудобный вопрос вызывает у меня неоднозначную реакцию. С одной стороны закономерное раздражение. Всё, что было в прошлом, в нем и осталось, и ворошить то, что не имеет к настоящему никакого отношения - бессмысленная трата времени. С другой… Я с радостью узнаю свою Лерку. Ведь именно из-за её любопытного носика, мы узнали друг друга так хорошо.

- Я же говорил. Ты мне не поверила?

- Ты говорил с Олегом. Он намеренно загнал тебя в угол. Было бы логично, если бы ты не был с ним откровенен.

- Но был с тобой. Хочешь подробности?

- Не хочу, - качает она головой и упирается мне в грудь. - Хочу убедиться, что своим появлением, мы не сломаем ещё чью-то жизнь.

- Не сломаете. Наоборот подлатали мою, Лер, - я обхватываю ладонями её лицо и опять целую - долго, страстно, пьянея от ощущения завершенности и цельности. - А если ты переживаешь  о том, что кто-то из прошлого заявится и потребует освободить место рядом со мной, шли их сразу лесом!

- Разрешаешь?

- Да, - не сдерживаюсь и снова её целую. - Но в ближайшее время, Лер, я сам к вам никого не подпущу. Извини, кроме того, что придется разобраться с уродом Карповым, мы в этом году тоже на осадном положении.

- Это из-за Косарева, про которого ты говорил Тине?

- Да, и не из-за того, что я представитель его бизнеса. Ставр мой друг. И я в этом с ним до конца, - говорю и осознаю, что теперь, когда на мне Лера и Маша, придется много чего пересмотреть в привычном образе жизни, да и в принятии решений.

Чёрт...

Лера моментально улавливает моё напряжение.

- Дэн, мы не будем в тягость, правда! Тот компромат, который я раздобыла против Олега. Если он попадет в нужные руки, его не смогут проигнорировать. Массовая огласка всех его преступлений сделает своё дело! А вместе с ним потянутся все остальные. Это спасет меня и убережёт Машу.

- Лер, здесь всё может быть не так просто.

Мне до отвращения противно гасить пламя её надежды, но сейчас особенно важно, чтобы она трезво смотрела на сложившуюся ситуацию.

- В деле Ставра замешаны очень крупные игроки. Карпов, по идее, мелочь. Я и приехал сюда по плевому делу. Но то, как он откровенно нагло себя повел, навевает на мысль, что это не его личная инициатива.

- Кто-то тебя ему заказал?

- Да.

- Кто?

- Тот, кто против выхода Ставра на рынок в качестве преемника его старшего брата.

- А что с ним случилось?

- Умер. Девять месяцев назад. И с тех самых пор у нас и начались проблемы.

- Ты знаешь, у меня не было возможности вчитываться в документы, которые я копировала, но я не исключаю, что среди них будет и то, что поможет твоему другу, или… - запинается Лера.

- Слушаю, - мягко подталкиваю я её.

- Можно, я буду предельно честна?

- На меньшее я не согласен, - поворачиваюсь вместе с ней так, чтобы свеча освещала мне лицо, и она хорошо видела мои глаза.

- Информация с флешки может навредить твоему Косареву не меньше, чем Карпову… И… тебе.

Закашливаюсь от её неожиданного вывода. Он не обижает, но вызывает досаду от того, как легко Лера поставила нас со Ставром в один ряд с этим уродом. Но… доля правды в её предположении есть. Брат, от которого Ставру и достался весь бизнес в наследство, вел дела по-Карповски. А нынешнее противостояние началось как раз из-за того, что Косарев решил это изменить.

И вот нас разделили, судя по всему, решив уничтожить по одному.

- Лер, из-за этого не переживай. Я могу поклясться своей жизнью, что Ставр никогда не вел и не будет вести дела подобным образом. Уточнишь про меня? - ухмыляюсь я.

- Дэн! - прикладывает она меня кулачком по плечу. - Совсем не смешно. Прости, - она тут же касается губами того места, куда легонько меня стукнула.

- Это ты меня. На твоём месте я бы вообще требовал хоть каких-то доказательств.

- Мне достаточно твоего слова. И…

- Что? - удивлённо вздергиваю бровь я.

