Часть 2 · Секреты Золотого пляжа

Я долго стояла перед знакомыми массивными воротами, не решаясь сделать следующий шаг. Понимала, что идти дальше не хочу. С удовольствием бы развернулась и уехала домой, но с утра заскочил Дерек и попросил о помощи. Отказать я не смогла.

С момента нападения на Марриса минула почти неделя. Три дня назад мы с Кэлзом вернулись в колледж, где я устроила свою маленькую и подленькую месть. Больше в колледже парень не появлялся. Не думаю, что я как-то сильно затронула его тонкую духовную организацию, но Кэлз исчез и из колледжа, и из моей жизни. Наверное, к лучшему.

Законника я тоже не видела. До этого утра. Но сегодня ночью такая же тварь, какая убила Расти с Эстер и покалечила Марриса, снова вышла на охоту. На сей раз ее жертвой стал немолодой отставной законник – одинокий и не имеющий ничего общего с благополучными жителями Золотого пляжа.

Клэр так и не пришла в себя, а Маррис находился в госпитале под такой охраной, что ни один законник не мог туда попасть. Родные наотрез отказались пускать кого-либо из представителей закона к парню. Это наводило на нехорошие мысли, и не меня одну. С Маррисом нужно было обязательно поговорить – слишком велика вероятность того, что убийства продолжатся.

У законников не было шансов, меня он вряд ли захочет видеть. А вот Кэлз… Кэлз, скорее всего, сможет к нему пробраться, минуя кордон из родителей и охраны. Что-то подсказывало мне, что Маррис сменил свое решение после того, как чудом выжил, и, возможно, добровольно захочет поделиться тем, что знает. Стопроцентной уверенности у меня не было, но попытаться стоило.

Только вот с Кэлзом мы расстались на очень нехорошей ноте. Сначала он оскорбил меня так, что до сих пор горели щеки от воспоминаний, потом я опозорила его на весь колледж. В коридорах до сих пор над ним ржут, хоть и понимают, что все случившееся подстава, и даже подозревают, кто ее организовал. Поэтому сейчас мне совершенно не хотелось идти с Кэлзом на контакт. Он тоже умел и любил мстить. Но выбора не было.

Видимо, я мялась перед воротами слишком долго, так как они неожиданно распахнулись сами, и я испуганно отступила, когда увидела перед собой Кэлза. Вид парень имел устрашающий, и сразу же захотелось сбежать куда-нибудь подальше и спрятаться.

Пепельные волосы взлохмачены, физиономия помятая, а растянутая домашняя майка сползла с одного плеча – я и подумать не могла, что у всегда одетого с иголочки Кэлза фо Агола может быть такая.

– Яд, ты собралась ночевать у меня под забором? – вполне миролюбиво поинтересовался он. Даже язвительной усмешки в голосе не прозвучало. – В таком случае, хочешь, я вытащу тебе одеяло и матрас? Или все же рискнешь и зайдешь внутрь?

Я ожидала иного приема, рассчитывала на агрессию или на худой конец шуточки и откровенные предложения, но Кэлз просто выжидающе смотрел на меня и молчал, приподняв пепельную бровь.

– Я пришла поговорить… – Слова давались с трудом, я пыталась преодолеть злость и непонятно откуда взявшее смущение.

– Разумнее все же в этом случае позвать меня, а не медитировать на забор. – Парень хмыкнул и приоткрыл воротину пошире. – У нас уже охранник начал дергаться. Не заставляй людей нервничать на работе.

– Прости… – Я покачала головой, и мне стало неловко. – Может, прокатимся? Разговор действительно не тот, который уместен в дверях.

К нему в дом идти не хотелось, почему-то мне внезапно стало до ужаса неловко. Там наверняка куча слуг, родители. Уж лучше обсудить все вопросы на нейтральной территории. Но у парня на это было свое мнение.

– Яд, может быть, ты не заметила, но я сегодня в домашнем. Заходи, обещаю вести себя прилично.

– Знаешь… – я не удержалась, – с некоторых пор в это верится с трудом.

Он посмотрел на меня очень внимательно и сделал шаг навстречу. В нос ударил знакомый запах парфюма. Едва заметный, выветрившийся, но его впитала даже домашняя майка.

– Я не стану извиняться за тот раз, – очень тихо произнес он, разглядывая мои губы, и дыхание перехватило. – Но я не вру и буду вести себя прилично…

– Очень подозрительно… – честно заметила я. – Ты же всегда добиваешься того, чего хочешь…

– Скажем так… некоторые вещи заставили меня переосмыслить… – Он замолчал, тщательно подбирая слова. – Нет, не свою жизнь, а просто то, что я хочу. Ну а потом… твое показательное выступление было впечатляющим. Долго готовила?

– Можно, я тоже не стану просить у тебя прощения? – Почему-то после этого короткого диалога стало проще, даже немного отлегло от души, и грусть слегка отступила.

Кэлз пожал плечами и поинтересовался:

– Так ты зайдешь или уже узнала все, что хочешь?

От его спокойного голоса и совершенно несвойственного Кэлзу поведения я чувствовала себя неуверенно – словно ступала в темноте по тонкой нитке, натянутой над пропастью, а за руку меня держал тот, в ком я не была уверена и не знала, доведет ли он меня до конца пути. Впрочем, с переосмыслением мне все было более или менее ясно. Возможно, случившиеся события заставили его понять, что не стоит разбрасываться чувствами Клэр и размениваться на меня? Кэлз, в сущности, не был плохим, и то, что он дорожил Клэр, я прекрасно видела. А ей вряд ли понравится рассказ о девушке, которая вешалась ему на шею и носилась за ним по колледжу. Да и то, что он слишком много времени проводил со мной, блондинку явно задевало. Еще до того, как она впала в кому.

– Ну так как, Яд, мы и дальше будем стоять в дверях?

– Нет. – Я покачала головой. – Прости, задумалась. Я пришла поговорить не о личном.

– А-а-а-а, – протянул он понимающе. – Дела? Ничто иное Ядовитую привести ко мне не может…

– Помнится, ты сам меня просил выяснить, кто убил Расти. – Я пожала плечами, показывая, что не понимаю, к чему ирония, и с опаской прошла следом за Кэлзом в сторону особняка.

– Что ты от меня хочешь?

– Кроме материалов дела, в которое мы даже не заглянули?

– Да, кроме них. Я их смотрел сам. Ничего нового, интересного или того, что было бы тебе неизвестно. Но если хочешь убить на их изучение вечер или два, пожалуйста. Я не против.

– Я хочу съездить к Маррису в больницу. – Я подозревала, что после того, как фактический убийца обнаружил себя сам, изучать материалы вскрытия бесполезно, поэтому не стала заострять на них внимание, а сразу перешла к делу.

– Соскучилась? – не скрывая иронии, уточнил Кэлз.

– Да не сказать, чтобы особенно сильно. Но может быть, он хотя бы сейчас захочет с нами поговорить?

– О чем? Дело раскрыто. Тварь убили… разве есть смысл с ним о чем-то сейчас разговаривать? Он лежит за кордоном охраны и надеется, что не сдохнет.

– Нет, не раскрыли. – Я следом за Кэлзом зашла в холл дома, прошмыгнув мимо дворецкого, который слишком откровенно поджал губы в презрительной гримасе. Видимо, считал, что черноволосая тощая девица не достойна топтать ковер ручной работы на дубовой лестнице, но сегодня меня это не сильно задевало. И единственное, о чем подумалось в этот момент, – что я еще ничего, видел бы он крашеную блондинку, которую я подослала к Кэлзу. – Сегодня произошло еще одно убийство, – заметила я, остановившись за спиной парня.

– Расскажешь позже! – осек Кэлз, и меня пронзила догадка.

– У тебя родители дома? – С семейкой Кэлза встречаться я совершенно не хотела. Мне хватило знакомства с его сводным братом.

– Мама, – тихо ответил он, покосившись куда-то наверх, и мне стало совсем не по себе. – И не бойся, она тебя не съест, но про убийства при ней лучше не говорить. Она у меня, как и положено аристократке в третьем поколении, излишне впечатлительна.

– Чего не скажешь о тебе… – буркнула я.

– Ну, так я и не аристократка. Мужчины в нашей семье всегда служили короне, поэтому впечатлительность нам не свойственна. Да и поколение у меня четвертое, – хмыкнул он, приглашая меня пройти дальше. А я посмотрела на него подозрительно. У меня создалось впечатление, что сегодня я знакомлюсь с ним заново. Это был совсем другой, малознакомый мне Кэлз. Улучшенная версия того, которого я знаю. Особенно это было странно после того, как он мне заявил прямо, что девушки любят мерзавцев и поэтому он таким и будет.

Присутствие в доме матери Кэлза меня изрядно напрягало. Леди фо Агол, скорее всего, в курсе, кто я, и знает о многом. В том числе и о последней выходке, которая меня не красит. Почему-то понимание этого меня смущало и напрягало. К счастью, леди лишь на минуту спустилась в холл, чтобы сдержанно меня поприветствовать, а потом незаметно ушла. Кэлз был похож на нее пепельными волосами и пронзительными синими глазами. Упрямый подбородок и прямой нос ему достались от отца.

Я чувствовала себя в обществе потомственных аристократов глупо. И вписывалась примерно как дешевая девица легкого поведения, которую я подослала Кэлзу. Не знаю, понял ли он, но крашеная блондинка из подворотни во многом была гротескной пародией на меня саму. Я не Клэр и не Брил и никогда не стану кем-то даже отдаленно похожим.

Мы с Кэлзом расположились на веранде, где я уже однажды пила кофе. Тогда на мне была рубашка Кэлза, и в тот день я узнала, что Норис фон Лифен брат парня. В то время многое воспринималось проще. Мы гораздо спокойнее реагировали на общество друг друга. Просто балансировали на грани неприязни и взаимного интереса. Пожалуй, я скучала по тому времени.

Сегодня Кэлз был удивительно сдержан. Он расположился в стороне от меня и, водрузив ноги на невысокий журнальный столик, скомандовал:

– Рассказывай.

– А нечего, в сущности. – У меня внезапно пропали слова, и я поняла, что действительно не знаю, что рассказать о произошедшем. – Дерек говорит, что напал на Марриса, убил девушек и теперь еще неизвестного мужчину – танима.

– Монстр-страшилка из трущоб? – хмыкнул Кэлз. – Ты ведь знаешь, что несколько лет мы выбирались раз в год гулять по трущобам и подземельям. Было весело, первый раз я ходил, когда мне исполнилось тринадцать. Никто не видел ничего даже похожего на эту тварь. Самое страшное в трущобах – грязь и местные банды. Но и они боятся связываться с кем-то из верхнего города.

– Но потом несколько человек не вернулось из такой вылазки, – отстраненно заметила я. – И никто до сих пор не знает, что именно тогда произошло.

– Да. – Кэлз помрачнел. – Ты права, я периодически возвращаюсь в ту ночь и понимаю, не стоило отпускать их одних… – На его лице появилось странное выражение. – Там не было опасно. Максимум можно было подраться с местными. Но тех девчонок и мальчишек не нашли. Мы их ждали почти до обеда, а они не пришли. Именно тогда я понял, что трущобы все же не так просты, как я привык думать. Но танима? Это перебор.

– Ну, ты же сам видел тварь.

– Да. – Кэлз не отрицал. – Хочешь сказать, она разумна?

– Хуже… – Я задумалась, прикидывая, как бы точнее сформулировать мысль. – У нее есть хозяин. Точнее, есть кто-то, у кого такая тварь не одна. И именно этот кто-то – убийца, а не танимы. Они лишь оружие. Такое, которое почти не оставляет улик. Найти хозяина практически невозможно, если кто-то не укажет нам нужное направление.

– И мы возвращаемся все к тому же, – сосредоточенно кивнул Кэлз. – Единственная зацепка к случившемуся – Маррис? Ты думаешь, он знает хоть что-то стоящее?

– Да. Думаю, он что-то знает. И это «что-то» знает еще и Клэр, именно поэтому она сейчас не имеет возможности ничего сказать. А к Маррису законников не пускают… – заметила я. – Это серьезно осложняет им работу и тормозит дело.

– Да и друзей не очень, – без удовольствия признался Кэлз. Было видно, его это задело. – Но сегодня рыжего перевели в обычную палату, поэтому, думаю, получится пройти.

– Его мать на страже, как коршун, – с сомнением заметила я, размышляя о том, как попасть внутрь хорошо охраняемой фешенебельной лечебницы для аристократов.

– Сегодня собрание благотворительного фонда. – Кэлз хитро улыбнулся. – Она его не пропустит. Жизни Марриса ничего не угрожает, поэтому леди фо Зарис пойдет трудиться на благо города, ну и принимать утешения от подруг. Думаю, час-полтора у нас точно есть. Не сейчас… – Парень сделал знак рукой, показывая, что не нужно никуда бежать. – Собрание начинается в шесть. Леди фо Зарис, как правило, опаздывает. Если мы приедем к Маррису около половины седьмого вечера, думаю, как раз успеем поговорить. Но я предупреждаю тебя, Маррис вовсе не обязательно захочет помогать. Он зол, напуган и все еще засранец. Поверь, дырка в животе не изменила ровным счетом ничего. Хотя нет… сделала его характер еще гаже.

– Отчасти я его даже понимаю. Кроме танимы у него масса проблем. Дерек сказал – законники склоняются к мысли, что Клэр находится под заклинанием, созданным именно Маррисом. Снять это заклинание пока не выходит. Сон запрограммирован то ли на кодовое слово, то ли на время. Но тот, кто это сделал, явно не хотел навредить девушке – просто убрать с дороги на некоторое время.

– Я в курсе. Был у нее дома буквально вчера. – Кэлз нахмурился. – Она просто спит, как принцесса из сказки. Только вот поцелуем ее не разбудишь…

Последнее он буркнул себе под нос, но я услышала хорошо и почувствовала, как сжалось сердце, а Кэлз поднялся рывком и направился к выходу с веранды.

– Я скажу, чтобы тебе принесли чай, – сменил он тему. – А мне нужно привести себя в порядок. Выбираться в таком виде, пусть даже в больницу… наверное, не очень прилично.

Я сидела на террасе и смотрела на океан, который плескался вдалеке, – когда-то я дико завидовала этому виду, а теперь каждый день сама наслаждалась почти таким же. Сказать честно, океан у меня был даже ближе – первая береговая линия. Прибой, запах моря, шум волн – красота. Как бы мне хотелось и дальше продолжить наслаждаться видами и отдыхать, не думая ни о смертях, ни о богатом и избалованном аристократе, который почему-то не хотел уходить из мыслей, хотя я прогоняла его оттуда и из своей жизни.

Я думала, сегодня в худшем случае Кэлз меня просто пошлет, причем довольно грубо. Все же я устроила ему изрядную гадость, пусть и в ответ на оскорбившее меня поведение. Я была серьезно обижена и в иных обстоятельствах вообще бы постаралась держаться от него подальше, но дело обязывало идти на контакт. В лучшем случае я ждала издевательств и согласия, после которого чувствовала бы себя вечно обязанной. Кэлз был сложным человеком, но сегодня снова меня удивил, и это нервировало. Я не знала, какого подвоха от него ждать, и поэтому дергалась.

Принесли чай, и я с наслаждением вдохнула запах пряного дорогого напитка – бархатистый, с нотками персика и ванили. Иногда мне казалось, что чай даже лучше, чем кофе, – имеет более сложный и богатый разнообразными оттенками вкус, но все равно привычно травилась чернильной гадостью, иногда даже не самого лучшего качества. Чай я пила для удовольствия, а кофе – чтобы проснуться и взбодриться.

