Часть 3 · Эта горькая сладкая месть

Я специально приехала не сразу следом за Кэлзом. Хотела выждать время и немного успокоиться. Зареванное лицо мне совершенно не шло, и я панически боялась, что кто-нибудь обратит внимание на мои покрасневшие глаза. Но в итоге я ничего не пропустила.

Когда придет в себя Клэр, ждали не только ее родители и Кэлз, но и законники – Дерек и еще какой-то незнакомый мне молоденький паренек. Поэтому народа в относительно небольшую комнатку набилось довольно много. Странно, что не было Марриса. Видимо, для того чтобы снять заклинание, его личное присутствие не требовалось.

Меня пустили без вопросов, и я застала самое интересное. Блондинка уже пришла в себя и, видимо, даже сориентировалась в пространстве, поэтому вела себя как обычно – скандально.

– Где этот мерзавец?! – Клэр вскочила с кровати и кинулась к выходу, отпихнув Дерека в сторону. Но наткнулась на Кэлза. В объятия ему она упала весьма показательно, заставив меня скрипнуть зубами.

– Стой! – попытался удержать ее парень. – Ты куда?

– Убивать Марриса!

– Клэр… – начал Кэлз, придерживая блондинку за локотки. – Он не хотел тебе сделать плохо. Он гад, но он тебя любит и пытался защитить…

– Да мне наплевать! – Клэр была возмущена. Глаза бешено сверкали. – Этот придурок… думаете, меня просто усыпил?

– А что он сделал? – поинтересовалась я, не сдержав любопытство.

– Он заставил меня почти неделю смотреть эротические сны! – Блондинка вспыхнула. – Причем придумывал их этот рыжий извращенец долго и со вкусом! Поэтому да! Я очень хочу его пришибить!

– Клэр… – Кэлз слегка встряхнул ее за плечи. – Маррис в больнице…

– Что? – Девушка отшатнулась и даже снова присела на кровать. – Его?.. – Она сглотнула и прикрыла рот руками.

– Его тоже хотели убить, но не успели, – пояснил Дерек. – Он наложил заклинание и заставил тебя уснуть, чтобы защитить. Не хотел, чтобы ты повторила судьбу Эстер или Расти. Мы можем с тобой поговорить?

– Так. – Она потерла руками виски и прикрыла глаза. Ее мать, которая до этого стояла в стороне и молчала, создавая впечатление не хозяйки дома, а наемной работницы, внезапно проявила активность и твердость. Подбежала и сказала тоном, не терпящим возражений:

– Видите, моя дочь расстроена. Она только что очнулась, а вы ее сразу же пытаетесь нагрузить разговорами! Это вредно! Так ведь, Томас? – обратилась она к лекарю, который собирал в стороне свои инструменты и бумаги.

Ответить он не успел, так как Клэр отстранила руку матери, обнимающей ее за плечи, и сказала усталым голосом:

– Я понимаю ваше желание поговорить со мной как можно быстрее и пойду навстречу. Просто всего свалилось слишком много. Мне необходимо немного прийти в себя, принять душ и переодеться, а то я как-то себя неудобно чувствую в домашнем платье среди толпы посторонних мужчин. Простите за излишнюю откровенность.

Где она нашла толпу, я не знала, но понять Клэр могла. Выглядела она после длительной комы не лучшим образом. И дело было не только во внешности, но и во взгляде. Девушка была напугана и дезориентирована. С лица исчезла надменность и уверенность в себе. Я не привыкла к такой Клэр.

Мне даже стало ее жаль. Проснуться по-человечески в кругу семьи и то не дали. Клэр ушла приводить себя в порядок, а нас проводили в малую гостиную на первом этаже и предложили кофе. Я разместилась за круглым столиком между Дереком и Кэлзом, а незнакомый мне законник встал в дверях. Его работе я совсем не завидовала. Если работу в управлении нужно начинать с этого, то, пожалуй, я присмотрю себе другую профессию. Пока ждали блондинку, молчали. Я изредка косилась на Кэлза, но он думал о чем-то своем. И подозреваю, не обо мне. Снова стало обидно. Я не могла его понять. Зачем он так со мной поступает?

Как ни странно, долго ждать Клэр не пришлось. Она присоединилась к нам довольно скоро и сейчас выглядела не как недавно очнувшаяся от долгого сна испуганная девчонка, а как настоящая светская львица. Ума не приложу, когда она успела сделать искусный макияж и уложить волосы. Обдав меня ароматом миндаля и персика, Клэр царственно уселась рядом с Кэлзом, а я сжала зубы, с неудовольствием поняв, что испытываю не что иное, как ревность.

Анализируя новые для себя чувства, я прослушала половину разговора. Впрочем, мне было не очень интересно, так как Дерек пересказывал Клэр то, что я уже слышала. Сама девушка только дополняла уже сказанное Маррисом.

– А тот убитый законник… – подала голос я, поняв, что хватит копаться в себе и анализировать никому не интересные эмоции. – Он как-то связан или случайная жертва?

– Какой законник? – нахмурилась Клэр, которая была не в курсе событий. Я печально вздохнула про себя, поняв, что и о кровавой бойне на вечеринке Марриса блондинка не знает. Но это уж пусть до нее доносит кто-то другой. Вон Кэлз, к примеру, все равно сидит и смотрит на нее с обожанием.

– После того как покушение на Марриса закончилось неудачей, был убит законник в отставке – Закис Ленар, – пояснил Дерек. – Это имя о чем-нибудь тебе говорит?

– Да. – Клэр кивнула, не задумываясь. – Закис Ленар – это законник, который приезжал на то дело. Он был самым первым и задавал много вопросов. Наверное, он докопался бы до правды, но ему хорошо заплатили.

– Почему я его не помню? – удивился Кэлз.

– Ты меня, конечно, прости, – фыркнула Клэр, – но ты всю дорогу до управления ехал высунувшись из окна платформы и радовал мостовые Кейптона своим обильным ужином, некогда дорогим алкоголем, побывавшим в твоем желудке, и скудным завтраком. Тебя абсолютно не интересовало, как звали законника. Тебе было плохо, и ты действительно не знал, что произошло. Это видели все, и тебя не трогали. Может быть, законники боялись, что тебя стошнит им на ботинки. А к управлению подъехали наши родители и сделали все возможное, чтобы ситуацию замяли.

Клэр заметила, какое жесткое выражение приняло лицо Дерека, и, слегка усмехнувшись, добавила:

– Не дергайтесь, господин законник. Ваш коллега был действительно честным парнем. Но на него давило начальство, и… все равно ничего уже нельзя было изменить.

В отличие от Марриса Клэр если и испытывала угрызения совести, то ни словом, ни жестом этого не показывала. Она вела себя несколько вызывающе, и это невероятно бесило. Впрочем, я достаточно хорошо ее узнала в последнее время и могла предположить, что за этой маской скрывается испуг и сожаление. Только она никогда и никому не позволит узнать это наверняка.

– И как вы, мисс, спите по ночам, после того как оставили на верную смерть детей?

– Очень серьезное обвинение, господин законник, – цокнула языком Клэр и даже чуть подалась вперед. И без того смелое декольте стало совсем уж неприличным. Она прекрасно это знала, но намеренно провоцировала Дерека. – Вы готовы высказать его официально?

Дерек нахмурился, но промолчал, а змеюка торжествующе улыбнулась.

– Но сегодня у меня хороший день, поэтому я отвечу, так и быть, на ваш вопрос. Я никого не оставляла на верную смерть, просто ничем не могла им помочь. И если бы задержалась, то погибла бы сама. Не думаю, что от этого стало бы проще жить родне умерших в трущобах детей. А моя смерть расстроила бы маму, папу и друзей. Поэтому я не чувствую своей вины в случившемся. Если бы я оказалась в той ситуации сейчас, я бы так же бежала сломя голову.

– Вы их туда привели, – припечатал Дерек. – И не сразу пошли к законникам.

– Если бы мы пошли ночью к законникам… да, может быть, обнаружили бы их тела. Но разве от этого кому-нибудь стало бы проще?

– Возможно, родителям, которые даже похоронить их не смогли по-человечески.

– Вы слишком сентиментальны для законника, – парировала Клэр. – А мы были молоды и напуганы.

– Так зачем пошли?

– Мы бывали там не один десяток раз. Все обходилось. И тогда… это была случайность! – выкрикнула девушка и сглотнула. В ее глазах мелькнула и снова исчезла боль. Клэр старалась быть сильной, но выглядела отталкивающе бесчувственной. Возможно, она того и добивалась, и делала это мастерски.

– Но кто-то не считает, что это случайность, – заметила я и заработала раздраженный взгляд. Впрочем, блондинка быстро взяла себя в руки.

– Да, и я не меньше вашего хочу узнать, кто это, – сказала Клэр. – И… – Она посмотрела внимательно на Дерека, взяла со стола блокнот и быстро вписала несколько имен. – Если вам интересно, кто еще находится в зоне риска, то вот.

– А родители?

– Нет. Они не в курсе. Они платили деньги за то, чтобы нас не таскали в управление и не проверяли наши слова. Что произошло на самом деле, мы не сказали никому. Только вот законник и судья, закрывший дело, и еще ряд чиновников, они могли докопаться до сути, но не стали. Я не думаю, что родители в зоне риска… ну мне так кажется. Но остальное – ваша работа, а не моя.

Девушка протянула листок с именами Дереку и поднялась, сказав:

– А теперь извините, слишком много всего для одного дня. У меня и так голова кругом. А потом, я узнала, что мой друг в больнице, поэтому… – она дернула плечом, – мне нужно его навестить и все-таки прибить. Кэлз, ты ведь съездишь со мной?

Парень нахмурился, помолчал, собираясь с мыслями, и наконец ответил:

– Я отвезу тебя. Но сам не пойду. Прости.

– Почему? – удивилась блондинка.

Ответ я слушать не стала, направилась к выходу, чувствуя разочарование, злость и тоску. На Марриса Кэлз обижался, а вот Клэр готов был простить все. И даже то, что она не чувствовала за собой вины, его ни капли не смущало. Убийства и то перестали его интересовать, ведь спящая красавица очнулась!

Я вылетела на улицу и только там вспомнила, что собиралась поговорить с Дереком. Дождалась его у платформы. Он не спешил, а увидев меня, очень удивился.

– Ты еще не уехала? – поинтересовался он и остановился рядом, засунув руки в карманы. – Думал, умчишься страдать в свою уютную норку.

– Не по чему страдать, – отрезала я, поджав губы. Очень надеялась, что Дерек поймет и не станет и дальше обсуждать тему. – Мы с Кэлзом нашли очень интересную информацию по одному из пропавших подростков.

– Да? – насторожился законник. – И какую же?

– Кэвин фо Рональд – жив.

– Это точно? – Мужчина выглядел ошарашенным.

– Да. – Я кивнула. – Должны быть записи в управлении. Полтора года назад его опрашивал один из законников Кейптона.

– Поехали в управление, – скомандовал мужчина. – Расскажешь по дороге! Мы должны найти его как можно быстрее!

Он бесцеремонно схватил меня за локоть и потащил к своей платформе, но я упрямо уперлась каблуками в плитку, которой была выложена площадка перед особняком Клэр, и завопила:

– Не-е, я на своей! – Мысль о том, что потом придется возвращаться сюда, чтобы забрать платформу, пугала.

– Ладно! – раздраженно отмахнулся он. – Давай быстрее! Не отставай. Я хочу услышать от тебя все подробности.

К тому времени, когда я добралась до управления, Дерек уже нашел старые дела и многое выяснил и без меня. Законник сосредоточенно грыз ручку, перекладывая материалы из одной папки в другую.

– Как они это пропустили? – удивленно поинтересовался он, когда заметил, что я остановилась возле его стола.

– Ну… – Я пожала плечами и предположила: – В ту сторону никто не смотрел.

– Да не скажи, – отозвался законник. – Смотрели, и еще как. Первое, с чего начинается дело, – это с поиска аналогичных случаев убийства. Здесь же в опросе Кэвина все это есть. Точнее… его тогда так и не удалось толком разговорить. В деле картинки и обрывки фраз. Парень немного двинулся головой и одичал.

– Известно, где он живет? – уточнила я, сгорая от нетерпения и любопытства.

– Да. – Дерек кивнул и захлопнул папку. – Мы сейчас туда едем.

– А я?

– А ты едешь домой и рисуешь красивые картинки. У тебя хорошо получается.

Дерек был сосредоточен и спокоен. Это буквально с ходу вывело меня из себя, и я возмутилась:

– То есть? Когда речь идет о том, чтобы найти недостающее звено, я нужна. А как все есть, то можно меня просто послать? Так нечестно! Я тоже хочу!

– Айрис, – устало вздохнул мужчина и провел рукой по короткому ежику темных волос. – Там может быть опасно. Ты это понимаешь? Мне бы очень не хотелось подвергать твою жизнь опасности, к тому же тогда, когда этого можно избежать.

– Я все понимаю. Но ты прекрасно знаешь, я в курсе, что такое опасность, и не буду высовываться. Обещаю. Возьмите меня с собой?

Дерек нахмурился, покосился на меня недовольно, но все же после некоторых размышлений разрешил:

– Только не смей лезть вперед. Сиди тихо в уголочке платформы и не проявляй никакую самодеятельность! Тебе понятно?

Я поспешно закивала и, словно щенок, поскакала следом за законником к выходу. На задержание мы отправились на двух платформах. На одной – мы с Дереком, и в другой – еще трое законников.

Район Роз был практически таким же дорогим и элитным, как и Золотой пляж, с одним отличием – здесь для полного счастья не хватало океана. Зато были великолепные парки, в которых росли розы всех цветов и видов. Их запах висел густым удушливым облаком, многие сюда перебирались именно ради него, но я не очень любила. Слишком приторный и тяжелый.

Платформы законников остановились возле высокого кованого забора, за которым росли плотные заросли розового кустарника. В глубине сада виднелся небольшой двухэтажный домик. Не такой роскошный, как у Клэр или Кэлза, но и не стандартное жилье для среднего класса. Впрочем, я прекрасно знала, что у семьи Кэвина есть деньги. Поэтому особнячок меня не удивил.

Калитка была слегка приоткрыта. Дерек, а следом за ним и остальные законники без стука или звонка плавно переместились в глубь двора.

Мне хоть и велели не высовываться, я все равно осторожно двинулась следом в хвосте процессии, внимательно изучая окружающее пространство.

Благоухающие, аккуратно подстриженные кусты, ровные, тщательно выметенные тропинки. Уютный дом благополучной семьи, даже странно, что тут мог обитать убийца. Впрочем, чему я удивляюсь? Норис фон Лифен с виду был образцом порядочности и респектабельности. Его тоже никто не заподозрил бы, если бы не мой талант и любовь мужчины к мелким трофеям. Если бы я не узнала его шейный платок, никогда бы не догадалась, что Норис фон Лифен мог быть как-то связан с Брил. И тем более мог ее убить. Тогда бы он до сих пор был на свободе… А я? Возможно ли, что в этом случае я была бы с ним?

Такие мысли я от себя отогнала. Во-первых, Норис фон Лифен в тюрьме и история не терпит сослагательного наклонения, а во-вторых, я не Брил. Я испытывала к нему симпатию, но не настолько. Все же слишком широка была пропасть, нас разделяющая. Даже шире, чем та, которая разделяет меня и Кэлза.

