Глава 19

Я долго сидела на подоконнике после заката. Сначала в сумерках, потом, когда совсем стемнело, пришлось зажечь свечи.

И я была совершенно одна.

Геррена спала внизу беспробудным сном — это я проверила в первую очередь. Но Риана нигде не было. Ни следа, ни звука, ни даже шороха примятой травы.

Он мог быть занят делами Фосбриджа. Южане отступились: радостные вести от границы успели пройти по городу. Но разве у него не достаточно дел без южан?

Я вздохнула, глядя на кипарисы, за которыми проглядывало море. Из особняка королевского мага, я слышала, открывался красивый вид, но мне так и не довелось им полюбоваться.

А сейчас, кажется, придется провести целую ночь в одиночестве. Ох, какое доброе письмо я напишу королевскому магу утром!

Впрочем, к чему ждать утра? Напишу сейчас.

Я решительно спрыгнула с подоконника, поставила подсвечник на стол и подошла к бюро за письменными принадлежностями.

— Собираешься при таком-то свете выдать шедевр каллиграфии? — поинтересовался знакомый голос. — Держу пари, строчки будут плясать, как кружки пива у пьяных матросов.

Я обернулась. Риан сидел на подоконнике, закинув ногу на ногу. В этот раз одет он был чуть иначе: темные брюки и легкая белая рубашка с открытым воротом. Я мечтательно представила, как она чернеет от копоти и сажи, и настроение чуть повысилось.

А потом оно скакнуло еще выше, когда до меня наконец дошло, что этой ночью я все-таки буду учиться.

— Спустимся в гостиную? — спросила я.

Риан хмыкнул:

— Вот еще. Все равно что снова и снова приходить в пыльную классную комнату и надеяться, что детям вдруг станет интересно. Я увожу тебя отсюда.

— Куда?

— Увидишь на месте.

Я подняла брови:

— Кто сказал тебе, что я соглашусь?

— Потому что я не позволю тебе отказываться. Тебе нужны уроки? Ты будешь слушаться. — Риан спрыгнул с подоконника, пересек комнату и открыл дверь. — Беспрекословно. Кстати, у тебя тут ужасный бардак.

Я оглядела аккуратно прибранную комнату.

— Вообще-то нет.

— Вообще-то да.

Риан щелкнул пальцами, развернулся, поводя ладонью, и я возмущенно вскрикнула: по комнате словно прошелся миниатюрный ураган. Дверцы шкафа распахнулись, и платья взлетели, будто осенние листья. Раскрытые книги попадали на пол, упала и перевернулась шкатулка с украшениями, и я едва успела подхватить подсвечник, чтобы не загорелся ковер.

— Какого черта ты делаешь!

— А ты не догадалась? — Риан четкими шагами подошел к опустевшим книжным полкам. — Какая жалость.

Я моргнула: на полке за упавшими книгами что-то белело. Конверт.

— Ух ты, — невозмутимым тоном произнес Риан. — Мучной клей. Кто-то расстарался, чтобы оставить тебе подарок.

Он аккуратно потянул за конверт, отдирая его от шкафа.

— Я… его сюда не клала, — растерянно сказала я. — Как ты его нашел?

— Просто я знал, что он должен здесь быть. Здесь — или в другом укромном месте.

Я протянула руку:

— Дай сюда.

— Даже не надейся, твое высочество, — рассеянно произнес Риан, открывая конверт. — Вскрыто, разумеется, и адресовано тебе. Угадай, чей почерк внутри.

— Чей?

Губы Риана искривила усмешка.

— Еще одна фальшивка от твоего дорогого и любимого виконта Перре, конечно же. Только на сей раз это не письмецо Сильвии, которое эта добрая леди попыталась выдать за письмо тебе. О нет. Тут наш виконт… — Риан пробежался взглядом по строчкам. — Ого.

— Что «ого»? — нетерпеливо сказала я.

— Он очень, очень хотел за тебя замуж. — Риан кашлянул. — Прости, жениться. Все время забываю, что он вроде как мужчина.

Я стиснула зубы:

— Просто дай. Мне. Письмо.

— Да пожалуйста.

Риан щелкнул пальцами, и надо мной завис знакомый шарик света.

— Если кратко, — сообщил Риан, протягивая мне письмо, — этот прекрасный документ нашли бы у тебя, как только бы за тобой приехал жених из столицы. Ну, или его люди, не суть. И… в общем, пусть даже виконт Перре и не добился своего в ту ночь, этим письмом он круто повернул бы ситуацию в свою пользу. Я дурак, что сразу не предвидел этот ход. Держи.