- Мне нужно как можно скорее попасть к моему университетскому преподавателю. Тому, который поможет обнародовать мой компромат.

- Я не против, но после того, как обеспечу вам с Машей полную безопасность.

- Дэн, ты не понимаешь! - Лера нервно вскидывается. - Это и есть её составная часть! И чем раньше он сможет этим заняться, тем проще будет всем нам.

- У тебя есть его телефон? Адрес? Лер, прошло шесть лет.

- Телефон точно есть у мамы! А её номер я помню по памяти, - закусывет она губу. - Боже, мамочка… Как она без меня… Ты у нее был?

- Да, - без зазрения совести вру я.

- Она должна была рассказать тебе про Леонова. Я ведь тогда чувствовала, что она мне что-то недоговаривает. А потом поняла, что он просто её запугал. И скажи она мне тогда что-то, я бы скорее всего отмахнулась. Я так соскучилась! И я же теперь с Машей.

Лерка так искренне радуется, на глазах превращаясь в ту девятнадцатилетнюю девчонку - лёгкую и светлую с жизнью - чистой книгой и её незапятнанными страницами. И я бы оттянул то, что снова причинит ей боль, но знаю, этого она мне не простит.

- Лер, у тебя была замечательная мама.

Замирает.

Ни слова в ответ.

Только сильнее прижимается ко мне, словно пытаясь защититься от всего мира вокруг.

- Она умерла, не зная, что со мной, - шепчет Лера спустя минуту. - Боже… Без надежды…

- Нет. С ней. Я пообещал, что тебя найду.

Не уверен, что поступаю правильно. Но правда сейчас её раздавит. И я на ходу заменяю всё на вариант с невыдержавшим сердцем.

Я ждал слёз. Уже был готов к ним, но...

- Леонов - тварь уже поплатился! Пусть гниёт в земле, жарится в аду или в любом другом таком же мерзком месте!

Дыхание Леры становится тяжелым, а слова срываются с губ , как пропитанные смертельным ядом стрелы.

- Карпова и всех его прихвостней я отправлю туда же!

- Лер, мы вместе во всем разберемся, - пытаюсь как можно мягче притянуть её к себе, но чувствую внезапное сопротивление.

- Дэн, - Лера поднимает глаза на меня, и я вижу ненависть, которая в них плещется, - мне нужно найти Игоря Валентиновича. У тебя свои проблемы, но я попрошу тебя присмотреть за Машей и занять мне немного денег.

- Так, спокойно, - торможу её я и через силу заставляю прижаться ко мне, надеясь, что удары моего сердца смогут её успокоить. - Лер, детка, ты же знаешь, что месть подают холодной.

- Я не хочу ждать! - наконец-то прорывает её, и она начинает плакать. - Я хочу чтобы все эти ублюдки сдохли! Чтобы прошли сами через всю ту боль, унижение и страх, что и их жертвы. Я не могу ждать, Денис. Не сейчас, когда у меня появился шанс и я могу хоть что-то сделать, чтобы изменить этот долбаный, несправедливый мир!

- И мы изменим, Лер. Ты и я, чтобы Машке никогда в жизни не пришлось испытать ничего подобного.

- Спасибо. Она хорошая. Просто дай ей к себе привыкнуть, не обижай, и она не будет вредничать. Маша очень заботливая и добрая. Но ей так не хватало тепла и внимания.

- Теперь оно у неё  есть - моё и твоё, - увожу я её от дурных мыслей, о каком-то странном разделении. - Лер, мы вместе, и по-другому уже никак.

- Маше так с тобой повезло, - всхлипывает она.

- А тебе? - приподнимаю пальцами её подбородок, вынуждая смотреть на меня.

- Ты и есть моя жизнь, - тянется она к моим губам, и я пусть ненадолго, но забираю её из этой реальности.

Стираю ей память адских лет, выбиваю все тяжёлые мысли, помогаю расправить крылья, взлететь со мной в бесконечной сияющей страсти и поверить, что это только наше начало.

Осторожно возвращаю Леру под бок к сладко сопящей Маше, ложусь позади нее, прижимаюсь к спине Леры, накрываю нас половиной пледа и впервые за шесть лет засыпаю не с мольбой, чтобы она нашлась, а с благодарностью за это.

