-62-

Как оказалось, моя стая была закрыта в кольцо озверевших оборотней, и мы прорвали его, чисто случайно попав в промежуток между двумя стаями. Моя волчица загрызла одного из оборотней, другие не захотели соваться и заступаться за чужака — конкурента.

Сначала я не понимала, почему стая не вырвалась, а вернулась, дошло, чуть позже. Уже в волчьем лагере волчица позвала меня за собой и привела к простой избушке. Именно там, в укромном месте, прятали моих детей. Мальчики находились под присмотром одного из братьев Егора, Германом.

— Охренеть! — выкрикнул мужчина, когда в избушку ввалилась я и отдельно моя волчица.

Сыновья лежали на широкой кровати и трепали одну игрушки на двоих.

— Мальчики... Мои сладкие... Подросли то как... Мои хорошие... Мама здесь, я вас не бросила... — кинувшись к детям, я разрывалась на части, чтобы каждому дать внимания одномоментно, расцеловать пухлые щёчки, обнять, прижимая к сердцу.

Они узнали меня, обрадовались и потянув ко мне свои маленькие ручки. Волчица же просто села рядом.

«Покорми их, они голодные» — подсказала мне она.

Это был мой самый страшный кошмар. Мои дети столько времени некормленые!

— Чем ты их кормил? — спросила Германа, устраиваясь на краю сколоченной из толстых досок кровати.

— Смесью. Здесь всё есть. Успели хоть так подготовиться, не успели вывезти, к сожалению. Егор хотел вылететь с вами на остров, ждал, когда ты придёшь в себя. Но это затянулось, и мы... Не успели, в общем, — Герман опустил взгляд и поджал губы.

На мои глаза навернулись слёзы. Олег Евгеньевич всегда был добр ко мне, и я искренне его полюбила. Потерять его тяжело, ещё тяжелей понимать, что это из-за меня.

— Прости, я не думала, что всё так серьёзно.

— Да не вини ты себя, Кира. Нет твоей вины в том, что кто-то растерял свои честь и достоинство. Побудь с детьми, я хоть кости разомну, там разденусь снаружи.

Герман вышел из избушки, походя погладив мою волчицу, доведя её до щенячьего восторга. Какая же она в этот момент была безобидная на вид дурында. Только это диссонировало с тем, как она без особых усилий разорвала горло оборотню. Подумав об этом, я обратила всё своё внимание на детей.

Не было большего счастья, снова приложить их к груди после такого томительного перерыва. Они были ещё малы и вовсе не заметили моего отсутствия. Наевшись грудного молока, сладко заснули по очереди и это немного успокоило моё материнское сердце. Наблюдая за сопящими сыновьями, я утирала накатывающие слёзы и даже не заметила, как в избушке нас стало больше.

«Ну ты и чудо» — раздалось неподалёку знакомым голосом, но это были мысли Егора.

Я обернулась, он сидел на корточках перед моей волчицей и разглядывал её с улыбкой. Ей это нравилось, чуть в нос его не лизала, как Арчи.

«В перьях?» — подумала я, привлекая внимание мужа.

Стоило только Егору посмотреть на меня я тут же бросилась к нему, срываясь в рёв. Чем крепче он прижимал меня к себе, тем горше было ощущение чуть не случившейся потери. Именно здесь, услышав мысли мужа, встретившись с его верным взглядом, я смогла почувствовать, какое мы неделимое. Именно я и он, без парности наших волков. Осторожно опустившись на лавку, он усадил меня на колени.

— Ну всё, всё, не реви, — шёпотом попросил Егор, утирая мои слёзы.

— Я не буду, — закивала я, обещая, но слёзы текли непрерывным потоком.

— Вот, смотри, это тебе, — муж впихнул мне в руку бархатную коробочку.

Не желая отрываться от его шеи, я зубами открыла крышку.

— Кольцо? — спросила всхлипнув.

— Оно на магните. Его не нужно снимать перед оборотом. Оно просто распадётся на две части, и ты не поранишься.

— Егор, я же... Я контролирую оборот... — призналась ему.

— Я знаю. Но привычки всё снимать с себя у тебя нет, — он надел мне колечко на безымянный палец, и прижал к себе, крепко поцеловав в губы.

— Спасибо, жалко будет, если потеряю... — шепнула ему в губы.

— Теряй. Я тебе новое подарю, это приятно, — признался с улыбкой Егор.

Выпустив мою волчицу из избушки, мы провели в ней семьёй почти сутки, пока волк не взял над Егором верх, а дети не обернулись волчатами. И это были, пожалуй, самые лучшие часы за последнее время. Но прятаться от нереальной реальности в помещении пять на пять метров вечно было невозможным.

Я ожидала большой и быстрой битвы, а нас ждала выматывающая осада в небольшом волчьем лагере посреди леса, к которой мы — люди были не готовы.

— Всё, я считай уволен. Считай, два дня рабочих прогулял. Начальник такого не любит, — огорчённо признал один из друзей Влада, на конец следующего дня сидя у костра.

— А кто ты? — спросил Герман.

— Водитель мой, — устало произнёс Влад и все рассмеялись.

— Нет, без шуток, долго ещё? Какого лешего мы тут «В мире животных» смотрим?

— Мы ждём.

— Чего? — с интересом спросил Потап.

— Когда стаи перегрызут друг друга и нам останется разобраться лишь с одной. Если ввязаться сейчас, то не выстоим даже с вами, — объяснил Герман.