Я нетерпеливо выхватила у него лист бумаги.

«Дженис, любимая», — начиналось письмо виконта Перре. Я поморщилась. — Дальше будет самое интересное, — подсказал Риан.

— Без тебя разберусь, — пробормотала я. — Ох, черт…

«Ты подарила мне незабываемые ночи, и я навеки благодарен тебе. Боги, Дженис, ты такая затейница! Никогда не подумал бы, что обнаженная девственница может проделывать такие вещи и остаться непорочной для любой проверки. Скакать между твоими крепкими грудками было одним удовольствием, а слышать твои стоны в подушку, когда я…»

Дальше пошла такая похабщина, что меня замутило. Причем не от деталей — тут я как раз заинтересовалась, — а от вульгарного языка, которым все это было написано. Уж если собрался замарать честь принцессы, так хотя бы, черт тебя подери, подбери подходящие случаю формулировки! Поэта трезвого найми, идиот!

Я выдохнула, чувствуя, как становится легче от мысленной ругани.

— В обморок падать будешь? — уточнил Риан. — Осторожно, за твоей спиной угол стола, так что советую заваливаться немного правее.

— Крепкие грудки, — неверяще повторила я. — Его еще не казнили? Если нужна помощь, я с удовольствием предложу свои услуги.

— Справимся сами. — Риан отобрал у меня письмо и движением пальца поджег. Секунда, и легкое облачко пепла растаяло в воздухе. — Все, твоя репутация спасена.

— Кому он собирался предъявить… это?

Риан пожал плечами.

— Представь такую картину. Утро, твоя гостиная, королевские посланники, радостные вести: ты выходишь замуж. И тут твою входную дверь, позевывая, с полпинка открывает виконт Перре, радостно ревет: «Джен, дорогая!» и сообщает всем причастным, что вы двое, видите ли, обручены и фактически уже… в общем, уже.

— А я с возмущением все отрицаю. И деликатно говорю, что все еще невинна, и это может обнаружить любая знахарка.

— Именно. Виконт разводит руками, говорит, что не хотел бы тебя позорить, но у него есть исчерпывающие доказательства. Ты непонимающе смотришь на него, и, прежде чем до тебя доходит, что он что-то задумал, вы все оказываетесь в твоей спальне, и в руках у высоких гостей вот эта… гм, писулька. — Риан стер с кончиков пальцев сажу. — Как ты думаешь, знала ли об этой писульке его матушка? И не устроила ли бы она высоким гостям краткий визит в твою опочивальню, едва заслышала бы, что за тобой приехали? И что потом стало бы с тобой?

Я застонала:

— Ох, черт…

— Именно. Дядюшкиного благословения и пирожков на дорожку ты бы не дождалась. Идем.

Не дожидаясь моего ответа, Риан открыл дверь спальни, полностью игнорируя беспорядок, который он же сам и устроил. А убирать буду я, разумеется.

— Других писем здесь точно нет? — спросила я.

— Нет, иначе это выглядело бы странно. Девушки хранят письма в одном месте; виконт устроил только один тайник. Все, выбрось это из головы. Если, конечно, не хочешь, чтобы ты и я опробовали некоторые запомнившиеся штучки из этого письма…

Риан осекся. Прикусил язык.

— Не смей, — тихо-тихо сказала я.

Он отвел взгляд:

— Да. Мой болтливый язык. Считай, что этого не было. Я… постараюсь загладить.

— Как? И кстати, куда мы все-таки едем?

— А я не сказал? — Риан обернулся в дверях. — Мы едем зажигать небо.

Старый заброшенный маяк Фосбриджа был местом, где я всегда хотела побывать. Но Геррена не соглашалась ни под каким видом. Башня пришла в небрежение еще при прошлом градоправителе, деревянную винтовую лестницу не перестилали боги знают сколько лет, но…

…Но это было самое высокое место во всем Фосбридже. Новый маяк не вставал и вполовину так же грозно, щурясь над морем, и второй подобной скалы в получасе езды от города тоже не было.

Риан долго возился с ржавым замком, вполголоса ругаясь сквозь зубы.

— Почему просто не сломать его? — поинтересовалась я. — Ты же маг.

— Потому что тогда кто-нибудь рано или поздно свернет себе здесь шею, — не оборачиваясь, бросил Риан. — И это тоже будет на моей совести. А она, знаешь ли, не бесконечная.