Отвлекшись на сторонние размышления, я проворонила тот момент, когда законник, идущий передо мной, резко остановился. Ойкнула и врезалась ему в спину.

Стало стыдно. Я пробормотала извинение и отступила, гадая, чем вызвано замешательство. Причина стояла чуть впереди на тропинке. Упитанная танима с лоснящейся шкурой, которая отливала на спине сине-зеленым, а на пузе желтым. Тварь стояла впереди, смотрела на нас немигающими оранжевыми глазами и не спешила нападать. Она то ли ждала чего-то, то ли просто с любопытством изучала непрошеных гостей. Сердце упало в желудок, и я испуганно сглотнула. Перед глазами стояла кровавая бойня на вечеринке.

Законники тоже подобрались. Несколько человек вытащили оружие, а Дерек сделал шаг вперед, обнажив мерцающий клинок. Похоже, снова назревала стычка. Я боялась только одного. Того, что тварь здесь обитает не одна.

Танима взирала заинтересованно. В ее огромных глазах с вертикальным зрачком застыло удивление и любопытство. Агрессии не было. Дерек даже замер, сомневаясь, стоит ли наносить удар по существу, которое не собирается нападать.

– Эдис! – раздался женский крик со стороны входной двери особняка. – Не трогайте его! Он безобидный!

Светловолосая женщина лет сорока бежала по направлению к нам по ступеням дома. Она была одета в легкое домашнее платье, волосы выбились из прически, а из рук она так и не выпустила пяльцы. Видимо, до нашего прихода она занималась вышиванием. Примерная аристократка, мать семейства. Вероятнее всего, мать Кэвина. Следующие слова женщины подтвердили мои догадки.

– Это питомец моего сына, – пояснила она. – Эдис совершенно безобидный, хоть имеет угрожающий вид. Кэвин привел его с собой из трущоб. Пожалуйста, не делайте ему больно.

– Безобидный? – Дерек даже поперхнулся, но оружие все же убрал. – А вы знаете, что именно такие твари совершили несколько зверских убийств, потрясших Кейптон?

Женщина замолчала и помрачнела, а потом отстраненно, но очень уверенно сказала:

– Но ведь и люди тоже бывают разными, это не повод судить обо всем виде. Поступки отдельных личностей могут быть ужасными, но это ничего не говорит об обществе в целом.

– Возможно. – Законник не стал спорить, но на таниму смотрел подозрительно. Тварь сейчас плюхнулась на внушительных размеров зад и пыталась поймать передней лапой подрагивающий хвост, как собака.

– Мы бы хотели поговорить с вашим сыном, – сообщил Дерек наконец, отвернувшись от танимы. – И пожалуйста, постарайтесь держать свое домашнее животное взаперти. Хотя бы какое-то время. Это в ваших же интересах. У меня еще будут к вам вопросы и по поводу зверюшки тоже. Мы обязаны точно проверить, всегда ли она такая мирная и где находилась во время убийств.

– Эдис не выходит за пределы двора. У нас везде жучки-следилки. Так что можете проверить. А мой сын на заднем дворе. Но… – Женщина замялась. – Кэвин… он особенный мальчик. Он сильно изменился после того случая. Ему с животными лучше, чем с людьми. Мне бы не хотелось, чтобы вы на него давили.

Дерек, кивнув, отправился по тропинке, а я повернулась к женщине и поинтересовалась:

– Как давно вы вернулись в Кейптон?

– Месяца четыре назад. Несмотря на трагические события, Кэвину хорошо именно здесь, вдали от столичной суеты, – пояснила она и спросила с изрядной долей утверждения в голосе: – Они думают, будто он причастен к убийствам? Так ведь?

Я, понимая, что нельзя разглашать тайны следствия, пожала плечами и заметила:

– Убили несколько человек. Они все были так или иначе связаны с трагедией, в которой погибли друзья Кэвина и пострадал он сам.

– Кэвин – не такой! – сказала она с горячностью, присущей любой любящей матери. – Он не способен на зло. Посмотрите на Эдиса! Разве питомец, о котором заботится мой сын, способен убить?

– Не знаю, – честно ответила я. – Давно не верю первому впечатлению, которое производят люди или явления. Да и второму не верю.

Я, чувствуя себя неловко, повернулась к женщине спиной. Со стороны внутреннего дворика Дерек уже вел, придерживая за локти, молодого, очень худого парня с потерянным взглядом. Рыжие растрепанные волосы, светлые глаза и бледная кожа – убийцу я представляла себе не так. В молодом человеке было еще очень много очаровывающей беззащитной детскости.

– Куда вы его? – испуганно подалась навстречу его мать.

– Леди фо Рональд – уверенно сказал законник. – Не стоит. Мы просто поговорим с вашим сыном в более спокойном месте.

– Он не может… слишком боится других людей! Он болен!

– Медицинское заключение говорит об обратном, – категорично заявил Дерек, а танима, которая до этого момента просто молча взирала на незнакомых людей, внезапно подобралась и зарычала.

Законники приняли боевую стойку, а я внутренне напряглась. Но Кэвин лишь взглянул в сторону животного и тихо шепнул какое-то слово, которое я не разобрала, и танима, понурив голову и поджав хвост, отступила в розовые кусты. Она беспрекословно повиновалась приказам хозяина, и если предположить, что тварей у Кэвина было больше, чем одна, и некоторым он отдал приказ убить… тогда да, убийца он.

По крайней мере, я больше не встречала людей с его способностями.

Кэвина, который выглядел обреченным, увели к платформе. Дерек передал его двум своим коллегам, а сам обратился к леди фо Рональд, которая стояла возле входа в дом и рассеянно гладила по голове притихшую таниму:

– Вы можете приехать в управление?

– Это не он! – почти крикнула женщина, с мольбой вглядываясь в холодные глаза Дерека. – Вы понимаете это?

– Пока… – Дерек сделал ударение на это слово, – все против него. У вашего сына есть мотив и есть… – он показал на таниму, – орудие.

Я смотрела на женщину, по щекам которой текли слезы, видела ее беспомощность и понимала – так гадко я себя не чувствовала никогда.

Я сдержанно попрощалась и направилась следом за Дереком к выходу. Там замерла возле платформы и попыталась немного прийти в себя.

– Что? – уточнил законник. – Все не так просто, как тебе виделось раньше?

– Я не верю в его вину. – Я покачала головой и не ответила на вопрос. – Он…

– Айрис, не все убийцы законченные расчетливые мерзавцы. Иногда потерянные, запутавшиеся дети совершают проступки. Позволяют эмоциям и гневу взять верх… а все остальное время продолжают оставаться любящими сыновьями, талантливыми волшебниками и просто неплохими парнями, но это не умаляет чудовищности их поступков. Чаще всего в жизни бывает именно так. Поэтому задержание – это всегда нелегко, а допрос еще сложнее. Ты уже сочувствуешь парню, а ведь он еще даже не начал говорить.

– Не уверена, что хочу услышать.

– И правильно. – Дерек кивнул. – Я давно сказал, что тебе лучше идти домой. Ты ведь в курсе, что завтра будет сложный день?

– А что будет завтра? – уточнила я, понимая, что в голове вакуум и я вообще смутно представляю, что мне завтра надо сделать и где быть.

– Завтра день траура, прощание с погибшими. Вся церемония будет проходить в колледже. Думал, ты не захочешь пропустить.

– Точно! – Я устало прикрыла глаза, недоумевая, как могла об этом забыть.

– Поехали. Хочешь, я тебя подвезу до дома?

– Нет. – Я покачала головой. – Предпочту забрать свою платформу у управления, иначе за ней завтра придется ехать специально.

Несмотря на то что я очень сильно устала и мечтала поскорее лечь спать, все же была слишком расстроена, чтобы сразу же ехать домой, поэтому нарезала круг по Золотому пляжу. Привела в порядок мысли, поняла, что меня все равно не оставляют сомнения, и поехала в сторону дома, планируя перед сном немного порисовать. Что-то в этой истории не давало покоя. С одной стороны, все складывалось очень удачно, куски пазла вроде бы подходили друг к другу безупречно, но создавалось впечатление, что есть что-то за границей моего понимания. Какого-то куска не видели ни я, ни Дерек.

Когда повернула на свою улицу, с неудовольствием заметила у ворот платформу Кэлза. Ну а этот-то что тут забыл? Сидел бы со своей спящей красавицей и оставил меня в покое! Сейчас совершенно не хотелось общаться с парнем. Слишком противоречивые чувства я к нему испытывала, и слишком больно было понимать, что он принадлежит не мне.

– Находить мужчин на своем шезлонге каждый раз, как возвращаюсь домой, похоже, это моя карма. – Заметила я, подойдя поближе, и остановилась, недовольно разглядывая длинные, вальяжно вытянутые ноги в узких светлых штанах. Кэлз даже успел заехать домой переодеться.

– Все возможно, – лениво согласился парень и отставил в сторону бутылку с шампанским, которое пил прямо из горла.

– Скажи мне, пожалуйста… – Я уперла руки в бока и с неудовольствием перевела взгляд на чрезмерно довольное лицо Кэлза. – У тебя есть повод пить шампанское во дворе моего дома? Вам тут всем медом, что ли, намазано?

– Ну… – протянул он. – В общем-то, да. Клэр вышла из комы и готова дальше радовать мир своим дурным характером. Маррис идет на поправку. Благодаря твоим усилиям поймали убийцу. Как видишь, поводов даже несколько. Выбирай, какой тебе нравится больше.

– Честно? – Я приподняла бровь и ухмыльнулась: – Ни один. Маррис – мерзавец, и за его здравие я точно пить не буду. Он и без моих тостов замечательно выкарабкался с того света на одном поганом характере. А за возвращение Клэр пил бы с Клэр, – это я буркнула совсем недовольно, но бутылку у парня все же отобрала и сделала глоток. Шампанское было теплым, но все равно хорошим. У Кэлза был великолепный вкус и на спиртное тоже.

– Яд, если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ревнуешь… – хитро протянул он, заставив меня подавиться. Я действительно ревновала, но никогда и ни за что бы не призналась.

– Нет. Не льсти себе. Просто очень устала и поэтому пребываю в дурном настроении. Я мечтала лечь спать, когда приеду. Это желание преследует с того момента, как ты привез к моей калитке зареванную Клэр.

– Знаю, что ты сегодня устала и не в духе. – Парень улыбнулся. – Это потому, что ездила на задержание.

– Я даже не спрашиваю, откуда ты в курсе всех событий, но да. И знаешь… – Я задумалась. – Не верю в то, что Кэвин убийца. Он слишком не от мира сего. Не подходит на роль кровожадного мстительного маньяка. Слишком мягкий и потерянный. Мальчик-ботаник.

– Норис тоже не был похож на убийцу. – Кэлз отобрал у меня бутылку и сделал большой глоток. С лица парня исчезла беспечность, но он очень быстро взял себя в руки и снова улыбнулся – вполне открыто и искренне. Я в очередной раз поразилась его умению контролировать свои эмоции. – А так… мало ли идиотов и психов? – поинтересовался он. – Не загружайся, Яд. Все закончилось, и ты сделала для этого очень много. Из тебя выйдет хорошая законница.

– Кэлз, меня не допустят к защите без научного руководителя. Поэтому… ну, разговор ни о чем. Да и не уверена я, что это мое призвание.

– Яд, – серьезно заметил парень. – Я сделаю все, чтобы у тебя была возможность защититься.

– Давай не будем сегодня об учебе, – отмахнулась я, не представляя, чем он может помочь. – Сегодня я законницей точно наработалась. Ни о чем не хочу думать.

– Я тоже не хочу ни о чем думать, – согласился Кэлз. – Поэтому и захватил бутылку шампанского. Давай не будем думать вместе? Это значительно интереснее, чем тем же самым заниматься в одиночку.

– И все же почему ты сейчас не у Клэр? Она ведь только очнулась. – Этот вопрос не давал мне покоя. Я должна была знать, прежде чем расслабиться и пить с ним шампанское дальше. Впрочем, кого я обманываю? Расслабиться с Кэлзом не получится никогда. Как только я хотя бы чуть-чуть забудусь, тут же упаду в его объятия. А это совершенно неправильно.

– Ага. Очнулась. – Кэлз заулыбался, и мне стало завидно. Обо мне с такой улыбкой он не говорил никогда. – Поругалась с Маррисом и отправилась отдыхать. Это же Клэр! И почему ты считаешь, что я всегда должен быть с ней, Яд?

– Ну не знаю… – Я пожала плечами и слегка отвернулась. Вообще, умнее было бы задать все интересующие меня вопросы прямо, но я не могла, поэтому просто пила шампанское из горла, стараясь не думать о том, что буквально секунду назад горлышка касались его губы. Интересно, почему сам Кэлз не расставит все точки? Не считает нужным выбирать между мной и ею?

– Ты в курсе, что занятий не будет? – поинтересовался он, не подозревая о моих мыслях, и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Церемония прощания в два часа дня. Вид торжественный и строгий. То твое черное платье… – Он мечтательно закатил глаза. – Тебе оно чертовски идет.

– Я уже передумала его надевать, – фырк-нула я, хотя от слов Кэлза потеплело в груди.

– Вот скажи мне, Яд… – Он присел на шезлонге и повернулся в мою сторону, вдруг в один миг оказавшись слишком близко. – Чего ты хочешь?

– Спать… – ответила я не задумываясь, заставив парня на миг напрячься. В его глазах мелькнула и снова испарилась злость. Он улыбнулся, показывая, что понял мою иронию, но покачал головой:

– Нет. Так не пойдет. Ты прекрасно знаешь, что именно я имел в виду.

– Тогда ты неправильно задал вопрос, – отреагировала я, понимая, что и дальше отшучиваться не выйдет. – Нужно было спрашивать: «Чего я не хочу».

– Меня? – горько усмехнулся Кэлз.

Проще всего было бы ответить утвердительно, но я не могла врать в лицо. По крайней мере, не любила. Да и несправедливо это по отношению к человеку, который рисковал из-за меня жизнью.

– Я не люблю, когда со мной играют в игры, правил которых я не знаю…

– Увы… – Он наклонился ниже, вглядываясь в мои глаза. – У некоторых игр нет правил. Либо ты играешь, либо – нет.

– Поэтому я и стараюсь держаться в стороне.

Наш разговор был странным, но почему-то мне дико нравился. Я словно стояла на острие ножа.

– Не очень-то получается… – очень тихо заметил Кэлз. От хриплого ласкающего голоса по спине побежали мурашки.

– Да, потому что ты всегда рядом, – ответила я слишком грубо, злясь на то, что снова поддаюсь его очарованию.

– Хочешь, чтобы я ушел? – спросил он слишком серьезно, а я впервые задумалась по-настоящему. Хорошо ли мне было совсем без него? Скучала ли я? И поняла, что очень не хочу его отпускать. Мне жизненно необходимо, чтобы он был рядом или хотя бы маячил где-то на горизонте.

Видимо, терзания отразились у меня на лице, потому что Кэлз усмехнулся. Только усмешка вышла горькая.

