Глава 3. Первое впечатление (самое опасное)

Дорога до Эрешера заняла три дня. Три дня тряски в карете, три дня мрачных лесов за окном, которые постепенно сменялись еще более мрачными полями, а те — кладбищами. Много кладбищ. В Эрешере, видимо, серьезно подходили к вопросу расселения мертвых. Живым, судя по всему, оставалось места не так много, но кто я такая, чтобы осуждать?

На третий день, ближе к вечеру, карета въехала в распахнутые ворота замка.

Черный камень. Черные флаги с серебряной вышивкой. Черные деревья в парке, аккуратно подстриженные в форме скелетов. Очень мило. Чувствуется забота о деталях.

У главного входа карета остановилась. Кучер спрыгнул, открыл дверцу и подал мне руку.

— Прибыли, ваше высочество.

Я ступила на мостовую и огляделась.

Красиво. Мрачно, но красиво. В воздухе пахло сыростью, старой магией и, кажется, ладаном. Где-то каркнул ворон. Ему ответил второй. Хор, надо полагать, встречает невесту.

На крыльце уже выстроилась встречающая делегация. Мрачные типы в черном, парочка явных некромантов (по бледности и кругам под глазами), какой-то тощий советник с лицом, которое, кажется, забыло, как улыбаться, и…

И он.

Я узнала его сразу. Хотя никогда не видела вживую.

Льюин Эрешод.

Высокий. Темные волосы, собранные в низкий хвост. Бледная кожа — даже бледнее моей, что рекорд, надо признать. Глаза — такие светлые, что казались почти прозрачными, серые, как зимнее небо перед снегопадом. Острые скулы. Тонкие губы, сложенные в выражении легкой скуки, которую он даже не пытался скрыть.

Одет во все черное, разумеется. Дорогая ткань, серебряные пуговицы, высокие сапоги. На пальце — массивный перстень с камнем, который пульсировал темно-бордовым, будто сердцебиение.

Красивый. Зараза.

Я мысленно поаплодировала своим источникам информации. Не соврали ни разу.

Льюин спустился на несколько ступеней и остановился, рассматривая меня.

Я рассматривала его в ответ.

Тишина затягивалась. Где-то в отдалении все еще каркал ворон. Тощий советник нервно переступил с ноги на ногу.

— Вы кто? — спросил Льюин.

Голос у него оказался под стать внешности: низкий, с хрипотцой, и таким ледяным спокойствием, что у нормальных людей, наверное, мурашки бы по спине побежали. У меня побежали. Но скорее от любопытства.

Я усмехнулась, поправила воротник своего дорожного плаща (черный бархат, фиолетовая подкладка, очень удачный выбор для первой встречи) и сделала шаг вперед.

— Конь в фиолетовом пальто, — ответила я. — Невеста ваша.

Тонкая бровь Льюина дрогнула. Всего на миллиметр, но я заметила. Я вообще много чего замечаю. Профессиональное.

— Вы не Эмилина, — сказал он. Без вопроса. Просто констатация факта.

— А вы догадливый. — я склонила голову набок, разглядывая его уже откровеннее. — Зрение, значит, есть, это хорошо. Мозги работают — значит, больше одной извилины, это тоже хорошо. Ну и выглядите вы неплохо, что прямо-таки добавляет вам баллов.

Советник позади Льюина издал звук, похожий на удушье.

— А что насчет меня? — продолжила я, делая еще шаг вперед. Теперь нас разделяло не больше метра. Я смотрела снизу вверх — он был выше, зараза, но я привыкла. — Я темная сестра-близнец Эмилины. Дениз. И я вам подхожу намного больше, согласитесь.

Льюин молчал. Смотрел. Оценивал.

Я дала ему время.

— Эмилина, знаете ли, — я закатила глаза, — это ходячий сахарный сироп. Белое платье, белые розы, магия жизни, румянец на щечках, бабочки вылетают изо рта, когда она говорит. Она бы замучила ваш двор своей добротой. Честное слово. Я с ней девятнадцать лет прожила, я знаю. Еще в утробе матери пыталась ее удушить пуповиной, а она меня за ручку держала. Мерзость, правда?

Льюин моргнул.

Один раз.

Я расценила это как прогресс.

— Поэтому план такой, — я сложила руки на груди, кольца звякнули. — Вы получаете меня. Некромантка, проверенная, сертифицированная, с опытом работы с мертвецами и сложными клиентами. Характер скверный, но вы, судя по роже, тоже не подарок. Будем убивать друг друга по очереди. По настроению. По праздникам. Это весело, разнообразит досуг.

Тишина.

Даже вороны заткнулись.

— Или, — добавила я, — можете отправить меня обратно. Но тогда Эмилина приедет лично. И будет вам счастье. В смысле, бабочки, радуга и магия жизни, от которой ваши скелеты начнут чихать цветами.

Льюин смотрел на меня еще несколько секунд. Долгих. Тяжелых. Так, наверное, смотрит удав на кролика, который вместо того, чтобы дрожать, начинает торговаться.

Потом его тонкие губы дрогнули.

Чуть-чуть.

— Вы всегда так знакомитесь? — спросил он.

— Только с потенциальными мужьями, — любезно ответила я. — Обычно я вежливее. Но вы же Властелин Тьмы. Решила, что вы оцените честность.