Раздался звон падающего железа, и тяжелая дверь со скрипом отворилась. Над нашими головами поднялся магический светлячок, и я сделала первый шаг вперед.

Дальше все было как во сне. Как в детстве. Словно нам снова было десять или двенадцать, и мы с Рианом были сбежавшими из дома детьми, решившими окунуться в приключение. Мы карабкались по лестницам, подавали друг другу руки, смеялись, разрывая паутину лбами и сбрасывая с щек серые пыльные нити, и на короткое время я забыла и Фосбридж, и свое будущее замужество, и обидные слова Риана. Не было ничего, только еще одна лестница вверх, еще одна протянутая рука — и верхняя площадка, ждущая там, впереди. Ноги все хуже меня слушались, и, когда мы одолели последний пролет, я рухнула на верхнюю ступеньку, тяжело дыша.

— Кстати, совсем забыл, — заметил Риан, склоняясь над очередным ржавым замком. — Тебе придется бегать, упражняться, фехтовать, швыряться всякой гадостью в кого попало и получать от этого удовольствие. В Фосбридже, увы, такой возможности тебе не выпадет, но, когда вы с Кольдом уедете, я дам ему приказ гонять тебя каждое утро.

— Это еще… зачем? — выдохнула я.

— Боевой маг должен уметь дать в глаз, прости мою прямоту. А заодно и сломать кому-то ногу кочергой, если уж до этого дойдет. Наши силы истощаются в бою, Джен. Беспомощного мага убьют за полсекунды, если его вдруг перестанут прикрывать. А в драке это случается сплошь и рядом, особенно если друзья далеко.

— Вы с Гаем всегда прикрываете друг друга? — тихо спросила я.

— Боишься за него?

— А ты как думаешь?

Риан вздохнул, не оборачиваясь:

— Думаю, что нет смысла. «Я буду за тебя бояться каждый день» — немного не те слова, которые помогают выжить.

Я с усилием встала со ступеньки. Подошла и склонилось над замком вместе с ним.

— А какие слова правильные? — негромко спросила я.

Риан поднял на меня взгляд. И едва заметно улыбнулся — старой знакомой улыбкой.

— Все, что я делаю, становится ярче, когда ты рядом.

— Надо будет запомнить.

— Ага.

Риан странно посмотрел на меня, и меня вдруг пронзила мысль, что он не просто приводил пример удачной фразы — он говорил ее мне. Все, что он делает, становится ярче, когда рядом я.

Угу. Так я и поверила.

В следующий миг замок наконец поддался, и все мысли вылетели у меня из головы.

Потому что двери на балкон распахнулись. Я ахнула — и шагнула в небо.

Небо, потерявшее горизонт. Небо, слившееся с ночным морем. Звезды над головой, огромные, бесконечные, лунный свет и свобода. За моей спиной белая рубашка Риана хлопала на ветру, как парус, а впереди и внизу расстилался мир.

Мир, состоящий из моря. Волны у подножия скалы, линия прибоя, летящая в никуда. Оттенки воды в лунном блеске, рисующие дорожку к горизонту.

Я стояла, вцепившись в поручни, и не находила слов.

— Здесь мне будет куда легче помогать тебе с резонансом, — раздался голос Риана. — По крайней мере, не разнесем весь дом. И высота… она помогает.

— Еще как, — прошептала я, глядя на ночное море далеко внизу. Редкие огни города остались далеко слева, а справа были скалы, ночной южный лес и темнота. Голова кружилась, высота пьянила, и к горлу вдруг подступило ощущение, что здесь я способна на что угодно.

Я вытянула руку — и огонек миниатюрного костра запылал над ней. Совсем маленький, не больше ногтя.

— Вот видишь, ты даже не удивляешься, — заметил Риан. — А еще месяц назад прыгала бы от восторга.

— После того, что было у алтаря? — Я улыбнулась. — Ну нет.

Риан встал рядом, опираясь на перила. Качнул ладонью, и струя серебристого огня закрутилась в воздухе спиралью.

— У алтаря тебя вела наша магия и крупинка твоего родового дара, которую мы изо всех сил тащили на свет, — поправил он. — Теперь пришла пора для настоящего дела.

Я повернула голову к нему:

— Для моей магии?

— И твоей свободы, — кивнул Риан. — Сейчас ты прочувствуешь ее полностью.

— Но я… совсем мало упражнялась, — нерешительно сказала я. — Тридцать, сорок часов? Ты сказал, что нужно в десятки раз больше.

— Если не в сотни. Но у тебя есть козырь.

— Хм?