– Видишь, Яд, ты сама играешь и тоже в игру без правил… и она еще менее честная, чем моя. Ты – одна большая нерешимая загадка.

– Ты не пытался разгадать. – Я покачала головой и отвернулась, чтобы скрыть слезы в уголках глаз, а Кэлз поднялся и направился к выходу.

– Пытался… и даже несколько раз казалось, что у меня почти получилось, но именно тогда ты мне показывала на дверь. Я сам не понимаю, чего еще жду. Если я тебе не нужен, может быть, ты уже отпустишь меня?

– А разве я держу? – Слеза скатилась по щеке. – Я никогда тебя не держала.

– Это тебе так кажется. – Он развернулся и присел рядом со мной у шезлонга. Осторожно вытер слезу. – Не плачь. Если ты меня не держишь, то почему же я не могу уйти?

– Не знаю… – Я уже плакала, не в силах остановиться. Чтобы не выглядеть совсем уж жалкой, обняла его за шею и уткнулась носом в воротник рубашки, пахнущей знакомой туалетной водой, от которой кружилась голова.

Кэлз вздохнул и присел рядом. Шезлонг возмущенно застонал, и парень, выругавшись, встал, поднял меня на руки и понес в сторону дома, не обращая внимания на мои слабые возражения.

Я испуганно дернулась у него в руках, но он пресек мои попытки вырваться словами:

– Ш-ш-ш, тише. Некоторые обещания я не нарушаю.

Я не стала уточнять какие. Он принес меня на диван и, сгрузив на подушки, присел рядом, притягивая меня к себе.

– Почему все так сложно? – спросил Кэлз и откинул мне с лица волосы.

– Сама задаю себе этот вопрос, – отозвалась я, сильнее цепляясь в его рубашку. Сидеть так, прижавшись к его плечу и обняв обеими руками за талию, было очень уютно. Под моей щекой гулко билось сердце. Если скользнуть ладонями вверх-вниз, можно почувствовать подушечками пальцев рельеф его тела. Хотелось большего. Кружащих голову поцелуев, сводящих с ума прикосновений, его страсти, но Кэлз лишь придерживал меня за плечи и осторожно изредка целовал в макушку, а я понимала: если сейчас сдамся и поцелую его, возможно, уже завтра он окажется от меня так далеко, что, даже находясь рядом, я буду чувствовать разделяющую нас пропасть. А может быть… оно того стоит?

Я, не отдавая себе отчета в том, что делаю, медленно скользнула рукой от пряжки ремня вверх к груди и сильной шее. Кэлз резко выдохнул и чуть сильнее сжал мое плечо, а я замерла, понимая, что мне это очень нравится – балансировать между «да» и «нет». Дразнить его и в то же время делать вид, будто это все случайность и я не понимаю, что творю. Какое-то время моя рука лежала неподвижно на том месте в центре груди, где особенно хорошо прослушивается учащенное биение сердца. Как только ритм выровнялся, я повторила ласку, но уже в обратном направлении. У ремня брюк Кэлз перехватил мою руку и тихо сказал:

– И после этого ты говоришь, что не играешь, Яд? Ты хоть понимаешь, что творишь со мной?

Он отодвинулся и поднялся с дивана, оставив меня одну. Сразу стало грустно и холодно.

– Ты обижаешься, если я провоцирую тебя, – шепнул он, наклонившись прямо к моим губам. Я чувствовала его теплое дыхание и видела лицо очень близко. Так хотелось, чтобы он поцеловал, что я даже подалась вперед, но в последний миг парень снова отстранился, и я чуть не выругалась от неудовлетворенного желания. – Но сама играешь со мной с удовольствием, – припечатал он. – Яд, я согласен уйти от тебя подальше и даже не появляться на горизонте. Я согласен остаться друзьями и не претендовать на большее. Но я очень тебя прошу, не нужно меня дразнить, давать надежду, а потом отталкивать. Тебе не кажется, что это не совсем честно?

– А ты ведешь себя честно? – горько усмехнулась я, чувствуя, что скоро снова разрыдаюсь.

– С тобой – да. – Кэлз развернулся и пошел к двери.

– Не получилось со мной, идешь к Клэр? – Глупая фраза, которая заставила меня себя возненавидеть. Я никогда не вела себя словно ревнивая истеричка. Ни с кем. Особенно с тем, кто мне не принадлежал.

– Яд. – Кэлз резко развернулся. – Я не понимаю тебя. Ты хочешь остаться друзьями, но готова растаять в моих объятиях и ревнуешь к Клэр. Тебе не кажется это странным? Разберись сначала в себе, в своей голове, с Дереком и собственными желаниями, а потом обвиняй меня. Твое умение в любой разговор вплести Клэр меня вообще удивляет. Ты думаешь о ней значительно чаще, чем я. Поверь! – буркнул он и стремительно вышел.

Я хотела кинуться следом и попросить прощения. Но, конечно же, не стала. Потому что пока я не могла исправиться и не играть с ним. Не получалось отпустить его от себя, но и разрешить приблизиться было сложно. От этого я чувствовала себя невероятно гадко. Даже рисовать не хотелось.

Я свернулась калачиком прямо тут, на диване, и заснула, уткнувшись носом в подушку, возле которой сидел Кэлз. Она до сих пор хранила его запах.

А с утра под кофе я все же взяла в руки карандаш и начала рисовать. На листке плотной бумаги появилась та же паутина, на которой еще осталось свободное место для жертвы, и на заднем плане Кэвин. Только вот нити, которыми были оплетены жертвы, шли не к нему в руки, а в лапы паука, который и олицетворял убийцу-кукловода. Вместо морды или лица у паука было белое пятно.

Мое подсознание было согласно с интуицией и тоже считало, что Кэвин не убийца. Я отложила в сторону рисовальные принадлежности и задумалась. До двух часов было еще много времени, поэтому я собралась, накрасилась, надела все же то платье, которое хотел на мне видеть Кэлз, и перед церемонией решила заехать в управление к Дереку. С Кэвином должны были уже поговорить. Может быть, он рассказал что-то интересное? То, что прольет свет на убийства? А потом, законник просил показывать ему мои рисунки, рисовала я сейчас нечасто, но вот сегодняшняя картина казалась весьма интересной.

Вид у меня был излишне официальный и торжественный для нанесения рабочего визита, но времени переодеваться два раза у меня не было, пришлось ехать так.

Не знаю, с чем это связано, но столько платформ на улицах Кейптона я не видела давненько, поэтому добиралась дольше, чем планировала. Времени осталось в обрез. Только забежать, быстренько узнать новости и мчаться в колледж.

В управлении я произвела фурор, так как выглядела словно девушка, которая собралась на светский прием. Я преодолела людный коридор с гордо поднятой головой, остро ощущая нехватку нижнего белья. Зато осанку держала как настоящая леди. За спиной перешептывались, и я пару раз услышала весьма неприятное: «Любовница заявилась к Дереку выяснять отношения». Я проигнорировала язвительные замечания, но лица молодого парня и девчонки-стажерки на всякий случай запомнила.

Дерека на месте я не застала, что ввергло меня в печаль. Его помощник сказал, что законник на допросе и освободится «ну… наверное, когда-нибудь», я вздохнула, печалясь о потерянном времени, но ждать было уже некогда, поэтому положила на стол законнику рисунок и направилась в сторону выхода, где на лавочке застала заплаканную леди Рональд, мать Кэвина. Увидев меня, она встрепенулась и сделала шаг навстречу.

– Я ничего не знаю, – поспешила откреститься я и даже отступила на шаг. Подозревала, что расстроенная мать захочет услышать от меня хоть что-то. – Поговорить с законником, ведущим дело вашего сына, не получилось. Он занят.

– Кэвин не виноват. – Она с некоторым вызовом посмотрела мне в глаза. – С ним наш адвокат, в силы которого я верю больше, чем в свои. Но того, кто сделал это… нужно обязательно найти. Иначе на репутации моего сына навсегда останется несмываемое пятно.

– Умение вашего сына редкое, почти уникальное, и это играет против него, – сказала я. – Если вы знаете, кто еще обладает таким же даром, скажите законникам. Это облегчит им работу. Я тоже не очень верю в вину Кэвина. Но вряд ли мое мнение является важным. Меня никто не будет слушать, если доказательства будут против него.

– Его отец обладает таким же даром, но он вне подозрений. Его сейчас даже в городе нет – длительная командировка. Он в море.

– А друзья? Кэвин с кем-нибудь общался?

– Нет… – Женщина покачала головой. – К нему только одно время заходила девушка…

– Девушка? – насторожилась я и уточнила: – Блондинка?

– Нет, темненькая, как и ты.

– Расскажите об этом Дереку! Это законник, который ведет дело, – скомандовала я. – Обязательно. Вдруг она – ключ ко всему.

– Но это просто девушка… – неуверенно сказала женщина. – Милая, воспитанная. Она единственная не шарахалась от Эдиса. А так даже прислуга не вся соглашается работать в доме.

– Тогда думайте дальше. Потому что если выяснится, что нет никого, кто может повелевать танимами… значит, в смертях виноват ваш сын.

Наверное, мои слова прозвучали излишне жестоко, но они были правдивы. Возможно, подольше пообщавшись с матерью Кэвина, я бы узнала больше полезной информации, но время поджимало. Опаздывать было нехорошо, поэтому я гнала как никогда и все же успела затормозить у Меррийского колледжа магии буквально за десять минут до начала церемонии прощания. Проскочила мимо охранника, цокая каблуками, словно подкованная лошадь, и внеслась в переполненный зал.

Тут царила гнетущая атмосфера. Я даже запнулась на входе и резко затормозила – неуместно было нестись с бешено горящими глазами и волосами назад. Это смотрелось бы в высшей степени неуважительно по отношению к погибшим.

Гробы с телами однокурсников стояли в центре зала, заваленные цветами. Можно было подойти и попрощаться, но я не успела, да и не горела желанием. Устроилась на свободном месте где-то в последнем ряду, между двух девчонок-первокурсниц, которые взирали на меня с ужасом. Видимо, слава до сих пор шла впереди меня.

Кэлз ожидаемо сидел возле Клэр где-то впереди, сразу за рядами, которые заняли родственники погибших. Как ни странно, на церемонии присутствовал даже Маррис со своей черноволосой медсестричкой. Похоже, рыжего выпустили из больницы. Были так уверены в том, что убийца больше не появится? Может, и мне уже стоит успокоиться и перестать искать подвох там, где его нет?

Речи, звучащие из уст руководства колледжа и приглашенных политиков, были шаблонными и заставляли меня скрипеть зубами. Не были погибшие героями и надеждой нации не были. Они просто несчастные девчонки и мальчишки, которые пришли развлечься, а попали в мясорубку и погибли. Глупо и жестоко. Ничего героического в их смерти не было. От рыдания матерей в первом ряду сжималось сердце, и очень скоро я позорно сбежала. Такие мероприятия я переносила с трудом. Я разместилась в холле первого этажа на подоконнике – мое любимое место в колледже, по которому я буду скучать.

Тут было тихо и спокойно. Я прекрасно знала, что будет происходить в зале дальше. На сцену выйдет жрец, его магия окутает тела погибших, и больше никто их не увидит, зато на уже подготовленных могильных камнях на местном кладбище появятся символы – даты жизни и смерти.

Какое-то время сидела в одиночестве. До конца церемонии зал покинули я и еще несколько таких же слабых духом. Основная масса начала выходить группками уже после завершения церемонии. Кто-то рыдал, кто-то был совершенно спокоен. Я же чувствовала, что настроение на нуле, – слишком хорошо помнила саму трагедию, чтобы остаться ко всему совершенно равнодушной, но, с другой стороны, у меня не было среди погибших друзей или хотя бы тех, кого я хорошо знала.

В толпе я искала одного конкретного человека – Кэлза и заметила его издалека, а он меня нет. Парень остановился в компании Клэр, которая цеплялась за его локоть, Бетси и Марриса с его новой пассией. Сердце ухнуло вниз, и я готова была сдаться. Но потом поняла, что такое поведение не в моем духе и вообще очень глупое.

Я долго решалась, но потом все же направилась в сторону парня. Это было непросто. Я никогда не шла с ним на контакт первой, если, конечно, он мне не нужен был по делу. Сейчас я тоже преследовала не одну цель, а несколько. Не знаю, чего хотела больше – проверить его, досадить Клэр или все же попросить прощения.

– Привет. – Я остановилась рядом с компанией и заработала недовольный взгляд Бетси.

Блондинка уже открыла рот, чтобы возмутиться, но вовремя его захлопнула, так как больше никто язвить не спешил. Клэр смотрела с вежливым интересом, Маррис с легкой иронией, его кукла вообще взирала как на живую звезду. Мне даже неудобно стало, а в глазах Кэлза я прочитала радость и еще что-то непонятное, но от чего на душе становилось тепло.

– Кэлз… – слова застряли в горле. Прилюдно извиняться я не привыкла. – Хочу попросить у тебя прощения. Вчера была не права и вела себя не лучшим образом.

Я ожидала в ответ язвительности, в крайнем случае великодушное «ничего страшного», но парень снова удивил. Отступил от Клэр, взял меня за локоть и шепнул:

– Пошли.

Я повиновалась беспрекословно, скорее от удивления, и успела уловить недовольно-задумчивый взгляд Клэр. «Ну прости, блондинка, – пронеслось в голове, – сегодня его вниманием завладела я». И это было приятно, хотя совершенно мне не свойственно.

– Куда мы? – поинтересовалась я, позволяя приобнять себя за талию и не испытывая дискомфорта по этому поводу. Наоборот, от души отлегло. Парень на меня если и злился, то вчера и несильно.

– В столовку, – ответил Кэлз и, поймав мой удивленный взгляд, пояснил: – Я не виноват, что это единственное место, где можно попить кофе и спокойно поговорить в колледже. Или… – он лукаво улыбнулся, – ты говорить не хочешь? Сказала все, что планировала?

– Пожалуй… – я выдержала паузу и взглянула на него с хитрой усмешкой, – я хочу выпить кофе…

– Вот и отлично.

Мы выбрали столик у окна и разместились. Кэлз принес два стаканчика кофе сомнительного качества. Понюхал и, сморщившись, устроился на стуле напротив меня. Я крутила в руках стаканчик, молчала и не знала, что еще сказать. Просто не привыкла к таким разговорам и не могла понять, как воспринял Кэлз мои слова, поэтому собралась с духом и уточнила:

– Знаешь… я попросила прощения, но… не уверена, что смогу не дразнить. Наверное, тебе стоит просто не подходить ко мне. Во избежание.

– Мне нравится, что ты не можешь не дразнить меня. – Он неожиданно улыбнулся. – Это значит – тебе не все равно. Меня этот факт неизменно радует.

– А я бы хотела быть свободной от этих эмоций. Честно.

– Знаешь, Яд, мы не всегда получаем то, что нам хочется, – непривычно серьезно отозвался парень.

– Сказал Кэлз фо Агол, который всегда добивается своего! – Я фыркнула.

– Как показывает практика, далеко не всегда. И это меня ввергает в тоску. – Кэлз пожал плечами и внезапно уточнил, сменив тему: – Что ты делаешь сегодня вечером, Яд?

