Глава 26

Лиза

Стряхиваю с себя сухарики, даже на волосах зацепились.

— Временно можешь выдохнуть, — разрешает Евсей, вытягивая у меня из хвоста последний кусочек снаряда бело-голубых болельщиков.

— Ты издеваешься, да? — цепляюсь за временное разрешение.

— А что, так заметно? — кто из нас довольный свиданием, тот хохочет надо мной.

— Худшего места для меня придумать не мог?

Ну, я не могла не спросить. С самого начала на языке вертелось.

— Мог и хуже, — хвастается гад. — Но да, я старался. Мне здесь нравится, тебе нет. Значит, время проведем с огромной пользой. Забыла, что мы хотим надоесть?

Гляди, как все просто у него. Развалился на стуле, положение схвачено. Белый джемпер даже надел с логотипом команды из синих. Весь из себя красавчик, с легкой небритостью и буравящим взглядом охотника.

Еще благодарность того и гляди с меня же потребует.

— Об этом помню, как забыть? — поднимаюсь и беру со стола бутыль с соусом. — Предлагаю пользу повысить. Вот как получишь сейчас…

— Малявка, подожди, — Евсей отскакивает, руки задирая. — Меняю твой вариант с пользой на мороженое. Давай закажу тебе самое вкусное? Соус оставим для битвы с бело-голубыми.

Хм-м… Подкупает братец подруги, торгуется.

— На банановое только поменяю.

Вношу свое условие. Ни больше и не меньше.

В спорт-баре точно нет такого. В меню вообще раздела с десертами не было. Зато там сосисок на три листа предлагается. Сомов заказал нам, как большинство болельщиков — сосисочный набор из разных видов.

— Скоро получишь, сейчас закажу.

Уходит от меня к бармену и что-то тому объясняет. Бармен сначала качает головой, разводит руками, затем берет деньги. Ничего не пойму, что Евсей снова выдумал.

Болельщики слева в этот момент вскакивают и бегают вокруг столов с криками: «Оле-оле-оле! Манчестер всех порвет!»

Наша половина мрачная сидит и орет на счастливцев, чтобы те заткнулись.

Короче, гол опять влетел в ворота. Только мимо команды, за которую я, вообще-то, не голосовала. Сомов без спроса записал меня в болельщики синих. Есть у него такое — ткнуть носом, куда его душеньке хочется.

Присматриваюсь к экрану.

Игра в баскетбол мне больше понятна, но и тут пытаюсь вникать по сравнениям.

Самое важное, что парни в бело-голубых костюмчиках приятнее выглядят, что ли. По полю носятся забавнее. Надо еще разобраться, а вдруг я за них?

— Давайте, давайте, Челси, не подведите! — Евсей уже вернулся и принялся требовать через экран новый гол от своих.

В зале одни ругаются, другие бьют кулаками по столам в нервном напряжении. Мяч гуляет и бегает от синих до бело-голубых и обратно. И в самый решающий момент вдруг поворачивается к воротам наших болельщиков слева.

Я от себя не ожидала, что тоже буду смотреть, затаив дыхание. Даже пальцы скрестила на удачу симпатичных парней.

Бух! И мяч залетает в ворота.

— Какого хрена?

— Это не считается!

С нашей половины поднимается вопль возмущения.

— Ура-а-а! Наши лучшие!!! — ликуют бело-голубые.

— Ура! У них получилось! — я не выдерживаю и тоже прыгаю с визгом.

Ой.

Что-то не с добрыми минами к нам повернулась синяя часть спорт-бара.

Евсей скорей меня возвращает на место. Ох и разозлился, будто ему мячом футболистов прилетело по темечку. И запулила его именно я.

— Среди нас предатели! — на меня тычет пальцем усатый мужик из-за соседнего столика.

— Определись, за кого ты? — разорались нервные болельщики синих.

Вот ведь пристали, а.

— Лизок, не вздумай за врагов болеть. Я тебя привел сюда, и мы за Челси.

Евсей больше всех нападает и требует.

— Нет такого правила в наших свиданиях.

Дразню тайного парня и не сдаюсь. Больше всего мне понравилось, что он бросил за матчем следить, все внимание мне достается. Самое злющее и до чего же приятное.

— Не волнуйтесь, девушка плохо видит. Цвета не умеет различать, — Евсей дает описание своим синим. И ко мне обращается: — Ты же специально меня вывести хочешь? Ну-ка, признавайся!

— Зачем это мне? Сам сказал, что я в цветах ни бум-бум. Ой, подожди, мой фаворит сейчас догонит мяч.

— Нет уж, не надейся. Моя ставка выиграет.

Уверенности Сомову не отнимать. Но ничего, хоть кусочек, но вытяну.

