Глава 24

Адмирал расположился в своем рабочем кабинете при императорской канцелярии и внимательно, не перебивая, слушал аэра Гилфорда в течение часа. Целостная картина, если, конечно, она была верна, а не существовала гипотетически в больном мозгу двух аналитиков, теперь предстала перед АрДеВиго во всем своем разветвленном безобразии. Шаэрг оказался живой планетой. И не просто живой, а уже почти разумной, жившей, к счастью для империи, пока только на инстинктах. Пятое чудо галактики.

Однажды, теряя пси — энергию, ведомый страстным желанием выжить, этот галактический паук притянул к себе главные энергетические линии галактики и присвоил их. Дальше — больше, он подчинил своему существованию весь пси — запас своих жителей, их мысли, чувства, стремления и желания, а когда и этот источник питания закончился, стал потихоньку опутывать своими сетям и близлежащие планеты. Используя воронки гипер — переходов, Шаэрг плел энергетическую сеть и отбирал пси у всех, кто когда — то касался силовых линий, подключаясь к коконам через волну, меняя сознание. Только одно сдерживало паука — Кровавый маяк — средоточие сил Итура, невероятной генной связи между представителями разных рас. Кровавый маяк перераспределял пси — энергию по галактике, не позволяя ей концентрироваться в одном месте, и если бы не он, то сияющая планета давно бы уже выкачала подчистую всю пси из самых дальних уголков вселенной. Именно этот источник Итура поддерживал баланс сил в галактике со времен ее создания. Люди, владеющие им, неосознанно несли с собой пси, выдергивая энергию из лап паука. Но Кровавый маяк непостижимым образом погас пятнадцать лет назад в Шаэргскую войну.

— Мне понятна ситуация с Шаэргом, его потребностями и способностями, история с маяком и так далее, — перебил аэра Гилфорда адмирал. — Но прежде всего я хотел бы понять, почему мы не можем открыто выступить против Шаэрга? Зачем нужна такая секретность? И почему мы должны опасаться императора?

Аэр Гилфорд помялся, но потом, что — то вспомнив, вскинул голову и продолжил:

— Дело в том, что паучья планета подчинила себе мастеров ДЖЕН — У. Как именно — пока неясно, но через эту систему воспитания ей удалось добраться до коконов планетарных правителей и поставить их кипучую энергию и недюжинный ум себе на службу.

Адмирал нахмурил брови и подался вперед.

— Шаэрг, — осторожно продолжил аэр Гилфорд, привязал к ним пси-поводки, и теперь ощущает и контролирует не только мысли правителей, но иногда и их чувства.

— Хотите сказать, что у всех правителей, практикующих ДЖЕН — У, шаэргский поводок?! — АрДеВиго мрачнел на глазах.

— Так или иначе. Но кое — кому удалось его порвать, адмирал, — осторожно выдавил даг.

— Кому?

— Некоторым… например, выжившим после… истории с Самкиндой Эртей и еще пятью шаэргскими якорями.

От ненавистного имени у адмирала заходили желваки.

— Шаэргский якорь? Что это?

— Поводок нужно вплести в кокон, или, выражаясь образно, поставить на якорь, адмирал, а это могут сделать только пси — одаренные, некоторые мастера ДЖЕН — У и…

— И? — потребовал продолжения АрДеВиго.

— Любимые… — тихо ответил даг, — то есть те, кому человек доверяется безгранично…

Адмирал резко выдохнул и на мгновение прикрыл лицо рукой. Но он бы не был АрДеВиго, если бы не смог быстро взять себя в руки.

— Надеюсь, вы помните первый подарок, полученный вами от Самкинды?

— Такое не забывается, — адмирал зло усмехнулся, — это была золотая брошь весьма странной формы.

Даг вынул из кипы бумаг снимок и показал его адмиралу:

— Такой формы?

— Да… — удивленно протянул тот. — Но что это за снимок?

— А это, — протяжно вздохнул даг, — это снимок достроенного вчера в поместье АрДеМино энергетического моста.

