Глава 18

Я лежала на траве и смотрела, как люди Риана вытаскивают из проема сначала Гая, потом Сильвию и, наконец, его самого. Как Гай и Риан, едва держась на ногах, снова ковыляют к провалу, слышится грохот, а потом земля словно собирается складками и засыпает получившийся колодец.

Мое сознание плыло, и я едва соображала. Глаза закрывались, и все тело охватывала усталость. Кажется, я в первый раз в жизни была выжата досуха.

Ладно, наверное, все-таки не по-настоящему. У алтаря Риан воспользовался нашим резонансом: я была лишь проводником для его магии, острием стрелы — но стрелой был он. А магия Гая, кажется, была оперением. Магия, привычная Риану, магия, родственная моей. Без него мы бы не справились.

Я прикрыла глаза, и теплые пальцы сжали мою руку.

— Перепачканное насквозь высочество, — раздался теплый насмешливый голос. — Ты цела?

— Средне, — пробормотала я. — Если Геррена меня увидит в таком состоянии…

Рука Риана скользнула мне на лоб.

— А ведь увидит, — задумчиво заключил он. — Я бы с радостью уложил тебя на неделю в гостевую спальню в нашем особняке — готовить тебе бульон, держать за руку и все такое прочее, — но у слуг, увы, зачем-то есть глаза и уши, и хорошо это не кончится. Говорил же Гаю, будет куда веселее, если будем обходиться без них.

— Посуду мыть, конечно же, стал бы ты, — пробормотала я.

— Угу.

Он откинул волосы с моего лба, и я открыла глаза, глядя на него.

Безумно усталого. И ужасно счастливого.

— Тебя сейчас отвезут домой, где ты будешь долго-долго спать, — твердо сказал он. — Кажется, мы все-таки спасли этот город.

— Второй раз я его спасать не буду, — слабым голосом сказала я. — Хватит с меня.

Риан тихо засмеялся.

— Джен, — проговорил он, наклоняясь и целуя меня в лоб. — Принцесса Джен. Прощай.

Мои глаза распахнулись:

— Что-о?

Я вгляделась в его лицо. Нет, в темных глазах Риана не было счастья. Там была тоска. Тоска — и решимость.

— Твоя магия начала просыпаться, — сказал он мягко. — Дальше ты справишься сама. Родовой дар… не знаю, насколько быстро он раскроется без моей помощи, но, надеюсь, пробудится и он. Я больше тебе не нужен.

— Та-а-ак, — медленно произнесла я. — И к чему этот сеанс самоуничижения?

Риан помолчал:

— Причина очень проста. Сказать тебе откровенно? Или догадаешься сама?

— Будешь со мной играть, — холодно отчеканила я, глядя ему в глаза, — казню. Моей королевской волей. Говори сейчас же.

— Очень боюсь твоей королевской воли, — согласился Риан. — Особенно когда ты валяешься тут совершенно беспомощная.

— Риан… — предупреждающе произнесла я.

По его лицу прошла тень:

— Я увидел призрак твоего жениха у алтаря. А потом вспомнил того подлеца Перре и нашу первую встречу. И понял совершенно ясно, что, если ты останешься здесь, через месяц или через год тебя попытаются подложить под очередного мерзавца.

— А он обязательно будет мерзавцем?

— Если он будет готов вступить с тобой в брак, не спрашивая твоего согласия? Я бы даже не сомневался.

Я слабо улыбнулась:

— Допустим. И?

— И я не позволю этому свершиться. Какого дьявола? Чтобы тебе пришлось убивать его самой, без меня, а потом разбираться с последствиями? Или, еще хуже, жить с ним, плакать по ночам, рожать от него детей? Нет уж. — Риан ехидно покосился на меня. — Впрочем, если такое будущее не вызывает у тебя возражений…

— Еще как вызывает, — мрачно сказала я. — Но не могу же я сбросить всех претендентов на мою руку в колодец, завалить каменной крышкой, чтобы не выбрались, а потом сказать, что так и было?

