Глава 10

Опустив голову, жрец покинул зал, оставив нас с бывшим мужем наедине под сводами опустевшего храма. В этот миг мне безумно захотелось сорваться с места и выбежать наружу, ведь освобождение от вязи принесло не только радость, но и глубокое ощущение утраты, которую предстояло оплакать в одиночестве.

– Дом куплен. Экипаж ждет снаружи. Он отвезет нас в столицу. Сегодня мы проведем эту ночь в новом доме, – я обомлела, когда это услышала. Так растерялась, что даже отбрыкаться от крепких объятий Даркара не успела. Он прижал меня к груди и зарылся лицом в мои волосы. – Я уже соскучился. Эти три дня вдали от тебя дались мне нелегко. Дети нас проводят, – его объятия с каждым мгновением становились теснее и горячее. Я чувствовала, как дрожит его тело, как тяжело он дышит, а внутри меня в эти секунды закипала всепоглощающая злость.

– Забудь обо мне! Не смей вмешивать в эту грязь детей! – вырвалась и отскочила, медленно попятилась назад, опасаясь, что он вновь наброситься с объятиями. – Я не вещь, которую ты можешь просто взять и использовать по своему желанию! – Даркар сделал шаг ко мне, но я подняла руку, преграждая ему путь.

– Выйдем из храма и откровенно об этом поговорим, – подхватил он меня под локоть и потащил к выходу.

Стоило покинуть стены храма, как меня окутал страх. Против дракона я всего лишь мошка и физически он сломает меня как щепку, если пожелает. Нет смысла в сопротивлении, когда тебя некому спасти. Как назло по площади больше не шныряли послушники, а Даркар поволок меня в сад магнолий, что располагался на территории храма. Затащил под большое дерево с раскидистой листвой и прижал спиной к стволу, навалившись сверху так, что я и пошевелиться не могла.

– Что ты вытворяешь?! Мы больше никак не связаны, Дар! Ты не имеешь на меня никаких прав! – закричала я ему в лицо в попытке отрезвить пыл. Я знала этот его страстный, граничащий с безумием взгляд, от которого раньше сходила с ума и отдавалась вся без остатка.

– Как ты не понимаешь, я люблю тебя, – начал он с придыханием. – Это пытка, жить без тебя. Я скучал по каждому твоему движению, каждому вздоху, моя Мира…

– Это вовсе не любовь! – мой голос звучал как осколок льда. – Больная одержимость и желание держать все под контролем! Ты хочешь запереть меня в клетке и заставить ждать, игнорируя мои чувства. Управляешь детьми, используя их в своих корыстных целях! Да будь моя воля, я забрала бы их у такого поганого отца, как ты!

Даркар замолчал и его лицо помрачнело. Он медленно опустил руки, плечи поникли, словно с них сбросили тяжелый груз. Молчание повисло между нами, густое и липкое, как смола. Я ждала взрыва, новой волны гнева и властного тона, но этого не последовало.

– Я не хотел причинять тебе боль, – прошептал он хриплым голосом, словно измученный долгой бессонницей. – Просто боюсь тебя потерять, – вдруг он опустился передо мной на колени впервые в жизни. Его фигура, прежде такая властная и уверенная в себе, сгорбилась, становясь хрупкой и беззащитной.

Я растерянно смотрела на Даркара, испытывая сложную смесь чувств. Злость, обида, жалость и… нечто странное, укоренившееся в моей памяти за долгие годы брака… любовь?

Сердце сжалось, когда он поднял голову, а его глаза были влажными от слез.

– Прости меня, родная. Я этого всего не хотел. Так случилось. Мне нужно лишь забрать силу и мы заживем, как прежде, даже еще лучше. Вот увидишь. Ты только дождись меня, умоляю. Я буду часто приезжать, обещаю.

Я медленно опустилась рядом с ним и замотала головой.

– Эта жизнь не для меня, ты ведь знаешь. Я не смогу тебя с кем-то делить, – произнесла обреченно, глядя ему прямо в глаза.

– Ты очень сильная и все сможешь, – прошептал, дотрагиваясь до моей щеки кончиками пальцев. – Я знаю, ты меня любишь. Мы все преодолеем вместе.

Я начала утопать в глубоких омутах, ощущая, что сдаюсь. Чувства, как прилив волны, накрыли с головой, лишая остатков разума.

– Поехали, Мириам, – протянул он руку и я раскрыла ладонь, соглашаясь.

Взгляд упал на запястье, блеснули изумруды браслета и… меня вмиг осенило!!! Словно дубиной по макушке ударило! Это вовсе не мои мысли и чувства! Камни в браслете заговорены магически! Даже лишившись силы, я могла на интуитивном уровне ощущать магическое воздействие. Но здесь поработал профессионал, если я с самого начала ничего не заподозрила.

Я резко оттолкнула Даркара, он упал на спину, а я этим воспользовалась, вскочила на ноги и сорвала браслет. Швырнула в него поганую вещицу и бросилась наутек.

Вырвалась из сада и побежала по площади, не оборачиваясь. Сердце колотилось в груди, как бешеная птица, каждая клеточка тела кричала, сбрасывая магическое наваждение. Какая подлость, Вседержадель! Сотворить такое в храме! Осквернить святое для любого дракона место! Ни стыла у него, ни совести!