– Ну… если и правда все закончилось… – не совсем уверенно отозвалась я, – то буду сидеть на террасе и пить шампанское. С клубникой. Я видела на рынке огромную клубнику и поняла, что не ела ее почти год.

– Пить шампанское в одиночестве? Это неправильно, или у тебя есть тот, кто составит тебе компанию?

– Даже не знаю… – Я снова начала его дразнить и испытывала от этого дикое удовольствие. – Я постоянно у своего дома нахожу разных мужчин…

– И тебе без разницы, кто именно окажется там сегодня вечером? – В шутливом тоне несложно было уловить очень серьезные нотки. Это был тот вопрос, на который отвечать стоило осторожно. Та грань, за которой травить не нужно.

– Не совсем. В последнее время мне больше нравятся блондины.

– Я приеду к тебе, Яд. И мы будем пить шампанское с клубникой. Только, всех богов ради, оставь за мной право выбора спиртного.

– Полагаюсь на твой вкус, но… – Я на миг стала серьезнее. – Ты знаешь мой характер… я боюсь подпустить тебя к себе ближе, но мне нравится тебя дразнить… увы.

– Я долго думал… и понял одну вещь – мне тоже нравится, когда ты меня дразнишь. Но только не заигрывайся, Яд, я могу не выдержать…

– И что тогда будет? Просто мне лучше знать заранее.

– Представления не имею. И не хочу об этом думать. – Он смотрел серьезно. – Пока я согласен на шампанское на берегу океана, и все. Я не тороплю тебя.

– Я боюсь стать твоей игрушкой… – призналась я. – Очень боюсь.

– Тогда наши опасения очень схожи. Заметь, пока играешь ты.

Ответить не успела. Визг был настолько громким, что я даже подпрыгнула. Доносился он откуда-то со стороны второго этажа, где располагались кабинеты администрации. Мы с Кэлзом вскочили одновременно и кинулись бежать. На лестнице перескакивали через три ступеньки, но примчались одними из самых последних. Спиной к директорскому кабинету прислонялась изрядно позеленевшая леди Брисса. Ее необъятная фигура закрывала полностью всю дверь – видимо, чтобы не пропустить никого из любопытствующих.

– Что случилось? – спросил Кэлз у Марриса, который тоже побледнел, но пытался держаться бодрячком.

– Убили какого-то чинушу… – голос парня дрогнул.

– Какого-то? – уточнила я, подойдя поближе и попытавшись поймать бегающий взгляд Марриса. – Или того, кто был в списке Клэр?

– Ну да! Он был в списке! – огрызнулся парень. – Но непонятно, кто и как его убил! Может, сам преставился? А леди Брисса просто перепугалась на пустом месте.

– Ты искренне веришь, будто его убили как-то иначе? – фыркнула я, понимая, что оказалась права. Убийца – не Кэвин. Он, конечно, мог заранее спланировать и это убийство, но верилось с трудом.

Рыдания леди Бриссы становились громче, и из обрывков фраз, которые заместительница выдавала подбежавшему директору, я поняла – чиновника убили так же, как и остальных, – много крови и выпотрошенное тело.

Нужно срочно сообщить Дереку, поняла я и, резко крутанувшись на каблуках, направилась к лестнице.

– Яд, ты куда? – крикнул мне вслед Кэлз, порываясь бежать следом.

– Сообщить Дереку! – бросила я через плечо.

– Законников вызвали, – сказал Маррис, но я отмахнулась:

– Мне нужен свой, личный законник.

Я выскочила в коридор первого этажа, который почти опустел после церемонии, остановилась у окна и достала жетон-визитку, но прежде чем успела совершить вызов, заметила, как у главного входа притормозили две платформы законников, а следом за ними знакомая, черная Дерека.

Мужчина из нее буквально вылетел, хлопнул дверью и помчался в сторону колледжа. Причем вид законник имел для него нетипичный – суетливо-бешеный, своих лениво топчущихся у транспортных средств коллег он обогнал и только что-то гаркнул через плечо. Я спрятала визитку в сумочку-клатч и стремительно направилась к выходу, намереваясь перехватить мужчину у дверей.

Тихие голоса услышала в пустом коридоре, ведущем в сторону кухни, и невольно замерла, прислушиваясь. Все же любопытство родилось раньше меня.

– Куда ты меня ведешь, Бет? – Клэр была то ли пьяна, то ли под мэджем. Я отступила в темную нишу в стене и заметила двух девушек, двигающихся в сторону запасного выхода. Клэр мотало так, словно она выпила все запасы спиртного из своего бара, а вот Бетси была, судя по ровной походке, трезва, и она упорно тащила слабо сопротивлявшуюся подругу к кухонной двери.

Я замерла, решая, что делать: следовать за девушками или идти навстречу Дереку. Но подумала, что Дерек уже в курсе случившегося и ближайшее время ему все равно будет не до меня, поэтому после недолгих размышлений отправилась следом за Бетси и Клэр, стараясь, с одной стороны, не выдать своего присутствия, с другой – не потерять их из виду.

Клэр была невменяема, а Бетси просто не обращала внимания на то, что творится вокруг, поэтому меня не заметили. Нужно было только идти осторожно на цыпочках, чтобы не цокать каблуками. Мы прошли через кухню, и я следом за девушками вышла на задний двор. Спряталась за дверью и увидела, что Бетси довольно грубо загружает Клэр в припаркованную платформу. Причем платформа была не новая, обшарпанная, неприметного серого цвета и с большим багажником – такой обычно используют для перевозки строительных материалов. Подобные платформы пользовались бешеным спросом у мелких фермеров.

Я уже готова была вмешаться в ситуацию открыто, но Бетси, захлопнув заднюю дверь платформы, стремительно двинулась в сторону хозпостроек.

Я, улучив момент, кинулась к платформе, открыла дверь и потрясла Клэр за плечо.

– Эй, с тобой все нормально? – поинтересовалась я, пытаясь поймать расфокусированный взгляд.

Блондинка медленно повернула голову в мою сторону и пробормотала с едва заметной улыбкой на губах:

– А? Яд… ты всегда суешь нос не в свое дело. Впервые тебе за это благодарна.

– Что случилось? – взволнованно поинтересовалась я, игнорируя язвительный тон блондинки.

– Эта тупица опоила меня какой-то дрянью… мэдж, думаю… Что-то поганенько.

– Так! – Я подхватила блондинку под руки и поволокла из платформы. – Вылезаем! Разберемся потом. Ты ведь не хочешь никуда ехать со своей подружкой? А то, может, я тебе вечернее развлечение порчу? Если так, то скажи.

– Упаси боги! – фыркнула королева и вцепилась мне в плечо. Я ее с трудом вытащила на выложенный плиткой задний двор колледжа, и мы очень медленно направились в сторону задней двери, но далеко уйти не успели.

Я не очень боялась Бетси и прекрасно знала, что могу постоять за себя, поэтому не слишком таилась и не особенно торопилась. Неизвестно, зачем эта идиотка запланировала похитить Клэр, но я была уверена, что у меня хватит сил справиться. Но не учла все возможные вариаты. Бетси была не одна. Она вывернула из-за угла с танимой на тонком, декоративном поводке. Морда твари все еще была в крови.

– Ты… – прошептала я. – Должна была догадаться, что это ты…

– Видишь, – довольно ответила мне Бетси. – Ты далеко не так умна, как хочешь выглядеть. Умеешь же ты, Яд, оказаться в не нужном месте в не нужное время, – усмехнувшись, добавила она. – Ты портишь мне игру. Быстро возврати Клэр в платформу. Не заставляй меня злиться.

– Нет… – Я покачала головой. – Нет… – ответила увереннее и сделала шаг в сторону кухонной двери. Убежать бы, но тогда придется бросить Клэр, да и танима наблюдала за нами злобным немигающим взглядом.

– Яд, не будь дурой, ты можешь встать в позу и заорать, позвать на помощь, но тогда я спущу свою зверюшку. Как ты думаешь, успеют вас спасти? Будем проверять скорость реакции твоего законника?

Я и так знала ответ: «Нет, не успеют».

– Ты же считаешь себя умной. Посади Клэр в платформу, не вынуждай меня применять крайние меры. Если ты сейчас заставишь меня спустить таниму и испортишь задуманную игру, я не остановлюсь и после вас пойду убивать дальше. У меня еще длинный список.

– Послушай ее, Яд, – едва слышно сказала Клэр, которая висела без сил у меня на руках.

Я понимала, что другого выхода нет, и нехотя повиновалась. Усадила блондинку в машину, успев шепнуть ей на ухо:

– Если она меня не прибьет, я придумаю, как тебя спасти.

– Я в тебя верю.

Я отошла и закрыла дверь. Действовала осторожно, не совершая никаких резких движений. Кто знает, что у Бетси и ее твари на уме? Я судорожно прикидывала, что можно сделать в этой ситуации, но в голове была пустота. Бежать – точно не вариант. Не успею сделать и шагу. Я видела, насколько танимы умеют быть быстрыми.

– Так, а теперь ты… – скомандовала Бетси. – Прости, но в салон тебя сажать очень опасно. Ты слишком непредсказуема. Лезь в багажник!

– А я думала, ты меня отпустишь.

На самом деле спрашивать об этом было наивно, но я не могла не попытаться.

– Ты мне не нужна. Но отпускать тебя? Я не так глупа, как вы все считали. Тратить время на убийство в данный момент не хочу, поэтому поедешь с нами, скрасишь досуг Клэр, а потом я придумаю, что с тобой сделать. Возможно, попробую обменять или еще чего. Пока не решила. И да… – сильнейший ментальный удар сковал голову тисками. Я застонала от неожиданности и приложила ладони к вискам, хотя прекрасно понимала – это не облегчит боль. – Даже не думай кого-то позвать на помощь.

Бетси подошла ко мне и, тщательно ощупав, отобрала маленькую сумку-клатч со спрятанной в ней визиткой Дерека.

– А теперь залезай в багажник.

Я сглотнула, но повиновалась, устроившись в довольно объемном пространстве, а следом за мной тут же запрыгнула танима и уставилась кровожадным немигающим взглядом.

– Ты заняла ее место, – сказала Бетси. – Подвинься.

Я испуганно отползла в сторону, а танима, довольно пыхтя, устроилась в углу.

– Следи за ней! – скомандовала Бетси своей питомице, и тварь послушно уставилась пугающими желтыми змеиными глазами. Стало совсем не по себе.

Платформа тронулась с места резко, рывком, и рептилия едва не навалилась прямо на меня. Душа ушла в пятки, но тварь, видимо, строго выполняла команды кукловода, поэтому, выровнявшись, снова уползла на свое место и даже глаза немного прикрыла. Видимо, утомилась жрать внутренности чиновника, поэтому пока не хотела пробовать на вкус мои.

Я не собиралась следовать указаниям Бетси и тут же попыталась послать ментальный сигнал Кэлзу, но танима, видимо, умела чувствовать магию, так как сразу зарычала и щелкнула зубами прямо перед моим носом.

– Все, уяснила, – тихо заметила я, и рептилия моментально отодвинулась, будто поняла, что я сказала.

Мы ехали довольно долго. Я устала сидеть в неудобной позе. К тому же петляли изрядно, от чего разболелась голова. Я, как ни пыталась, запомнить направление не смогла. Платформа затормозила. Стало слышно, как ругается Бетси, видимо, пытаясь вытащить Клэр. Потом на какое-то время все затихло. Я даже подумала, что блондинка про меня забыла, но она появилась спустя минут пятнадцать, а может быть, больше. Сложно сказать. Часов у меня не было, а время, проведенное в закрытом помещении с танимой, длилось бесконечно.

– На выход! – скомандовала девушка. Она успела сменить строгое, чопорное платье на мужские штаны и рубашку. Только увидев ее в таком облачении, я поняла, что Бетси не пухленькая, а коренастая и мускулистая. – Если мне хоть на секунду не понравится твое поведение, сразу же спущу питомицу! – пригрозила она. – Ты мне совершенно не нужна, Яд, и насколько долго ты проживешь, зависит исключительно от того, как сильно ты меня будешь раздражать.

Я кивнула и осторожно, стараясь не делать лишних движений, выбралась из платформы. Бетси уже лишила жизни стольких, что я осознавала – ее слова нельзя игнорировать. Она действительно способна убить меня за один неверный шаг. А я очень сильно хотела жить.

Я передвигалась плавно, не спеша, показывая, что веду себя примерно, и пытаясь рассмотреть, куда она нас привезла. Сказать наверняка было сложно, но я бы ставила на пригород. Еще не трущобы, но и не благополучные районы. Этот дом был некогда хорошим и крепким – в два этажа, но сейчас сад зарос настолько, что приходилось продираться сквозь кусты, а сам дом зиял пустыми окнами. Можно было сколько угодно раз пройти мимо этого старого особняка и не понять, что внутри живут монстры, которые терроризируют город. Лучшего места, чтобы спрятать меня и Клэр, Бетси и придумать не могла. Случайно нас тут не найдут – это точно. Я запрещала себе думать о том, что нас вообще тут, вероятнее всего, не найдут.

– Бет, – начала я. – Зачем ты это делаешь? Отпусти нас.

– Яд, не говори глупостей! Я готовилась к этому три года. Я искала возможность, училась и тренировалась. Забила на учебу в юридическом колледже – все ради того, чтобы почтить память Дороти. Неужели ты думаешь, я так просто отпущу эгоистичную дрянь, которая бросила мою сестру умирать? Нет, конечно. Знаешь, как рыдала мама, когда Дорри не стало?

– Твоя сестра уже была мертва!

– По вине Клэр! Никто не знает, что именно тогда произошло. И уж точно не знаешь ты!

– Спроси Кэвина. Это…

– Я знаю, кто это! – хмыкнула блондинка. – Лучше, чем ты представляешь! Он немного не в себе, иначе бы сам давно организовал чистку в этом городе! С его-то способностями.

– А твои родители… думаешь, им будет легче, если одну дочь убили, а другую упекут в камеру до конца жизни?

– Не упекут, Яд, хотя забота твоя приятна. И я не буду с тобой говорить! Ты мне искреннее противна, даже больше, чем блондинистая дрянь! Жаль, что ее другую подружку убили до того, как я придумала этот замечательный план! Мне бы хотелось свести ее, Брил и леди Тесс. Но придется менять план. Сначала я просто хотела всех убить, но после вечеринки… поняла, что это невыгодно и уже неинтересно. Таниму нужно воспитывать, тренировать. Да и поймать нелегко! А сколько моих принцесс убили? Мне это не понравилось. А потом… я поняла, как с виновниками можно поиграть. Клэр… она точно заслуживает игры. А ты составишь ей компанию. Жаль, Марриса не удалось заполучить. Он слишком осторожен. Но и до него у меня дойдут руки. Не так, значит, иначе. Но он тоже поплатится за то, что сделал.

Я смотрела в ее бешено горящие глаза и осознавала, что девушка ненормальна. Хотя бы потому, что она не понимала – Кэвин рано или поздно расскажет про нее. Дерек обязательно догадается. Не знаю, успеет ли спасти нас, но ее… ее он точно найдет и обезвредит. Бетси провела меня в подвал дома и втолкнула в камеру, которая тут была словно специально организована для нас с Клэр.