— Неловко получится, — согласился Риан. — Поэтому я найду для тебя безопасное место, и ты уедешь. Будешь изучать собственную магию, читать, гулять и отчаянно тосковать без меня. Может быть, даже распечатаешь родовой дар, пошлешь мне весточку, и я под шумок сделаю тебя королевой, кто знает?

Он шутил, но ни в его голосе, ни в лице не было ни малейшего веселья.

Мы серьезно смотрели друг на друга.

— На границу ты меня не пошлешь, — утвердительно сказала я.

Риан покачал головой:

— Там нужно драться, и драться хорошо. Будь ты боевым магом… но ты еще не готова, и будешь готова не скоро.

— Как насчет того, чтобы оставить побег на крайний случай? — предложила я. — А пока… ну… — Ненавидеть друг друга дальше? — с понимающей ухмылкой поинтересовался Риан. — Здесь, в Фосбридже?

Будь у меня в руках что-нибудь тяжелое, запустила бы в него немедленно.

— Да, — неохотно сказала я.

— Нет, — мягко сказал Риан. — Потому что тебя могут увезти отсюда в любой момент, и я ничего не смогу сделать. Думаешь, мне мало чувства вины за гибель Марианны и стоит добавить еще пару каменных плит на мою многострадальную спину?

— Почему вы расстались с Марианной? — вдруг спросила я. — Она любила тебя, и она думала, что у вас все хорошо. Вы дружили с детства. Что могло пойти не так?

— Именно в этом… — начал Риан. И замолчал.

— Нет, — решительно сказал он. — Хватит. Откладывать нельзя. Неделя, еще одна, потом еще одна… а потом я проснусь, и тебя уже не будет в городе. Маркиза Перре знает о тебе. Ее сын, Сильвия, ее жених, твоя компаньонка — кто еще? И когда плотина прорвется?

Я помолчала.

— Сколько времени тебе потребуется, чтобы увезти меня отсюда?

— Просто увезти? Пять минут. Чтобы спрятать тебя по-настоящему надежно? — Риан покачал головой. — Не меньше двух недель.

— И ты… — слова выталкивались с трудом, неохотно, через силу, — никак не можешь… поехать со мной.

Я знала ответ еще до той секунды, когда он открыл рот.

— Нет. Боевой маг, Фосбридж, живые люди. Которых я очень не хочу видеть мертвыми.

Я все-таки попыталась сесть. Приподнялась на одной руке — и охнула, больно приземляясь на локоть.

— И там, в изгнании, — произнесла я негромко, — никто не будет учить меня магии. Ты хочешь, чтобы я тренировалась сама — годами! — после одного-единственного урока.

Риан ухмыльнулся:

— Вот еще. Сама? Да ты спалишь весь дом. Думаешь, я пошлю тебя одну?

Я изумленно посмотрела на него. А потом догадалась.

— Кольд, — произнесла я. — Ты посылаешь со мной своего помощника.

— Ему за шестьдесят, и я хочу от него избавиться, — кивнул Риан. — Самым беспардонным образом. Он защитит тебя, поможет и не даст наделать глупостей. Кольд знавал еще моего деда, был мне наставником и… В общем, береги его, пожалуйста.

— Но разве вдвоем нас не найдут куда раньше?

— Инсценирую его смерть на границе, просто и быстро, — отмахнулся Риан. — Уж это-то я проделывал не раз.

Я опустила взгляд.

Пара недель — и я уеду. Пара недель — и я больше не увижу Риана.

В моих глазах немедленно начали вскипать слезы. Я яростно их сморгнула.

У нас могли бы быть месяцы. Возможно, даже год или два. Или три. Кто расскажет о моем происхождении? Маркиза будет молчать, чтобы ее сына не казнили, Геррена тоже не проговорится, если уговаривать ее с умом. Его величеству я даром не нужна, пока не придет пора доставать меня из рукава. Я достигла брачного возраста не так давно, и по-настоящему нужных ему претендентов на мою руку пока не предвидится, так что у него полно времени.

Три счастливых года рядом с Рианом. И отказываться от них — ради чего? Ради крошечного домика в глуши и одиноких зим, которые мне придется проживать одну за другой?

