Глава 41 · Набережная и долги

Кара

Я шла по коридору. Прямо и не видя никого. Да уж. А это более, чем я думала. Это больнее, чем я могла предполагать. Но так мне видимо и надо.

Теперь, думаю, когда я полностью вольна действовать как хочу и никто не будет меня останавливать. Я перейду к следующей фазе.

Абсолютное безразличие. Пора перестать быть нытиком. Пора перестать.

Я сжала руки в кулак и вышла к отличной компании.

Они сидели за столом. Давид приехал. Сидели, общались, пили.

Я села рядом с Колей.

Ему на телефон приходили сообщения. Много смс от контакта «Лика».

Хм. У него что, появилась девчонка? Интересно.

Я взяла стакан у него, отлебнула.

Он резко замолчал и посмотрел на меня.

— Ты чего?

— Ничего, выпить хочу, — я поставила обратно и облокотилась о его плечо.

Папа тоже насторожился, но я показала рукой «класс».

Эти двое между своими махинациями все пилили меня взглядом, но я не поддавалась. Если бы Коля знал, что там делает его друг рядом, он бы наверное взбесился. Так же как и папа. Не хочу такого, я сама виновата. Не стоило мне булыжнику нести свою пургу. Не получила бы ответ.

Все нормально….

Все нормально.

Все в порядке. Точнее, не в порядке, я устала слушать их диалоги. Устала от них всех.

Встала из-за стола и попрощавшись, отправилась вниз.

Поеду домой. А лучше не домой, а куда-нибудь прогуляюсь.

Около входа меня остановил Давид.

— Кара, не могу дозвониться до Артура. У Инги случилось Чп, кто-то походу напал на них или что-=то произошло.

— Мне плевать, пусть хоть сгорит. А Артур в порядке, я уверена. Что с ним будет?

И тут у меня в голове щелкнуло, а вдруг Алик это устроил? Но как? Он наверное мог, учитывая его отношение к тому, что я на эмоциях выплеснула ему в лицо.

Я бы возможно могла испытать дрожь по телу, но я посмотрела в карие глаза Давида. Ничего. Ничего не чувствую.

— Карина, — он одернул меня за руку.

— Я позвоню ему, если не выйдет на связь до завтра, значит что-то случилось. А пока рано переживать. ЧТо там может случиться? Если мы ничего не предпринимали, навряд ли им что-то навредит.

— У Инги может быть куча врагов.

— Флаг им в руки, надеюсь только не белый. А то она с радостью подотрет им задницу.

— Карина, послушай меня. Ты должна быть в курсе всего.

— Ок, я буду. Я поеду, ладно. Завтра погвоорим. С утра позвоню тебе, спасибо.

— Ясно, — он отошел от меня и я на выдохе вышла на улицу.

Подошла к машине. Села за руль. Сжала пальцами. Тяжело вздохнула. Черт.

Лимит боли превышен.

Открыла окно, взяла пачку сигарет. Закурила. Положила руку на живот.

— Я тебя не хочу, ты мне жизнь испортил. Ты мне все испортил. Я тебя не хочу, — прошептала я, поглаживая живот.

Посмотрела прямо. Нужно прокатиться, пока совсем себя не сожрала.

Совсем скоро у нас будет увлекательная встреча с мамой и то,что сейчас произошло, меня не пугает. Все идет по плану. Все в порядке.

Я ошиблась, когда думала, что смогу истребить ее в одиночку. Мне все-таки нужна помощь. Только совсем других лиц. Не только Артура, а моей семьи и семьи моей семьи.

Я включила музыку на полною и отправилась по ночному Питеру.

Плотное движение, открытое окно, прохладный ветер.

Остановилась недалеко от набережной и взяв кофе, встала, облокотившись о перила.

План такой — устроить жуткую заварушку. Избавиться от всего тяжелого на сердце и под ним тоже. Не испортить отношения с Колей и с папой и наказать мою дорогую мамашу.

Главное ще не перебить много народу с гнева.

Но думаю, одеждаться мне помогут.

Оставить нужно Баженова. Хотя, думаю он и сам уже не думает об отношениях со мной. Хорошо. Это я приму, постепенно. Но так всем будет лучше.

Ему лучше без бедовой принцессы, которая пытается быть взрослой, а мне лучше без любви.

Всегда без нее обходилась и сейчас справлюсь.

Видимо, у меня просто бзик в голове, что меня не должны любить. Мама просто издевалась все детство и юность, а остальные… Я их просто не знала и не видела.

Да, хрен знает, какие в моей голове проблемы. Много их.

Отвлечемся и посмотрим на воду.

Но не получилось в одиночку.

— Какая встреча, — ко мне подошел мужчина. Встал в такую же позу, как и я.

— Здравствуй, Мигель, — я не стала оборачиваться в его сторону.

— Запомнила мое имя? — голос у него такой. Странный.

Вроде бы и ехидно ухмыляется, а вроде бы и по-доброму.

Но вот только по-доброму искренне врядли. Такая скотина, как он, тоже травмированная, как и я, просто не умеет быть добряком. Я наслушалась о нем уже. Мне хватило только рассказов.

Кто и есть ублюдок, так это он. Правда есть одно но, кажется, мы можем стать друзьями.

— Ну оно, необычное, — не стала врать я.

— Почему ты грустишь?

— Дорогой мне человек трахал на моих глазах двоих телок.

— И правда грустно, — он подошел ближе, — даже не спросишь, как я тебя со спины узнал?

— Следил за мной? Ты этот самый, сталкер?

— Почти, ты просто мне понравилась.

— Я многим нравлюсь. Всем нравится моя «упаковка».

— Карина, — он усмехнулся.

— Мигель, — я развернулась на него, — что нужно тебе?

— Просто хотел выпить с тобой кофе.

— Давай выпьем, — ответила я без задней мысли, — только не кофе. Я буду зеленый чай с мелиссой и немножко счастья и спокойствия. Такое в вашем баре есть?

Он рассмеялся.

— на счет счастья не знаю, но есть кое что лучше.

Это заставило меня развернуться на него. Посмотреть на его изогнутые брови. Надо же, только с одного взгляда — злодей.

— И что это?

— Возмездие. Ты ведь знаешь, кто я такой,-он провел пальцем по моей щеке, — хочешь спасти Артура?

Я сглотнула скопившуюся в горле слюну, но на его жест ничего не ответила.

Значит вон оно как. Мой бывший муж не берет трубки не просто так.

Я ухмыльнулась и засмеялась почти сама от истерики.

Значит, значит,значит, что переживания Давида были не спроста. Скотина. Гребаный Баженов два. Или как у него фамилия? Он брат Алика от другого мужчины. У них общая только мать. Они не виделись кучу лет. Ненавидят друг друга и на то есть причины. Что ему от меня надо и почему он так всем мстит?

— Что ты хочешь взамен? — я решила бить напролом.

Ходить вокруг да около будет слишком глупо и раз мне выпал такой шанс. Будем спрашивать сразу.

Мигель опустился ниже и прошептал мне на ухо:

— Ты просто станешь моей должницей.