– Моя леди Тесс… – Бетси указала на таниму, – будет сторожить вас. Если вы двое будете себя вести слишком громко или деятельно, она… Нет, не убьет, но попугает хорошенько, и если вдруг у вас не останется после этого ноги или руки… ну что же. Значит, такова ваша судьба. Игра от этого станет чуть более короткой, но не менее занимательной.

Решетка захлопнулась перед носом, и я, стараясь не делать лишних движений, пробралась по стеночке к Клэр, которая сидела, привалившись к стене, на каком-то вонючем матрасе.

– Ты как? – тихо поинтересовалась я, присаживаясь рядом.

– Отвратительно, – призналась блондинка и прикрыла глаза. – Эта дрянь накачала меня мэджем. Что она хочет с нами сделать? И зачем…

– Ничего хорошего, подозреваю, – ответила я, искоса наблюдая за танимой, которая ходила из стороны в сторону буквально в метре от нас. – Но пока не убила. Что касается «зачем»… – Я замолчала, чтобы продолжить спустя секунду: – Тогда в трущобах погибла сестра Бетси – Дороти. Видимо, это месть.

– Вот же демоны… за все приходится платить… я всегда знала, но тогда… – Клэр замолчала. – Я правда думала, что хватит денег. В итоге все, кто взял наши деньги, – мертвы.

– Вы бросили подростков умирать. – Я пожала плечами. Уже не могла молчать об этом, но и не испытывала того ужаса от осознания факта, как тогда, когда только об этом узнала.

– Мы были напуганы до такой степени, что соображать начали только ближе к обеду! – Клэр всхлипнула. – Яд, правда. Мы виноваты, но… я не уверена, что сейчас поступила бы иначе.

– Что случилось, не исправишь, – ответила я, чтобы не возобновлять неприятный разговор. – Только вот Бетси… она, видимо, немного свихнулась. И доказать это ей, боюсь, не получится. Что бы она ни задумала, сделает все, чтобы довести это до конца. И знаешь, я не уверена, что мы после этого выживем.

– Взяли же парня?! – истеричным шепотом возмутилась блондинка. – Кэвина. Он умеет управлять разными зверюшками и тогда еще умел! Я была уверена, что все убийства его рук дело.

– Да. Взяли. – Я кивнула. – Потому что он был там, в подземельях, и он умеет управлять танима. Клэр, та трагедия изменила его. Он… ну немного странный. Но из разговора с Бетси я поняла, что она как-то заставила или уговорила Кэвина обучить ее приемам управления танима. Его мать сказала, что Кэвина навещала девушка… но она видела брюнетку! И Бетси… она же слабая и глупая! Для меня самой многое неожиданность. За все время я даже не нарисовала Бетси ни разу.

– Бетси – хорошая актриса, – тихо заметила Клэр. – Я знала это, но не придала значения. Тоже не воспринимала ее всерьез и не связала с той историей. Я вообще старалась не вспоминать. Она убьет нас? Так ведь?

– Думаю, рано или поздно убьет. Она еще лелеет мечту заполучить Марриса, даже меня хотела обменять на него.

Клэр хмыкнула, а мне даже обидно не было.

– Я не стала ее разочаровывать. Зачем ей знать, что Маррис уже сидит в защищенном всеми возможными способами замке на высоком холме и ни за что оттуда не выйдет, пока все не закончится. Просто побоялась, что в этом случае она меня убьет на месте от разочарования. Мне, знаешь ли, очень хочется жить. – «И выпить шампанского с одним нахальным блондином», – добавила я про себя, но говорить это вслух по известным причинам не стала.

– А умереть тут, думаешь, лучше?

Как ни странно, Клэр даже в такой ситуации умудрялась шутить и вообще держалась с достоинством. Я ждала истерику богатой избалованной девочки.

– Здесь нас двое, и мы еще живы. А пока мы живы, надежда у нас есть.

– Вот за что уважаю тебя, Яд, это за то, что ты никогда не сдаешься. Пробовала подать ментальный сигнал?

– Да. – Я поморщилась. – Но эти твари, – я подбородком указала на таниму, – чувствуют и огрызаются.

– Ну ничего… это не так важно.

– Не важно? Ты вообще видела, куда нас привезли? Нас будут искать вечно.

– Не совсем… – Клэр хмыкнула. – Моя мамочка всегда дружила с мамой Марриса, и паранойя у них одна на двоих. Поэтому и на нем, и на мне стоят магические метки. С детства. Если деточку украдут, по этой метке можно найти. Никогда не думала, что она окажется полезна. Мы с Маррисом с детства шутили, что у нас в заднице по магическому маячку… Это всегда казалось смешной, иногда раздражающей ненужной мелочью. Но сейчас… Знаешь, я подумала, что если выживу, своему ребенку (надеюсь, он когда-нибудь у меня будет) поставлю такую же. Какой бы ни была благополучной твоя жизнь, ты в любой момент можешь оказаться в лапах у сума-сшедшей…

– А может, просто нужно научить ребенка не делать откровенные глупости?

– Перестань, Яд! – отмахнулась девушка, совершенно не обидевшись. – Во-первых, нельзя научить ребенка не делать глупости. А во-вторых, ты ведь ни в чем не виновата, но сидишь здесь со мной, и погибнем, если законники не успеют, мы с тобой вместе…

Что ответить, я не нашла, поэтому заметила:

– Значит, нам остается только сидеть и молиться, чтобы Бетси про нас не вспомнила раньше, чем придут на помощь.

– Как только она увидит посторонних, тут же спустит свою тварь, – очень буднично произнесла Клэр, а я почувствовала, что ее плечо дрожит. Она тоже боялась. – Скажи, у нас есть шанс с ней справиться?

– Не думаю, – честно ответила я. – Не здесь. Максимум, что в наших силах, – оглушить таниму ментальной волной и сбежать. А тут… бежать некуда, а ментальная волна, даже очень сильная, надолго тварь не вырубит.

– Да… я пока не способна ни на ментальную волну, ни на «бежать». Мэдж выветрится, но небыстро. Но все же, думаю, скорее, чем нас найдут.

– Клэр, учитывай, что спохватятся не сразу. Пройдет какое-то время. Меня так и вовсе искать начнут вряд ли раньше завтрашнего утра.

– Кэлз поднимет панику тут же. Точнее, он уже поднял панику и ставит на уши всех, до кого способен дотянуться.

– Потому что не обнаружил тебя?

– Меня? – Блондинка горько хмыкнула. – На меня ему наплевать. Тебя, конечно. Ты что, не видишь, он кружит над тобой словно гриф.

Я промолчала. Потому что не знала, как реагировать. Тема была очень скользкой и болезненной для нас обеих. Я еще никогда раньше ни с кем парня не делила.

– Впрочем, сейчас это не важно, – заметила Клэр, видимо, тоже осознав, насколько неоднозначную тему подняла. – Из-за кого бы он ни начал паниковать, главное, чтобы спохватился. Тогда есть шанс.

Мы замолчали, слушая недовольное пыхтение танимы, которая боролась между желанием улечься спать и приказом следить за нами. Клэр не выдержала первая и шикнула:

– Ну, спи уже! Куда мы отсюда денемся?

Танима повернула голову в нашу сторону, посмотрела заинтересованно и, рыкнув, сделала шаг вперед. Я напряглась, а Клэр взвизгнула, вцепившись мне в руку.

Крупная чешуйчатая морда приблизилась, и прямо перед нашими лицами клацнули огромные, похожие на шила для ремонта обуви зубы. Я забыла, как нужно дышать. Клэр тихо пискнула, а танима, убедившись, что мы прониклись к ней уважением, отступила обратно к решетке камеры и с чувством выполненного долга улеглась на пол.

– Я больше ничего не буду говорить, – шепнула Клэр. – Яд, если я только открою рот в сторону этой твари, бей меня под ребра. Пожалуйста.

– Как скажешь, – серьезно заметила я и отклонилась на холодную каменную стену. Стоило отдохнуть. Я чувствовала, что силы мне понадобятся, и, вероятнее всего, очень и очень скоро.

Время тянулось медленно. Сердце отсчитывало мгновения, тишина давила на уши, но мы с Клэр больше не общались. Просто сидели, привалившись стене. Она, возможно, дремала, я просто таращилась в темноту. Общие темы для разговора закончились, а в сотый раз переливать из пустого в порожнее ни я, ни она не видели смысла. Мы не могли ничего сделать – только копить силы и ждать.

Я посмотрела краем глаза на Клэр и сделала неутешительный вывод – она, как и я, была одета в длинное узкое платье и туфли на высоченной металлической шпильке. В таком виде не побегаешь, даже если представится такая возможность.

Поняв это, я немного сменила позу и, стараясь не привлекать внимания танимы, сняла сначала одну туфлю и с сожалением отломала у нее каблук. Потом ту же манипуляцию проделала с другой. Модельные лодочки с оторванной шпилькой после этого не стали удобными балетками. Но все же бежать без каблука удобнее, чем с ним.

– А это мысль… – пробормотала Клэр и следом за мной проделала ту же операцию со своими туфлями. – Держи. – Она протянула мне один из своих оторванных каблуков. Туфли Клэр были дорогие, из последней коллекции. Основной фишкой являлись металлические острые каблуки, украшенные стразами. Неплохое оружие, если другого под руками нет.

– Спасибо, – поблагодарила я и спрятала оружие в рукав, под эластичный браслет-напульсник. Клэр свое засунула под ажурную резинку чулок.

И снова мучительно медленно потекли секунды, заставляя сходить с ума от неизвестности. Бетси вернулась за нами, когда я почти была готова попытать свои силы и попробовать нейтрализовать таниму. Но это было глупо и очень опасно, поэтому я медлила. Клэр почти пришла в себя и уже сидела вполне ровно.

– Соскучились по мне, куколки? – поинтересовалась Бетси, захлопнув решетку камеры.

– Что ты собралась с нами делать? – спросила Клэр со слезами на глазах. Она тоже была хорошей актрисой, и сейчас эмоции были специально для Бетси, но наша похитительница клюнула на удочку и заулыбалась добродушно и расслабленно.

– А об этом вы скоро узнаете. Руки! – скомандовала она, и я послушно свела ладони вместе и протянула вперед, молясь, чтобы Бетси не заметила оружие, спрятанное в рукаве.

Блондинка весьма неаккуратно замотала мне запястья, особенно не всматриваясь. Она даже сильно не затягивала. Скорее просто зафиксировала и ту же манипуляцию проделала с Клэр. Потом завязала нам глаза, причем не какими-то тряпицами, а специальными масками, которые можно купить в любом магазине аксессуаров для сна, и заставила двигаться за собой следом. Как ни странно, это было не сложно делать с завязанными глазами. Впереди шла Бетси, а сзади нам в спины дышала танима. Не ошибешься.

У меня чесались руки, я находилась в выигрышном положении, но все равно опасалась. Была бы блондинка одна…

– Что, очень хочется меня обезвредить, да, Яд? – спросила она, словно угадав мои мысли. – Чувствую, что очень, поэтому предупреждаю. Леди Тесс тоже угадывает твое желание. Проявишь агрессию в отношении меня, она моментально откусит тебе какую-нибудь не очень нужную часть тела. Это тебя не убьет, но заставит мучиться и никак не отразится на моих планах. Не искушай судьбу.

Я предполагала нечто подобное, поэтому шла в полной темноте и не предпринимала никаких попыток. В этот момент я ненавидела Бетси даже сильнее, чем Нориса фон Лифена.

Бетси вывела нас на улицу. Из-за завязанных глаз я не могла даже точно сказать, в какое именно место. На сей раз девушка запихала в багажник платформы не только меня и таниму, но и Клэр. Честно сказать, было немного жутко и тесно. Прижиматься к холодному чешуйчатому боку было страшно, а от смрадного дыхания где-то над ухом по спине пробегали мурашки. Сначала захлопнулась дверь, а спустя непродолжительное время платформа тронулась.

– Куда она нас везет, демоны?! – ругалась Клэр очень тихо. Девушка ощутимо дрожала, меня саму начинала колотить мелкая дрожь.

– Представления не имею, – так же отозвалась я, пытаясь устроиться чуть удобнее и прикидывая, что находится ко мне ближе – мягкое, плохо защищенное брюхо танимы или ее острые длинные зубы.

Пырнуть бы рептилию в живот, но я понимала, что голову мне танима откусит намного быстрее, чем издохнет. Приходилось ограничиваться злобными мыслями.

– Она заикалась о какой-то игре… – запоздало ответила я на вопрос Клэр. – Не знаю, что имела в виду. Но нам вряд ли это понравится.

– С другой стороны… – блондинка попыталась найти в нашем положении позитив, – мы пока еще живы, а времени прошло много. Я верю, нас ищут и найдут.

– А у нас нет иного выхода, – ответила я. – Только верить, иначе можно ложиться и умирать прямо тут, в обнимку с танимой.

– Ну… этого Бетси от меня не дождется, – фыркнула Клэр. – Ни за что не сдамся.

Едва платформа остановилась, Бетси выволокла нас из багажника и, взяв за руки, повела куда-то. Судя по ступенькам, спускающимся вниз, похитительница снова решила спрятать нас в подвале. Несколько поворотов, длинный коридор и снова поворот. Мы шли достаточно долго. Влажный тяжелый воздух и запах сырости. Где-то далеко капала вода.

– Ты ведь в курсе, куда я вас веду, так ведь, Клэр? – спросила Бетси. – Даже такая эгоистичная стерва, как ты, вряд ли смогла забыть.

Я точно не знала, а вот блондинка тихо ответила: «Да», – и я услышала, что ее голос дрожит. Она не просто знала, она знала и боялась. Стало в разы интереснее.

Мы остановились метров через пятьдесят, и Бетси сняла с нас маски. Я огляделась по сторонам. Слабоосвещенный тоннель со сводчатыми потолками, очень похож на тот, в котором я изобразила бегущую Клэр. Теперь я знала, за чью руку тогда цеплялась девушка. Ее тащил за собой рыжий противный трус – Маррис.

– Ты ведь узнаешь это место? – Бетси подошла к Клэр вплотную и заглянула ей в глаза.

– Тут мы обнаружили первого убитого, – сглотнув, послушно ответила блондинка.

– Не просто убитого, правильно, Клэр?

– Да. – Девушка сглотнула, но не отвела взгляд. – Тут мы обнаружили Дороти, и она была мертва.

– А может, нет? – вкрадчиво спросила Бетси. – Вы подходили к ее телу? Вы проверяли ее пульс? Или закрывали ей глаза? Вы сказали ей последнее прощай?

– Нет.

– Вот видишь, вы бросили ее здесь совершенно одну и позорно сбежали, спасая собственные никчемные жизни. Но сейчас… сейчас так просто уйти не удастся. – Глаза Бетси бешено горели, и она начала вести себя слишком возбужденно. Невнимательно. Я осторожно приблизилась, зажав в кулаке острую шпильку от туфли Клэр. Бетси моих манипуляций не заметила и продолжила говорить: – Кэвин нашел другой выход из этих катакомб. Правда, ему понадобилось полтора года, но вы же умные. Найдите быстрее. Если, конечно, вас не сожрут танимы. К слову, моих тут всего две. Остальных вы убили! Вы же убиваете все, что вам не нужно! А остальные танимы на вашем пути – это местные обитатели. Вход, через который вы спускались всегда, я закрою, и там будут дежурить мои принцессы. Они убьют вас сразу же. Те, которые обитают в подземельях… о, у них многое зависит от настроения, если они сытые, могут пройти мимо. Могут поиграть, а могут убить тотчас. Удачи вам, куколки!