— Я, — терпеливо сказал Риан. — До поездки к алтарю мы всего лишь зажгли свечу вместе, помнишь? Но теперь мы вошли в резонанс, так что я смогу помочь тебе куда больше.

— То есть сэкономить мне тысячу часов упражнений?

Он хмыкнул:

— Лентяйка. Просто сосредоточься. Смотри.

Риан накрыл рукой огонек на моей ладони, даже не вздрогнув. Отнял руку — и я увидела, как над моей кожей заплясал огненный цветок. Лепесток за лепестком, золотистые тычинки сердцевины — не роза, нет. Дикий северный шиповник.

— Добавь еще один лепесток, — шепнул он мне на ухо. — Ты сможешь. Всего лишь кусочек огня — и придай ему форму.

— Но я не могу…

Ехидная ухмылка:

— Меня это не волнует. Хотела уроков — получай. Я больно закусила губу, сосредотачиваясь. Риан хотел лепесток огня? Он его сейчас получит.

Крошечный комочек пламени рос на моей ладони. Рос — и я вспоминала трещины, расходящиеся по земле на границе. Словно я была мастером, собственными ладонями создающим чудо, — вот только мои невидимые пальцы касались не глины, а огня.

Когда легкий пламенный лепесток занял свое место среди собратьев, я перевела дыхание. Не так сложно, правда? Кажется, те минуты у родового алтаря дали мне куда больше, чем я думала.

— А теперь, — прошептал мне на ухо Риан, — начинается самое главное для боевого мага.

— Что?

— Размер. Он, знаешь ли, имеет значение.

Я понятия не имела, о чем он говорил. Но, судя по тому, как Риан вдруг отвел взгляд, вряд ли эти слова можно было повторить без стеснения в гостиной госпожи Свонн.

Неважно. Важна была лишь эта минута. Огненное волшебство на ладони, бесконечно далекое звездное небо и головокружительная высота.

И море. Ночное море так далеко внизу, что казалось, его нет вовсе.

Риан вытянул руку, и на его ладони появился огненный цветок. Совсем крошечный. А потом Риан дунул на него, и огромные золотистые лепестки поплыли вперед, с каждой секундой делаясь все больше. Я смотрела, затаив дыхание. Еще чуть-чуть, еще — и теперь огромная кувшинка из золотого пламени парила в воздухе, покачиваясь на невидимых волнах.

Риан перегнулся через перила, сделал жест — и я увидела, как кувшинка мягко опускается к морю. Еще взмах рукой, еще короткий жест…

…И между ладоней Риана выросла роза. Тонкий клинок огня вместо стебля и лепестки — пламя. И вновь она полетела прочь, вырастая в полете. Вот она уже была ростом с меня… потом в два раза выше…

— Как ты это делаешь? — прошептала я.

— Ровно так же, как это будешь делать ты. Нам ни к чему пока шторма и разрушения, правда? Начнем с легкого и безобидного волшебства.

Риан встал сзади и подхватил меня за локти.

— Резонанс, помнишь? — шепнул он. — Я помогу.

— Тебе… обязательно стоять так близко?

— Так неприятно? — странным тоном спросил он.

— После твоих слов? А как ты думаешь?

Риан глубоко вздохнул:

— Знаю. Просто помни, что через пару недель ты больше меня не увидишь. А за эти недели ты так привыкнешь к ощущению своей силы, что тебе уже не понадоблюсь я. Ты будешь тянуться к ней сама, и с каждым разом это будет даваться все легче.

Он кашлянул:

— Но первые твои огненные шары все равно будут с наперсток, так и знай.

У меня вдруг застучало сердце.

— А с твоей помощью… я смогу сейчас пустить огненный шар? — спросила я. — Всамделишный, большой, с мою голову? Как настоящий боевой маг?

— Даже не думай, — предупредил Риан. — Откат будет нешуточный. Я серьезно, Джен. Помнишь, что было у меня от свечи? Умножь это раз в пятьдесят и примени к себе.

Черт. Мне ужасно этого хотелось. Совершенно по-детски, словно я была сорванцом, впервые дорвавшимся до магии.

— Ладно, — вздохнула я.

Наверное, со мной что-то и впрямь было не так: Риан показывал мне волшебство, а я хотела безо всяких затей запустить огненным шаром.

Но не в Риана, конечно. Никогда. Я бы никогда не смогла причинить ему вред. Даже ненавидеть его как следует не смогла бы. Даже после всех его слов.

