Глава 24

Нельзя сказать, что я прямо в восторге от идеи Павла предоставить мне свою квартиру на время, но и спорить не вижу смысла. Взрослый мальчик, раз решил, что ему это не доставит неудобств, с какой стати мне отказываться?

К тому же, здесь мои вещи, которые я как минимум должна собрать, чтобы съехать, ведь утром умудрилась всё разложить по полочкам. А собираться впопыхах, ещё и в присутствии Громова, который, уверена, будет лезть мне под руку, так себе решение.

Поэтому, едва переступив порог квартиры, я первым делом переодеваюсь. Ужинать желания нет, поэтому просто выпиваю зелёный чай и принимаюсь запаковывать вещи в чемодан, но от этого увлекательного занятия меня отвлекает звонок Кристины.

– Дашка! – пищит девушка в трубку, не здороваясь. – Мне Кир предложение сделал, прикинь? – судя по шуму на заднем фоне, подруга прыгает от счастья.

– Кир – это Кирилл? – не понимаю, как взрослого мужчину можно называть такими сокращёнными прозвищами.

– Дашка, не будь занудой, лучше помоги мне организовать девичник, – гундосит в трубку.

– Уже? Так быстро? – спрашиваю удивляясь.

Из-за собственных проблем я как-то упустила развитие отношений подруги и её кавалера. Да и не думала, если честно, что там всё серьёзно, и теперь мне немножечко стыдно.

– А почему нет? Если он настаивает, не вижу смысла отказываться, чай не девочка уже, чтобы носом крутить, да? – не пойму, про себя говорит или в мой огород камень запускает?

Хотя, о чём это я? Кристина ведь не в курсе того, что случилось между мной и Громовым, но я сама сомневаюсь в правильности своих решений, вот и ищу везде подвох.

– Ну, да, – тяну задумчиво, мыслями уносясь в собственные проблемы.

Мы болтаем долгие полчаса, но неожиданный звонок в дверь заставляет отвлечься.

– Крис, я тебе помогу с организацией девичника, не волнуйся. Давай позже созвонимся, немного занята сейчас, – прощаюсь с подругой и на цыпочках подбираюсь к двери.

Я никого не жду, ещё и одна дома, поэтому мне не по себе от того, что кто-то пришёл к Громову. Как я объясню своё здесь присутствие и его отсутствие в квартире, если это, например мать Паши?

А трель, между тем, не прекращается. Складывается впечатление, что кнопка заела, и нестерпимо хочется прекратить эту какофонию. Но я не спешу поступать опрометчиво и прежде, чем открыть дверь, смотрю в глазок.

– Да ладно… – тяну, скорее прокручивая замок. – Ты в своём уме? – сразу же принимаюсь отчитывать вваливающегося в квартиру Громова.

Да он на ногах еле стоит.

– Привет, Дашуль, – произносит на удивление бодро.

Тянет ко мне свои лапы, пытается обнять, но я уворачиваюсь. Отмахиваюсь ладошкой от алкогольного амбре и понимаю, что выгнать мужчину в таком состояние не получится.

Да и как можно? Мало ли, что с ним на улице может приключиться.

– Ты что устроил? – складываю руки под грудью, наблюдая за тем, как Павел пытается снять с ног туфли.

Помогать не собираюсь, его проблемы, что довёл себя до такого состояния.

– Я… – поднимает на меня поплывший взгляд. – Момент, – резко разворачивается и впечатывается лбом в дверной косяк.

– Паша! – вскрикиваю от неожиданности.

Разворачиваю мужчину лицом к себе, осматриваю на предмет повреждений.

– Ну вот, шишка будет, надо холод приложить, – укоризненно цокаю языком. – И куда ты так спешил?

– Там, – делает хаотичный взмах рукой предположительно в сторону лестничной клетки.

Всё-таки умудряется выбраться за дверь, а я тем временем несусь в кухню за льдом. Быстро проделываю необходимые манипуляции и возвращаюсь в прихожую.

Мужчина уже стоит на пороге с огромной корзиной красных роз в руках.

– Тебе, – вручает мне цветы.

– Спасибо, – растерянно осматриваю шикарный букет. Тяну носом воздух, вдыхая яркий аромат роз. – Не стоило… Приложи, – протягиваю Павлу лёд.

Он морщится, прикладывая холод к ушибленному лбу.

– Я лучше знаю, – грозит мне пальцем. – Что стоит, а что нет. Самой шикарной женщине самые шикарные цветы, – добавляет торжественно.

От его слов на душе становится тепло, но я быстро одёргиваю себя: Паша пьян и может говорить глупости.

– Заходи, тебе нужно привести себя в порядок и проспаться, – киваю в сторону ванной комнаты.

Сама ухожу в кухню, чтобы оставить там цветы.

– Даш? – замечаю Громова на пороге кухни. – Прости меня… – тянет жалостливо. – Я такой дурак, я… – взъерошивает волосы и опускает виноватый взгляд в пол.

– Да уж, – киваю, поджимая губы.

Аккуратно поправляю цветы в корзине и ставлю чайник на плиту.

– Кофе будешь? – поворачиваюсь к мужчине.

Он слабо кивает в ответ, проходит вперёд и плюхается на стул.

Пока греется чайник, я усаживаюсь напротив и сканирую Громова пристальным взглядом. Пытаюсь понять, что в голове у этого мужчины, уловить логику его действий, но это не так-то просто.

– А ты что делаешь? – растерянным взглядом он обводит комнату и замечает стоящую в углу коробку, в которую я складывала посуду перед тем, как мне позвонила Крис. – Собираешь вещи? – хмурится, раздувая ноздри.

– Паш, ты понимаешь…

– Даш, – тянет жалобно, пресекая мою попытку оправдаться, – не бросай меня, – пододвигается ближе и заключает мою руку в свои большие ладони. – Я не хочу без тебя, ты такая… Чёрт! – резко выругивается и тут же прикрывает ладонью рот, – прости. Я не умею вот это всё говорить, но…

– Знаешь, Павел Андреевич, – поднимаюсь из-за стола, чтобы выключить чайник и заварить кофе. – Ты уже определись, чего ты хочешь: меня удержать или продолжать лелеять своё косноязычие, – пожимаю плечами и достаю из шкафчика кружки. – И если ты действительно готов к серьёзному разговору, то его стоит отложить до завтра. Утром, когда ты будешь трезв, я дам тебе возможность объясниться, – припечатываю, опуская на стол чашку с горячим кофе, – спокойной ночи, – прощаюсь и покидаю комнату.

Я вижу, что у Паши нет дурных намерений, он просто запутался, а теперь не знает, как выбраться из паутины молчания. Ему бы надо было сразу рассказать мне всё и про отца, и про наследство, но Громов молчал.

А теперь, отказавшись от всяких притязаний на агентство, Паша думает, что этого достаточно.

Нет, не достаточно. Я хочу услышать главные слова от него, а если Громову нечего сказать, то сидеть и ждать год, другой, рядом с ним я не стану. Мне проще быть одной, чем оставаться с мужчиной, который сам не знает, чего хочет.

Не сможет утром собраться и сформулировать свои желания – так тому и быть. Я заставлять не стану, но и в квартире его задерживаться больше не буду.