Я поняла, что дальше медлить нельзя, и кинулась на нее резко, едва только Бетси повернулась ко мне спиной. Схватила за волосы и со всего размаха ударила похитительницу в плечо шпилькой. Целилась под лопатку, намереваясь попасть в сердце, но не рассчитала, да и не была уверена, что целилась туда, куда нужно. Все же познания в анатомии у меня были весьма поверхностные. Девушка взвыла, упала на колени и прошипела приказ своей ручной твари. Танима кинулась на меня, но не укусила, а просто, рыча, оттеснила в сторону, наподдав массивным лбом и откинув в объятия Клэр.

– Хорошая попытка, дрянь… – прошипела Бетси, зажимая окровавленное плечо. – Только неудачная.

Она приподнялась на колени и оперлась рукой о таниму, которая смотрела на нас с Клэр немигающим взглядом и ожидала приказа. Я, честно сказать, думала, Бетси отдаст приказ убить сразу же, но она медлила. Осторожно, пошатываясь, отступила в коридор и сказала:

– Убить вас прямо тут очень заманчиво, но скучно и слишком просто. Поэтому… бегите, девочки, бегите. Прощайте!

Танима встала в проходе и оскалилась, позволяя Бетси уйти по темному коридору в сторону выхода. Когда пошатывающаяся девичья фигурка скрылась в темноте, тварь попятилась задом, отступая за своей хозяйкой, и мы остались в одиночестве.

– Вот демоны! – выругалась Клэр. – У тебя почти получилось, а я… я ведь даже сообразить не успела. Растерялась, как дура!

– Шансов почти не было. – Я отмахнулась, чувствуя дикое разочарование. Я не верила в удачу, но все же не теряла надежды. – Есть какие идеи? – безнадежно спросила я.

– Ни одной, – ответила Клэр. – Катакомбы очень запутанные, я знаю лишь малую их часть. Это такой лабиринт, в котором потеряться – нечего делать! И даже мой маячок мало поможет, законники только увидят, что мы где-то тут, внизу!

– Но по этим катакомбам можно выйти в трущобы?

– Уже нет. – Она помотала головой. – Выход на поверхность давно заблокирован. Тот, через который мы сейчас зашли, последние три года охраняли законники. Не сказать чтобы серьезно. Просто, чтобы подростки снова сюда не лезли. Но Бетси, видимо, их подкупила. Я не понимаю, что Кэвин делал здесь полтора года. Почему он тогда не поднялся на поверхность? Как потерялся? Столько вопросов!

– Этого мы не узнаем, и не верю в то, что найдем второй выход. Единственный шанс выжить – надеяться, что нас найдут.

– Предлагаешь сидеть тут?

– Не уверена.

– Вот и я. – Клэр согласно кивнула. Вообще, к моему удивлению, в минуту опасности она себя вела образцово-показательно. Даже стервозность ее куда-то исчезла. – Мы ни разу не попадали на диких танима, – продолжила блондинка. – Ну кроме того трагического случая, – поправилась она. – Либо за три года что-то сильно поменялось, либо, что вероятнее, Бетси точно знает, что твари придут. Возможно, она умеет их вызывать.

Эти догадки оказались верными. Сначала нас с Клэр накрыло такой сильной ментальной волной, что не помогли ни блоки, ни выставленные щиты. Я, не устояв, рухнула на колени, сжимая виски руками, Клэр, еще слабая после мэджа, вообще корчилась на полу в позе эмбриона. А потом, едва мы только отдышались, в ответ на эту ментальную волну изо всех углов раздалось шипение и завывание. Танимы вышли на охоту, и добычей в ней были мы.

– Мы не сможем никуда сбежать, – в панике заявила Клэр, которая пыталась подняться, путаясь в длинной юбке.

– Ты хорошо знаешь подземелья. Тут можно где-то спрятаться? – поинтересовалась я, проигнорировав зарождающуюся истерику подруги по несчастью.

– Не настолько хорошо, – отозвалась Клэр. – Тут есть ниши… в стенах. Теоретически туда можно забиться и укрыться от опасности. Но представь, если мы ошибемся, укроемся в нише в надежде, что танима не доберется, а она сумеет проникнуть? Этим мы себя убьем.

– Ну, если мы будем стоять тут на открытой площадке, откуда ведут три хода, мы погибнем быстрее. Мы тут как монумент – приходите и жрите нас.

– Ты права, – кивнула Клэр. – Пошли туда!

Она схватила меня за руку и потащила за собой в левый проход. Шипение и визги становились громче, и доносились они отовсюду. Накатывала паника и понимание, что спастись вряд ли удастся. Но упрямо бежали вперед, не собираясь сдаваться. Не знаю, как Клэр, а я намеревалась цепляться за жизнь до конца.

– Знаешь, Яд, – прохрипела Клэр, задыхаясь от быстрого бега. – Я должна тебе кое-что сказать.

– Это не может подождать? – выдохнула я в ответ. Ощущение, что танимы где-то за спиной и вот-вот настигнут, не оставляло меня, и казалось, разумнее поберечь дыхание и молчать. Но у Клэр было свое мнение.

– Позже меня могут просто сожрать, и тогда я тебе никогда не скажу. А это важно. Ну как важно? Если ты выживешь, это важно.

– Ты меня заинтриговала.

Я дернула Клэр за руку, увлекая за собой в темную нишу, и, прижавшись спиной к стене, начала создавать щит. Надеялась, что это позволит нам переждать несколько минут. По коридору мимо нас процокали лапы с когтями, но танима прошла мимо, не заметив нас. Может, конечно, это как раз была одна из тех сытых, о которых говорила Бетси. Я щитом постаралась замаскировать прежде всего наш запах и исходящее тепло. Плохо лишь то, что долго такой щит держать не получится, на ходу он не сработает, а оставаться и дальше в нише слишком опасно. Тут можно лишь перевести дух.

– Ну что ты хотела сказать? – спросила я, когда удалось восстановить сбившееся дыхание.

– Короче, тот поцелуй с Кэлзом… и наш с тобой разговор после этого…

Я поморщилась. Это была совсем не та тема, на которую я хотела говорить с Клэр на пороге смерти, но блондинка продолжила:

– Я тогда наврала. И все подстроила. Это я его поцеловала. Он на меня смертельно обиделся… – Клэр невесело хмыкнула. – Кэлз никогда не относился ко мне как к девушке. Только как к другу. Может быть, как к сестре. Младшей, но не как к девушке.

– Тогда зачем?

– Я так заигралась в Брил… – печально отозвалась она. – Мне так хотелось, чтобы у меня было все, что было у нее… и Кэлз тоже. Я долго не могла разобраться и не понимала, что все это глупости…

– То есть он тебе не нужен?

– Сейчас… нет. Я поняла, что не хочу быть Брил, я хочу быть собой. А мне нравятся парни постарше… да и наша дружба, она ценнее, чем то, во что она могла бы вылиться. Прости меня. Я слишком привыкла быть стервой. Измениться вряд ли получится.

– Знаешь, – я усмехнулась. – сейчас все это кажется таким мелким и неважным, что да… я тебя прощаю. Оно в прошлом.

– Ты будешь с ним, когда все закончится? – тихо спросила она. – Я бы хотела для него другую девушку. Ты слишком похожа на Брил, но честнее. Она была такая же упрямая и сильная. Кэлзу с ней было плохо. Сделай так, чтобы с тобой стало хорошо.

– Для этого нам надо выжить. А чтобы выжить, нужно двигаться, – уклончиво отозвалась я. Думать сейчас о Кэлзе было слишком больно. Я не хотела размышлять над нашей совместной судьбой, потому что не была уверена, что выживу.

Укрытие перестало быть безопасным. Я слышала завывание таним, а полог медленно таял. Создать следующий я так быстро не смогу. Поэтому пришлось осторожно выглянуть из ниши в коридор.

– Я помню, что здесь были комнаты с какими-то вентилями, то ли от старой системы подачи воды в город, то ли еще от чего. Я не очень разбираюсь. Если бы нам найти такую комнату, возможно, получилось бы укрыться и переждать. Не факт, что там нас быстро найдут… Но и танимам туда будет проникнуть сложнее.

– Сейчас мы уже можем попробовать связаться с Кэлзом или Дереком.

– Не думаю. – Клэр осторожно высунулась из ниши следом за мной. – В прошлый раз мы не смогли никого позвать, хотя пытались достучаться до Брил. Видимо, толща земли и бетон над нами блокируют ментальный сигнал. Но можем попробовать, вдруг сейчас выйдет.

Попробовать у нас не получилось. Танима поджидала за поворотом. Она, видимо, унюхала нас давно и выжидала. Тварь кинулась, едва мы отошли от своего убежища на несколько шагов. Я, взвизгнув, схватила Клэр за руку и кинулась бежать, пытаясь на ходу создать пусть слабенькую, но ментальную волну. Клэр, похоже, занималась тем же самым – ударили мы одновременно. Тварь обиженно взвизгнула и споткнулась. Похоже, дикие танимы были более подвержены ментальным атакам, чем их тренированные и обученные сородичи.

Мы припустили быстрее, сбивая ноги в неудобной обуви, спотыкаясь и помогая друг другу подняться. Я даже не оглядывалась, потому что знала – тварь сзади. Она идет за нами, ожидая, когда мы допустим ошибку, и рано или поздно танима сделает прыжок. Тогда выжить будет практически нереально.

Длинный коридор был бесконечным, и никакого намека на дверь. Таниме надоело бежать за нами, и она прыгнула. Я увернулась в последнюю секунду, упала на пол, разбивая колени, а тварь приземлилась на Клэр. Девушка заорала и со всего размаха воткнула зажатый в руке металлический каблук таниме в шею. Больше разозлила, чем травмировала, но зато я успела вскочить и кинулась сзади на шею рептилии. Удушить этого монстра нечего было и думать, но зато я могла оттягивать голову с клацающими зубами от Клэр. Мне танима тоже не могла ничего сделать, только ревела и мотала башкой, а я молилась об одном: лишь бы на помощь ей не побежали подруги.

Клэр перехватила удобнее скользкий от крови каблук и вонзила снова и снова в открытое горло танимы прямо над моими руками. После очередного удара кровь брызнула фонтаном. Рептилия заревела и задергалась слабее, я, чувствуя, что сейчас тварь не сможет кинуться на Клэр, выпустила из захвата ее шею и молниеносно воткнула свое оружие таниме в глазницу. Даже если это не убьет озверевшую и щелкающую зубами тварь, то хотя бы дезориентирует, и мы успеем сбежать.

Танима завывала и вертелась волчком. Клэр отползла от нее на безопасное расстояние и прижалась к стене. Я едва успела подпрыгнуть, уворачиваясь от мощного хвоста. Мы переглянулись с блондинкой и осторожно по стенке начали уходить, пока таниме не до нас. Едва мы проскользнули мимо твари и удалились на безопасное расстояние, как снова припустили бегом, не обращая внимания на жжение в легких. Я не знала, долго ли смогу продержаться. Но первая победа прибавила сил. Я поняла, что вдвоем с Клэр мы способны противостоять тварям, если, конечно, они не кинутся на нас скопом. Дикие танимы были не такие сообразительные, а та, что встретилась нам, еще и мельче.

Но убежать далеко нам не дали. Сразу две твари встретились у поворота, где широкий коридор разделялся на два поуже. К счастью, Клэр уже заметила в стене дверь, которую принялась упорно толкать. Но она не подавалась. То ли была заперта, то ли просто от времени заржавели петли. Мы накинулись на дверь вдвоем, толкая изо всех сил. Она медленно, со скрипом подалась, открывшись наполовину, и мы успели ввалиться в темное затхлое помещение за несколько секунд до того, как ближайшая к нам танима совершила прыжок. В дверь, которую я тут же захлопнула за собой, ударило, но мы привалились к ней спинами, изо всех сил упирались ногами в пол, понимая, что не должны дать твари сюда прорваться.

– Мы долго ее не удержим! – крикнула я.

– Знаю! – отозвалась Клэр и завозилась, пытаясь создать небольшого светлячка. Из полумрака выступили очертания труб и вентилей, а танима за дверью ненадолго затихла. Светлячок отлетел на небольшое расстояние и там завис, позволяя разглядеть сваленные в правом углу ржавые трубы. Остальное помещение все равно осталось погруженным во мрак, и разглядывать его не было времени.

– Можно попытаться забаррикадировать дверь, – предложила я. Следующий толчок танимы едва не откинул нас с Клэр в сторону, но мы удержались.

– Если одна из нас отойдет, то тварь прорвется, – сказала блондинка, которая тоже косилась на кучу труб.

– На раз, два, три попробуем? – предложила я. Клэр кивнула, и мы вместе отскочили от двери, я схватила ближайшую трубу, и едва в помещении показалась морда танимы, вмазала по ней со всей дури. Даже не подозревала в себе столько сил. Клэр волокла за собой целый проржавевший регистр. Мы кое-как привалили его к двери, успев за секунду до того, как очухавшаяся танима снова метнулась к двери. Дальше дело пошло чуть проще, мы перетаскали весь металлический хлам к двери и упали без сил на холодный пол. Отдышались и только после этого заметили в углу у стены два мумифицированных тела, которые сидели, прижавшись друг к другу.

– О… нет… – прошептала Клэр. Она подползла ближе и зарыдала.

– Это?.. – Я сглотнула, так как меня осенила одна очень неприятная догадка.

– Да… оставшиеся двое…

– Получается… их не сожрали танимы, а просто не нашли? – в ужасе спросила я, не в силах поверить в новые чудовищные подробности той истории.

– Не знаю… – всхлипнула девушка и уселась на полу, закрыв руками лицо. – Как же все это тяжело!

– Но они ведь даже не были заперты… как так вышло?

Я встала и подошла к двум мумифицированным останкам. Украшения и заклепки на куртке, а также волосы девушки неплохо сохранились. Неудивительно, что Клэр смогла узнать, кто это.

– Яд, ты понимаешь, что это значит?

– Что?

– Танимы тогда убили всего одну девушку – сестру Бетси. А этих… этих они не тронули. Ребята блуждали по подземельям и ждали, когда их найдут, но… их так и не нашли. Честно сказать, я не знаю, какая смерть меня пугает сильнее.

– Ничего не понимаю, – отозвалась я. – Искали же долго.

– Подземелья бесконечны, – отозвалась Клэр. – И нас, может быть, не найдут никогда. Вероятно, они просто боялись выйти или сил двигаться дальше не было… не знаю. Но мне страшно. Очень страшно. Настолько, что я готова сесть рядом с этими, – Клэр кивнула в сторону мумифицированной парочки, – и сдаться…

– Мы оторвались от танимы, – уверенно возразила я. – Мы нашли безопасное место. Мы не пятнадцатилетние дети. Мы отдохнем и начнем звать Кэлза, и будем звать столько, сколько нужно. Ну а если вдруг у нас все равно не получится… так у тебя есть маячок в заднице. Нас вычислят по нему. Несколько дней продержимся.