— Все будет хорошо, — тихо сказал Риан, будто услышав мои мысли. — И с тобой, и со мной. Сосредоточься, Джен. Лепесток на твоей ладони… попробуй его увеличить. Чуть-чуть.

Я глубоко вздохнула, глядя на сгусток пламени, вновь оформившийся в одинокий лепесток. Магия Риана, легкомысленного, беспечного, опытного. Он играл стихиями, как ветром, а я…

Смогу так же. Обязательно.

Я выдохнула, собирая все свои силы. И лепесток, выгибаясь парусом, поплыл над балконом, увеличиваясь с каждой секундой.

— С первого раза, — пораженно промолвил Риан. — Да ты хороша, Дженис Флэйтри.

— Ваше высочество, — ледяным тоном произнесла я.

Короткий смешок:

— Конечно, твое высочество.

Он стоял совсем рядом, за моей спиной; он мог чувствовать запах моих волос, видеть обнаженную шею, чувствовать мое тепло сквозь платье. А я чувствовала его тепло, его руки, помнила его поцелуи у алтаря — и не могла забыть.

Я сжала кулаки. Не отвлекаться. Думать о магии, о стихии, об огне.

Пламя, вода и ветер. Трещины, расходящиеся по скалам. Мой шторм, мой огненный смерч, моя сила, раскинутая по небу. Вот что было важно. Не Риан и я. Ведь Риана и меня больше не было.

— А ведь я уже почти маг, — сказала я задумчиво. — Слабый, но маг. И с каждым днем буду делаться все сильнее. Другие маги почувствуют мою силу, верно?

— Далеко не сразу. Пока твоя магия слаба, тебе не стоит об этом волноваться.

Я улыбнулась, глядя на далекое море.

— Тогда зажжем небо, — произнесла я. — Как ты и обещал.

Следующие несколько часов пролетели быстро, как сон. Мы закончили с огнем и перешли к брызгам воды, перелетающим через перила вопреки законам тяготения. К камням из кладки башни, дрожащим и вибрирующим под моей рукой, к ветру, треплющему наши волосы. Вихрь поднял мои локоны над головой, и темные пряди Риана смешались с ними. Я почувствовала его обжигающее дыхание у своего лица — и легко, не думая ни о чем, плеснула ему в губы ледяной волной. Глаза Риана расширились в изумлении, и вода, сделавшись льдом, упала на каменный пол, разбившись с хрустальным звоном. Огненные стрелы, иллюзорные цветы, стая сверкающих бабочек, улетающих в небо…

Сотни форм огня и воды. Ветра, гуляющие между моими пальцами.

Магия. Отныне и впредь.

— Я смогу, — выдохнула я, когда небо на горизонте начало светлеть. — Смогу без тебя.

— Конечно, — помолчав, подтвердил Риан без малейшей горечи и сожаления. — Ты уже можешь. Просто без меня все твои силы вновь уменьшатся в десятки раз, и тебе придется проходить этот путь заново. Но ты не сломаешься, правда?

Я обернулась к нему. Взглянула в глаза.

— Нет, — проговорила я. — И не буду тосковать по тебе.

В его глазах что-то промелькнуло.

— Разумеется.

Мы стояли близко-близко. Я видела его ресницы, брызги морской воды на щеках, влажные волосы, загорелую грудь под полурасстегнутой рубашкой.

Но я помнила его слова:

«Меня к тебе влечет, но, признаться, этим дело и ограничивается».

— Пора ехать домой, — тихо сказала я.

— Да. Пора. — Риан перевел взгляд на мои пальцы. Коснулся моей руки — и поднес ее к губам, не касаясь. — Джен…

— Что?

— Я правда очень хочу, чтобы ты уехала. Верь мне, когда я говорю, что это будет правильно.

Вместо ответа я повернула голову к бледно-зеленой полосе горизонта, изогнутой луком. Море, готовое вспыхнуть лазурью, ждало утра. Скалы маяка, далекий грохот прибоя… побываем ли мы здесь вновь?

Возможно, и нет. Возможно, это был мой последний шанс. Почувствовать себя настоящим магом на высоте и исполнить мечту, которая преследовала меня два года.

Выпустить настоящий огненный шар. Так, как могли только боевые маги.

Да, будет откат. Но это ведь не так страшно, правда?

Я вытянула руку. И, не целясь, не думая, не давая себе времени подумать, — швырнула шаром пламени в пустоту.

Я успела услышать вскрик Риана. А потом темнота навалилась на меня свинцовой плитой, и я почувствовала, как падаю на его руки.