— Оценил, — кивнул он.

И сделал шаг ко мне.

Ближе. Совсем близко. Так, что я почувствовала холод, исходящий от него — такой же, как от меня. Магия Смерти гудела между нами, как натянутая струна.

Льюин наклонился к моему уху.

— Значит, убивать друг друга по очереди? — прошептал он. — А в перерывах что?

Я не дрогнула. Только улыбнулась шире.

— Придумаем, — пообещала я. — Я фантазерка.

Он выпрямился. В его светлых глазах мелькнуло что-то, похожее на интерес. Живой интерес. Для некроманта — почти страсть.

— Проходите, — сказал он, разворачиваясь и жестом приглашая меня следовать за ним. — У нас есть о чем поговорить.

— Например, о цветах для свадьбы? — предположила я, догоняя его. — Я предлагаю черные. Или красные, но только если они выросли на могилах.

Тощий советник позади нас всхлипнул.

Льюин хмыкнул.

— Вы мне начинаете нравиться, леди Дениз.

— Я себе давно нравлюсь, — ответила я, переступая порог его замка. — Осталось убедить в этом вас.

Внутри было темно. Красиво. Везде горели черные свечи, на стенах висели гобелены с сюжетами из жизни мертвых, а по углам шуршало что-то невидимое. Идеально.

Я сделала глубокий вдох.

Пахло домом.

В прямом смысле. Моим домом. Тем, где я выросла среди запаха смерти и магии. Только здесь было лучше. Здесь никто не пытался сделать из меня светлую леди. Здесь можно было быть собой.

Я покосилась на Льюина, который шел рядом, и подумала:

«Интересно, а у него правда есть привычка сворачивать шеи надоевшим любовницам? Надо будет проверить. Аккуратно. После ужина».

А вслух сказала:

— У вас красиво. Кто ваш декоратор? Надеюсь, призрак.

Льюин бросил на меня быстрый взгляд.

— Вы угадали.

— Я всегда угадываю, — пожала плечами я. — Это мой дар. Ну, кроме некромантии.

Мы вошли в большой зал, где уже был накрыт стол на двоих. Черная скатерть, черные тарелки, серебряные приборы, в центре — композиция из сухих веток и, кажется, чьих-то костей. Очень романтично.

— Присаживайтесь, — Льюин указал на стул.

Я села. Сразу положила локти на стол. Достала из складок платья кинжал (маленький, чисто поточить) и принялась рассматривать узоры на лезвии.

— Не стесняйтесь, — сухо заметил Льюин, садясь напротив.

— Я и не стесняюсь, — удивилась я. — Это я так расслабляюсь. В моей семье за ужином всегда кто-то с ножом играл. Обычно я.

— А ваша сестра?

— Эмилина? О, она молилась. И пыталась отобрать у меня нож. Безуспешно.

Льюин наполнил бокалы темно-красным вином. Я принюхалась — вроде не кровь. Хотя кто их знает.

— За знакомство, — поднял он бокал.

— За то, чтобы оно не стало последним, — подхватила я, чокнулась и отпила.

Вино оказалось отличным. Терпким, с нотками чего-то… могильного? Нет, показалось. Наверное.

— Итак, — Льюин откинулся на спинку стула, разглядывая меня с новым интересом. — Вы подменили сестру, проехали три дня, врываетесь в мой замок, заявляете, что будете меня убивать, и при этом пьете мое вино. Смело.

— Я предпочитаю слово «обоснованно», — поправила я. — Я знаю, что вы сделали. Вернее, что вы сделаете.

— И что же?

Я помолчала, покрутила кинжал в пальцах. Серебро блеснуло в свете свечей.

— Вы убьете мою семью, если получите отказ, — сказала я спокойно. — Я это знаю. Потому что я уже это видела.

Льюин замер. Всего на миг.

— Видели?

— Во сне. В видении. В прошлой жизни. — я усмехнулась. — Не берите в голову. Сложная некромантская тема. Суть в том, что я здесь, чтобы этого не допустить. Вы получаете невесту из королевского рода. Я получаю шанс сохранить семью. А вы — шанс не стать моим врагом. Потому что, поверьте, милорд, враг из меня получается еще более паршивый, чем невеста.

Льюин смотрел на меня долго. Очень долго.

Потом медленно улыбнулся.

Впервые по-настоящему.

И эта улыбка была страшнее, чем все его мрачные взгляды.

— Вы занятная, леди Дениз, — сказал он. — Очень занятная.

— Я знаю, — кивнула я. — Есть еще много интересного. Например, я умею двигаться так, что меня не слышно. Как кошка. Или как мертвый кот. И у меня есть веснушки, хотя их почти не видно при таком освещении.

— Веснушки?

— Сероватые. Странно смотрятся, да. Но вы привыкнете.

Льюин моргнул. Потом поднял бокал.

— За вас, леди Дениз.

Я чокнулась с ним.

— За нас, милорд. За то, чтобы мы друг друга не поубивали хотя бы до свадьбы.

— А после?

Я оскалилась в ответ — ярко-вишневые губы, темные глаза с хитринкой.

— А после — посмотрим. Я, знаете ли, очень любопытная.

Где-то в замке каркнул ворон.

Я почувствовала, что начинаю получать удовольствие.