***

Толчок в руку. Ещё один.

От меня явно пытаются избавиться.

И я даже знаю кто.

Над плечом Леры, через которое переброшена моя рука, появляется голова Маши.

- Убери, - настоятельно рекомендует мне она, указывая на мою часть тела, нарушающую границы дозволенного.

- Почему? - и не думаю подчиняться я, требуя обоснования.

- Мама вчера сказала, что ты на ней ещё не женился.  Вот как женишься, тогда можно!

- Маш, я вообще-то твой папа.

- Ну… - задумывается она. -  Можешь погладить меня по голове, - и наклоняет голову так, чтобы мне было удобнее это сделать.

Ха, а ведь и не откажешь!

Приходится выполнить ее первое требование  - убрать руку с плеча Леры и потрепать светлые, пушистые волосы.

- Ой, у тебя что ли нет детей? - с преувеличенным удивлением интересуется Маша.

- Нет. Только ты.

- А-а-а…

- А что?

- Ну кто же так гладит?

- А как надо?

- Смотри, я тебе сейчас покажу!

Маша довольно бесцеремонно переваливается через Леру, вынуждая меня слегка сдвинуться назад и позволить девчонке вклиниться между нами.

- Поднимаешь руку, видишь, мои пальчики готовы, - Маша смешно ими шевелит. - А теперь опускаешь их на голову, - тянется она ко мне, но не достаёт и, перебирая коленками, продвигается выше. - Вот так! И начинаешь расчёсывать волосы, как расчёской.

Маленькая ручонка пытается проделать задуманное, но у нее ничего не выходит.

- Ой, - озадаченно зависает Маша. - А чего у тебя с волосами?

- Что?! - переспрашиваю с тревогой я.

- Они какие-то... неправильные.

- Какие?.. - теперь я добавляю испуга, касаюсь их своей рукой и… - Что с ними?! А-а-а! - изображаю будто пальцы прилипли к волосам и я никак не могу освободиться.

- А-а-а! - визжит в аккомпанемент мне Маша, через секунду переключаясь на смех. - Ну чего ты! Они же просто колючие!

- Как у ёжика? - с горящими глазами и улыбкой во весь рот поворачивается к нам Лера. - Дай потрогать!

- Нет, мама! Ты же уколишься!  - спасает Маша её руку, перехватив на полпути не позволив пощупать мои волосы, ещё со вчерашнего утра намертво зафиксированные гелем.

- А я аккуратно, - ухмыляется Лерка, не оставляя своей попытки. - Вдоль иголок.

Она освобождает руку из-под Маши, и всё-таки прикасается к моим волосам: - А-а-а! - повторяет всё тоже самое, что я делал пару минут назад. - Маша, я прилипла!  Помоги!

И Маша с готовностью настоящего спасателя бросается ей на помощь.

Чёрт, как же здорово! Ловлю я себя на простой мысли в нашей шуточной потасовке, но её тут же вытесняет следующая - неотвратимое возвращение в реальность, где нам нужно отвоевать свое право на каждое такое утро.

Лера перехватывает мой взгляд, шепчет губами "люблю", поднимает счастливо визжащую Машку на своих ногах, а та расставляет ручки и ножки в стороны и счастливо кричит "я снежинка".

И именно в этот момент, я обещаю уже себе, что вывернусь наизнанку и выверну наизнанку весь мир, но у моих девчонок будет спокойная и безопасная жизнь!

***

- И вот эту тоже! Хочу на самый верх! - Маша быстро забирается на табурет, одной рукой опирается на стол, а другой тянется к самой верхушке лапника. Его я наломал этой ночью из густых нижних ветвей елей возле дома.

А все для того, чтобы увидеть восторг в глазах Машки и радость, что Новый год у нас всё-таки будет!

- Маш, ты забрала игрушку из дома Тины? - упавшим голосом спрашивает Лера, увидев, что предлагает повесить на ветку дочь.

- Ей там было плохо, - Маша моментально прячет деревянную птичку в кулачке и для надёжности убирает руку за спину.

- А ты спросила разрешение её забрать? - Лера обходит стол и садится на стул напротив Маши, всё ещё стоящей на табурете.