Я решительно вскинула подбородок:

— Нет.

Риан моргнул:

— Вот это что сейчас, прости, такое было?

— Я отказываюсь уезжать, — твердо произнесла я. — Готовь путь отступления, если хочешь: возможно, когда-нибудь он меня спасет. Но пока я остаюсь, чтобы… чтобы…

Я запнулась. Черт, как выразить мысль, чтобы она не была откровенным признанием в любви?

— Чтобы тебя видеть, — почти шепотом закончила я. — Пожалуйста. И если ты проболтаешься кому-нибудь, что я это сказала, я потребую у Гая, чтобы он вызвал тебя на дуэль на сковородках. Два раза. И он проворнее, я знаю.

Риан молчал, не глядя на меня. Я заметила, что Сильвию уже увели в повозку. Гай стоял возле экипажа и негромко разговаривал о чем-то со своими людьми.

А Риан все еще молчал.

— Ну? — не выдержала я. — Ищешь, что бы мне сказать, чтобы я навсегда от тебя отстала? Не боишься, что я тогда не приму твою помощь и не уеду из Фосбриджа просто из принципа?

— Хватит видеть меня насквозь, — устало сказал Риан. — Потому что именно это я и собираюсь сказать, и это будет правдой. И нет, не боюсь, потому что Гай заставит тебя уехать рано или поздно, и с тобой все будет в порядке.

— И такая полезная принцесса останется козырем в твоем рукаве, правда? — язвительно произнесла я.

— А ты как думаешь? Конечно.

Риан отстранился, глядя мне в глаза. И тут же вновь отвел взгляд.

— Дьявол, — досадливо пробормотал он. — Я привык, что на меня смотрят так, словно у меня изо рта вот-вот вылетят фейерверки и шоколадное мороженое, а ты сейчас вот-вот подаришь мне взгляд, который называется «уж лучше покажите мне дохлую лягушку». Может, не надо, а? Я просто скажу, что терпеть тебя не могу, видеть тебя не хочу и с ума схожу от твоих… черт, вот это точно было лишним.

— Риан, — устало сказала я. — Я вот-вот упаду и засну, а ты морочишь мне голову. Тебе не стыдно, а?

Риан глубоко вздохнул, словно собирался нырнуть в холодную воду.

— Между мной и Марианной не было… влечения, — произнес он. — С моей стороны. Физического влечения. Я не знал, потому что мы почти не… она была строгих правил, Гай ведь сказал тебе. Глупо представлять дело так, будто она была мне как сестра; она мне нравилась, тут не было ничего сестринского. С ней приятно было быть, я ждал свадьбы, я хотел лечь с ней в одну постель… все это было. Но…

— Но?

— И вот один раз она позволила мне зайти… не до конца, но чуть дальше положенного… и я понял, что ничего не чувствую. Я долго это понимал. Не сразу это понял. Понадобилось… сколько? Месяц? Неделя? Полгода? Будешь смеяться, но я не помню.

— Нет, — тихо сказала я. — Не буду смеяться.

— Я понял, что хочу сходить с ума от своей женщины каждую ночь. — Риан не смотрел на меня, и я не смотрела на него. — Я понял, что Марианна и я… у нас этого не будет. И когда я это понял, я сказал ей почти сразу же. Долго… подбирал… формулировки. Ч-черт, я никогда никому этого не говорил.

Я неуверенно потянулась к его руке, но он отдернул руку. Впервые — отдернул руку.

— А с тобой, — уверенно, слишком уверенно произнес Риан, глядя прямо мне в глаза, — все с точностью до наоборот. Меня к тебе влечет, но, признаться, этим дело и ограничивается. Ты меня понимаешь? Полная откровенность, как тебе нравится.

Его лицо было абсолютно честным. Искренним. Призрак Марианны просил его не врать — и Риан исполнял обещание. Он хотел видеть меня в своей постели, тут я не ошибалась. Но в остальном ему на меня наплевать.