Кэлз появился спустя полчаса – с потемневшими после душа волосами, которые еще не успели просохнуть, и одетый в стального цвета рубашку и черные брюки. Серебряная пряжка на ремне, массивная цепь с медальоном на шее и широкий браслет довершали образ. Парню шли холодные металлы и цвета. Теперь он выглядел, как всегда, безукоризненно, а я рядом с ним чувствовала себя недостаточно прилично одетой. Казалось, что и блузка помялась, и кожаная жилетка была не совсем того качества, какого бы хотелось. Обычно такие мелочи не бросались мне в глаза, но в присутствии его или Клэр я чувствовала свой не слишком высокий статус особенно остро.

– Пойдем? – поинтересовался он и посмотрел на мою чашку. – Или ты еще не допила?

– Да нет. – Я поспешно отставила почти пустой прибор и поднялась.

Чем быстрее мы доберемся до больницы, тем скорее поговорим с Маррисом и тем быстрее расстанемся. Не знаю, как Кэлз, а я чувствовала себя не в своей тарелке. То ли из-за того, что между нами произошло, то ли по причине его странного, отстраненно-холодного поведения.

До больницы доехали в тишине. Кэлз сосредоточенно вел платформу. Я тоже слабо представляла, о чем говорить. Подмывало спросить, в чем причина такого его поведения, но я, честно сказать, не знала как. Просто не могла придумать, какую ему высказать претензию. «Почему ты не флиртуешь со мной и не делаешь никаких грязных намеков?» «Почему не наорал, после того, что я устроила в тебе в отместку, и, вообще, ты красивый синеглазый парень, куда дел избалованного мерзавца, к которому я привыкла?»

От собственных невысказанных вопросов стало смешно, и я отвернулась к окну, позволив себе улыбку, так как знала, что Кэлз ее не заметит. В конце концов, какая разница, из-за чего такое поведение? Главное, теперь мне спокойно, и я могу просто расслабиться. Хотя бы на время. А там будет видно. Вдруг это навсегда?

Марриса содержали в королевской лечебнице в пригороде Кейптона. Охраняемая территория – несколько гектаров зеленого, засаженного плодовыми деревьями и цветами парка. Там были детские площадки для самых маленьких пациентов, пруды с рыбками и аккуратные мощеные тропинки, которые мыли несколько раз на дню. Посетителям на входе выдавали специальные халаты и обувь, а служебный маг проводил дезинфекцию.

Даже для того, чтобы попасть на территорию лечебницы, нужно было иметь пропуск, у Кэлза он, к счастью, был, и меня пропустили вместе с ним без вопросов.

Я нечасто бывала в лечебницах, но они неизменно оставляли совсем другие впечатления – безысходности и тоски, и тут я ожидала увидеть нечто похожее, а не фешенебельный отель в пять звезд. Кажется, в глубине сада я видела что-то похожее на поле для гольфа.

– Клэр тоже здесь? – поинтересовалась я.

– Нет. – Кэлз ответил сдержанно. – Она дома. Семейный лекарь навещает ее каждый день. Ее жизни ничего не угрожает… Она просто спит… и мне уже сейчас хочется убить Марриса, если он не скажет, как это прекратить и зачем он сотворил подобное. – Парень сжал кулаки, и я испытала совершенно неуместное сочувствие. Неправильное и заставляющее сердце сжиматься.

– Кэлз… – начала я. – Не дави на него. Он пока не знает о том, что его подозревают законники… он может замкнуться и ничего не сказать.

– Нет, Айрис! – Кэлз крайне редко называл меня по имени, поэтому я вздрогнула. – Маррис ничего не скажет законникам. Он их не боится и знает, что его откупят всегда и ото всего. Он живет с мыслью о том, что стоит над законом, как и все мы. Но… – парень повернулся ко мне, и на его губах мелькнула улыбка, – он боится себе подобных…

– Потому что думает, будто и все остальные над законом?

– Именно. Он до последнего не верил, что Норис не сможет избежать возмездия. И, подозреваю, убедил себя в том, что мой брат отправился в застенок лишь потому, что родители Клэр приложили все усилия для этого, а мои не препятствовали.

– А как думаешь ты? – напряженно уточнила я. – Норис сел, потому что закон един для всех или потому что его не стали пытаться вытащить?..

– Какая разница, что думаю, Яд? – Он прищурился, и по спине пробежала теплая волна от пронизывающего взгляда. Исчезла вся холодность, и на секунду меня вновь захлестнули эмоции. А потом парень снова словно отдалился, и я, проморгавшись, не сразу смогла поймать нить разговора, а когда вспомнила, о чем шла речь, мы уже подошли к входу в лечебницу.

– Ну что… – произнес Кэлз, когда мы миновали три пункта охраны и оказались в пустынном холле, предназначенном для ожидания. – Готовься.

– К чему? – удивилась я.

– Думаешь, ты знаешь, насколько может быть мерзок Маррис? Нет. Ты этого не знаешь, если ты не общалась с Маррисом, который болен.

Слова Кэлза мне совершенно не понравились, и я передернула плечами. Не было возможности повернуть назад. На нужный этаж нас доставил специальный портал. Здесь было все организовано так, чтобы посетители могли сберечь свою нежную психику и, не дай боги, не столкнуться с другими больными, кроме того, которого решили навестить. Мне сложно было сказать, насколько это разумная практика. Сама я не очень хорошо переносила тяжелую атмосферу обычных клиник, но тут… создавалось впечатление какой-то странной и страшной иллюзии. Если прятать голову в песок, делать вид, что проблемы нет, вряд ли она рассосется сама собой. Аристократы тоже болели, и их болезни сопровождались теми же неприятными симптомами, как и у простых смертных.

Палата Марриса занимала почти целый отдельный этаж. Я готова была поклясться, что это какая-то магическая штука, потому что снаружи здание лечебницы не выглядело таким уж огромным, зато внутри масштабы потрясали. Как ни странно, охранники на входе пропустили нас без проблем. Дежурная медсестра вежливо улыбнулась и испарилась словно тень, а я прошла следом за Кэлзом в комнату, в которой должен был находиться Маррис.

– Надо же… – язвительный голос рыжего звучал не так бодро, как обычно, но по-прежнему мерзко. – Мой дорогой друг пожаловал. А эту зачем с собой притащил?

– Затем, что эта очень хочет с тобой поговорить, – ровно ответил Кэлз. Он держался с другом настороженно. И я понимала причины такого поведения.

– Да ладно!

Маррис лежал, откинувшись на подушки. Он казался еще более мелким и худым, чем обычно, – впалые щеки, яркие веснушки на осунувшемся голубоватом лице и совершенно безумные глаза.

– Яд, то, что ты оказалась в нужное время в ненужном месте и чуток отогнала тварь, которая пыталась сожрать мои кишки, не делает нас друзьями, и я по-прежнему на дух тебя не переношу. Кэлз, если ты хотел порадовать меня обществом кого-то в юбке, ты мог бы выбрать симпатичную блондинку с бюстом, а не эту тощую колючку.

– Вот скажи мне, Маррис, – не выдержала я. – Почему такие, как ты, не дохнут, даже если им распороть пузо?

– Брейк! – шикнул на нас Кэлз и обратился к другу: – Нам надо с тобой поговорить, а не развлечь. Это серьезно!

– Эй, брат! – Маррис даже попытался отползти чуть дальше на кровати, но уперся головой в спинку. – Я слишком слаб… мне нельзя волноваться. Правда. Я не выдумываю. Сегодня с утра приходил врач и говорил об этом. «Только положительные эмоции!» – передразнил он. – А разговоры с вами… Нет. Это далеко не положительные эмоции.

– Ты понимаешь, что погибают люди?! – зашипела я, делая угрожающий шаг вперед.

– Понимаю. – Маррис посерьезнел. – Причем лучше, чем кто бы то ни было в этой комнате… но люди погибают всегда… и я радуюсь, что выжил.

– Клэр…

– Клэр… – Маррис задумался, поджал губы и заметил: – Клэр – это отдельная история, которую я совершенно не хочу обсуждать…

– Это ведь ты сделал с ней? – угрожающе рыкнул парень.

– Ну, Кэлзик, ты же знаешь… у меня очень строгая мама. Она мне запретила разговаривать на эту тему. А я послушный сын, чего и тебе желаю.

– То есть говорить ты не будешь?

– Я же сказал. – Маррис пожал плечами и тут же поморщился, а на лице мелькнула гримаса боли. – Мне прописали положительные эмоции. Угоди мне, Кэлз. Всегда и все угождали тебе – ты же король. Сделай хоть раз приятное для меня.

– Что ты хочешь? – Я видела, что Кэлз едва сдерживается. Да и сама была готова прибить рыжего мерзавца, который, даже когда сам выжил чудом, продолжал выпендриваться.

– Ну… – На лице Марриса начала блуждать хитрая усмешка. – Я хочу вечеринку!

– Вечеринку? – удивилась я и заметила, что на лице Кэлза тоже отразилось недоумение.

– Что, прямо здесь? – опешил он и с недоверием посмотрел на друга.

– Нет, конечно. – Происходящее Марриса, похоже, забавляло. – Здесь нам не разрешат. Хотя я считаю, это несправедливо. Они же все готовы сделать, чтобы пациенты чувствовали себя лучше и несли им деньги. Много денег. А вот вечеринки не разрешают. Это несправедливо.

– А где тогда ты хочешь вечеринку? – раздраженно уточнил Кэлз.

– Полагаю… – Маррис с трудом достал из-под одеяла руку, в которой блеснуло что-то круглое. – Я полагаю, будет уместно у меня дома. Свяжусь с охраной, и вас туда пустят. А вы уж постарайтесь – вино, девочки и обязательно больничная тематика. Тебе… – он кивнул в мою сторону, – подойдет костюм сексуальной медсестры, так и быть, можешь взять в руки лупу, чтобы сохранился намек на твой род деятельности – ты ж у нас сыщица!

– Не слишком ли ты много хочешь? – зашипела я, прищурившись. Был бы этот мерзавец здоров, точно бы не удержалась и ударила ментальной волной. Но Маррис прекрасно понимал, что сейчас я этого не сделаю. Вот и выпендривался.

– Яд, ну ты же хочешь получить от меня информацию? – с издевкой уточнил он.

– Маррис, ты кретин, – заметил Кэлз будничным голосом и устало потер переносицу. – Хорошо. – Он вздохнул. – Допустим, нас пустят в дом. Но там живет твоя семья. Присутствие мамы и папы на вечеринке с девочками тебя не смущает?

– Кэлз, не будь наивным! – Парень фыркнул. – Моя семья живет на работе, а ночует тут, в лечебнице. Как будто, если мне приспичит сдохнуть, я не осмелюсь это сделать в присутствии дорогой мамочки.

– Ладно. – Кэлз взъерошил волосы. – Но это не решает следующую проблему. Как собрался добираться до дома ты, если тебе даже вставать запрещают?

– Кэлз, я хочу вечеринку и девочек! Мне тут скучно и тошно, и у меня есть… – он покрутил в руках что-то похожее на бусину, – подарок дорогих родителей.

– Что это за штука?

– Военная разработка – портативный телепорт! – с радостью доложил Маррис. – Не знаю, где его достал папа… Говорят, их используют государственные шпионы и стоят они дороже, чем весь Кейптон вместе с Золотым пляжем…

– Думаю, тебе его дали не для того, чтобы ты сбежал на вечеринку.

– Мама сказала, только в критической ситуации. Мне кажется, вечеринка – это одна из таких. А теперь простите, я устал. – Он картинно отклонился на подушки и прикрыл глаза. – И вам лучше уйти. Если мама увидит Яд, то будет злиться. Она мне запретила говорить с законниками.

– А я тут при чем?

– Ну ты, конечно, не законница, но где-то близко. А потом, ты же ядовитая, вдруг укусишь? Мама строго следит за моим кругом общения и против, чтобы я тусил с девочками сомнительного поведения.

– Кусать тебя противно, – фыркнула я и развернулась к выходу, предпочтя проигнорировать последний намек. Меня просто колотило от злости. Только Маррис мог устроить такой идиотский шантаж.

Кэлз оказался менее сдержанным и выплюнул в сторону друга угрозу, подозреваю, что парень вполне мог забыть, что Маррис сейчас не в состоянии даже встать, но угрожающее движение прервалось на середине, так как в дверях показалась мать Марриса. Судя по обеспокоенному выражению моложавого лица, она действительно переживала за сына. Гадкая усмешка парня говорила о том, что он прекрасно знал – мы не успеем уйти до ее возвращения, – и сейчас предвкушал скандал.

– Кэлз… – леди фо Зарис была такой же рыжей, но в отличие от сына красивой. Веснушки смотрелись весьма трогательно и убавляли годы, а хрупкое телосложение делало мать Марриса похожей на нимфу. – Мы рады, что ты нанес визит, но… – она бросила на меня настороженный взгляд, – моему сыну крайне необходим покой, и в следующий раз мне бы хотелось, чтобы ты согласовывал визит со мной. Ну… – она замялась, – и приходил один.

Кровь отлила от щек, и я закусила губу, чтобы не ляпнуть ничего такого, о чем позже буду жалеть. Честно сказать, я бы предпочла сбежать отсюда как можно быстрее и дальше. Все равно эта встреча ничего не дала, но у Кэлза был свой взгляд на создавшуюся ситуацию.

Он едва заметно улыбнулся и подался вперед.

– И с чего такой прохладный прием для моей спутницы? – поинтересовался парень.

– Мне все равно, с кем ты спишь, – весьма резко ответила леди фо Зарис, едва мазнув по мне взглядом, а у меня перехватило от возмущения дыхание. – А вот то, что она всегда лезет не в свое дело и задает слишком много вопросов, меня волнует. Я не хочу видеть рядом с моим сыном ни законников, ни им подобных.

– Неужели вы не хотите, чтобы нашли того, кто все это затеял?

– Сумасшедший монстр пойман, – категорично заявила она. – Все закончилось и пусть остается в прошлом, как кошмарный сон.

– А как же кукловод? – поинтересовался Кэлз. – Неужели не интересно?

– Нет. – Она снова холодно улыбнулась и покачала головой. – Единственное, что я хочу, чтобы моего сына никто не пытался убить. Остальное меня волнует слабо.

– С его-то характером! – не удержавшись, фыркнула я. – Вряд ли подобное возможно.

– А ты дерзкая… – Леди впервые обратилась ко мне лично. – Излишне дерзкая.

– Мама, она не дерзкая, а Ядовитая. Все это знают, – подал голос Маррис с кровати.

Я вылетела из палаты пулей, с четким ощущением, что на сегодня наобщалась с представителями высшего света на ближайший год вперед. Удивительно противным был не только сам Маррис, но и вся его семейка. Отца его я видела только издалека, но почему-то не горела желанием даже перекинуться парой слов. Вряд ли он окажется светлым пятном в их мерзкой семейке. Я сейчас даже на Кэлза злилась, хотя он ничего мне не сделал. Точнее, он сегодня не сделал мне ничего плохого.

Парень, видимо, чувствовал мое настроение и до платформы даже не пытался со мной заговорить. Да и едва я уселась на переднее сиденье, повез в сторону своего дома – там я оставила транспортное средство. Только затормозив у ворот, поинтересовался, нарушив молчание:

– Кофе выпить зайдешь?

– Нет, спасибо! – Я раздраженно передернула плечами. – Я уже пила у тебя кофе. Нужно и меру знать. Что-то на сегодня с меня достаточно общения.

– А обсудить завтрашнюю вечеринку? – сделал он еще одну попытку заманить меня к себе.

– Нет уж! – Я подняла вверх руки, показывая, что даже слушать об этом не хочу. – Это твой друг, вот и старайся сам. У тебя богатый опыт. От меня все равно никакого толка в организации вечеринок. Я, знаешь ли, совсем по другой части.

– Богатый опыт у Клэр… – Кэлз замолчал. Я хотела ответить резко, но не стала. Пусть страдает по своей спящей красавице, а я хочу домой – слушать шум волн и пить горячий шоколад. Желательно в одиночестве.

– Думаю, как-нибудь справишься. А я, пожалуй, останусь в стороне.