- Зачем? Я же видела, что они её не любят, смотри крылышко сгорело! - она возмущённо выхватывает игрушку и тычет пальчиком в поврежденную часть.

- Маша, если ты хочешь взять что-то чужое, нужно всегда спрашивать.

- Но ведь если я спрошу, могут не отдать! - продолжает гнуть свою линию дочь.

- Да, значит, нельзя.

- Но он забрал нас без спроса! - рука вместе с птичкой упирается в меня. - Потому что папа Олег нас не любил! А я забрала её! Ей со мной хорошо, - Маша прижимает игрушку к своей груди, быстро её поглаживая и не думая извиняться. Более того, она переходит в наступление: - Тогда ругай его тоже! Пусть вернёт нас домой!

- Маша! - Лера не успевает поймать, спрыгнувшую с табурета дочь и молнией вылетевшую из гостиной.

- Мне не нужно было, - в панике шепчет Лера.

- Ты всё сделала правильно.

Не даю ей пойти вслед за дочерью.

- Она ведь не специально, - Лера нервно проводит рукой по лбу, отбрасывая назад распущенные волосы.

- Лер, она очень сообразительная для своих лет. И точно сможет понять разницу.

Про свою догадку, что Маша и так прекрасно её понимает, я предпочитаю промолчать. Умение найти оправдание для любого своего поступка в доме, где ты в любом случае окажешься виновата, скорее плюс.

- Можно, я с ней поговорю?

- Дэн, я не хочу, чтобы она на меня обижалась. Тем более сегодня. В праздник, - продолжает Лера рваться к дочери.

- Можно? - повторяю я свой вопрос, целуя её в шею, и не отпускаю, пока не получаю разрешение.

- Только осторожно, хорошо?

- Конечно, Лер, мы всего два дня вместе, а у меня явный прогресс.

- Ещё какой! - подбадривает она меня и быстро целует на дорожку.

Два дня в режиме "активный ребенок дома без возможности выгула на улице" - то ещё испытание. Маша облазила весь дом, заглянула в каждую щель, задала столько вопросов, сколько я не слышал за всю свою жизнь. На половину из них я бы и сам был не прочь получить ответы.

Ну и отголоски воспитания Карпова мелькающие то тут, то там.

Вот как сейчас.

- Маша, - я нахожу дочь на кухне между коробом для хранения продуктов и столом. - Поговорим?

- Уходи, - обиженно бурчит она. - Иди к маме. Она тебя любит больше. Тебя она не ругает.

- Маша, вы с мамой были моими. Это Олег забрал вас у меня. Без спроса. Но я вас нашел, потому что любил и скучал. Мне было плохо без вас.

Маша хмурится, но не отступает.

- Но Тина совсем за ней не следила, - вертит в руках игрушку дочь. - А дядя Миша вообще злой!

- Да, но если бы ты спросила Тину и предложила присмотреть за птичкой, она могла отдать её тебе. Маш, ты же очень заботливая, и у тебя ей хорошо.

- Да! - одобрительно кивает она. - Я ей зёрнышки даю, и у нее есть кроватка, - Маша тут же достает из кармашка маленькую салфетку, которую обнаружила вчера в доме и нашла ей отличное применение.

- Вот, видишь. Но Тина-то беспокоится. Птички нет. А вдруг она опять летала и попала в камин. Или вылетела на улицу, пока была открыта дверь, а там мороз.

- Но она же у меня!

- Но Тина этого не знает.

- Нужно ей позвонить и сказать!

- Как появится телефон, позвонишь сама?

- Да! Расскажу, как нам вместе весело!

- Хорошо. Маш, значит, если ты захочешь взять что-то чужое, что нужно сделать?

- Попросить. Если разрешат, можно брать, если нет, нельзя.

- Да, так.

- А если бы Олег у тебя попросил, ты бы нас отдал?

- Нет. Потому что люблю вас.

- Я буду всегда спрашивать, - обещает мне Маша, выскальзывает из-под моей руки и бежит к Лере с криком: - Мама! Дэн не разрешал нас забирать!

Не разрешал. Но этим тварям было всё равно.

Вечер проносится незаметно и, когда мы все вместе садимся на диван с кучей сладостей, заботливо закинутых нам в сумку Тиной, собираясь проводить старый год, в дверь раздается стук.