Глава 42 · Головоломка

Кара

Мигель привез меня к себе, пока что ничего не говоря. Всю дорогу молчал и бесил меня.

Я припарковалась у него на парковке и прошла с ним в его квартиру.

Холодная. Такая же, как и этот ублюдок. Булыжник 2, что еще с него взять.

На входе была женская обувь. Туфли, которые я уже прежде видела. Ева.

Все понятно. Они мутят воду.

— Как мне спасти Артура, где он?

— Я вот думаю, смотрю на тебя и думаю, что ты можешь для меня сделать, — Мигель сел за барную стойку и взяв толстую тетрадку, перевел взгляд на белые исписанные листы.

— Говори, чем.

— тебе дорог твой бывший муж?

— Я не хочу терять дорогих мне людей. А вот ты видимо напротив.

— Ты о чем?

— Ты тут один, — я огляделась, — крове женской обуви одной из заходивших к тебе девиц, больше никого нет. Здесь губки на кухне, вон там, — я указала на столешницу и приборы, — у тебя не в цвет. Нет полотенца. Посуды. Ты не готовишь. У тебя нет ничего милого или просто оставляющего обстановку. Ты живешь здесь недавно. А еще, — я показала пальцем на сушилку, — у тебя там висит только одна футболка. Нет никаких признаков того, что с тобой живет дорогой тебе человек.

Геля ухмыльнулся и и показал на стул напротив себя.

— Идем, я тебе кое что покажу.

Я исполнила «приказ».

— Ты права, я никем не дорожу, мне это и не нужно. После того, как мой брат предал меня ради друга, я и им не дорожу. Я бы поставил его на колени. Прямо в лужу, перед собой и пустил пулю ему в голову, после того, как убью на его глазах всех, кем он дорожит, — Мигель говорил это так спокойно. Так тихо, что если не понимать язык, на котором он общается, можно подумать, что он рассказывает сказку.

Но это была не сказка. Это была его мечта. Я вижу это по блеску его глаз. Мне рассказали про него и много. А теперь, как оно и должны быть, я чувствую и вижу то, что без этой информации бы не видела.

— Это жестоко, — выцедила я, поставив под подбородок ладонь.

— А ты разве не жестокая? — Мигель взял меня за руку.

Дрожь по телу от его прикосновений.

Однако он смотрел мне в глаза. Выжигал меня. Какие брови у него. Какой злостный. У меня аж ком в горле.

Но виду, что я боюсь я покажу только в самом крайнем случае.

Его итак все бояться. Даже думаю Ева. В этом плане я точно не такая.

— Мне кажется я просто дура.

— Ты ошибаешься, — он закусил губу.

— Ты сейчас ко мне клеишься?

— Я думаю, хочу ли я тебя убить, — он злобно улыбнулся, оголив, как казалось бы, все зубы.

— Откровенно, и что думаешь, убить меня или все-таки я тебе еще нужна? Зачем ты предложил мне спасти Артура, если хочешь и от меня избавиться?

Он задумался. Погладил меня по руке, а затем потянулся ко мне и хотел поцеловать, но я подставила щеку.

Получился невинный чмок, после которого он засмеялся.

— Ты точно не дура, — он играл со мной в эти игры.

Игры, которые называются «Прогнись и получи пулю в лоб».

Нет.

Когда он снова вернулся на свое место и убрал от меня свою руку, я прочитала в его глазах что-то другое.

— На кого ты выплескиваешь свою агрессию? — странный вопрос в данном положении, но он значит больше, чем может казаться на первый взгляд.

— На тех, кто этого заслуживает.

— Понимаю, — я встала из-за стола и направилась на балкон. Вышла на улицу, подышать свежим воздухом. Он пошел за мной.Встал рядом.

— Если у тебя выбор, кого ты спасешь? Врага или друга?

Я задумалась. Разговор с ним как сплошные пазлы собирать. Это гребаная головоломка.

Несколько секунд я молчала, а затем развернулась к нему и положила руку ему на грудь.

— Ты думаешь, что Алик стал мне врагом, после того, как изменил мне?

Он снова рассмеялся и прикусил губу. Сильно.

— Сука, я тебя недооценивал. Халимова черт возьми.

— Я сама возьму, — решила внести немного юмора.

— Ты спрашиваешь о выборе незнакомого человека, а какой бы сделал сам?

— Знаешь, после разговора с тобой, думаю, — он подошел ближе и положил руку мне на талию. Слегка притянул меня к себе, — что врага.

— А что, Ева тебя как друг больше не устраивает?

Было крайне интересно услышать его ответ. Теперь мой ход.

— Иногда худший враг, может стать другом лучше.

— А ты мудак, — уверенно произнесла ему в лицо.

— Со мной так не разговаривают.

— А мне не ставят условия, кого мне спасать, понимаешь, — я провела пальцем по его груди.

Он сделал несколько шагов назад. Отпустил меня и развернулся к ночному городу.

— Хорошо, — тихо произнес он, — хорошо.

Я стояла и ждала. Мне нужно знать хоть что-то и раз самый главный информатор стоит прямо передо мной, я из него информацию вы ужу.

— Как я уже говорил, ты станешь моей должницей. Я попрошу у тебя то, что никто другой бы и не попросил.

— Я согласна, где Артур? — меня аж затрясло от его тембра и от того, что я все таки смогу спасти человека, которого когда-то любила.

Он слишком хороший, чтобы отдуваться за то, что происходит МЕЖДУ НАШИМИ СЕМЬЯМИ. А если быть честной, то только в моей…

— Как я могу его спасти?

— Я завтра покажу тебе одно место. Там вы увидитесь.

— Я тебя не поняла, — я покосилась на него.

Эм. Шок.

— Он у меня. Сейчас ему возможно что-то отрезают чтобы добыть информацию, но если ты сама достанешь то, что мне нужно, я его отпущу. Так ты его спасешь. Но завтра.

— Тогда зачем сегодня мне об этом сказал?

— Я увидел тебя на набережной. Грустную. Мне хотелось с тобой поговорить, — это он говорил честно.

Слышно. Без ухмылок и загадок. Просто и спокойно. Почти в первые за этот вечер.

— Когда ты грустишь, с тобой никто не разговаривает? — я хочу понять его. Понимаю, что сейчас вот он. Самый главный враг, который подначивает всех. Мою мать, моего отца. Моего брата. Своего брата и всех людей, кто в том или ином формате с нами связаны.

Теперь я понимаю, почему Ева слила информацию от папы. Она ни на него, ни на мою мать не работает. Она не двойной агент. Просто сука, которая любит спать с этим ублюдком, стоящим передо мной.