– Но присутствовать придется, и костюм обязателен. – Кэлз едва заметно улыбнулся и пожал плечами, показывая, что это не его условие. – Маррис…

– Знаю. – Я отмахнулась. – Засранец. И да, я буду. Не дергайся, мне тоже очень хочется выпытать у него всю полезную информацию. На данный момент он – единственная зацепка, которая может привести к разгадке трех смертей.

Я выскочила из платформы, не рассчитав, слишком сильно хлопнула дверью, но извиняться не стала. Во мне сейчас было слишком много противоречивых эмоций. Злость, недоумение, обида. Я пересела в свою и умчалась куда глаза глядят.

Сначала долго каталась вдоль кромки Золотого пляжа и думала, в чем причина моего раздражения. В том, что я увидела Марриса, или в том, что Кэлз вел себя совсем не так, как я привыкла? Странные перемены не давали покоя. Я не могла понять, кто передо мной, и ждала подвоха. А еще не понимала… скучаю я по прежнему Кэлзу или все же нет?

После очередного круга я уговорила себя выкинуть из головы того, о ком запретила себе думать. Все эти излишние размышления ни к чему хорошему привести не могут, только заставят страдать больше. Вообще стоило бы найти себе парня – того, кто сотрет воспоминания о слишком волнующих поцелуях и смелых руках. Только вот с парнями мне откровенно не везло. Видимо, я притягивала исключительно негодяев. Или… – я печально вздохнула – негодяи притягивали меня, что не лучше.

Платформу Дерека я заметила издалека и с тоской подумала о том, что, видимо, пить кофе в одиночестве мне сегодня не суждено. Мелькнула малодушная мысль, и я почти развернула платформу, но потом подумала, что законник упорный и все равно меня дождется и смысла в побегах нет. Поэтому я повернула к дому и погасила кристалл управления возле калитки.

Законник ждал во дворе, расположившись в моем любимом шезлонге, и чувствовал себя как дома. Это бесило. Я и так была не в самом лучшем настроении. А он развалился и прикрыл глаза. Рубашка с коротким рукавом была расстегнута на груди и обнажала смуглый торс с рельефными мышцами. Мне захотелось кинуть в мужчину чем-нибудь тяжелым. И, пожалуй, я бы обязательно реализовала это свое желание, если бы он неизвестно каким образом не заметил меня раньше, чем я успела сделать пакость.

– Как прошла встреча? – поинтересовался он, не открывая глаз.

– Отвратительно, – призналась я и присела на соседний шезлонг. – Маррис – мерзавец, я ведь говорила об этом?

– Он сказал что-нибудь? – Дерек со стоном приподнялся и уставился на меня покрасневшими от недосыпа глазами. Мне стало стыдно. Похоже, то время, которое он провел в моем шезлонге, было его единственным отдыхом за последние сутки.

– Нет, конечно. – Раздражение вспыхнуло с новой силой. – Потребовал плату.

– У него же денег немерено? – удивился законник. – Неужели все мало?

– А кто сказал, что он просил деньги? – Я саркастически усмехнулась, представляя, как сжимаю тощую рыжую шею. – Его светлость желают тематическую вечеринку завтра ночью – фонтаны с вином, развязные танцы на столах и девушки в костюмах медсестричек. После этого он, так и быть, возможно, ответит на наши вопросы. Точнее сказать нельзя, ибо Маррис непредсказуем, и я не могу гарантировать, что он сдержит свое обещание. Впрочем… Кэлзу лучше не врать. Не думаю, что Маррис захочет портить отношения. Он так выпендривается, пока чувствует, что ему пойдут навстречу.

– Он хочет вечеринку прямо в госпитале? – Дерек так удивился, что не смог этого скрыть. Его лицо стало таким забавным, что я прыснула в кулак.

– Нет, конечно. У него завтра свободен дом. Он желает принимать гостей там.

– А сам он на каталке приедет? – У меня создавалось впечатление, что Дерек не любит жителей Золотого пляжа не меньше, чем я. Это нас делало ближе.

– У него есть возможность переместиться туда, куда хочется. Все ведь упирается в деньги. Они делают доступными многие вещи, которые простым смертным кажутся нереальными.

– Даже так? – Законник нахмурился и задумчиво уставился на закат. Лучи заходящего солнца обрисовали четкий профиль со слегка крупноватым носом и упрямо выдвинутым подбородком. – Что б я так жил! – хмыкнул Дерек и тут же сменил тему: – Завтра я иду с тобой.

– Куда? – осторожно поинтересовалась я, хотя прекрасно знала ответ. Просто в душе еще теплилась надежда, что я ошибаюсь и законник не собрался на тусовку золотой молодежи.

– На вечеринку, – с удовольствием подтвердил он мои опасения и встал, возвысившись надо мной, словно скала. Со своего ракурса я могла в деталях разглядеть только массивную пряжку ремня и загорелый живот с полоской жестких черных волос. И отвернуться-то никуда не выходило! Пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть в его глаза. Законник веселился. Создавшаяся ситуация, видимо, его забавляла.

– И как вы себе это представляете? – поинтересовалась я. – Думаете, Маррис будет рад законнику на своем мероприятии? Я вообще не уверена, что получится пройти кому-то постороннему.

– А ты постарайся, чтобы все получилось. Представишь меня своим парнем. По-моему, я еще не настолько стар, чтобы тебя это опозорило.

Высказав свои пожелания, Дерек направился к выходу, а я пробормотала себе под нос: «Вот не лучшая идея» – и откинулась на шезлонг, внезапно понимая, что за день устала и ноги буквально гудят. Наверное, стоит завести себе обувь без каблуков. Я слишком много передвигаюсь, для того чтобы всегда ходить на шпильке. Наконец-то вокруг меня стало тихо. Больше никто не хотел со мной говорить, не пытался отвлечь мое внимание, и выдалась возможность подумать.

Наверное, идея Дерека и правда неплоха… Все, что ни делается, – к лучшему. Наверное. Все равно на душе было не очень хорошо, я остро чувствовала неправильность происходящего между мной и Кэлзом. Все, словно липкая паутина, опутала ложь – я увязла в ней словно муха. Да и Кэлз скорее всего тоже. Я не хотела отношений с ним, но не таким способом. Мне не нравилось врать.

Я прикрыла глаза, отгораживаясь от окружающего мира. С океана дул легкий ветер, который приносил свежий запах большой воды и мелкие песчинки – сначала они жутко раздражали, но сейчас я к ним привыкла. Я вообще в последнее время все чаще воспринимала это место как дом и с удовольствием проводила бы на улице все свободное время. Лениво потягивала бы коктейль из запотевшего стакана и ничего не делала. Может быть, иногда брала бы в руки блокнот. И если днем в летние месяцы в дом могла загнать жара, то ночами всегда было изумительно – тишина, которую нарушал лишь шум волн, и чернильное небо с яркими звездами, словно запущенными в праздник фонариками.

Но сегодня что-то шло не так, я чувствовала дискомфорт. Не было привычного ощущения покоя, наоборот, необъяснимая тревога. Сначала не явная – так, легкое, раздражающее беспокойство, которое с каждым мигом становилось сильнее и отчетливее, словно надоедливый взгляд в спину.

Я повела плечами, приподнялась на шезлонге и лениво оглянулась назад, не испытывая пока страха. Бояться было некого. Я жила в хорошо охраняемом районе, сюда чужим непросто попасть – везде жучки-следилки и охрана.

За спиной находился дом, край небольшого бассейна и еще дальше, за зеленой лужайкой, высокий забор – общий с соседями, с которыми я за несколько месяцев жизни здесь так и не познакомилась.

Вокруг было тихо, спокойно и на первый взгляд умиротворенно. Но почему-то неприятное ощущение, будто за мной кто-то исподтишка наблюдает, не отпускало. Я осторожно поднялась и дошла до стены дома – здесь, прямо рядом с дверью, у меня стоял длинный металлический пруток. Я убеждала всех приходящих ко мне гостей (которые, впрочем, являлись в моем доме редкостью), что это необходимая в хозяйстве вещь. Но сама себе я не врала. Я его держала всегда под рукой на случай опасности.

Прихватив лом, я медленно двинулась в обход дома, представляя, какой дурой выгляжу со стороны, но, к счастью, забор с соседями высокий, а там, где камень сменялся ажурной вязью решетки, через которую я наблюдаю за океаном, никто обычно не ходит.

Ощущение взгляда в спину не исчезло, но чужаков я не обнаружила. На заднем дворе встретила только ползущего по своим делам скорпиона и парочку больших жуков. Все.

Убедить себя в том, что опасности нет и мне просто почудилось от переутомления и постоянного напряжения, было довольно просто, но вот настроение посидеть на веранде под шум волн пропало напрочь, и я ушла в дом. Впервые за долгое время активировала все охранные заклинания, включая те, которые установили по просьбе Дерека, и отправилась спать, предварительно по привычке почеркав в блокноте. Но сегодня у меня не вышло ничего путного – паук в центре паутины, на краях, словно мухи, попавшие в ловушку, тела убитых – Расти, Эстер и неизвестный мужчина. Они образовывали часть геометрического рисунка – тела являлись словно ключевыми узлами. И на паутине, для того чтобы картина была максимально полной, не хватало несколько таких узлов-фигур.

Мне не нужно было даже задумываться над тем, что картина значит. Знала это и так. Убийства еще не закончились – только вот кто следующая жертва? Маррис? Или еще кто-то? И какая между жертвами связь? Если Маррис, Расти и Эстер можно связать, то как к ним относится законник?

Как всегда, когда я думала слишком много на ночь, начала болеть голова, и я отложила рисунок в сторону, чтобы лечь спать. Уснула быстро. Видимо, организм смирился с бешеным ритмом, кучей мыслей в голове и научился отключаться.

А самое обычное на первый взгляд утро закончилось неприятно и пугающе. Я встала даже без будильника и выспавшаяся, потому что вчера все же легла вовремя. Поэтому успела попить кофе, сидя на кухне, не спеша и черкая на листочке узоры – просто для своего удовольствия. Накрасилась с особым тщанием. Стрелки, любимые тени и румяна на скулы, а когда открыла дверь, на пороге меня ждал весьма гадкий сюрприз.

Прямо на ступенях лежала кукла – небольшая, сантиметров пятьдесят длиной, и в целом обычная – такими любят играть девчонки всех возрастов. Те, что победнее, покупают в дешевых лавках, а есть дорогие, реалистичные и красивые – это была как раз такая. Черноволосая фирменная Сабри с телом нимфы и сгибающимися конечностями. Она лежала у меня на коврике, раскинув руки, в характерной позе, из распоротого живота торчали весьма натуралистичные кишки, которых, я предполагаю, в игрушке быть не должно, а коврик перед дверью был залит кровью.

Сама кукла была черноволосой. С прямыми длинными волосами, какая на ней кофта, я не разобрала, но изумрудного цвета рукава и кожаные штаны были весьма недвусмысленным намеком.

Я сглотнула, попятилась и уже на автомате достала из кармана жетон-визитку Дерека. Вряд ли законник успел по мне соскучиться, но тут дело требовало его вмешательства. А я, похоже, снова не успею на учебу.

Весьма печально, но, с другой стороны… если у меня не получится защитить мой проект, который почти готов, то смысл стараться? А у меня не получится, скорее всего меня просто не допустят, ведь научного руководителя я себе не нашла.

Дерек, казалось, даже не удивился моему вызову, и я, плотно притворив дверь, отправилась ждать его на кухню. Налила себе дополнительную чашку кофе и уселась на высокую барную табуретку. Неужели все же вчера меня не подвело чутье? И этот взгляд в спину не почудился? Кто-то и правда наблюдал за мной из темноты? Это пугало. Если я перестану чувствовать себя в безопасности даже здесь, наверное, сойду с ума.

Законники ездили ко мне уже как на работу и чувствовали себя излишне свободно. Дерек – еще сонный и одетый в штатское – сдержанно поздоровался и пошел варить себе кофе на моей кухне, пока двое законников рассматривали подарок перед дверью и расспрашивали меня. Многое я сказать не могла, поэтому поделилась своими подозрениями по поводу вчерашнего вечера и еще раз показала, как именно я открывала дверь.

Дерек появился с подносом, на котором дымились четыре чашки, как раз в середине моего эпического рассказа и поинтересовался:

– То есть после того, как я ушел вчера ночью, ты что-то почувствовала, но не стала вызывать меня?

Его слова прозвучали так двусмысленно, что я едва не подавилась горячим напитком и посмотрела на мужчину осуждающе. Законники, наоборот, переглянулись и засияли улыбками. Вот зачем мне это? Мало мне сплетен о романе с Кэлзом, сейчас еще в наши сложные отношения третьим добавят Дерека! И все, моя и без того небезупречная репутация окажется подмочена окончательно. А еще… сама не могу понять почему, но мне было совершенно небезразлично, что об этом подумает Кэлз.

Формальности мы улаживали около часа. Законники упаковали куклу в специальный контейнер и уехали, а Дерек привычно развалился в шезлонге, любуясь относительно спокойным океаном.

– А ты не хочешь с ними? – Я нахмурилась и сложила на груди руки. Сегодня наглость законника раздражала.

– Нет. Я хочу услышать твое мнение по поводу случившегося.

– Я бы могла заехать в управление после пар и все рассказать.

– Могла бы, – не стал отрицать он. – Но у тебя вид значительно лучше, чем открывается из окна моего кабинета. К тому же мне совершенно не хочется идти на работу.

– Ты ведь прекрасно понимаешь, что думают о нас твои подчиненные? – поинтересовалась я, не спеша менять гнев на милость.

– Айрис Фелл, если судить по тому, что о тебе говорят в городе и написано в твоих личных делах… тебе наплевать на то, что о тебе думают, – ухмыльнулся он, и мне захотелось вылить ему на голову невыпитый кофе.

– В целом… да. – Я согласно кивнула. – Но не в этом случае.

– Богатенький нахальный мажор? Ты боишься, что он поверит?

– Он и так верит. – Я пожала плечами и все же присела на соседний шезлонг. С удовольствием вытянула ноги и подставила лицо солнышку. – И, наверное, я рада, что он считает, будто у меня кто-то есть… но все это как-то неправильно.

– Так в чем же проблема?

Я закрыла глаза, но все равно чувствовала слишком внимательный взгляд законника.

– Не знаю… мне не нравилось, когда все считали, будто я встречаюсь с ним… И мне не нравится, что так будут думать о нас. Потому что и в том и в другом случае это неправда.

– А в каком случае большая?

– В обоих! – фыркнула я и резко поднялась со словами: – Мне нужно ехать в колледж. Есть слабый шанс, что я все же успею хотя бы на последнюю пару.

Я направилась к двери в дом, но не успела. У моих ворот припарковался Кэлз.

– О нет… – простонала я, ожидая скандала, но, как ни странно, парень вел себя образцово-показательно. Только потемневшие от гнева или разочарования глаза выдали его состояние. Мне даже стало неудобно.

– Я переживал, что с тобой что-то случилось, – словно оправдываясь, заметил он. – Вот и приехал узнать. Видимо, зря.

– Ничего не… – начала я, но Дерек с присущей ему прямотой и бесцеремонностью перебил:

– Случилось. Твоей подружке кто-то под дверь подсунул куклу со вспоротым животом, куда напихали кишки какого-то пустынного зверька – наши эксперты выясняют какого.

– Она не моя подружка… – на автомате отозвался Кэлз, переваривая полученную информацию.

Но Дерек уцепился за слова и среагировал сразу же:

– Вот и замечательно. Именно поэтому на сегодняшнюю вечеринку я иду вместе с Айрис.

– Что? – удивился парень. Я открыла рот, чтобы объяснить, но законник не нуждался в помощниках.

– То, что вы задумали, – глупо, безответственно и опасно. Марриса уже пытались убить. А если покушение произойдет еще раз? Если за ним следят? Вы подумали о том, что можете запросто угробить ценного свидетеля?

