Глава 14

Марина.

Обещание данной самой себе так и осталось обещанием. Я затянула с признаниями папе о Ярославе, за что себя и ругала. Он погрузился в отношения с Катериной Олеговной, буквально сиял от счастья, а мне не хотелось портить ему настроение. Я понимала, что папа не обрадуется, когда узнает о моем вранье. Это низко с моей стороны, но я не знаю почему тогда решила сказать, что я ушла на День рождение. Чего испугалась? Всегда знала, что у меня самый лучший папа, и он никогда меня не ругал и не осуждал. Уверена, и тогда бы тоже понял, но я почему‐то испугалась. А может, потому что сама боялась того, что испытывала? Ведь я влюбилась в Ярослава и теперь боялась, что могу ему надоесть и он переключится на другую.

Подобные мысли старалась гнать от себя.

Ярик не такой. Он надежный и искренний. Я верила ему, и знала, что он со мной не для развлечения. Я видела это в его глазах и чувствовала в дрожании голоса, когда говорил мне приятные и дерзкие слова. Он сходил с ума так же, как и я, что не оставляло сомнений в его серьезных намерениях на счет меня.

Но, пока что вернемся к папе. Он сегодня решил остаться поработать дома. Катерина Олеговна теперь живет с нами, но она с утра уехала в кафе, а папа лишь грустил по этому поводу. У меня же сегодня был выходной, и я собиралась провести его в компании своего парня. Даже выбирала, что надеть на прогулку, но неожиданно папа попросил зайти к нему. Я поняла, что пришло время раскрыть все секреты.

Приготовив кофе, поставила на небольшой поднос две чашки и пошла признаваться. Боялась ли я гнева отца? Нет. Но волновалась. Все же я обманула его, что несомненно меня не красит.

Маленькая лгунья, вот кто я.

Постучавшись, я вошла в кабинет.

– Папуль, я кофе приготовила.

– Проходи, дочь.

Я смотрела на него и пыталась понять, в каком настроении отец. Но вроде бы гнева не заметила на его лице.

Поставив чашки на кофейный стол, я присела на диван, ожидая, когда папа присоединится. А он как‐то странно следил за мной. Словно пытался что‐то во мне рассмотреть.

– Марин, я задам один вопрос. Он личный.

– Хорошо, пап, ― пожала плечами, кусая губу, ― может присоединишься ко мне? Чего я туту буду сама? Ты злишься, да?

Он нахмурил брови, и поднявшись из‐за стола, прошел по кабинету. Присел рядом со мной на диван и забрал мою руку в свои ладони.

– Когда я на тебя злился?

Я пожала плечами.

– Я знаю, что виновата.

– В чем?

– В том, что обманула тебя. Пап, я не хотела, просто…

– Я чего‐то не знаю?

Я кивнула и выпалила как на духу.

– В тот день, когда у нас впервые осталась ночевать Катерина Олеговна, я была не на Дне рождении подруги. Я была с Ярославом на свидании.

– Угу, ― кивнул он, большим пальцем поглаживая мою ладонь, ― что‐то еще?

– Мы встречаемся, пап.

– Это я и так знаю. Нашла чем удивить.

– И ты не сердишься?

Я была удивлена. Нет, я знала, что он бы не гневался, но мои мысли не давали мне покоя. Я очень люблю папа и боюсь разочаровать его.

– Я не сержусь. Меня волнует другое. Насколько серьезно к тебе относится Ярослав?

– Пап, он серьезно относится, правда, ― поспешила заверить, не желая, чтобы отец думал о Ярике плохо.

– Ты знаешь, что я хочу для тебя только счастья.

Я кивнула.

– И для меня важно, чтобы твой выбор в последствии не стал болезненным. Я слышал, что раньше этот парень был тем еще ловеласом.

– Он действительно встречался с девушками только… ― я пожала плечами, немного смущаясь.

– Ради секса, я понял.

– Да, ― кивнула, избегая смотреть в глаза, ― а сейчас он… Понимаешь, мы просто встречаемся.

– У тебя с ним ничего не было?

Папа подцепил пальцами мой подбородок, все же заставляя посмотреть в его глаза.

Я покачала головой.

– Только поцелуи.

– Хорошо. Ты не подумай, дочь, что я запрещаю тебе встречаться с парнями. Тебе восемнадцать, и ты уже можешь делать, что считаешь нужным, но я за тебя волнуюсь. Был бы он из нашего круга…

– Пап! ― возмутилась я, не желая говорить о Ярославе в этом ключе.

– Выслушай меня, дочка. Я не унижаю его. Ты знаешь, что для меня все люди равны. Я говорю сейчас о тебе и твоей жизни. Ты привыкла жить в достатке.

– В роскоши?

– Да. И я не хочу, чтобы ты потом жалела.

– Пап, Ярик не бездельник. И у него даже есть идея для своего бизнеса. Просто ему нужно подсобрать денег. А я хочу быть рядом с ним. Мне неважно сколько он зарабатывает…

– Это пока.

– Нет, пап. Ты меня не так воспитывал.

Неожиданно папа улыбнулся и, притянув меня к себе, поцеловал в макушку, медленно поглаживая по волосам. Я от удовольствия прикрыла глаза, прижавшись щекой к его груди.

– Это я и хотел услышать.

– Ты не против, что мы встречаемся?

– Не могу пока сказать, рад или нет, но знаю о вас я давно.

– Думаю, Катерина Олеговна нас просекла. Как я сразу не догадалась, ― хмыкнула я, отстраняясь и заглядывая папе в глаза.

– Не без этого. Она заметила, как Ярик начал меняться. Стал более серьезный. Я, конечно, этого не замечал, потому что не знал парня раньше. А вот твои цветы…

– Что? ― я напряглась.

– Думаешь, я их не вижу? Они же другие. Не такие, как от мажоров.

Я расплылась в улыбке, вспоминая, как пыталась прятать букеты от папы. Но это, конечно, тоже было глупо. Да и много цветов я все же оставляла в гостиной или столовой, не решаясь все занести в спальню. Еще голова начнет болеть от резких ароматов.

– Они особенные, пап. Мне очень нравятся.

– Ты влюблена, моя девочка. Твои глаза сияют.

– Да, пап.

– Пригласи к нам парня на ужин. Хочу с ним пообщаться.

– Не будешь отговаривать его от меня?

Отец хмыкнул, и подавшись перед, забрал свою чашку с кофе.

– Даже не подумаю. Но мне нужно убедиться в серьезности его чувств. А остальное наживное.

Я улыбнулась и снова прильнула к его груди.

Как же хорошо иметь заботливого, понимающего и любящего отца. Не перестану быть благодарной за него. Никогда.