Адмирал почувствовал, как его по спине пробежал холод. На снимке была та самая брошь, только размером с гектар — два ромба, три круга и шпиль.

— Харезская печень! — выругался адмирал.

— Самое страшное, — продолжил даг, — что правители не осознают и даже не догадываются об этом. Они строят в своих вотчинах энергетические мосты, качающие энергию не из вселенной, а из недр их собственных планет, из всех мало — мальски пси- одаренных, приближая гибель целой империи. Надо ли говорить, кому передается эта энергия…

— А император?

Даг пожал плечами:

— Он ведь тоже изучал когда — то ДЖЕН — У… И мы не знаем, насколько он погряз… Если сильно, то он физически не сможет отдать приказ на уничтожение, когда будет знать, что за этим последует. А использовать его вслепую — значит совершить преступление, предусмотренное законом.

— Нда! Ситуация!

— По нашим подсчетам Шаэргу остается сделать немного до галактического господства: в течение этого месяца должны заработать на десяти планетах, образующих кольцо первого круга, последние необыкновенной мощности энергетические мосты. И все. Круг будет замкнут. Империя будет отрезана и разделена. Ни один корабль не сможет больше без разрешения паука подняться в космос, да что в космос. Прервана будет любая имперская межпланетная связь. А все пси — одаренные станут рабами Шаэрга.

Повисла тишина, разрываемая лишь неспешным дыханием. И вдруг адмирал потянулся, крутя шеей из стороны в сторону, и весело, задорно подмигнул дагу:

— Ну что, Дат, — АрДеВиго впервые назвал дага по имени, — раздавим паучка? А?

— Почему нет? — немного задержался с ответом даг, внимательно вглядываясь в умное и решительное лицо АрДеВиго.

— Тогда излагайте ваш гениальный план!

— Как скажете, мой адмирал, — пряча улыбку в уголки губ, довольно скрипнул аэр Гилфорд.

План ДейСоло и аэра Гилфорда был хорош. Адмирал без труда понял расклад умного дага и уже прикидывал, как его реализовать. Собственно, нужно было сделать так, чтобы ровно через десять дней корабли имперских флотов со штурмовой десантной группой на борту и лучевым оружием оказались на расстоянии одного КА — хода от тридцати одной планеты первого и второго круга. И по сигналу с разницей в несколько стандартных минут уничтожили силовые линии, ведущие от планеты к Шаэргу и их источники, а также сделали выброс десанта для зачистки и уничтожения остатков энергетических мостов. Важно также было сделать это незаметно, ведь Шаэрг, контролирующий силовые линии, при гипере мог разбросать корабли по галактике.

Адмирал вызвал к себе барка Сейфа Гьёма, одного из лучших капитанов имперского флота и кратко ввел его в курс дела. Надо было отдать должное: этому офицеру два раза пояснять ничего не пришлось. Капитан был догадлив и невозмутим.

— Вообще не вижу проблемы, адмирал, — сказал он оптимистично. — Прыгнем в гипер вот в эти девять точек, — он поставил значки на звездной карте, — отвлекающим числом поболее под каким — нибудь существенным предлогом. А потом по старинке по одному кораблику отделимся и пойдем.

— Как пойдете?

— Как раньше ходили по галактике. Пешком… за шесть дней дойдем до всех планет.

— Но пешком уже давно никто не ходит. Практики нет. Все только по гиперу…

— Да ладно Вам, адмирал. А то Вы не знаете, что на пари у нас каждый месяц кто — нибудь да в шаге практикуется. Это, конечно, запрещено уставом, и все такое бла — бла, но сейчас, как мне кажется, не время строить из себя целку. Я вам тридцать надежных ребят из всех флотов подгоню. Жаль только «Безымянный» на карантине, его какой — то придурок после Оксоя на мшерский посадил. И как такие идиоты у нас во флоте держатся?

Аэр Гилфорд закашлялся, а адмирал улыбнулся от уха до уха и вкрадчиво добавил:

— Верно, на такое только круглый идиот способен.