– Там полвечеринки почти дипломированные боевики, – возразил Кэлз, скорее из упрямства. – Что может случиться?

– Вот это «почти» очень сильно меня волнует. Поэтому на вечеринке буду я в качестве сопровождающего Айрис, и сделай еще несколько приглашений для моих ребят. Все они придут в штатском и вмешаются в ситуацию, только если что-то пойдет не так. Это для вашей же безопасности. Мы не знаем, кто станет следующей жертвой.

Кэлз внимательно посмотрел сначала на Дерека, а потом на меня. Подумал и медленно кивнул.

– Хорошо. Раз у тебя нет проблем с защитниками, – обратился он ко мне, – я поехал заниматься нудным и полезным делом – организацией вечеринки. Начало в восемь. Пригласительные в платформе. Сейчас я вам дам. Не опаздывайте. И Айрис, не забудь порадовать Марриса костюмом.

– Уж я порадую, – мстительно зашипела я и нахмурилась. Рыжий раздражал меня невероятно. А Кэлза сейчас почему-то было жалко.

Правда, я подозревала, что жалеть я его буду недолго. Скорее всего сегодняшний вечер он проведет в компании раскрепощенных сестричек Свенс. Если, конечно, не надумал хранить верность Клэр. В любом случае меня это точно не касается.

Я подвезла Дерека до управления. Он пытался развести меня еще на какой-нибудь откровенный разговор, но я упрямо молчала. Почему-то я не испытывала удовольствия от того, что Кэлз по неясной причине ведет себя очень по-дружески корректно и не пытается ни устроить сцену ревности, ни переступить границу. Мне было очень гадко и больше всего хотелось сейчас поехать к парню и сказать, что между мной и Дереком ничего нет. Я бы так, наверное, и сделала, если бы смогла придумать предлог.

Кэлз ведь официально встречался с Клэр, так ради чего выворачивать душу? Ну почему же у нас такие сложные отношения! Точнее, почему даже отсутствие отношений у нас до невозможности сложное?!

– Знаешь что, Айрис, – заметил Дерек, вылезая из платформы. – Ты бы определилась со своими чувствами. А то вы с мажором очень забавно смотритесь со стороны. Пока вы ходите друг вокруг друга, мир может перевернуться, и тогда единственное, о чем вы будете жалеть, – это об упущенных возможностях.

– Пока мир стоит на месте и не торопится катиться в бездну, – парировала я. – О несделанном можно только жалеть. Мучиться от того, что сделанное не изменишь, по мне, намного хуже.

– Ты слишком рассудительна для своего возраста, – обвиняюще заметил он. – Заеду за тобой в девятнадцать тридцать. Надеюсь, ждать не придется?

Я неопределенно кивнула и умчалась по своим делам. Вообще у меня сначала были мысли, как отомстить Маррису. Я даже знала, какой костюмчик выбрать, но потом мне стало просто лень. Не стоит мерзавец моих усилий, хочет девушек в костюмах медсестер – ну и демоны с ним. Это проще, чем потом слушать его выступления и смотреть на ужимки, когда он не захочет делиться важной информацией. А в том, что Маррис что-то знает, я была уверена почти на сто процентов. Он действительно был напуган с того момента, как убили Расти. Да и Клэр нейтрализовал именно он и даже не пытался скрыть. Меня удивило, что Кэлз не пришиб его там на месте.

Я заскочила в ближайший магазинчик проката костюмов и схватила с вешалки первый попавшийся. К короткому белому халатику, который мне был чуточку узковат, прилагались еще чулки с красными бантами и маска, закрывающая половину лица, – самое то.

Пока отвозила Дерека и моталась по магазинам, учебный день закончился, и мне не осталось ничего другого, кроме как отправиться домой – готовиться к предстоящему выходу. Я забрала волосы в высокий хвост. Под халатик надела вместо чулок плотные штаны из тонкой дышащей кожи светло-бежевого цвета и такой же топик. Вид получился чуть более скромный, чем того ожидал устроитель вечеринки, но все равно притягивал взгляд. Довершали наряд босоножки с кучей ремешков. Каблук был такой внушительный, что я стала даже чуть выше плеча Дерека, который появился у моих ворот ровно в половину восьмого. Он выглядел старше моих сверстников. Ненамного, лет на пять, может быть, семь, но это выделяло его на фоне всех, с кем я общалась. И еще придавало неуловимое сходство с Норисом фон Лифеном – он был таким же взрослым и умным и так же мне нравился. Не серьезно, а так, чуточку, где-то в глубине души. И хотя внешне мужчины были совершенно не похожи, я все равно слегка дергалась. Не очень приятные ассоциации.

– Суровые вечеринки у золотой молодежи! – Дерек хмыкнул, оглядев меня с головы до ног очень мужским, оценивающим взглядом. «Может быть, делать вид, будто мы пара, – не самая лучшая идея?» – мелькнула мысль, но менять что-либо было уже поздно.

– Думаешь, я завсегдатай на них? – Смешок вышел невеселым. За ним я попыталась скрыть смущение. Все же халатик был коротеньким и слишком фривольным. А штаны обтягивали ноги, словно вторая кожа. Мой наряд на улице сочли бы крайне дерзким. Утешало лишь то, что сегодня все будут в таком виде. Я знала Кэлза – он устроит серьезный фейс-контроль.

– Ну… это вторая вечеринка меньше чем за месяц… – заметил мужчина, открывая передо мной дверь платформы. Очень по-джентльменски. Я, признаться честно, не привыкла.

– Да? – Я искренне удивилась, но потом вспомнила мероприятие у Клэр. – Видимо, на меня плохо влияет новое место жительства. Раньше я себе такого не позволяла.

Я уселась в массивную платформу Дерека и отвернулась к окну. Меня удивляло поведение законника. Зачем ему все это? Он не проявлял ко мне повышенного интереса или внимания, но почему-то упорно пытался распустить слухи о нашем с ним романе. Наверное, стоило спросить напрямую, но я, честно сказать, не понимала, как сформулировать вопрос. Поэтому хмурилась и молчала.

Дерек опять трактовал мое молчание по-своему и спросил:

– Переживаешь, что твой мажор будет ревновать? Так им это полезно, привыкли, что мир у их ног.

Я даже не заметила, когда перешла с ним на «ты». Но наши отношения давно вышли из русла формальных. А уж если мы будем изображать пару, и тем более странно выкать. Правда, по моему мнению, весь этот фарс был совершенно ни к чему. Мы могли явиться по отдельности, и никто бы не задался вопросом.

– Вот почему мне кажется, что тебе ситуация доставляет удовольствие и ты преследуешь свои цели? – недовольно заметила я. Размышления о том, что представиться парой – глупость, окончательно испортили настроение.

– Наверное, потому что так оно и есть. – Дерек усмехнулся и помог мне выбраться из платформы. А я наконец-то его разглядела как следует.

Он не был мажором. Он совсем не вписывался в местную тусовку, но если я всегда считалась белой вороной, то законник притягивал взгляд и с первых минут порождал интерес к своей персоне. Я видела жадные взгляды, которые на него бросали разновозрастные золотые девочки, все как одна на высоких каблуках и в коротеньких медицинских халатиках. На меня смотрели с ненавистью. А я поймала себя на мысли, что слишком мало от них сейчас отличаюсь. Это не понравилось, я слишком долго избегала схожести.

А еще мне пришло в голову, что если бы Дерек был тут один, пожалуй, он вызвал бы слишком много интереса и вопросов. Сейчас от навязчивого внимания его ограждала я. Он не был красив в традиционном понимании слова, скорее экзотичен. К таким в высшем обществе не привыкли. От него веяло простой мужской силой, от которой сносило голову. И у меня бы, наверное, тоже снесло в иных обстоятельствах. Сейчас же я невольно искала в толпе гостей совсем другого человека. Кэлз фо Агол слишком сильно завладел моим вниманием. Я могла на него злиться, обижаться или пытаться быть равнодушной, но он плотно засел в моих мыслях. И я думала о нем постоянно. Это нервировало.

Вечеринка начиналась еще во дворе роскошного особняка, принадлежащего семье фо Зарисов – от входа вдоль дорожек и на лужайках стояли капельницы – больше натуральных раза в два, вместо лекарственных растворов, в них клубился светящийся газ, вокруг металлических стоек плавно кружились водяные джинны. Периодически они делали замысловатые движения руками и бедрами, и гостей окатывали фонтаны воды. Девушки визжали, а белые короткие халатики становились все более и более прозрачными. Мокрая ткань липла к груди и вызывала восторг у парней. Я порадовалась, что все же надела топик.

Дерек тоже поглядывал по сторонам с удовольствием, хотя и прятал его за снисхождением. Пока мы шли через двор, уворачиваясь от брызг, пару раз за спиной я услышала шепот:

– Почему на эту стерву всегда клюют такие мужики?

Признаться, слова заставили улыбнуться, и к дверям в особняк я подошла с улыбкой на губах и гордо поднятой головой. В руку Дерека я вцеплялась по-хозяйски, правда, виной тому были совершенно убийственные босоножки. Но то, что мне не очень удобно, заметил только Кэлз.

Он встретил нас у дверей и посмотрел на меня со смешком.

– Яд, иногда даже ты ведешь себя как девочка-девочка. После сегодняшнего вечера домой ты пойдешь босиком?

– После сегодняшнего вечера ее увезут, – тихо заметил Дерек и приобнял меня за талию, заставив Кэлза прищуриться. – Я не настолько жесток, чтобы заставлять девушку ходить пешком.

– Ты плохо знаешь Яд. Она любит преподносить сюрпризы. Не пытайся что-либо спланировать за нее. Можешь получить непредсказуемую реакцию.

– А ты, смотрю, на своем опыте основываешься.

– Конечно. – Кэлз и не думал отрицать. – Она не похожа на других девушек.

Долгий и задумчивый взгляд смутил. Причем настолько, что вогнал меня в краску. В этом был весь Кэлз!

– Я заметил это. – Дерек, хоть и был старше, вел себя почему-то как мальчишка. Пришлось вмешаться.

– Брейк! – возмутилась я.

Наша милая перепалка уже начала привлекать внимание. Две девицы перешептывались у стены и неловко прятали м-фоны, которые в последнее время приобретали в Кейптоне все большую популярность.

– Так… – Я нахмурилась и, оставив Кэлза и Дерека у себя за спиной, двинулась в сторону девиц. Разбираться. Оставить как есть я не могла. Терпеть не могла малолетних сплетниц. К тому же просто была зла и жаждала выпустить пар.

Они, заметив, что я двигаюсь в их направлении, запаниковали, но почему-то не сбежали, как им подсказывал инстинкт самосохранения, а посмотрели на меня с вызовом, чего делать, безусловно, не следовало. Особенно в тот момент, когда я была не в духе.

– Какие-то проблемы, Ядовитая? – пропела одна из них и гордо вздернула острый подбородок. Она была ниже меня и заметно тоньше в кости. Настоящая аристократка.

– У вас проблемы, – спокойно ответила я. – Магснимки удаляй.

– Я не понимаю, о чем ты, – встряла в разговор ее рыжая подружка и посмотрела на меня с вызовом.

– Очень печально, хотя допускаю, что в бутиках, где продаются Хуччи, мозги не раздают. Но, видишь ли… я умею быть злопамятной. А еще…

Я сделала неуловимое движение и выхватила у рыжей из рук м-фон.

– Я быстрая.

Я удалила последние фотки, не разбираясь, не обращая внимания на возмущенные вопли и попытки выхватить из моих рук дорогую игрушку.

– Ты что творишь?! – совсем неаристократично визжала рыжая. – Там были важные снимки. А ты их все стерла! Дрянь!

– У тебя был шанс, – ответила я, вернула маленькую блестящую пластинку ее владелице и обратилась к блондинке: – А ты свой используешь?

Та ничего не ответила, но быстро защелкала длинным ногтем по стеклу, видимо, стирая компромат.

– Так-то лучше, – кровожадно улыбнулась я.

– Это ничего не значит! – словно выплюнула рыжая. – Клэр все узнает: и то, что ты мутила с ее парнем, и то, что некрасиво его кинула!

– Ну, во-первых, мне без разницы, что обо мне подумает Клэр. Простите, но у нас с вами кумиры сильно различаются. Как-то так сложилось, что мне плевать на ее мнение и расположение. А во-вторых, так умиляет, что посторонние люди знают о моей личной жизни больше, чем я сама. Могу предположить, это исключительно потому, что со своей личной жизнью – беда.

Я презрительно взглянула на откровенные халатики девчонок – слишком короткие, с расстегнутыми верхними пуговками, – гордо фыркнула и удалилась. А что? Могу себе позволить, ведь, по мнению малолетних охотниц за женихами, меня не могут поделить сразу два весьма перспективных парня.

Кэлз уже исчез, а Дерек наблюдал за мной очень внимательно. Он уже где-то раздобыл бокал и лениво потягивал из него коктейль. Мужчина стоял, облокотившись на барную стойку. Мощные плечи, накачанные сильные руки – он был тут самым крупным, – с короткой стрижкой, выделяющийся из толпы напыщенных малолеток, и охочие до развлечения девчонки слетались на него словно мухи на мед. Кто-то откровенно флиртовал, кто-то кружил рядом, выжидая время. Я испытала даже некую гордость – с таким не стыдно выйти в люди.

– Ты крута, – спокойно резюмировал он, когда подошла и, отобрав у него бокал, нахально отпила почти половину.

Дерек вел себя спокойно и с достоинством, словно не замечал ни откровенного интереса, ни взглядов.

– Если ты сегодня уйдешь с одной из этих… – я подбородком указала на жадных до развлечений аристократок, – я буду оскорблена и не прощу. В таких ситуациях я, как правило, мщу. Жестоко.

– Поверь, они совсем не мой типаж.

– А какой твой? – невольно поинтересовалась я, но он лишь хитро усмехнулся, не желая продолжать разговор. Вообще Дерек слишком хорошо умел слушать, поэтому почти ничего не говорил о себе. Ценное качество – мне бы поучиться.

– Что, наш виновник торжества пожаловал? – Я не стала настаивать и сменила тему.

– Нет еще, пойдем. – Мужчина протянул мне руку. – Твой мажор сказал, что основное представление будет в зале.

– Он не мой, – отмахнулась я. Мажором я Кэлза в последнее время тоже не считала, но не стала заострять внимание и вступать в дискуссию. Ни к чему.

В зале все было подготовлено для встречи Марриса. В центре стояла огромная кровать. Рядом капельница, тумбочка, на которой вместо лекарств стояли разнообразные бутылки. Судно – это, я так понимаю, личный подарок от Кэлза. А рядом с «мини-баром» черненькая и беленькая медсестрички в коротких откровенных халатиках.

Девушки разливали всем желающим алкоголь. С другой стороны еще одна танцевала, используя стойку с капельницей вместо шеста.

– Я еще думал, почему твоего мажора называют королем вечеринок? Теперь понимаю… Организация на высоте. Многое мне даже и в голову бы не пришло, а как это воплотить, я вообще не представляю.

– Мне льстит, – заметил Кэлз, который подошел совсем неслышно. – Правда, пока не определился – то, что ты причислил меня к мажорам, собственности Яд или обозвал королем вечеринок… Но, если честно, если бы мероприятие организовывала Клэр, было бы круче – она непревзойденный мастер, я же просто учел требования Марриса и сделал для него больничку. Ну и сыграл на его основных страстях, – парень неопределенно махнул рукой, – девочки и алкоголь. Все гениальное – просто, – с пафосом произнес он, став моментально похож на того Кэлза, которого я хорошо знала и некогда любила.

Сам официальный хозяин вечеринки появился в снопе искр под восторженное улюлюканье зрителей тогда, когда основная масса гостей уже собралась в зале. Уж не знаю, как парень так тонко прочувствовал момент, в который стоит появиться. Возможно, у него был просто богатый опыт, и он знал, через какое время веселье перейдет в нужную стадию.