– Ты права, – уже спокойнее выдохнула Клэр, стараясь прийти в себя. – Не знаю, что на меня нашло. Сейчас я выдохну, и мы сделаем все так, как ты говоришь. Потому что ты права и никогда не сдаешься. Я тоже никогда не сдаюсь. Просто в такие ситуации не попадала никогда.

– Можно подумать, я в них бываю каждый день, – невесело фыркнула я.

На самом деле я очень хорошо понимала Клэр. Два мумифицированных трупа по соседству не добавляли оптимизма, а оглушающая тишина, которую разрывали лишь кровожадные вопли таним, заставляла думать о том, что мы, может быть, действительно останемся здесь навечно или, обезумев от страха и безысходности, выйдем к танимам и попытаемся прорваться. Не сможем, конечно, но это уже перестанет играть какую-либо роль. Поэтому я тоже боялась до холодеющих пальцев, но не подавала виду. Если мы сейчас вместе ударимся в истерику, то точно погибнем.

– Ты как? – спросила меня Клэр, которая достаточно быстро взяла себя в руки. – Готова объединить усилия?

– Давай попробуем. – Я кивнула в темноту и подползла поближе.

Мы взялись за руки, как нас учили на занятиях, закрыли глаза и расслабились, позволяя магическим энергиям объединиться, а потом что есть мочи заорали в пустоту истеричное:

– Кэлз!

Наш крик растворился о каменную толщу над головами, магия схлынула, оставляя после себя панику, чувство безысходности и усталость напополам с головной болью.

– Не вышло, – всхлипнула Клэр. Я знала, что это она не от расстройства, а от того, что куча сил улетела в пустоту и накатила такая слабость, что даже руку поднять невозможно. А надо пытаться снова и снова, пока не будет достигнут нужный нам результат.

– Отдохнем и попробуем еще, – сказала я и прикрыла глаза, пытаясь накопить силы. Долбящаяся в дверь танима уже даже не пугала, только раздражала. Похоже, сдвинуть груду металла ей было не под силу. Эта вообще попалась тощенькая. Та, которая напала на Марриса, по моим ощущениям, была раза в два здоровее.

Следующая попытка тоже не принесла желаемой отдачи, как и та, что следовала за ней. Но нас с Клэр охватил азарт, и хоть сил оставалось все меньше, мы пробовали пробиться сквозь каменные своды тоннеля раз за разом, и в конечном счете я где-то очень далеко услышала испуганно-удивленное:

– Яд? Клэр?

– Мы тут! – Этот вопль вышел таким громким, что у нас самих даже уши заложило. Кэлз не ответил, мы разобрали только какое-то неясное шуршание, но блаженно откинулись прямо на пол, понимая: теперь нас точно найдут. Главное – продержаться еще чуть-чуть.

Но расслабились мы рано. Внезапно удары в дверь стали решительнее и сильнее. То ли таниме-задохлику пришла на помощь более массивная подруга, то ли наши ментальные вопли ящероподобных разозлили, но металлическая груда заметно зашевелилась.

Мы с Клэр среагировали одновременно. Подскочили и схватили по трубе, отходя плечо к плечу к дальней стене. Даже мумифицированные трупы перестали иметь значение. Лучше рядом с ними, чем с танимами.

Клэр вцепилась в кусок трубы и бормотала себе под нос:

– Только бы выжить, только бы выжить! – И чуть громче девушка добавила: – Я думаю, Кэлзу будет очень неприятно найти тут два наших растерзанных трупа. Давай попробуем не умереть. И да… Надеюсь, у него хватит ума не соваться в катакомбы в одиночку, – взволнованно добавила она.

– С ним будет Дерек, – уверенно сказала я. – А если Дерек, значит, и еще пол-отделения законников. Кэлз, конечно, иногда бывает слишком рисковый. Но он не дурак и от лап танимы уже страдал. Он идет нас спасать, а не умирать.

– С некоторых пор я очень люблю законников, – пробормотала блондинка, выдохнула и удобнее перехватила трубу, потому что дверь дрогнула, куча металла поехала и в образовавшуюся щель просунула голову танима. Ее глаза горели кровожадно-алым. Тварь пропихивалась, обдирая шкуру, и поводила носом. На ее морде отразилось желание нас сожрать.

– Не дождешься, гадина, – побормотала я и шагнула вперед в атаку первая, метя прямо между глаз.

Создалось впечатление, что я ударила по кирпичной стене. Труба завибрировала в руках, а танима лишь слегка повернула морду в мою сторону. Я, ойкнув, отскочила к стене, думая о том, что это далеко не лучшее оружие в борьбе с тварью. Впрочем, труба тоже пригодилась, ею получилось заслониться от укуса. Я ударила по раскрытой пасти. Тварь рефлекторно сжала зубы и тут же с недовольным шипением отпрыгнула – грызть трубу ей пришлось не по нраву. Шипение стало раздраженнее и громче. Тварь то заходила с одной стороны, то подныривала с другой и клацала зубами. Она готовилась к очередному прыжку, но мы с Клэр, не сговариваясь, кинули ментальную волну и тут же с двух сторон ударили таниму по голове металлическими трубами. Тварь покачнулась, замотала башкой, но устояла на лапах. Я принялась остервенело лупить ее по голове еще и еще, не давая возможности прийти в себя. Только вот я знала, меня надолго не хватит, как и Клэр, которая тоже орудовала импровизированным оружием.

Я почти поверила в наши силы и в то, что мы продержимся до прихода помощи хотя бы на одном энтузиазме, но в помещение просунула голову еще одна тварь. Я, не в силах сдержаться, всхлипнула, тварь перед нами мотала хвостом и отползала из-под шквала ударов, а вторая упорно пропихивалась в узкую дыру, и я понимала – мы с Клэр живы ровно до того момента, когда она все-таки прорвется к нам в комнату. С двумя противниками мы точно не совладаем. Танима почти полностью пролезла в помещение, которое мы выбрали в качестве убежища, когда резко замерла и завизжала дурным голосом. Подалась вперед, и на груду железа вывалилась только окровавленная половина танимы. Лапы все еще конвульсивно подергивались, а из пасти вырывалось предсмертное шипение.

Я от неожиданности заорала, Клэр тоже не удержалась от истеричного вопля, а в помещение ворвался грязный, в рваной рубашке и с окровавленным лицом Кэлз. Я с удивлением обнаружила у него в руках такой же, как у Дерека, сверкающий клинок – неизменный атрибут законника. У парня было похожее оружие, но точно не это.

«Наша» танима уже едва стояла на лапах, мы с Клэр, даже не замечая, что в лицо брызжет кровь и слизь, все так же лупили и лупили ее трубами, не давая возможности опомниться и перейти в наступление.

Ее Кэлз обезвредил одним ударом куда-то повыше холки и кинулся к нам. Тварь последний раз дернулась и завалилась на бок. Кровь из раны вытекла на пол, прямо к нам под ноги.

Мы с Клэр одновременно кинулись вперед и повисли у Кэлза на шее. Обе. И в этот момент я не испытывала ничего, кроме облегчения, даже ревности к Клэр не было. Я просто радовалась, что он успел и я могу прижаться к его плечу и вдохнуть знакомый запах, пусть даже смешанный с вонью катакомб и кровью таним.

Блондинка очнулась первая и тихо простонала:

– Там же их еще стада! Мы не выберемся. И Бетси на входе со своими ручными гадинами!

– Бетси уже едет с законниками в управление, – отозвался Кэлз, медленно перебирая мои волосы той рукой, которой обнимал за плечо. – А по поводу остальных таним не волнуйтесь. Ручных успокоил Кэвин, который согласился нам помочь, остальных ликвидируют законники. Сейчас их в подземельях много, не удивлюсь, если больше, чем таним.

– А Дерек? – поинтересовалась я.

– И Дерек, – немного недовольно отозвался Кэлз, и у меня от души отлегло. Признаться честно, я не верила в то, что эта история может закончиться хорошо. И до сих пор ожидала подвоха. Даже в коридор идти боялась.

Кэлз буквально тащил нас с Клэр, и именно так мы выбрались на поверхность, где ко мне тут же кинулся взмыленный Дерек в безрукавке прямо на голое тело. На правом плече у законника виднелся глубокий кровоточащий след от лапы танимы, но он его, похоже, даже не замечал.

– Яд! Я же тебе с самого начала говорил! «Не суйся в это дело! Доживи до выпуска!» – заорал на меня законник.

– Ну я пока доживаю… – Улыбка вышла слабой. Меня немного мотало, и выглядеть уверенно не получалось. Но я старалась.

– Не смей больше так пугать! Я же видел тебя в окне колледжа! Куда ты пропала за те две минуты, что я несся в твоем направлении, чтобы предупредить об опасности, которая может исходить от Бетси?!

– Она пошла вытаскивать меня из неприятностей, – устало отозвалась Клэр и присела на расколотый парапет, а я подумала о том, что, похоже, Дерек быстрее нас узнал правду.

– Кэлз, мама в истерике, да? Ее хваленый маячок наконец-то пригодился… – Блондинка усмехнулась. Сейчас она совсем не выглядела как светская леди. Так как у леди на лице не может быть грязных разводов и крови монстра, которого леди лупила ржавой трубой. Да и волосы у леди не висят грязными клочьями. Я боялась представить, как в данный момент выгляжу сама. Предполагала, что точно не лучше. Я и в нормальном состоянии на леди не тянула.

– Твои родители едут сюда, – вместо Кэлза отозвался Дерек. – Так что скоро сама сможешь оценить душевное состояние своей матушки.

– А… это хорошо. – Клэр прикрыла глаза. – Я соскучилась по ней и еще по душу.

Я уселась рядом с блондинкой, закуталась в протянутый Дереком плед и наконец рассказала о том, что случилось.

– Честно сказать, я не очень ее подозревала… Точнее, не подозревала совсем. – Усмешка вышла горькой, я чувствовала себя маленьким ребенком, которого запросто обвели вокруг пальца. – Помнишь, Кэлз, мы ведь отмахнулись от ее кандидатуры, хотя, казалось бы, она была очевидна.

– Мы тоже не сразу сложили два и два, – признался Дерек. – Хорошо хоть Кэвин начал с нами сотрудничать и рассказал о том, что Бетси часто к нему приходила. Сначала под предлогом узнать о последних минутах сестры, а потом просто в гости и постепенно перенимала его умения. А ты, Яд! Ты пошла мне навстречу и пропала. Тогда же пропали Клэр и Бетси. Вывод напрашивался сам собой.

– Ирония этой ситуации заключается в том, что от зубов таним в тот раз погибла только Дороти… – задумчиво отозвалась Клэр. – Кэвин спасся, а тела Элис и Дилана мы нашли с Яд сегодня. Непохоже, что их сожрали танимы… Наверное, мы никогда не узнаем, что произошло… И да… я буду чувствовать вину. Я очень хотела забыть тот раз, но после сегодняшнего дня даже если очень сильно постараюсь, то вряд ли сумею.

– Тогда все произошло действительно по нелепой и трагичной случайности, – начал рассказывать Дерек. Он тоже опустился на парапет, и, вместо того чтобы ехать домой или в участок, мы сидели рядом со входом в катакомбы и общались. – Кэвин устал в тот вечер. Он злился на то, что его втянули в эту авантюру с походом в трущобы. И он хотел, чтобы все закончилось как можно скорее. Поэтому решил припугнуть друзей и позвал таниму. Точнее, даже слово «припугнуть» не совсем уместно. Но силой своей парень толком не владел и не сумел правильно сформулировать свои требования. Танимы почувствовали его раздражение и желание все закончить. Они пришли на его зов, но решили проблему по-своему…

Кэвина тоже ранили, так как он пытался их отогнать. Но не сильно. Он не сразу понял, что виноват в трагедии, а когда осознал, то какое-то время прятался и совершенствовал свой дар. Танимы приносили ему с поверхности еду и воду, а он жил, скрываясь ото всех и своей вины, но потом все же вышел на поверхность. Сейчас сложно сказать почему. Перестал терзаться или жизнь в катакомбах ему просто надоела. Парня вряд ли можно назвать полностью адекватным, понять его непросто.

– То есть… – уточнила я, понимая, что сюрпризы еще не закончились, – он не вышел на поверхность не потому, что не мог, а потому, что не хотел. Что ему теперь будет?

– А вот самое интересное, Яд, что ничего никому, за исключением Бетси, не будет.

– Но… почему? – Клэр тоже встрепенулась после моего вопроса. Вопрос ответственности, как я понимаю, ее волновал.

– Парень не в себе и не врет. Его дар действительно спровоцировал агрессию таним, но это вышло случайно. Кэвин не хотел никому причинить зла. Вы виноваты лишь в том, что не вызвали законников. – Дерек повернулся к Клэр. – За это вам бы выписали штраф, если бы все вскрылось три года назад, а сейчас… срок давности прошел. По полной ответит только Бетси, не думаю, что возникнут проблемы с доказательством ее вины.

– Мне бы в любом случае ничего не было, – отозвалась Клэр, но из ее глаз текли слезы. Даже Дерек посмотрел на нее без раздражения и злости. – А Элис и Дилан? Что с ними?

– Вот этого мы точно не узнаем. Тогда после убийства Дороти все кинулись врассыпную. Кэвин их больше не видел. Может быть, на телах, которые вы обнаружили, есть повреждения. Достанем и сможем получить какие-то ответы.

Мы замолчали. Теплый ветер с моря чувствовался даже тут, на границе с трущобами. Я закрыла глаза и подставила ему лицо. Не верилось, что все закончилось. И эта история, которая всплыла на поверхность спустя три года, заставляла сжиматься сердце. Сколько проблем может принести обыкновенная человеческая глупость и неосмотрительность. Череда случайностей привела к тому, что трое подростков погибли, один слегка тронулся умом, а сестра случайной жертвы превратилась в серийного убийцу. И если преступник в моем первом деле – Норис фон Лифен – был первостатейным мерзавцем, который убивал ради собственной выгоды, то здесь… здесь все были жертвами. Даже Бетси, которую чудовищная смерть сестры превратила в неуправляемую кровожадную маньячку.

Буквально через пятнадцать минут за Клэр приехали родители. Они забрали заплаканную блондинку, Дерек лишь попросил ее приехать в управление, как только она оправится, и дать показания против Бетси. То же он попросил у меня и уехал, а мы остались вдвоем с Кэлзом. Он присел рядом со мной и без слов притянул к себе, уложив голову себе на плечо.

– Ты даже не представляешь, как сильно я переживал за тебя, – признался он, уткнувшись носом в мои волосы. Я хотела сказать, что они грязные, но почему-то промолчала, а парень продолжил: – У меня будто внутри все оборвалось, когда я понял, что вы с Клэр пропали. А когда Дерек сказал, что все это затеяла Бетси… думал, сойду с ума. Маррис видел, что она была с Клэр. То, что ты опять сунула нос туда, куда не стоит, мы догадались почти сразу же.

– Кэлз… – Я посерьезнела. – Скажи, как ты относишься к Клэр? Просто… я не готова быть третьей… даже если все несерьезно, даже если мы балансируем на грани романтики и дружбы. Не ври мне, пожалуйста. Если у тебя есть что-то с Клэр… я просто уйду, иначе это нечестно ни по отношению ко мне, ни по отношению к ней.