— Кстати, адмирал, — голос барка звучал уверенно, — а разве Вы не обещали нам военные игры флотов в этом году? Вот вам и предлог. Только с организацией надо поторопиться.

Аэр Гилфорд все еще находился в кабинете адмирала. АрДеВиго проводил предварительные переговоры по планшу и отдавал распоряжения об экстренной подготовке военных игр, даг же верстал предварительную канву операции, выбирал доверенных офицеров. Казалось, что в кабинете за это небольшое время перебывали все те, кому на флоте можно было доверять. Аэру Гилфорду, наблюдавшему за всеми переговорами, приятно было сознавать, что люди безоговорочно верили адмиралу и шли за ним, не задавая лишних вопросов, а преданно доверяясь его уму, выдержке, невероятной честности, вошедшей в анналы, и принципиальности. «Истинный командир и настоящий мужчина!» — непроизвольно восхитился даг.

Время бежало. В суете необходимых дел адмирал уже немного успокоился, когда понял, что реальной государственной измены можно избежать всем участникам операции с тем карт — бланшем, который император Оттон Даэр Грэг АркДеТиро дал ему. Но все — таки был один нюанс. Если все получится, императору срочно понадобится козел отпущения, а тридцать два правителя, ставших изменниками не по своей воле, на эту роль не подходили. Хотя… если император выберет одного из них, того, кто обосновался в самом сердце имперской колыбели — в Даэргии, то он сразу убьет этим двух моронских зайцев. Сможет наказать одного изменника, а других — помиловать. Уж очень не захочется императору уничтожать всю галактическую элиту. Поэтому сурово наказана будет только одна семья. И это правильно. И это разумно! Вот только… Только Амарин это очень и очень не понравится. Она тут же ввяжется в защиту семейства АрДеМино и пострадает. И это будет без вариантов! А если учесть, что Амарин предстояло избежать ответственности, предусмотренной законами о предоставлении императору заведомо неполных сведений военного и политического характера и законом о влиянии.

И вообще! Адмирал мрачно свел брови. АрДеВиго вообще был против того, чтобы Амарин участвовала в операции. Пусть посидит дома! Вот!

— Думаете, как не дать офицеру ДейСоло ввязаться во все это? — понимающе протянул умный даг, наблюдая за сменой эмоций на лице ранее всегда такого невозмутимого АрДеВиго.

— В точку.

— Зная ДейСоло, могу сказать, что, к сожалению, у вас ничего не выйдет, адмирал. Амарин всегда поступает так, как считает нужным. И она уже в игре. Собственно, без нее этот план реализовать будет сложно. Единственное, что Вы можете сделать, это изолировать ее на время проведения операции, но тогда возникает очень серьезный вопрос: кто обладает таким уровнем доверия самого императора, как ДейСоло, и будет посредником между ним и вами, когда вы улетите?

— Таких людей нет, — спустя несколько тяжелых мгновений вынужден был признать адмирал.

— И я о том же, — согласился даг.

Нет, вернее, они были, эти самые посредники, но, как бы сказать, все эти доверенные люди — правители тех самых планет, а значит, все их мысли и чувства вот уже полных пятнадцать лет были под пси — контролем ненавистного Шаэрга. А значит, без Амарин обойтись было нельзя. И скрыть от нее тоже ничего не получится.

— Что мне делать, Дат? — тяжело выдохнул АрДеВиго.

— Делайте свое дело, адмирал. И будьте честны с девочкой. Дайте ей право самой решать. И не поджимайте так мрачно губы. Вы все равно не сможете ее сейчас удержать, а если попробуете, то потеряете навсегда. Больше всего на свете Амарин ценит доверие. Потом, когда все закончится, запрете ее на Катране, если получится. А сейчас нельзя. Действительно нельзя. Иначе все полетит в черную дыру.

Адмирал яростно скрипнул зубами, но внутренне был вынужден признал правоту мудрого дага.

— Что же ты делаешь со мной, девочка моя! — решение адмиралу давалось слишком тяжело.