Мечты о том, что получится быстренько поговорить с Маррисом и сбежать из этого царства разнузданного пафоса, разбились почти в ту же секунду, как он появился на кровати. Судя по количеству желающих прийти «навестить» больного, по Маррису скучали. Вокруг него моментально собралась толпа народа, и я печально отступила ближе к стене, которую уже подпирал Дерек.

– Расстраиваешься, что вечеринка грозит затянуться? – спросил у меня на ухо Кэлз. Он снова угадал мои мысли и опять появился неожиданно и бесшумно, заставив вздрогнуть.

– Когда ты успел так хорошо меня узнать? – недовольно буркнула я, стараясь не смотреть ему в глаза. С некоторых пор я слишком часто в них тонула. Сейчас же мне очень хотелось сохранить трезвую голову, но вот у парня были иные планы, потому что едва зазвучала медленная композиция, он протянул мне руку с предложением:

– Потанцуем?

Я в панике оглянулась на Дерека, понимая, что прямой отказ может задеть Кэлза, но и тут меня ожидало разочарование. Законника весьма бесцеремонно утащила на танцпол какая-то не в меру наглая блондинистая девица.

– Ну же, Яд! – В голосе парня прозвучал смех. – Он не придет тебе на помощь. Не сейчас. Просто потанцуй со мной, пожалуйста… разве я прошу много?

Я вздохнула, но не нашла что возразить и послушно шагнула в его объятия. Руки Кэлза ласкающе скользнули по спине – едва касаясь, но этого оказалось достаточно, чтобы щеки вспыхнули. Я готова была возмутиться, но парень просто приобнял меня, оставив ладони четко на талии – не придерешься, и осторожно утянул за собой в гущу танцующих.

Я невольно подчинилась его движениям и очень скоро начала просто получать удовольствие. Я обхватила парня за шею, но опасалась подходить к нему ближе, да и он сам не стремился сокращать разделяющее нас расстояние. И неожиданно это оказалось даже тяжелее, чем тесные объятия. Воздух между нами был словно наэлектризован. Кончики пальцев покалывало, губы пересохли, и я невольно их облизнула, это моментально вызвало вспышку в глазах Кэлза. Меня словно опалило огнем, застучало, как бешеное, сердце, и болезненно налилась грудь.

Мое тело реагировало на него слишком недвусмысленно. Меня тянуло прижаться сильнее, я упорно боролась с желаниями, но только еще больше распалялась. Его руки жгли поясницу через тонкий халатик. Топика там не было. Он заканчивался выше, прямо под грудью.

Кэлз же двигался в танце непринужденно, дышал ровно и, похоже, не понимал, что творится со мной. Это злило, и я снова себя ругала за то, что такая слабовольная. Обещала же себе, что выкину его из головы.

Веселье прервалось внезапно. Звуком разбивающегося стекла. Я отскочила от Кэлза, с ужасом уставившись на появившуюся в оконном проеме оскаленную морду рептилии – танима. Сердце пропустило удар. Я не забыла изуродованную куклу, и первой мыслью было, что тварь пришла за мной. Только потом я вспомнила про Марриса.

Вокруг заорали. Громче всех рыжий – тоскливо, по-бабьи. Вперед выскочил Дерек, а за его спиной тут же встали еще несколько законников, которые до этого были совершенно незаметны в толпе.

Кэлз схватил меня за руку и притянул ближе к себе. Я бросила на него взгляд и прочитала на лице решимость – защищать до конца. Только вот защита не требовалась. Я помнила, как Дерек один расправился с тварью, а сегодня он был с «группой поддержки».

Впрочем, я рано радовалась. Следом за первой тварью в помещение, тяжело перевалившись через подоконник, вползли еще две – чуть крупнее и агрессивнее. Они без заминки кинулись в толпу, проявив удивительную скорость для своих неповоротливых с виду туш.

Раздался душераздирающий вопль. Дерек метнулся вперед, обнажив свое мерцающее оружие, но немного не успел, блондинка, которая снимала нас на м-фон, упала на пол окровавленной сломанной куклой. Рядом истошно завизжала ее подружка и тут же метнулась к дальней стене, растолкав замершую в немом ужасе толпу.

Уровень паники поднялся. Все словно очнулись от ступора и ринулись бежать – кто куда. В зале наступил хаос. Меня едва не сбили с ног, устояла я только благодаря Кэлзу, который внезапно превратился в скалу. Он крепко схватил меня за руку и, разрезая толпу, словно нож масло, уверенно двинулся в сторону кровати Марриса, который орал, вцепившись в подушки.

Кэлз сначала бесцеремонно втолкнул меня под высокую кровать, прямо к так и неиспользованному судну, а потом следом за мной засунул Марриса, который кривился от боли и прижимал руки к животу. Следом за Маррисом последовала подушка.

– Кэлз?! Что за демоны?! – возмутилась я.

– Сиди тут! – жестко скомандовал парень. – Не высовывайтесь.

– Но!.. – возразила я. Слишком хорошо помнила, что именно моя ментальная волна в прошлой схватке спасла ему жизнь. Я могла оказаться полезна и сейчас.

– Если хочешь, считай, что ты охраняешь этого придурка. Можешь порасспросить его о том, что за демонщина здесь творится! – рыкнул парень и тут же отошел, чтобы занять место рядом с Дереком.

Просто сказать – поговори с Маррисом. Парень смотрел бешеными глазами. Он забился в самый угол и трясся там, словно нашкодивший спаниель. Я посмотрела на него и плюнула. Главное – выжить и уберечь этого идиота от такой же, как и он сам, бестолковой смерти. Поговорить можно и потом.

Я осторожно выглянула из-под кровати и тут же с визгом нырнула обратно, так как передо мной на колени рухнула одна из «медсестричек». Такого дикого взгляда я никогда не видела. У девушки дрожали губы, а руки были в крови, я дернула ее под кровать и протолкнула ее поближе к Маррису. Парень сразу оживился и притянул рыдающую брюнетку к себе.

– Они! Они… убили Крисс! – всхлипывала она, размазывая кровавыми руками по лицу тушь.

Я старалась не слушать чужую истерику, впервые была близка к тому, чтобы сама в нее впасть. Странно, что никто не пытался лезть в наше укрытие. Полуголые девицы с визгом метались по комнате. Несколько законников, Кэлз и еще парочка ребят с его факультета выстроились полукругом у кровати Марриса и отбивались от тварей, которых сейчас было значительно больше трех. Я насчитала пять, и еще две пытались пробраться через окно. Одну из них Кэлз сбил каким-то неизвестным мне заклинанием.

– Ты можешь вызвать охрану или еще кого-то? – поинтересовалась я у Марриса. Тот утвердительно кивнул, приобнимая одной рукой замершую девицу, которая уже даже не дрожала – просто смотрела перед собой остекленевшим взглядом. Мне было ее жаль.

– Уже, – хрипло заметил парень и тут же добавил, продемонстрировав свою мерзкую сущность: – Не считай всех тупее себя, Яд.

– Ты – точно тупее, – ощерилась я. – На кой демон тебе сдалась эта вечеринка? Поговорил бы с нами вчера, ничего бы этого не было.

– Думал, будет весело!

– Повеселился? – с сарказмом спросила я и снова вынырнула из-под кровати. На полу валялось несколько тел. Преимущественно девушки – совсем молоденькие. Но были и парни. Я увидела Троя – одного из группы Кэлза. Он был пьян уже, когда мы пришли. А сейчас лежал на полу, в одной руке все еще зажата бутылка пива, а другую он прижимал к разодранному животу. Глаза парня уже остекленели, а пол вокруг потемнел от крови.

Как я поняла, твари не собирались убивать всех в зале. Рвали только тех, кто попадался им на пути. Танимы вполне осознанно пытались пробиться к кровати и, подозреваю, к Маррису. А может быть, и ко мне. Но об этом я старалась не думать.

Зал постепенно пустел. Самые сообразительные по стеночке пробирались к выходу. Еще несколько человек выпрыгнули в соседнее окно, минуя тварей. Кто-то укрылся в верхних комнатах дома. Пара танцовщиц забилась под стол в углу комнаты. Визги начали стихать. Оставшиеся в помещении гости вечеринки были либо мертвы, либо старались остаться незамеченными. Тишину нарушало рычание, редкие всхлипы и звуки драки.

Законники пытались окружить тварей и нейтрализовать их. Но танимы были злы и сильны. С каждым мигом их выпады становились все более неожиданными и агрессивными. Я заметила, как Дерек резко кинулся вперед и со всего размаха вогнал мерцающий клинок в открывшееся на секунду брюхо твари – единственное слабо защищенное место.

Другая тут же метнулась на подмогу, норовя впиться острыми зубами законнику в руку. Стоящий рядом однокурсник Кэлза кинулся вперед, пытаясь повторить маневр Дерека, но не смог. Чуть замешкался, и я сглотнула от ужаса, заметив, как сверху на него прыгает огромная ящерица. Брошенная ментальная волна не успела. Тварь уже вгрызлась парню в живот. Нечеловеческий вопль пронесся по помещению. Кэлз и законники кинулись на помощь. На тварь обрушился град ударов, но три оставшиеся танимы метнулись в сторону кровати. Дерек один не мог их удержать.

– В строй! – заорал он, и его сотоварищи тут же послушались приказа. Кэлз сомневался.

Бездыханная тварь валялась прямо на теле парня, который, непонятно было, мертв или жив.

Я не выдержала, выползла из-под кровати и, сделав знак Кэлзу, бросилась на помощь пострадавшему. Скинула с усилием тушу ящероподобного зверя и упала на колени, как совсем недавно рядом с Маррисом. Но не всем в жизни дана такая везучесть. Парень из группы Кэлза был мертв. Даже я с моим даром и то смогла это определить.

Для уверенности очень тщательно проверила пульс, но все было бессмысленно. Пол, на котором я сидела, стал липким от крови. Впереди меня разворачивалась кровавая драка, и с каждым мигом оставшиеся в живых три танимы все ближе и ближе подбирались к нам. Я не успела среагировать, когда ближайшая из них резко развернулась и кинулась на меня.

Сердце пропустило удар, мир замедлился, когда я увидела перед собой монстра, готового убивать, а я не успевала сделать ничего. Даже уйти от удара. Сидела на коленях рядом с бездыханным телом – поза была слишком неудобной.

Кэлз среагировал мгновенно. Не задумываясь, кинулся наперерез и прикрыл меня своим телом. Я заорала, когда когтистые лапы полоснули парня по груди, и он буквально упал мне на руки, успев вонзить клинок в незащищенное брюхо твари. Танима завыла и рухнула, дергаясь в конвульсиях. Она была еще жива, а значит, по-прежнему опасна.

Я ухватила Кэлза под мышки и оттащила на безопасное расстояние. Раны на груди выглядели жутко, и у меня буквально останавливалось сердце, когда я думала о том, что они способны убить. А сам Кэлз на адреналине, похоже, даже не чувствовал боли.

– Я нужен там, Яд! – возмущался он, пытаясь встать и снова кинуться в бой, но не смог, и только это позволило уложить его на пол. Спорить с Кэлзом было бесполезно. Лишь собственная беспомощность могла убедить его в том, что лезть в бой дальше не имеет смысла.

Рубашку парня пропитала кровь, и со щек стремительно уходила краска.

– Лежи! – скомандовала я и стащила с себя некогда белый халатик – он единственный подходил для того, чтобы сделать перевязку. От запаха крови кружилась голова, я старалась абстрагироваться, но не могла. Такое было даже для меня слишком. Меня мутило, комната плыла перед глазами. В голове пронеслась нелепая мысль – если я грохнусь в обморок, то репутации Яд, которой все нипочем, придет конец. Вероятно, именно эти соображения и вернули мне силы и возможность дышать. Падать в грязь лицом я не любила.

Пока разрывала на бинты халат, пыталась осмыслить ситуацию. Откуда в хорошо защищенном городе взялись танимы? Кто привел их сюда из трущоб? Как вообще такое могло случиться на идеальном Золотом пляже? В голове не укладывалось. Считалось, будто здесь безопасно. Кровавая трагедия теперь многих заставит в этом усомниться.

Ящерицы совсем обнаглели. Они чувствовали скорую победу. Их противники устали и уже двигались с трудом. К тому же из борьбы выбыли Кэлз и погибший парень.

– Они не справятся, – простонал Кэлз и снова попытался подняться, но я силком уложила его обратно. Раны начинали кровоточить от каждого движения, хотя и были неглубокими.

– Ты не поможешь им, если подставишься и погибнешь! Ты уже и так сегодня герой, а я даже не успела сказать спасибо.

– Ты же знаешь, Яд, что я всегда это сделаю для тебя.

Я этого не знала, но не стала говорить вслух. Все еще переосмысливала случившееся. Проще было решать насущные вопросы.

– Раны нужно перевязать! Они сильно кровоточат.

– Как приятно… Яд о ком-то волнуется, – усмехнулся парень и откинулся на пол. Помолчал и самодовольно добавил: – Нет, не так. Как приятно, что Яд волнуется обо мне.

Я не стала отвечать на его замечание, постаралась максимально быстро перевязать, помогла приподняться и подсунула бинты под спину.

– Ничего не смогу сделать, если ты мне не поможешь! – сказала я. Парень был слишком тяжелый.

– Как скажешь. – Кэлз усмехнулся и неожиданно ухватил меня за плечи, притягивая к себе. На секунду показалось, что он снова примется за старое и сейчас поцелует, но парень только подтянулся на локтях и привалился лопатками к стене. Я замотала его туловище разорванным на полосы халатом и с неудовольствием отметила, что бинты быстро напитались кровью.

– Это все бесполезно… – заметил он. – Они не справятся. А я не допущу, чтобы тебя убили вперед меня. Перевязка ни к чему, все равно умирать. Чуть раньше или чуть позже… какая разница.

Кэлз говорил тихо и серьезно, и я понимала его правоту, но не собиралась сдаваться. Приподнялась и хотела направиться в сторону дерущихся, но Кэлз поймал меня за руку. Все же сейчас от меня было больше толку, чем от парня.

– Нет, Яд, единственный шанс спастись – бежать. Ну… или надеяться, что танимы пришли за Маррисом и нас не тронут. Я буду надеяться… – По лицу было видно, что Кэлз не верит в то, что говорит. – А ты – беги. Ты еще успеешь. Потом может быть поздно. Только поцелуй меня напоследок. А, Яд?!

– Не надейся! – Я наклонилась прямо к его губам, чувствуя неровное дыхание. – Слышишь, даже не думай, что я уйду. Маррис вызвал законников. Они скоро будут. Нужно продержаться только до них. Так что будем надеяться вместе, до последнего.

– Тогда помоги им, Яд… – тихо прошептал Кэлз, и я понимала, что эта просьба говорит о многом. Он осознал, что меня не переубедить, а еще он действительно не видел иного выхода.

– Знать бы чем, – невесело хмыкнула я. – Моей ментальной волны не хватает. Они ее не чувствуют, а больше я ничего не умею. Даже заклинания из арсенала боевиков на танима почти не действуют. Что может менталист?

Сейчас сражался практически один Дерек. Он наступал настолько яростно, что другим оставалось только прикрывать его. Танимы не могли продвинуться вперед и достать спрятавшегося под кроватью Марриса, но и Дерек не доставал их. Он пока, словно не чувствуя усталости, ускользал от когтей и клацающих зубов, перетекал, уходя от массивного хвоста, но я заметила, что законник вымотался. Движения сейчас стали немного медленнее. Пока это не играло роли, но все изменится, как только он еще сбавит темп.

Кэлз тоже это видел, поэтому осторожно взял меня за руку и сказал:

– Ударь их посильнее, я помогу.