Пока что вытянуть получается из него мой десерт. Каким-то чудом приносят мороженое с бананами. Временно забываю об игре. Какой там счет, неважно, когда вкусняшкой наслаждаюсь. М-м-м… как хорошо.

— Теперь я знаю, чем отвлечь тайную девушку, когда будешь вредничать.

— Ничего подобного, меня не… Стой, кто вредничает? Я даже не успела.

Честное слово, обидно становится. И вдвойне, что гол забили синие. Ну и ко всему мороженое закончилось. Эх, недолго счастье длилось. Зато больше ничего не отвлекает. Вернее, есть кое-что… мой тайный парень на месяц.

Мне нравится за ним наблюдать, когда он не видит. Даже сейчас я осторожно подсматриваю, с каким восторгом Евсей разделяет гол со своими болельщиками.

Оборачивается на меня.

Мои глаза тут же приклеиваются к тарелке. Щеки горят, и такое чувство, что на горячем поймали. Хотя и ловили, было такое.

В детстве мне хотелось чаще играть с Евсеем или просто разглядывать. Ну да, я частенько крутилась там же, где и он. Но брат подруги прогонял: «Хватит мной любоваться, малявка!» — примерно такое не раз пришлось слышать. Всегда было стыдно потом.

Годы прошли, а я все еще не решаюсь смотреть открыто на красавчика, без иронии или враждебных перепалок, ведь тогда мы на равных становимся.

Новый гол попадает уже не в ворота синих. Что твориться начинает!

В ход идут не только сухарики, чипсы летят, сосисками метят по лбу. Недалеко от нас первый стул полетел прямо в стену.

— Бросай, Лизок! Пусть получают враги!

Евсей дружно со всеми отбивается и нападает на левую сторону зала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я же стою посредине с сухарями и недоеденной сосиской в руке.

Все-таки болею не за синих, чего им буду помогать?

Бело-голубые словно мои мысли уловили.

— Красотка, иди к нам!

— У нас не настолько бешеные болельщики.

— Синие — самые двинутые психи.

Меня даже уговаривать начали. Ощутила значимость до потолка. Пока следили за игрой, почти как родные здесь стали.

— Никуда она не пойдет!

Евсей тут как тут.

Меня родные болельщики зовут, а этот нахалюга мешает.

— Сомов, отпусти! Мне надо за своих отбиваться!

— Конечно-конечно, надо ей, — пыхтит и подхватывает на руки. — Будете к моей девушке приставать, мяч сожрать заставлю! Все равно ваши продуют.

И с такими вот угрозами, вроде бы я его настоящая девушка, возвращает меня за наш стол. Только на место вернуться не дает. Посадил к себе на колени, крепко держит и свирепо рычит.

Кто оборзел?! Ну, вы поняли.

— Брыкайся сколько хочешь, малявка. Фиг тебя отпущу! Ты же чуть к мужикам из бело-голубых не сбежала.

— Я не буду так сидеть. Мне неудобно!

— Всем удобно, а тебе нет, — бурчит о том, что больше всего бесит.

Пытаюсь слезть с его колен, кручусь попой в поисках выхода. Пока не получается, но я просто не сдамся.

Наше свидание усложняется. Выкрики не становятся тише, а только громче. Накаляется обстановка на поле. А я еще немного, и сгорю в спорт-баре от ощущений дыхания парня на шее.

Евсей крепко сцепил пальцы в замок посреди моего живота. Никому отдавать не собирается. Хотя мог бы, раз так хочет избавиться. И что бы ни случилось этим вечером, казалось, ничто сильнее не собьет меня с пути надоедания, чем чувствовать Евсея ближе близкого, смущаться, бороться и пугаться своих ощущений.

— Ну все, теперь прячься, малявка, — последний гол еще не забили, а Евсей меня уже под стол засовывает.

— Думаешь, скоро финал?

— Точно скоро. И только попробуй вылезти.

Сажусь под стол и жду реакции бешеных болельщиков. Хоть бы спорт-бар уцелел, а то где они еще так душевно на матч соберутся?

Спустя несколько минут зал таким шумом наполняется, что мне уши прикрывать приходится. Понимаю по крикам Евсея: синие все-таки победили. Ну что ж, бело-голубые, зря на вас надеялась. Зато вы забавнее бегали.

Размышлять в пекле болельщиков некогда. И я высовываюсь на чуть-чуть, чтобы видеть, что там творится.

Синие вместе с Евсеем дразнят соперников, те бросаются стульями. Кому-то достается, но Сомов умудряется выскальзывать. Тренированный парень проскочит везде.

Дальше до бойни доходит. Я волнуюсь, как бы мне без тайного парня не остаться раньше, чем месяц закончится. Вот именно в этот момент и захотелось — надоедать, но не меньше. Может, и сама потом добью, но болельщикам не дам на растерзание.

В драке помочь не смогу, делаю попытку толпу отвлекать.