– А ты к Дереку? – лукаво поинтересовался он, и пришлось ответить:

– Я никак к нему не отношусь. Он классный и дал мне возможность проявить себя и способности. За это я ему благодарна, и все. Между нами ничего нет и не было никогда. Если честно, я даже не рассматривала его в таком ключе. Он старше, и я не могу представить себя с ним.

– Я не могу сказать, что между мной и Клэр ничего нет, – осторожно начал Кэлз, и я почувствовала, как в желудке появляется холодный комок, но дальнейшие слова Кэлза рассеяли все страхи и подтвердили то, о чем говорила блондинка. – Между нами многолетняя дружба. И я действительно переживаю и волнуюсь за эту избалованную стерву. Но между нами тоже ничего нет и не было. Наверное, мы слишком похожи и слишком хорошо друг друга знаем, чтобы быть вместе. С Клэр я могу только дружить. Все остальное противоестественно.

– Дружба с Клэр, по мне, тоже противоестественна, – фыркнула я, чувствуя, как все тело наполняет легкость. «Бабочки в животе» – только сейчас я поняла, что это значит. До этого момента фраза вызывала у меня не очень романтические чувства. – Противоестественнее только дружба с Маррисом.

Кэлз тихо засмеялся, не думая опровергать мои слова, и обнял сильнее. Разговор на самом деле позволил убрать с души камень, то, что меня терзало уже давно. Но сейчас я чувствовала только усталость, даже толком порадоваться тому факту, что Клэр никогда не была вместе с Кэлзом, не могла. Небо светлело, и ночь тихонько отступала.

– Пойдем, я отвезу тебя домой? – предложил Кэлз, и я согласно кивнула, но не сразу смогла уговорить себя встать. Ноги словно налились свинцом, и я с ужасом поняла, что ослабела настолько, что даже подняться не могу.

В итоге Кэлз вздохнул и, подняв меня на руки, отнес к платформе. Мне очень не хотелось его отпускать, но парень отцепил мои пальцы от своей шеи и усадил меня в платформу, потом отвез домой и, затормозив у ворот, снова подхватил на руки.

– Я могу ходить сама, – напомнила я осторожно, но Кэлз только отмахнулся.

– Конечно, можешь, но если рухнешь от усталости, никому хорошо не будет. Сиди уж, я способен отнести тебя сам. Хотя бы сейчас позволь себе побыть немного слабой и хрупкой. Это совсем не страшно.

Он был не прав, чувствовать себя слабой, я не любила. И сейчас беспомощность напрягала, но больше я не спорила. Он посадил меня на диван в доме и укрыл пледом, сам сел рядом, убрал прядь волос с лица и очень серьезно сказал:

– Никогда больше не пугай меня так сильно, слышишь? Ты знаешь, иногда мне кажется, что магический маячок, которым мать Клэр хвасталась примерно с наших десяти лет, не такая уж идиотская затея. Мне очень хочется снабдить тебя таким же. И рано или поздно я воплощу свою задумку в действие.

– Думаю, это лишнее, – скептически отозвалась я. Забота Кэлза приятно удивляла, но маячок в моем понимании был верхом паранойи.

– А я вот не уверен. – Парень ласково улыбнулся и подмигнул, показывая, что шутит. Хотя глаза все равно остались серьезными. – Я сейчас тебя оставлю, но вечером… если ты будешь в силах, я хочу все же выпить с тобой шампанского. Как мы и договаривались.

Я вообще не хотела, чтобы он уходил. Он был очень близко, и я бы с удовольствием прижалась к нему всем телом, обняла и больше никогда не отпускала, но спать хотела больше.

– Не против, но клубники у меня нет. Не получилось выбраться на рынок, – отозвалась я, все же мечтая о том, чтобы он остался рядом. Но настолько устала, что даже желания озвучить не смогла, и едва только Кэлз поцеловал меня в лоб, сразу же отрубилась, даже не вспомнив про душ. Как парень ушел, тоже не слышала.

Проснулась ближе к вечеру и, чувствуя, как все мышцы отзываются болью, пошла умываться. Очень долго стояла под обжигающими струями, маниакально мочалкой отмывала кровь, использовала все возможные маски и бальзамы и только после этого в полной мере почувствовала себя в безопасности. Я наконец-то смогла взять кофе и выйти на террасу прямо как есть, в одном лишь полотенце, а там на перилах обнаружила вазу, в которой стоял всего один цветок – достаточно красивый – фиолетовый, с черными прожилками и хищно изогнутыми темно-зелеными листьями. Трогать его было опасно из-за яда, содержащегося в лепестках, но я все равно улыбалась, как ребенок, потому что точно знала, кто его тут оставил и что он обозначает. Это фэлл – ядовитый цветок, созвучный с моей фамилией. Именно от него и пошло прозвище, а вовсе не из-за вредного характера. Характер таким стал значительно позже, уже после поступления в Меррийский колледж магии. Рядом лежала подарочная карточка темно-зеленого цвета, на которой было золотом выведено: «Моей дерзкой девочке». Мило и приятно. Я закусила губу и почувствовала себя счастливой. Какая разница, что будет дальше, если в данный момент все происходящее мне доставляло удовольствие.

Солнце медленно ползло к закату. Я проспала почти весь день и смогла оставить страшные события в прошлом. За границей сна. Сейчас все было чуть проще пережить, чем ситуацию с Норисом фон Лифеном. Пришлось с неудовольствием признать, что, видимо, я привыкаю к стрессам и тому, что меня пытаются убить.

Я не знала, когда ко мне вечером приедет Кэлз, но посчитала, что успею до этого момента съездить в управление, а заодно подумать. Наши хрупкие отношения с парнем по-прежнему висели в воздухе, и мне предстояло решить, давать ли ему шанс. Несмотря на то что он меня спас, несмотря на слова Клэр, я все еще очень боялась обжечься, и поэтому настроение скакало от полного позитива до легкой грусти. Еще секунду назад я готова была ни о чем не думать, а потом меня вновь начинали терзать сомнения. Даже зло брало, я всегда была решительной и твердо знала, чего хочу в этой жизни. А сейчас растерялась. Страх ошибиться был велик, но, с другой стороны, на пороге смерти, когда до гибели оставался маленький шажок, я поняла, насколько глупыми были опасения. Да, страшно жалеть о содеянном, не менее страшно жалеть о том, что сделано не было, но хуже всего погибнуть, даже не успев переосмыслить свою жизнь. Тогда я все для себя решила. Но нет-нет да и появлялся отравляющий существование червячок сомнения. Его я и хотела прогнать, прокатившись по Золотому пляжу.

Собиралась я тщательно, стараясь учесть все мелочи, хотя ехала пока не на свидание, да и не хотелось, чтобы мое желание привлечь внимание читалось слишком ярко. Просто я переживала, что Кэлз приедет быстрее, чем я успею переодеться, поэтому и старалась выглядеть прилично. Даже юбку надела, чего не делала уже достаточно давно. Правда, юбка была нетипичная, с косым подолом, более короткая, едва прикрывающая спереди колени и длинная сзади. Про любимый корсет со шнуровкой на груди я тоже не забыла, как и про одну из малахитовых блузок. На сей раз с коротким рукавом.

Я, как и хотела, сделала круг по Золотому пляжу, с ветерком прокатилась по кромке воды. В управление приехала совсем вечером. Дерек был еще на работе. Я быстро подписала все бумаги, узнала, что Кэвина отпустили домой и даже не отобрали его страшного питомца, а Бетси в камере и готовится проходить психиатрическую экспертизу, и после этого успокоенная уехала домой. Сегодня у меня не было настроения болтать о чем-либо с законником. Я успокоилась, и настроение было романтическим и немного глупым.

Когда я вернулась домой, Кэлз уже был там. Похоже, ему даже ключ был не нужен. Я закрыла за собой ворота и прислонилась плечом к забору, с улыбкой наблюдая за парнем, который стоял на веранде, облокотившись на перила.

– Я думал, ты сбежала, – с едва заметным укором произнес он.

– Куда? – усмехнулась я и сделала шаг вперед. – Я вроде как тут живу.

– Яд, ты адски непредсказуема. Я не удивляюсь ничему. В прошлый раз, чтобы не пить шампанское, ты убежала за маньячкой и угодила к ней в плен.

– Думаешь, я это сделала специально? – Смеяться рядом с Кэлзом получалось произвольно. Я смотрела на него, улыбалась и с удовольствием понимала, что он только мой.

– Кто тебя знает? – Парень развернулся и посмотрел на меня из-под опущенных ресниц.

– Я не настолько коварна.

– А по мне… – он хитро улыбнулся и сделал мне шаг навстречу, – ты очень и очень коварная. Но именно это меня и притягивает. Не знаешь, почему мне так нравятся дерзкие девочки?

– Представления не имею, – призналась я, закусывая губу.

Он остановился напротив, и я с наслаждением изучила его с ног до головы, не таясь. Пепельные волосы, непослушная челка, которая падает на глаза, улыбчивые губы и волевой подбородок. Он реально был красив, настолько, что у меня перехватывало дыхание. Я слишком долго запрещала себе смотреть на него и наслаждаться. Поэтому сейчас во многом открывала заново.

Сильная красивая шея, я подошла вплотную и скользнула по ней пальцами, чувствуя теплую упругую кожу, задержала ладонь на пульсирующей вене у ключицы и, прежде чем убрать, легонько скользнула ногтем по вороту рубашки ниже к груди.

Кэлз перехватил мою руку и поцеловал подушечки пальцев.

– Шампанское, – тихо заметил он и повел меня к небольшому столику у бассейна. Я даже забыла, что у меня есть такой уютный уголок, так как все время проводила преимущественно на шезлонге с другой стороны дома, наслаждаясь видом на море.

Шампанское, клубника, мороженое… все так, как мы договаривались. Предусмотрительность парня поражала. На глаза навернулись слезы, но когда я повернулась к Кэлзу, то уже улыбалась. Слезы счастья несложно спрятать за улыбкой.

– Ты знаешь, а я сегодня что-то не хочу ни шампанского, ни клубники… – Я знала, что провоцирую и дразню. Это доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие.

– Ну… – Кэлз отступил, немного растерявшись. – Это вполне в твоем духе. Что же ты хочешь?

Мне кажется, он ждал, что я скажу – остаться одной, но я тоже умела удивлять.

– Сегодня я хочу только тебя…

Парень на секунду опешил, потом на губах заиграла улыбка, и он сделал шаг мне навстречу со словами:

– А сегодня я иду в комплекте с клубникой. Хочешь, я буду кормить тебя сам?

– Ну-у, – сейчас немного растерялась я. Опустила глаза и приблизилась. Взяла его за воротник рубашки, которая мне не давала покоя, и притянула к себе со словами: – Все может быть.

Его губы манили, но еще сильнее притягивала шея. Я как завороженная смотрела на пульсирующую у ключицы жилку и поэтому сначала поцеловала туда. Мне даже на цыпочки вставать не пришлось. Кэлз шумно вздохнул и обнял меня за талию, не проявляя, однако, инициативы. Он действительно был верен своему слову и ждал первого поцелуя от меня.

Я нежно скользнула языком от впадины у ключицы выше, к ямке за ухом. Руки на моей талии сжимались сильнее, а дыхание парня становилось прерывистым. А я упивалась своей властью, прикусила нежно мочку. Снова поцеловала и шепнула на ухо, скользнув руками по сильной спине:

– Я должна сказать тебе одну вещь. – Парень напрягся, и я его прекрасно понимала. Мне тоже совсем не хотелось сейчас тратить время на разговоры. Но мне казалось это важным. – Кэлз, все те разы, что я говорила тебе, будто считаю тебя наглым избалованным мерзавцем, в котором нет ничего, кроме денег и статуса, я врала, чтобы оттолкнуть. На самом деле я нашла в тебе намного больше и испугалась этого…

Сказав это, я нежно чмокнула его сначала в подбородок, потом в уголок губ, потянулась, чтобы поцеловать по-настоящему, но он чуть отстранился и произнес очень серьезно:

– Я вел себя как избалованный придурок, но, Яд… всю жизнь я получал то, что хочу, и это было нормой. А потом появилась ты, и мне просто снесло голову. Ты стала моим помрачением, я не сразу понял, что мои чувства к тебе – это гораздо больше, чем желание. Слово «хочу» неприемлемо в отношении тебя, – признался он, скользнув руками по моей спине и заставив прильнуть к сильной груди. Я положила голову ему на плечо и прикрыла глаза.

– А какое приемлемо? – очень тихо спросила я, чувствуя щекой его сердцебиение.

– Люблю? – очень тихо поинтересовался парень, заставив мое сердце радостно подскочить.

– Знаешь, мне пока сложно это признать, но мои чувства к тебе тоже давно вышли за пределы банального «нравится». И мне будет очень больно, если вдруг, покорив меня, ты утратишь интерес.

– Тебя невозможно покорить, Ядовитая! – сказал он и чмокнул в нос. – Тебя можно только любить, надеясь, что ты когда-нибудь полюбишь в ответ. – В его словах мелькнула грусть.

– Когда-нибудь? – Я хмыкнула. – Я давно люблю, было бы иначе, я не стала бы бегать от тебя. Когда любишь, острее переживаешь предательство.

– Я тебя не предам, – тихо пообещал он, а я почему-то поверила.

Повернулась и, обняв за шею, поцеловала. Он ответил в тот же миг, и голова закружилась от накативших эмоций. Я ждала этого слишком долго и теперь наслаждалась каждым прикосновением и каждым вздохом. Клубника была забыта, Кэлз подхватил меня на руки и понес в дом. Я выскользнула, попыталась захлопнуть дверь, но даже этого сделать не могла. Задыхалась в его объятиях, стаскивала по дороге его рубашку и прижималась к сильной груди, на которой еще оставалась небольшая повязка. Я осторожно провела пальцами по ее краю. Чуть наклонилась и осторожно лизнула сосок, потом прикусила его и на том мою инициативу прервали. Кэлз снова подхватил меня на руки, я обхватила его бедрами за талию. Прижалась, изгибаясь в спине, и мы рухнули на разобранный диван в гостиной.

Корсет полетел в сторону, а я совсем потеряла голову от сводящих с ума ласк. Его губы и руки, казалось, были повсюду. Я вцеплялась в пепельные волосы и выгибалась навстречу дерзким губам, пытаясь быть ближе. Кружевные трусики полетели на подушку, а я дернула ремень его брюк.

Наверное, потом у нас будет долго, нежно и со вкусом изысканно, но сейчас я хотела его так сильно, что не готова была ждать. Как и он. Мы слишком долго были порознь, поэтому вспыхивали, словно спички, теряли голову от наслаждения и утопали в объятиях. Он вошел в меня резко, заставив вскрикнуть и выгнуться навстречу, подчиняясь его бешеному ритму, впиваясь ногтями в плечи и закусывая губу. Кажется, я кричала. Мир превратился в калейдоскоп и сузился до одного конкретного мужчины. Единение было настолько сильным, что я уже не понимала, где заканчиваюсь я и начинается он, а потом я просто лежала не в силах пошевелиться, прижималась к влажной груди и мечтала о клубнике, за которой идти было лень.