Моя ментальная волна была мощной – Кэлз поделился магией – и неожиданной. Она оглушила ближайшую к Дереку тварь. Танима растерялась, на какое-то время оказалась дезориентированной, и этого хватило, чтобы законник нанес ей сокрушающий удар и сразу же развернулся к следующей твари. Эту, еще слабо подергивающуюся, добил прикрывающий его спину другой законник.

Я постаралась и во второй раз провернуть тот же фокус, но, похоже, твари обладали интеллектом. Поэтому вторая танима шарахнулась в сторону и заревела, размахивая хвостом. Я усилила натиск, но ничего не добилась, только растратила силы. Из носа пошла кровь, тонкими струйками стекая по губам. Я вытерла ее тыльной стороной ладони. Выжившие танимы развернулись в мою сторону, и в нечеловеческих глазах мелькнула ненависть. Меня заметили и выделили из толпы выживших. Это было плохо. Но с другой стороны, благодаря моим усилиям на одну тварь стало меньше. Осталось две танимы и четверо законников. Силы практически сравнялись.

Это поняли и танимы. Они попытались зайти с одной стороны… потом с другой… но, поняв, что защиту пробить не удастся, начали медленно пятиться к стене. Неожиданный взрыв оглушил меня. Тяжелый сгусток огня врезался в одну из тварей, она, взвизгнув, ломанулась в сторону, но сбежать не смогла, ее обезглавил запрыгнувший в окно законник в полном обмундировании. Следующий шквал огня буквально размазал по стене другую тварь.

Мы все же дождались подмоги, и сейчас законников в зале было больше, чем таним. Все закончилось. Я выдохнула и присела на пол рядом с Кэлзом, привалившись к его плечу и прикрыв глаза. Не верила, что мы продержались до прихода помощи. Правда, выжили далеко не все. Но об этом я старалась не думать. По крайней мере, сейчас. Первым делом я отправилась выуживать из-под кровати Марриса. Я понимала, что если сейчас явятся его родители, то поговорить с парнем не удастся, и все смерти… они и на моей совести тоже. Я ведь пошла на поводу у рыжего и его глупых капризов.

– Вылезай! – приказала я.

Парень вздрогнул, но с трудом, придерживаясь за живот, выбрался и вытянул за собой зареванную черноволосую «медсестричку». Она цеплялась в руку Марриса и не торопилась ее отпускать. Кажется, эти двое за время, которое провели под кроватью, сдружились.

– Смотри по сторонам! – велела я.

Маррис сглотнул, но повиновался, и без того бледная кожа стала серой. Я даже испугалась, что парень упадет в обморок, но он сдержался. Возможно, потому что черноволосая напуганная девчонка смотрела на него с испуганным обожанием.

– Что ты хочешь, Яд? – очень устало спросил он.

– Я хочу, чтобы ты все рассказал.

– Прямо сейчас? – поинтересовался он. Выглядел Маррис плохо. Его шатало, на лбу выступила испарина. Но мне было все равно. Он жив, а половина присутствовавших на вечеринке – нет. Потерпит как-нибудь.

– А когда? – излишне резко уточнила я. – Потом явится твоя мамочка – и все! К тебе и близко не подпустят.

– Мне уже давно восемнадцать. И я могу говорить без ее согласия… тогда, когда этого хочу. Эй! Законник! – крикнул он и щелкнул пальцами, словно подзывал лакея.

Дерек дернулся, скривился, но все же отвлекся от разговора со своими и подошел к нам.

– Я расскажу все, что знаю. Можно как-то задокументировать мое желание? – поинтересовался парень.

– Ни к чему. Ты свидетель, я тебя задержу, и ты расскажешь все в отделении. Сейчас. – Дерек не скрывал того, что доволен этим фактом.

– Не выйдет… – Маррис невесело усмехнулся и отнял руки от живота. Бинты пропитала кровь. – Мне запретили вставать вообще-то….

– Демоны бы вас побрали, богатенькие детки! – выругался законник.

К Маррису тут же подбежали медики и, уложив на носилки, унесли.

Кэлз уже поднялся и осторожно шел в нашем направлении сам. Я выругалась и кинулась ему на помощь.

– Пойдем, я провожу тебя к медикам, – предложила, придерживая его за талию.

– Нет. – Он послушно оперся мне на плечо и уткнулся носом в волосы. – Не нужно к медикам. У меня просто царапины. Проводи меня домой, пожалуйста.

– Ты мне даже дашь кристалл управления от своей платформы? – удивилась я.

– Я тебе дам все, что хочешь, – шепнул он тихо, и у меня перехватило дыхание от этого высказанного слишком серьезно обещания. – Просто не оставляй меня одного сегодня… я многих из них знал. Неужели ты не чувствуешь… ничего не чувствуешь, Яд?

– Не знаю… – Я сглотнула, помогая ему двигаться в сторону выхода. – Я еще не осознала, что произошло.

– Ты ненадолго задержишься? – Дерек поймал нас у выхода. – Я бы тебя отвез.

– Если нет острой необходимости, я бы предпочла отвезти до дома Кэлза.

– Острой необходимости нет. – Дерек бросил долгий взгляд на парня. – Мы завтра все равно встретимся и заполним все бумаги. И с тобой, мажор, тоже. Так что можете быть свободны. Хотя я бы рекомендовал тебе обратиться к лекарям. – Законник кивнул, показывая на бинты, пропитанные кровью.

– Нет уж! Компания Яд мне нравится больше, – хмыкнул парень и, не удержавшись, добавил: – Я же говорил, что она непредсказуемая, и если ты хочешь отвезти ее домой, не факт, что к концу вечера она не изменит свои планы.

– А ты любишь, чтобы последнее слово оставалось за тобой.

– Очень, – не стал отрицать Кэлз, а я пожалела о том, что сейчас не могу его ударить. Это будет бесчеловечно.

– Покажись лекарю, – серьезно добавил Дерек. – Неизвестно, что у них на когтях.

– Обязательно. – Кэлз кивнул. – Как только доберусь до дома, вызову семейного. Ему я доверяю больше.

Я вела едва передвигающего ноги Кэлза. А когда мы вышли на улицу, то заметили во всю стену дома надпись: «Вы заставили захлебываться кровью нас, мы заставим захлебнуться ею вас…»

– Это ведь только начало, да, Яд? – тихо произнес парень и улыбнулся уголком губ. Только вот улыбка вышла невеселой, больше похожей на гримасу.

– Не знаю, – честно ответила я. – Точно не конец. Ты знаешь, у меня в голове не укладывается, что только такая кровавая вечеринка смогла убедить Марриса в том, что не стоит держать при себе сведения…

– Он неплохой, – встал на защиту друга Кэлз. – Просто все это… – парень, поморщившись, обвел двор взглядом, – это очень не похоже на нашу жизнь… Совсем. Не думаю, что он понимал всю серьезность ситуации даже после того, как эта тварь едва не сожрала его.

– Мы все не понимали серьезность ситуации и вели себя неосмотрительно, – заметила я. – Пойдем. По-моему, там тормозит платформа родителей Марриса. Ты уверен, что хочешь с ними сейчас встречаться?

– Ой, не-ет, – простонал Кэлз и в меру своих возможностей ускорил шаг.

Он с трудом загрузился в платформу. Мне очень сильно захотелось отвезти его следом за Маррисом в больничку и положить, желательно, на соседнюю кровать. Но почему-то я была твердо уверена, что Кэлз не одобрит и сбежит.

Едва мы вывернули от дома Марриса на проспект, Кэлз попросил:

– Яд, а отвези меня к себе, пожалуйста?

Видя, что я собираюсь возмутиться, он остановил меня и добавил:

– Я обещаю вести себя хорошо. Правда. Я понял, что ты слишком дорога для меня, чтобы я продолжал оставаться сволочью.

– Совсем недавно ты говорил иначе… – заметила я, старательно делая вид, будто внимательно слежу за дорогой. Я действительно следила. Но ночью на улицах было совсем пустынно. Нам встретилось всего два транспортных средства, поэтому управлять платформой можно было особенно не напрягаясь.

– Тогда мне казалось, что я могу тебя удержать, – ответил Кэлз и хмыкнул, видимо, выражая отношение к собственным заблуждениям. Сердце сжалось, и я спросила, хотя не была уверена, что хочу услышать ответ:

– А сейчас?

– Сейчас я понял, что Яд-друг мне нравится больше, чем Яд-враг.

– Кэлз, зачем тебе ко мне? – напрямую спросила я. Все эти разговоры делали больно, заставляли сомневаться, но не были информативны.

– Потому что я не хочу радовать таким видом мать. Видишь ли, Яд, я ее люблю и стараюсь лишний раз не шокировать, а получается плохо. Я отвратительный сын, который постоянно ввязывается в мелкие и не очень неприятности. Раньше мне всегда приводили в пример Нориса… теперь аргументов нет, но… Яд, я действительно не хочу ее пугать или огорчать.

– Ты же понимаешь, она узнает о случившемся в ближайшее время.

– Да. – Он кивнул. – Она узнает и первым делом позвонит мне. А я скажу, что уехал к тебе раньше, чем все произошло, и у меня все хорошо.

– Зачем прикрываться мной? Лишние нервы, лишние слухи.

– Клэр спит… если бы было иначе, я бы уехал к ней. Она всегда меня выгораживала и перед родителями, и даже перед Брил. Пожалуйста, окажи мне эту услугу, а?

– Ты просишь стать меня заменой Клэр? – Я не смогла удержаться от вопроса и усмехнулась.

– Яд, ты не можешь стать ничьей заменой, ты слишком уникальна. Просто прикрой меня и дай мне спокойно выспаться без того, что у моей кровати будут полночи рыдать, а все оставшееся до утра время будить, так как почудилось, будто я умер. Я не переживу. Я слишком устал.

– Хорошо, – ответила я после продолжительной паузы. В словах Кэлза имелся свой резон. – Но пообещай, что целителя ты все же вызовешь.

– Как скажешь, мамочка номер два, – улыбнулся он и отклонился на сиденье.

– Позер, – фыркнула я и выехала на знакомую дорогу, ведущую к дому.

Звезды падали в океан, дул легкий бриз, и это место казалось воплощением рая на земле. Пугающая иллюзия – в раю не живут монстры. Когда в раю появляются твари из ада – это страшно и неожиданно. Кэлз планировал сегодня выспаться… а я вот не была уверена, что смогу заснуть.

Я помогла Кэлзу выбраться из платформы и проводила в гостиную, а сама направилась на кухню, где в баре стояла подаренная кем-то бутылка виски, и у меня было сильное желание уговорить ее, причем желательно в гордом одиночестве.

Пока Кэлза осматривал семейный лекарь, который примчался так быстро, словно пользовался телепортом, я сидела на кухне и воплощала свою мечту – пила вискарь. Налила в стакан и делала маленькие глотки, практически не чувствуя ни вкуса, ни крепости. Перед глазами все еще стояли разбросанные по залу для вечеринки тела, а в носу стоял запах крови. Меня немного мутило. Не помог даже душ, в который я залезла, едва только переступила порог дома. Руки дрожали, и я чувствовала себя откровенно беспомощной. Никогда не испытывала подобного и не знала, как с этим бороться.

– А мне нальешь? – хрипловатый голос за спиной заставил вздрогнуть. Я обернулась и заметила Кэлза, который стоял у косяка. Парень едва держался на ногах и был бледен, но упорно не шел спать. Он смотрел на меня внимательно и немного грустно.

– Ты уверен, что тебя не свалит первая же рюмка? – скептически поинтересовалась я, но послушно достала из шкафа еще один широкий стакан.

– Я еще тебя перепью, Яд, – с вызовом бросил он и уселся на барный стул напротив меня.

Пепельная челка падала на глаза, а в уголках губ пряталась едва заметная усмешка. Как же он был красив, и как же меня к нему тянуло!

– Ты знаешь, у меня совсем нет настроения устраивать соревнование, – ответила я и налила ему на два пальца янтарного напитка.

– И это хорошо, – сказал он и выпил залпом. – У меня тоже.

– Я даже рисовать не хочу. Точнее… – Я задумалась. – Хочу, желание до зуда в пальцах, но я боюсь того, что у меня получится. Не готова это увидеть.

– Ну а виски? Оно помогает унять творческий зуд? – как-то слишком уж серьезно поинтересовался Кэлз.

– Немного. – Я кивнула и усмехнулась, а он подлил мне в стакан со словами:

– Тогда продолжим.

– Продолжим. – Я послушно сделала глоток и поморщилась: – Только из закуски у меня есть лишь обезжиренный йогурт и два яйца…

– Ты еще способна думать о еде? – удивился парень, и я была вынуждена признать, что нет, мысли о еде вызывают неприятные спазмы. Впрочем, я вообще не могла и не хотела думать. Только пила обжигающее виски маленькими глотками и смотрела в пустоту.

Мы не говорили о случившемся. Преимущественно молчали, лишь мимоходом обсудили планы на завтра. Кэлз уже едва сидел на высоком барном стуле, и я заметила, что бинты начали окрашиваться в темно-бурый, поэтому предложила переместиться в гостиную. Не хотелось бы дергать семейного целителя фо Аголов второй раз за ночь.

Там Кэлз рухнул на разложенный диван, а я замерла, выбирая между креслом и диваном, и все же, плюнув на сомнения, уселась, скрестив ноги, рядом с Кэлзом. Сегодня мне не хотелось быть одной. А рядом с ним я чувствовала себя живой, а еще могла не волноваться, так как видела – с Кэлзом тоже все в порядке. Я не хотела сейчас копаться в своих чувствах к нему, но могла сказать точно – они есть, и мне было бы очень больно, если бы я сегодня его потеряла. А еще сам парень открылся с другой стороны. Я не могла забыть, как он, не задумываясь, прикрыл меня своим телом. Он даже не сомневался. Я не думала, что он вообще способен на такое, и тем более не верила, что он может ценой жизни защитить меня.

Это осознание заставило взглянуть по-новому на многое. На нас. На попытки отдалиться и вечное противостояние. Я до сих пор считала, что роман с Кэлзом фо Аголом – это несусветная глупость, но и отпускать парня от себя не хотела.

Наверное, дружба действительно лучший вариант…

– О чем задумалась? – поинтересовался он и отставил недопитый стакан с виски на низкий журнальный столик.

Свой стакан я задумчиво крутила в руках. Лед растаял, и напиток нагрелся. Получилось теплое, разбавленное водой виски. Невкусно.

– Ни о чем… – Я пожала плечами, не желая сознаваться, над чем сейчас размышляла. – О бренности бытия и о том, как скоротечна наша жизнь.

– Яд, в скоротечности жизни и бренности бытия ты могла убедиться на своей шкуре. Отпусти ситуацию и двигайся дальше. Ничего не изменишь.

– А ты сможешь отпустить ситуацию? – невесело хмыкнула я, чувствуя, как по щеке сбегает слеза. Я просто не могла сегодня быть сильной, и сейчас было все равно, что обо мне подумает Кэлз.

– Я буду очень стараться, – сказал он. Отобрал у меня стакан и, дернув за руку, шепнул: – Иди сюда.

Я послушно позволила ему уложить себя рядом, прислонилась к теплому плечу и закрыла глаза. Наверное, если бы он захотел меня поцеловать, я бы не сопротивлялась, но Кэлз только погладил меня по волосам и притянул ближе, по-братски чмокнув в макушку.

– Все наладится, – тихо, но уверенно сказал он.

– Погибших это не вернет.

– Да. – Он не стал отрицать. – Но твои слезы тоже их не вернут. Так к чему они?

С этим аргументом поспорить было сложно, и я закрыла глаза. На душе после разговора стало значительно лучше, а еще ровное дыхание Кэлза действовало на меня умиротворяюще. Я натянула на плечи плед, укрыла им парня и осторожно обняла его за талию.