Вылезаю под крики и лезу на стол. Скидываю тарелки на пол, все равно здесь можно бить посуду.

Сама себе подпеваю мотив и танцевать начинаю номер из группы поддержки. Стол крепкий, подпрыгивать отлично получается. Я танцую, танцую и замечаю, как в спорт-баре становится тише и тише. Стулья больше не бьются об головы. Все повернулись и раззявили рты.

И только один как заорет:

— Малявка, я тебя сейчас прибью!

Евсей бросает болельщицкие драки и несется ко мне.

Спустя минуту — мы уже в машине с деньгами за ставку. Несемся на скорости подальше от взбесившегося сборища. Меня не прибили, но сильно ругали.

— А что? Мне надо было тебя поторопить. И вообще, я спорт-бар спасала!

— Все равно по заднице получишь, — рычит Сомов за рулем.

— За что? Мой танец помог, драка закончилась.

— Вот как надоешь, тогда и спрашивай. Сейчас не хочу объяснять. Я как тебя на столе увидел, так офигел, что перепутал и двинул в челюсть болельщику из моей же команды. Больше туда не поеду, а то спорткар разобьют.

— Ну… если тебе станет легче, — захотелось признаться, — мне в кинотеатр надолго ходить расхотелось.

— Значит, нам надо следующую попытку надоедать по-другому устраивать, — делает вывод Евсей.

И вот с этим уже не поспоришь.

Нам проще отказываться от мест, чем приесться. Везде встрянем, начудим, и еще… прикосновения случаются. Это самое волнительное для меня. Не хочу заменять ему рыбину, но глупые фантазии будто издеваются. Приходят так же нагло, как Евсей, заводят, манят, уговаривают.

Только подумала обо всем, мы остановились за моим домом.

И Евсей потянулся к моей щеке. Неужели того… целовать собирается?

— Да я вытереть твои полосы хочу, ну ты и пугливая, — со смехом берет влажную салфетку и нежно проводит по коже.

— Ничего я не пугалась, — стараюсь ровнее говорить, прикрывая вырвавшийся вдох.

— Угу-угу, так и заметил. И знаешь, Лизок, ты храбрее, чем я думал.

— Я тоже не думала, что ты бываешь таким… заботливым.

Возможно, Евсей это скрывает и сам от себя. Но даже с мороженым он смог постараться. Конечно, я догадалась, что заказывал через службу доставки, договариваясь с барменом подать как от заведения. Хотя мог опять кокосовое печенье подсунуть под нос.

К моему подъезду подходим оба в растерянности. Ничего себе надоедали всю неделю — вместо того, чтобы посылать — обмениваемся комплиментами.

Перед дверью в подъезд встряхиваюсь, вспоминая гулящую натуру Сомова и рыбин. Быстро действует как отворот. Ух-х, прибила бы!

Евсей мотает головой, видимо, что-то себе обо мне вспоминает. Уж точно не лучшие моменты. Хи-хи.

Минутной слабости не поддаемся.

— А все равно ты бабник и нахал невыносимый, — показываю ему, что не таю я вовсе. Не то посчитает, что вот уже пала малявка у ног.

— Надо же, как любя прозвучало от вредины. Хватит меня бесить на сегодня, Лизок. Быстрей домой беги!

Кто еще кого бесит.

Мысленно отбиваюсь и бегу-бегу на свой этаж. Залетаю в квартиру, будто за мной гонится кто-то. Но я-то знаю кто. Зверюга. Бешеный болельщик. И тот, кто мешает на столах танцевать.

Мама выходит ко мне в прихожую. Я говорила, что буду гулять с однокурсницей. Врать не хочется, и я вскользь роняю, что вечер проходил спокойно, тихо-мирно погуляли.

— Лиза, а что это у тебя? Новый шарф?

Мама замечает на мне болельщицкую вещь. Не успела снять и спрятать, а во время побега совсем забыла, что на моей шее красуется.

— Да-а… купила случайно. Цвет понравился, — скидываю куртку и собираюсь пройти в свою комнату.

— Странно, не думала, что тебе нравятся шарфы из футбольного клуба. — Меня ловят с поличным, но больше поражает, откуда мама разбирается в этом. И она тут же добавляет: — Я знаю по названию и эмблеме, потому что это любимая команда твоего папы.

— Мам, я не сразу поняла, ну, пусть уже будет.

А что я еще могу выдать, стоя взлохмаченной и с безумными глазами, только что спасенной из спорт-бара?

Мама больше не пристает из-за шарфа, задумчиво оглядывая меня.

— Пригодится шарфик, конечно. Только ты это, дочь, лучше чипсы не ешь головой.

И вытягивает у меня из волос маленький кусочек снаряда от — и не разберешь толком кого. Под конец в спорт-баре было весело.