Я закрыла глаза. Сейчас я бы отдала все, чтобы быть где угодно, только не здесь. Чтобы никогда, никогда не встречать ни Риана Дейверса, ни Риана Тьелля, ни таинственного мага в капюшоне с золотыми молниями на отворотах ботинок. Стереть его из памяти и окрасить все воспоминания в блеклый серый цвет. Оставить только Гая — брата, которого я уже почти полюбила.

Гай. Риан не расскажет ему ничего, но он поймет. И поймет, что Риан отказался от меня сам. Возможно, даже поймет почему.

— Ты уедешь из Фосбриджа? — негромко спросил Риан.

Я не подняла головы:

— Да.

— Ты поедешь с Кольдом, как только я все подготовлю, и доверишься его советам?

— Да.

— Гай, вероятнее всего, сможет тебе писать, но нечасто. — Голос Риана стал мягче. — Прощения за честность, как ты понимаешь, я просить не буду, но прости за неловкие минуты. Я правда хотел бы, чтобы их не было.

«Отвези меня к Геррене, — хотела сказать я. — И прекрати… существовать… рядом со мной».

Вместо этого я глубоко вдохнула и выдохнула.

У меня не было магии. Не было дома, денег, защиты. Не осталось любви. Я была, если уж начистоту, игрушкой, жизнь которой зависела от прихотей его величества.

Все, что у меня было, — я сама. Мой разум и моя логика.

И разум подсказывал, что я должна сделать все, чтобы исполнить свою мечту. Яркую, ошеломляющую, беспощадную мечту.

Вернуть. Мою. Магию.

Дьявол с ним, с родовым даром, — мне нужна была моя магия. Настоящая, яростная, боевая. Не тлеющие шнурки, не жалкая вспышка огня вокруг запястий — стихия, которая защитит меня и поможет победить. Против южан, против навязанного супруга, против кого угодно.

Через пару недель я покину Фосбридж, не зная ничего, кроме самых примитивных упражнений. Кольд будет обучать меня, но насколько он хороший учитель? Я не знала, но прекрасно понимала, что других наставников у меня не будет. Нужно было ловить шанс сейчас, в эти недолгие дни, которые мне осталось провести здесь.

Но как? Гай откажется мне помогать: он знает, что это слишком рискованно. Уже этой поездкой к алтарю я поставила себя под удар, и нам очень повезет, если не пойдут слухи.

Оставалось только…

Только…

О, нет.

Нет.

Но был ли у меня выбор?

Я невесело усмехнулась. И подняла голову, вновь встречаясь со взглядом Риана. — Ты мне должен, — сообщила я. — За алтарь. За эти твои слова.

Риан прищурился. Взгляд его сделался опасным:

— Допустим. Тебе прислать корзинку с пирожными?

Голова кружилась все сильнее. Я сжала кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони. Нет. Я не рухну в обморок. Речь о моей жизни. О моей судьбе.

— Мне нужны твои уроки каждую ночь, — сухо сообщила я. — Всю ночь. И мне абсолютно безразличны любые твои шутки по этому поводу.

Я отдала должное его выдержке: Риан даже не изменился в лице.

— А как насчет риска? — светским тоном поинтересовался он.

Я пожала плечами:

— В прошлый раз тебя это не остановило. Ты даже припугнул музыкантов.

— Ты теперь мне это полжизни припоминать будешь, — проворчал Риан. — Усыпить твою компаньонку, между прочим, было не так уж и просто.

— Меня это не волнует.

— Тебя вообще, я погляжу, мало что волнует. Как насчет того, чтобы дать мне старую добрую пощечину и послать ко всем чертям, а? — В голосе Риана послышалось что-то похожее на робкую надежду. — Можешь даже волосы повыдергивать, я разрешаю. Давно думал о короткой стрижке.

Я покачала головой.

— Мне больше не нужно твое остроумие. Я не желаю тебя видеть. Но ты будешь давать мне уроки. — Я взглянула ему в глаза. — И не посмеешь отказаться.

— Я подумаю.

— Нет. Ты согласишься.

Риан вздохнул. Потом встал.

— Я пришлю Гая, чтобы он помог усадить тебя в экипаж.

Я не стала провожать его взглядом.

Он не ответил мне. Но я знала, каким будет его ответ.