Сейчас мне было хорошо и не хотелось ни задумываться о будущем, ни отстраняться, ни думать о том, насколько это уместно. Кэлз сначала лежал неподвижно, но потом его рука переместилась мне на плечо и чуть-чуть сжала. Я замерла, ожидая продолжения нечаянной ласки, но скоро дыхание парня выровнялось – он уснул, а я испытала стыдное разочарование. Но потом напомнила себе, что такое поведение Кэлза – это именно то, чего я хочу, закрыла глаза и тоже задремала.

Здесь, рядом с ним, было тепло и уютно. В голову не лезли пугающие мысли и неприятные воспоминания. Их заглушили тепло его тела и алкоголь, поэтому я отключилась достаточно быстро, проснувшись от солнца, светившего в окно, и ощущения пустоты.

Я открыла глаза и обнаружила, что Кэлза рядом нет. Стало грустно, хотя, наверное, если бы я проснулась в его объятиях, то испытала бы неловкость. А так смогла спокойно встать, умыться и только потом обнаружила его на веранде с кружкой кофе.

– Ты же знаешь, Яд, что у тебя тут лучший вид в Кейптоне? – вместо приветствия сказал парень, блаженно щурясь.

– Я, конечно, не была во всех прекрасных местах Кейптона, но склонна с тобой согласиться.

Утро и правда было замечательным, свежим. С легким ветром, дующим с океана, и привкусом соли на губах. Я очень быстро полюбила этот дом, и даже к Кейптону стала относиться лучше. С берега океана город казался совсем другим – не таким мрачным и жестоким. В нем, оказывается, были места, похожие на рай. И мне совсем не нравилось, что кто-то в этот рай пытался вторгнуться и его разрушить.

Я сходила за кофе и присоединилась к Кэлзу. Меня не смущало даже то, что из одежды на мне была только свободная домашняя майка до середины бедра.

Рубашка Кэлза пришла в негодность, поэтому он был в штанах и бинтах. Я не хотела смотреть на его подтянутую, стройную фигуру, но взгляд сам возвращался к сильной прокачанной грудной клетке, которую сейчас частично скрывали бинты, и кубикам пресса.

Он по-своему расценил взгляд и задумчиво сообщил:

– Нужно бы заказать что-то из магазина готовой одежды. Домой я в таком виде сунуться не решусь… хотя… – Он задумался. – Мои должны скоро уехать, думаю, получится проскользнуть незамеченным.

– Я, к сожалению, могу предложить только свой корсет… Но он не подойдет тебе по размеру.

– Вот умеешь ты поддержать, Яд, – усмехнулся парень и внимательно посмотрел на меня. В сине-серых глазах мелькнула боль. А мне стало не по себе, и я отвернулась, делая вид, будто рассматриваю зелень на лужайке. Все же, как мы ни пытались стать друзьями, напряжение между нами было сложно скрыть, и оно постоянно перерастало в неловкость.

Молчание прервало появление черной платформы, которая припарковалась за воротами, – Дерек. Он явился, как всегда, с утра пораньше и без предупреждения.

– Он совсем не может без тебя? – недовольно осведомился Кэлз.

– Видимо, так. – Я пожала плечами и направилась к калитке – открывать.

– Почему я так и думал, что застану тебя здесь? – поинтересовался законник у Кэлза и кинул парню свежую, еще в упаковке, рубашку.

– Я тут просто спал, – непонятно зачем заметил Кэлз, распаковывая на ходу шуршащий пакет.

Похоже, он действительно думал, будто у нас роман. Интересно, почему этот факт его не раздражает? Очень не похоже на поведение балованного мажора.

– Собирайтесь! – скомандовал законник. – Чем раньше поговорим с Маррисом, тем лучше. А он желал видеть вас обоих. А пока вы собираетесь, Айрис, я сварю у тебя кофе? – Дерек тут же бесцеремонно направился в сторону кухни, а я только вздохнула, отметив, что кофе – это номер один в перечне необходимых покупок. Наверное, стоит приобрести побольше. В последнее время напиток уходил в немереных количествах. Скоро я начну брать плату, а то устроили тут бесплатную кофейню!

Когда я собралась, Кэлз и Дерек пили кофе на кухне. Выглядели они колоритно и, кажется, даже не огрызались друг на друга. Вот какая еще девушка на Золотом пляже может похвастаться, что у нее дома с утра сидят сразу шикарный блондин и брюнет?

– Ты выглядишь усталым, – заметила я, покосившись на законника.

– Ночь выдалась бессонной, – отозвался он и помрачнел. – Мы нашли, откуда вылезали твари. И уничтожили еще десяток. Но думаю, они не последние…

– Я считала, они пришли из трущоб…

– Как ты думаешь, они ползли по людным улицам Кейптона через весь Золотой пляж? Нет. Они пробирались по подземным тоннелям, которые связывают старую и новую части города.

– Из трущоб есть ходы-тоннели? – удивилась я.

– Есть. – Кэлз помрачнел, а законник согласно кивнул.

Сразу же перед глазами всплыла картинка, на которой я изобразила Клэр, бегущую по тоннелю. Но я ничего не сказала, это была даже не догадка, так, неясная ассоциация. Не хотела ею загружать голову Дереку, по крайней мере, пока.

В лечебницу мы поехали на платформе законника. Кэлз, оказавшийся не за кристаллом управления, заметно нервничал и дергался. Наблюдать за ним было забавно. А вот сидеть рядом на заднем сиденье платформы – не очень. Я бы предпочла, чтобы нас разделало чуть большее расстояние.

К тому времени, когда мы попали в апартаменты Марриса, пройдя через три круга охраны, парень уже был пьян. Не мертвецки, но разило алкоголем от него достаточно сильно, и он пошатывался, хотя должен был бы лежать в постели. Вставать ему еще не разрешили.

А в центре палаты вокруг натуральной капельницы медленно и томно танцевала вчерашняя брюнетка в коротком белом халатике. Видимо, Маррису она очень приглянулась. Увидев нас, девушка ойкнула и отскочила в сторону, заметно смутившись.

– Ты в курсе, что скотина? – поинтересовалась я и бесцеремонно отобрала у Марриса бутылку. Рыжий сопротивляться не мог, только возмущенно крикнул что-то обвинительное.

Дерек смотрел на него с брезгливым недовольством. Потом, не сказав ни слова, взял со стола графин и вылил его на голову нетрезвого парня.

– За что? – завопил Маррис и шарахнулся в сторону кровати, скривившись от боли.

– Так-то лучше, – удовлетворенно сказал законник, заметив, что пьяный взгляд рыжего прояснился.

На вопли примчался охранник, но Дерек шикнул и велел принести кофе на всех. Охранник попытался возмутиться, доказывая, что он не нанимался на роль официанта, но в разговор вступил Кэлз, который подошел к двери, перекинулся парой слов и сунул мужчине в форме помятую купюру. Проблема была решена, и кофе нам принесли спустя пять минут.

– Маррис, ты же обещал! – возмутился Кэлз.

– А я что? – Парень забрался с ногами на кровать, обиженно отполз к изголовью и натянул одеяло до подбородка, предварительно поманив к себе подружку, которая послушно свернулась клубочком у него под боком. – Я не отказываюсь. Может, я так готовлюсь?

– Напиваясь? – уточнила я, предпочтя забыть, что сама вчера вечером запивала впечатления виски. Но то было вчера!

– Я не могу спать! Я не могу сидеть, есть! Я ничего не могу! Что прикажете мне делать? Просил у этих… – парень кивнул в сторону двери, видимо, имея в виду врачей, – успокоительное. Дали одну таблетку – и все, дальше зажали. Пришлось догоняться. – Он указал на почти пустую бутылку, которую Дерек все еще держал в руках.

– Хватит болтать ни о чем, – одернул его законник. – Рассказывай, что ты знаешь об убийствах.

– Что именно? – Маррис не был бы Маррисом, если бы не стал выпендриваться. Он капризно надул губы и посмотрел на нас исподлобья, подтянув коленки к подбородку. Сейчас он сильно напоминал пациента из психиатрической клиники, и хрупкая медсестричка рядом смотрелась странно и противоестественно.

– Ну, начни с того, зачем ты так поступил со своей подругой, – помог ему Дерек, и я задержала дыхание. Законник говорил об этом утвердительно. Без вопроса. Я почувствовала, как напрягся Кэлз, и взяла его за руку, чтобы парень не натворил глупостей.

Он вполне мог кинуться на друга с кулаками, а нам еще многое нужно было узнать.

– Я защищал ее, – ответил Маррис, пожав плечами. Он не собирался ничего отрицать. – Ее бы убили следующей…

– С чего ты это взял?

– С того… – Маррис нахмурился и задумался. – Помните ту резонансную историю, когда четверо подростков не вернулись из трущоб?

– Да… но к чему? – поинтересовался Кэлз.

– А к тому, что тогда четверо подростков ходили не одни…

– Стоп-стоп! – встрял Дерек. – Можно с этого места поподробнее?

– Можно. – Я перебила Марриса, но сразу собраться с мыслями не смогла. Сделала короткую паузу. – Раньше у золотой молодежи существовала забава. Прежде чем принимать в свой круг кого-то из новеньких, они устраивали испытание. Отправляли претендентов (те, как правило, были младше) в трущобы, приказывали принести какой-нибудь незначительный сувенир. Последний раз закончился неудачно. Четверо подростков не вернулись. Забавы прекратились. Это если коротко.

– Продолжай. – Дерек кивнул Маррису. По глазам законника я видела – он понял не все, но не стал заострять внимание. Зато Кэлз договорить другу не дал.

– О чем ты говоришь? – удивился он. – Я же был тогда! Мы собрались в охотничьем домике Расти… они ушли…

– Правильно, а мы нажрались. Точнее, ты нажрался как скотина еще до того, как они ушли! – резко заметил Маррис. – Поэтому очень громко сказано, что ты присутствовал при случившемся.

– Да… – Кэлз кивнул. – Вы меня растолкали уже ближе к обеду, когда поняли, что никто не вернется.

– Мы знали, что никто не вернется, когда будили тебя, – горько заметил Маррис. – Ты уснул, а мы решили, что отпускать новичков в трущобы одних нельзя. И отправились вместе с ними…

– Кто вы? Брил…

– Нет. Брил осталась с тобой, она очень боялась, что ты либо проснешься и захлебнешься в рвотных массах, так как некому будет перевернуть тебя на бочок, или просто пойдешь чудить, не обнаружив нас. Ты же знаешь, она иногда превращалась в заботливую мамочку для всех. Пошли я, Расти и Клэр.

– Что там случилось? – настороженно произнес Дерек, который мрачнел все больше и больше.

– Что-то пошло не так, – ответил Маррис. – Мы разбрелись… потерялись… договорились встретиться, но у места встречи нашли только труп… Той девушки – Дороти… она лежала прямо на полу в подземном тоннеле, ее живот был распорот, а внутренности раскиданы вокруг…

– Именно поэтому после убийства Расти Клэр так испугалась? – догадался Кэлз. Маррис кивнул и продолжил:

– Мы слышали вопли остальных… Но панически испугались и сбежали… Мы должны были остаться, но своя шкура дороже. После того как выбрались на поверхность, еще какое-то время подождали у выхода, но никто не вернулся. Потом мы возвратились в домик. Ты еще спал, поэтому тебе говорить ничего не стали. Придумали легенду и ближе к обеду позвали законников.

– Ты понимаешь, что если бы ты позвал законников сразу, то те оставшиеся трое могли бы быть живы? – тихо поинтересовался Дерек.

– Да. Я это понимаю… – Маррис сглотнул. – И понимаю, что мне светит. Именно поэтому я просил о неофициальной встрече… Я все буду отрицать… тогда… мы были напуганы… я боялся за Расти и Клэр…

– Поэтому, спасая свои шкуры, вы бросили погибать почти детей? – Кэлз смотрел на Марриса по-новому, а у меня сердце упало куда-то в желудок. Я боялась, что Кэлз не сдержится, и тогда последствия могут быть совсем неприятными. Только драки еще не хватает, но парень стоял не шевелясь, только руки сжимались в кулаки.

Дерек реагировал хладнокровнее. Он не стал спорить с Маррисом и пытаться ему что-либо доказать, просто старался выудить больше сведений.

– Больше о пропавших ничего слышно не было?

– Ну… с пафосом они не возвращались – это точно, – заметил парень.

– Там были дети не только с Золотого пляжа, – тихо заметил Кэлз. – Городские. Именно поэтому историю замяли. Из наших были двое… те, за плечами которых стояла семья и из-за кого могли возникнуть проблемы.

– Ты сможешь найти о них сведения? – обратился Дерек. – Или ты даже имен не помнишь?

– Я очень хорошо их помню, – тихо ответил Кэлз. На Марриса он даже не смотрел. – Найду сведения. Яд, поможешь мне?

– Помогу. – Я ответила даже не раздумывая.

– А что с Клэр? – уточнил Дерек. – Ты собираешься возвращать ее?

– Нет, пока вы не разберетесь, кто все это устроил. – Маррис был непреклонен. – Иначе ее убьют…

– А так не тронут? – саркастически поинтересовался Дерек.

– Нет. Это месть. Неужели вы не видите, что это месть? Им важно чувствовать наши страдания. Они хотят видеть ее страх. Чувствовать боль. Тот, кто руководит танима… он где-то ждет. Стоит и наблюдает со стороны. Пока Клэр спит, он ее не тронет.

– Мне нужно поговорить с ним с глазу на глаз, – заметил Дерек, даже не повернувшись к нам с Кэлзом.

– Хорошо, – как ни странно, фо Агол не стал возмущаться и потащил меня за руку к двери. На друга он не смотрел. Я чувствовала, как напряжены его мышцы. Кэлз сильно злился. Я понимала его нежелание оставаться здесь дольше.

Я бы, конечно, дождалась Дерека и узнала подробности – явно он не просто так остался один на один с Маррисом, но почему-то не смогла бросить Кэлза. Он снова узнал об очередном предательстве. И опять тенью за спиной маячила Брил. Она даже после смерти умудрялась преподносить ему неприятные сюрпризы.

– Куда мы? – уточнила я осторожно, когда Кэлз выволок меня на парковку.

– Да куда угодно! – раздраженно отозвался он. – Лишь бы подальше отсюда.

Я молча кивнула и не стала ничего больше уточнять. Кэлз выловил извозчика и, поговорив минут пять, уселся за кристалл управления неновой платформы. Уж не знаю, что он сказал и сколько денег за это отвалил. А спрашивать сейчас было чревато. Поэтому я послушно уселась в платформу и просидела тихо, пока Кэлз несся по улицам Кейптона, нещадно подрезая попадающиеся на ходу платформы. Только в ручку на двери вцепилась что есть силы и сжала зубы.

Можно было бы парня одернуть, сказать, чтобы ехал медленнее, но я почему-то не стала этого делать. Наверное, потому что остро чувствовала его боль, почти как свою. Не знаю, почему я стала так восприимчива к его эмоциональному фону. У менталистов да и у некоторых боевиков (таких как Дерек) подобное периодически случалось. Просто раньше за собой я не замечала, думала, что невосприимчива к чужим эмоциям. Видимо, ошибалась.

Кэлз затормозил на Золотом пляже. Там, где песчаная коса была совсем узкой и волны набегали на нее, слизывая песчинки и утаскивая их в океан. Похоже, парню было совсем плохо. Я заметила – в минуты отчаяния он очень часто приезжал сюда.

Кэлз выскочил из платформы и прислонился спиной к капоту, уставившись на неспокойную морскую гладь.

Я вышла следом и замерла.

– Ты знаешь, Яд, – начал он, даже не поворачивая голову в мою сторону, словно чувствуя, что я и так рядом. – Я впервые за долгие годы оказался в ситуации, что мне даже выпить не с кем. Мы с Маррисом познакомились, когда нам исполнилось лет по восемь. Тогда же начали общаться с Брил и Клэр, чуть позже к нам присоединилась Расти… теперь же… – Он пожал плечами и раздраженно сунул руки в карманы. – Брил и Расти – мертвы… Маррис… Я не могу даже назвать его другом, а Клэр в коме. И все они долго скрывали от меня тот факт, что бросили на верную смерть четверых подростков!

– Они сами тогда были ненамного старше, – осторожно начала я, не веря сама себе, что встала на сторону рыжего мерзавца.

– Нет, Яд! – Кэлз покачал головой. – Это случилось три года назад. Нам уже исполнилось семнадцать, а погибшим ребятам по четырнадцать-пятнадцать. Мы были ответственны за них.

– Сложно поспорить, – согласилась я, подошла ближе, встав у капота рядом с Кэлзом, и задумалась над следующей фразой. Понимала, то, что скажу дальше, ему очень сильно не понравится. – Но… давай представим, что ты не спал в ту ночь, а отправился вместе со всеми в трущобы… ответь честно, не мне, а себе. Ты бы остался с едва знакомыми подростками умирать или кинулся бы спасать Расти и Клэр?

– Не знаю. – Парень помрачнел еще больше. – Не знаю, Яд, и именно это делает еще больнее. Я прокручиваю события и понимаю, насколько чудовищно неправильно то, что произошло там.

– Никогда не думала, что в таком контексте могу сказать подобное, но не думай об этом. Смысл ставить себя перед тем выбором, который тебе не пришлось совершать? Тебя там не было. Наверное, к счастью. Твоей вины в том нет, вот и не пытайся взять ее на себя. Это совершенно ни к чему.

– А что делать, Яд?

– Ты ничего не можешь сделать с тем, что случилось три года назад, но ты вполне способен разобраться в том, что происходит сейчас.

– Я не знаю даже, с чего начать. По сути, слова Марриса ничего не дали.

– Ты не прав. – Я покачала головой. – Мы знаем намного больше, чем до разговора. Убийства как-то связаны с трагедией трехлетней давности. Давай, как и сказал Дерек, попытаемся побольше узнать о тех людях, которые пострадали, и их окружении.

– Архив? – Кэлз повернулся ко мне, и в его глазах появился азарт. – Поехали!

– Э, нет! – Я даже отшатнулась. – Сейчас я не готова никуда ехать. Давай ближе к вечеру? Через пару часиков?

– Хорошо. – Парень не очень довольно кивнул. – Тебя отвезти домой?

Я кивнула и села в платформу. Мы находились недалеко от моего дома и затормозили возле ворот минут через пять. Я видела, Кэлз хочет, чтобы я пригласила его на кофе, но вопреки своему обычному поведению парень не стал высказывать желание, а я сделала вид, будто не понимаю намеки. Он вышел из платформы, собираясь пересесть в свою, и замер возле меня. Я смотрела на него, не отрывая взгляда. На пронзительно-синие глаза, на жесткие колючие ресницы и едва заметную улыбку, притаившуюся в уголках капризных губ. Кэлз сейчас не выглядел нахальным и избалованным мажором, он казался потерянным и несчастным.

– Ты ведь приедешь в архив, а, Яд? – поинтересовался он. – Просто… мне важно, чтобы хоть кто-то меня не обманывал постоянно. Я безоговорочно доверял Брил, а она изменяла с моим братом. Ему я, кстати, тоже верил, а он меня предал и убил мою девушку. Клэр и Маррис тоже врали. Вокруг меня вообще есть честные люди?

– Просто такой период жизни, – сказала я и подошла поближе. – Кэлз, я никогда не даю обещаний, которые не могу исполнить. Поверь, в архив я точно приеду, и не загружайся по мелочам. Я терпеть не могу Марриса, недолюбливаю Клэр… но в этом конкретном случае, вот, действительно, ты считаешь, если бы они тебе все рассказали, ты бы чувствовал себя лучше?

– Не знаю… просто все переворачивается с ног на голову. Это пугает. Я привык к тому, что мы всегда вместе и даже секреты у нас общие. Слишком много я за последний год узнал о людях, которые мне небезразличны. И то, что узнал, мне совершенно не нравится.

– Добро пожаловать в мой мир, – заметила я и осторожно убрала пепельную челку, которая лезла парню в глаза. Чисто рефлекторно, но пальцы ненароком скользнули по теплой коже, и Кэлз прижался к моей ладони щекой.

Внезапно мы оказались слишком близко друг к другу. Я видела желание и боль в его глазах, а губы были так притягательны, что я не могла не смотреть на них. Мир перестал существовать. Парень слегка наклонился, я замерла, предчувствуя поцелуй, и поняла, что не хочу сопротивляться, даже подалась вперед, однако опасалась проявить излишнюю инициативу.

Когда губы почти коснулись губ, Кэлз остановился, невесело улыбнулся и шепнул, приложив палец к моим губам:

– Нет, так не пойдет, Яд… я слишком часто делал шаг навстречу первым. Твоя очередь. Я не хочу быть ответственным за твои желания. Разберись сначала в себе. А когда разберешься… поцелуешь меня сама.

Он сел в свою платформу и уехал, оставив за собой только хвост дорожной пыли, а я так и стояла у ворот с открытым в изумлении ртом и стучащим в ушах сердцем. Интересно, почему у нас все так сложно? И как это понимать? Кэлз фо Агол решил поиграть в благородство?

До того времени, когда мы с Кэлзом договорились встретиться в архиве, удалось отдохнуть, принять душ и, расположившись на террасе, неторопливо попить кофе. Такие минуты тишины были очень важны для меня. Я решительно не могла сейчас думать о почти поцелуе с Кэлзом, о собственной готовности сдаться и о недвусмысленном заявлении парня. Он отступил, потому что давал мне возможность выбора. Только вот я пока не могла понять, что именно выбираю. Кэлз до сих пор оставался для меня загадкой, как и его намерения. Я для него трофей, как и говорила Клэр, игрушка на один день или все же что-то большее? Я не знала и прекрасно понимала, что узнаю, только если все же решусь и сделаю тот самый шаг навстречу. Но сейчас имелись более насущные проблемы, и я решила сделать вид, будто ничего не произошло. По крайней мере, пока.

Я сделала глоток кофе и начала в деталях вспоминать разговор с Маррисом. В голове наконец сложилась из маленьких кусочков картина произошедшего. Мне даже рисовать сегодня было не нужно. Новые сведения требовали доработки и уточнения, и только после можно взяться за карандаш.

Понятно, что кто-то мстит тем, кто принимал участие в трагедии, но не оказал помощи. Расти, Клэр, Маррис… но вот что за законник? Просто случайная жертва, или он тоже как-то был во всем этом замешан? Я жалела, что не уточнила у Марриса. Просто вылетело из головы.

Когда я приехала, платформа Кэлза уже стояла, презрев все правила парковки, возле центрального входа в городской архив. Мне пришла в голову мысль, что парень не заезжал домой, а проехал прямо сюда.

Повторять его подвиг и парковаться прямо на ступенях я не стала и аккуратно затесалась между двумя неновыми платформами мышино-серого цвета, потушила кристалл управления и торопливо поднялась по лестнице к тяжелым дверям городского архива.

Это здание было самым старым из сохранившихся в городе. Оно тут стояло еще с тех времен, когда в Кейптон не слетелись столичные аристократы и он был не городом, а просто процветающим рыбацким поселком. Тогда в этом здании располагалась мэрия, но это было очень давно. Сейчас здесь даже не центр города, а старая, граничащая с трущобами часть, где жили ремесленники и коренные жители – владельцы небольших лавочек или работники госучреждений. Симпатичный райончик, дом моих родителей стоял тут же неподалеку.

Кэлз сидел в зале для работы с документами. Парня не было видно из-за кипы бумаг. Он был настолько увлечен процессом, что даже не заметил, когда я подошла. Постояла немного чуть сзади, собираясь с духом.

– Нашел что-нибудь? – Вопрос заставил его вздрогнуть. Кэлз уставился на меня красными от напряжения глазами и не сразу смог сообразить, что именно я от него хочу.

– Немного, – наконец ответил он, вырвавшись из тех потоков информации, в которых пытался найти интересующие нас сведения. – Я даже не знал, что самая младшая из погибших, Дороти, – сестра Бетси. Я вообще не знал, что у Бетси есть сестра.

Парень протянул мне папку с документами, и я начала читать. Пробежав взглядом по пухлому личному делу, заметила:

– Неудивительно. Бетси приехала в Кейптон уже после случившейся трагедии. По документам получается, что она начала учиться в Королевском юридическом колледже, а через год перевелась в Меррийский колледж магии. Возможно, хотела быть ближе к родителям после трагедии.

– Да… припоминаю что-то такое. – Кэлз наморщил лоб. – Отец Бетси получил назначение в Кейптон и приехал сюда с женой и дочерью, тринадцатилетней Дороти, она была прикольная, и я думал, что она старше. Вела себя, скажу прямо, не на тринадцать лет. Мы почти не общались. Я ее видел-то два-три раза до трагедии. А уже позже появилась Бетси. Она говорила, что заскучала по семье, хотя не думала, что когда-то может произойти подобное. И мы не настолько тесно общались, чтобы я задался вопросом, кто ее семья и почему она решила бросить учебу там и переехать сюда.

– Думаешь, она может быть причастна?

– Ну, если начистоту… – Кэлз задумался. – Бетси вряд ли умнее табуретки, да и магический резерв у нее таков, что ей бы и дальше продолжать обучение в Королевском юридическом колледже. Юрист, может быть, из нее вышел бы неплохой, но вот маг будет отвратный. Так что вряд ли. А вот Кэвин фо Рональд мог бы стать перспективным магом, если бы не погиб. Он был сильным менталистом и, пишут, очень хорошо ладил с животными. Его семья молилась на него, а после трагедии мать, старшая сестра и отец уехали из Кейптона в столицу. Больше про Кэвина ничего обнаружить не удалось.

Я поднял документы по членам его семьи, но толком ничего не нашел. В архиве хранятся данные только по тем, кто проживает и работает здесь, в Кейптоне. Слышал, что сестра вышла замуж и уехала в Эторию. Поэтому вряд ли кто из них может быть причастен к тому, что сейчас творится в городе.

– Элиса Лин была дочкой торговца, – продолжил парень, перейдя к следующему делу. – Красивая, умная, дерзкая. Она встречалась с Кэвином, поэтому и оказалась в нашей компании. У нее остались три старшие сестры и младший брат. Конечно, все может быть, но я слабо представляю, что они способны провернуть такое. Им всем нужно работать, жить… Да и почему сейчас? – Кэлз выразительно приподнял брови, показывая свое отношение к этим подозреваемым. – Ну и последний, Дилан Ройс – артефактор из трущоб, но сильный и умный. У него даже родных не осталось. За него могла мстить только банда Грейсона, но точно не сейчас. Если бы последовала реакция, то она последовала бы сразу же – три года назад.

– Да, это не в стиле артефакторов из трущоб. Они действуют более открыто. Подсылать таним они бы точно не стали, – согласилась я. – И все же действительно нам нужно искать не только в прошлом, но и в настоящем. Что-то связанное с этими семьями должно было произойти совсем недавно. Давай так, – предложила я. – Ты берешь девочек, я – мальчиков, и пытаемся найти все, что есть. По ним самим, по их семьям и друзьям. Кто, где, что сейчас делают. Процесс утомительный, но поможет сузить круг поисков. Где-то должна быть зацепка.

– А почему девочек мне, а мальчиков тебе? – удивился Кэлз.

– Ну, хочешь, поменяемся. – Я пожала плечами, но Кэлз только отмахнулся.

– Да без разницы. Просто я и так уже выбрал всю информацию, которую только нашел, – ничего нового.

Кэлз выглядел сосредоточенным, собранным. Из глаз исчезло затравленное выражение, и ничего не напоминало о том, что еще пару часов назад он был сильно расстроен. Про неудавшийся поцелуй парень тоже не вспоминал. Вел себя так, словно ничего не произошло. Я тоже не стала акцентировать внимание, предпочтя сохранить деловой тон общения.

– А в прессе искал? – поинтересовалась я.

– В местной – да.

– Ладно. У меня есть еще одна идея.

Я поднялась и направилась к центру зала, где было размещено голографическое полотно-поисковик – я пользовалась похожим, только меньших размеров, когда искала убийцу Брил. Магическая схема обладала целой разветвленной системой взаимосвязей. Поместив в центр имя и выходные данные из учебных дел, можно было получить очень многое. Обычно полотном пользовались, когда искали информацию по какому-либо городскому событию, но для поиска информации о людях оно тоже подходило. Пока Кэлз заканчивал изучать бумажные дела, я решила прогнать имена через поисковик. По Дилану не было ничего, кроме короткой строки в местной газете сразу же после его смерти. А вот информация, которая вылезла по Кэвину, заставила меня встрепенуться и позвать Кэлза.

– Ты что-то нашла? – поинтересовался он, вставая у меня за спиной.

– Ты даже не представляешь что, – ответила я, разворачивая перед ним схему, состоящую из обрывков статей, фоток и диаграмм. – Кэвин – жив.

– Как? – удивился парень и подался вперед.

– А вот так. Его родня уехала из Кейптона, но не прекратила искать сына, – пояснила я, стараясь не обращать внимание на то, что парень стоит слишком близко. Я даже чувствовала тепло его тела. – Специально обученные люди вели поиски более полутора лет и все же нашли. Но повезли не в Кейптон, а в Новарис. Как я поняла, фо Рональды платили за то, чтобы не было огласки. А буквально четыре месяца назад Кэвин с родителями вернулся, правда, не на Золотой пляж, а в спальный район Роз – не такой пафосный, но и не такой заметный. Причем я нашла заметку, в которой говорится, что когда парня нашли, а это через полтора года после случившегося, законник из Кейптона ездил… и разговаривал с Кэвином. Но все было сделано очень тихо. Записи этого разговора должны сохраниться в управлении. Думаю, Дерек сумеет их найти.

– Адрес есть? – настороженно поинтересовался парень.

– Нет, конечно. – Я пожала плечами. – Это же не справочник. Я нашла небольшую новостную заметку в информационном листе Новариса и так по мелочам.

– Думаешь, он вернулся в Кейптон, чтобы отомстить? – поинтересовался Кэлз.

– Пока это вкупе с его неординарными способностями выглядит самой реальной версией. Я вызываю Дерека.

– Пойдем! – Кэлз ухватил меня за локоть.

– Куда? – удивилась я и едва не выронила из руки жетон-визитку.

– Яд, ну ты прямо из архива собралась звонить своему законнику? – уточнил он.

Я вынуждена была признать его правоту. Подождала, когда Кэлз сдаст все документы, и следом за ним вышла на улицу, где удушливая жара уступала место прохладным сумеркам.

Но связаться с Дереком я не успела. Он объявился сам. Причем вышел он на нас через м-фон Кэлза.

– Давай, парень, – выдал законник. – Бегом сюда. Твоя спящая красавица с минуты на минуту очнется.

– Что? – удивилась я, подавшись вперед.

Дерек меня заметил, поприветствовал улыбкой и сказал:

– Ну и ты приезжай, раз уж рядом оказалась. Клэр просыпается. Надеюсь, получится услышать историю из ее уст.

Я замерла словно вкопанная. Новость ошарашила, и, похоже, не меня одну. Я наблюдала за тем, как меняется лицо Кэлза, и сердце снова упало в желудок. Парень побледнел и замер, а потом на его губах сверкнула улыбка, и он бросился к своей платформе. Честно сказать, я думала, что он про меня вообще забудет, но Кэлз все же остановился у двери и спросил:

– Ну ты как? На своей или на моей?

– На своей, – сдержанно отозвалась я и достала из сумки кристалл управления. Еще пока шла до платформы на негнущихся ногах, Кэлз умчался, а я устроилась на водительском сиденье, закрыла лицо руками и почувствовала, что ладони стали влажными.

Из-за парня я плакала в первый раз в жизни. Это было стыдно, но по-другому унять боль, сжимающую сердце в ледяной кулак, не получалось.