Я понимала, что надо скорее убираться, поэтому на пределе сил мчалась к старенькому экипажу, что ждал меня поодаль на обочине дороги. Вырвалась за территорию храма и остановилась, как вкопанная, когда дорогу мне преградила красивая карета. Из нее повыбегали дети у меня сердце в пятки ушло.

Драконята сходу меня окружили. Малышка Септа со слезами кинулась в объятия.

– Мамочка!

– Мам, ты как? – обнял сзади Сезар.

– Отец сказал, что мы можем пожить с тобой несколько дней в столичном доме, – посмотрела на меня с тоской в глазах Сибилла.

И вот тогда я обернулась, чтобы посмотреть в лицо того, кто это устроил. Самодовольно и наигранно невинно Даркар пожал плечами и развел руками. Мол, загнал в ловушку и выбора не оставил. Провернул новую подлость, раз фокус с браслетом не сработал!

– Поехали отсюда, – взмолилась Септа, намертво вцепившись в юбку моего платья.

– Зачем ты это сделал? – прошипела со злостью, даже не представляя, что теперь делать.

– Мы все еще одна семья и так будет всегда, правда, дети? – добил он меня окончательно.

Наверное, только чудо могло меня спасти, ведь дети потянули в карету, слезно уговаривая поехать с ними вместе в новый дом.

– Я не могу, дорогие. Ваш отец не прав. Нас с ним больше ничего не связывает, – пыталась я мягко объяснить, показывая отсутствие метки на коже, но слова застревали комом в горле. Сердце жалобной пташкой билось о ребра. Дети… мои дорогие дети, с их мокрыми от слез щечками и растерянными взглядами, тянули меня к огромной, роскошной карете, запряженной парой вороных лошадей.

Воздух вокруг был пропитан запахом дорогой кожи и лака, резко контрастирующим с горьким привкусом предательства, который остался у меня во рту.

Даркар же стоял, словно мраморная статуя, чье лицо было непроницаемо, только глаза и горели холодным, расчетливым огнем. Сегодня он лишь играл роль заботливого отца, который привел детей на встречу с матерью, но я видела сквозь это представление его фальшивое лицемерие. Он все спланировал! Каждое слово, каждый жест, каждая слезинка на детских щеках – часть его циничного плана! Хотел сломить меня, заставить подчиниться его воле и поселиться в столичном доме любой ценой!

– Мама, пожалуйста, – прошептала Сибилла с наполненными болью глазами.

– Поехали. Там красиво, – Септа сжимала мою руку своей маленькой ладошкой, ее пальчики были холодными и влажными.

Наивное желание детей хоть как-то сохранить семью, разрывало меня на куски.

– Послушайте… – сказала, стараясь сдержать слезы, собираясь с силами, чтобы как можно мягче донести до детей правду.

Вдруг Даркар кинул встревоженный взгляд в сторону деревьев, а потом будто с цепи сорвался. Оторвал меня от детей, схватил на руки и перекинул мешком через плечо. Вот тогда я и увидела знакомый экипаж, резко преграждающий широкий тракт массивной каретой, из которой выскочил Ллойд. Он будто все это время за нами наблюдал, выжидая подходящего момента, чтобы появиться. Я ведь теперь свободная женщина и Даркар не имел никакого права трогать меня против воли!

– Отпусти ее! – рявкнул Ллойд. Его голос, обычно мелодичный и спокойный, был полон ярости.

Даркар застыл и оглянулся, оценивая ситуацию. Дети, испуганные до смерти, прижались друг к другу и попятились к карете, их тихие всхлипы едва доносились до меня сквозь шум колотящегося в груди сердца. Воздух сгустился от напряжения, каждая птичья трель звучала как зловещий знак. Я чувствовала боль в плече, от резких движений Даркара, и старалась не шевелиться, чтобы она не усилилась.

Даркар медленно опустил меня на землю, его взгляд бегал между Ллойдом и детьми. Он был в гневе, но и в некотором роде расстроен. Я поняла, что его план провалился. Он надеялся увезти меня в столичный дом и запереть в ловушке.

– Что ты здесь забыл, Беккен?! Проезжай мимо и не вмешивайся! – Даркар издал глухой рык, шагнул к Ллойду. – Она моя жена!

– Предъяви брачную вязь! – насмешливо ответил блондин, одарив дракона презрительным взглядом.

Ллойд не сделал ни шага назад, наоборот, воинственно схватился за рукоять меча, угрожая этим жестом Даркару схваткой.

Дети заплакали сильнее. Я чувствовала, как на меня наваливается ужас. Не хотела насилия, не хотела, чтобы кто-то пострадал. Но Даркар грубо посягнул на мою свободу, а это непростительно!

– Не твое дело! Проваливай! – голос бывшего мужа прозвучал, как раскаты грома, а это грозило самым настоящим сражением.

Чтобы уберечь детей, я подтолкнула их к экипажу и помогла забраться в кабину. Но не успела закрыть дверцу, как Сезар схватил меня за руку и вложил в ладонь тонкий бумажный сверток.

– Я нашел его в кабинете отца и выкрал. Прочитай, – шепнул мне на ухо сын, чтобы сестры не услышали. – Обещай, что заберешь меня с собой. Я не хочу жить с этой Юной. Все равно сбегу, – отстранился и запер дверцу, специально не позволив мне ничего ответить.

Пребывая в растерянности, я вновь оказалась между двух огней. От драконов разве что искры не летели!

– Не смей ее трогать! – кивнул Ллойд в мою сторону. – Поехали, Мириам, – и протянул мне руку.

Я опустила сверток, тонкий, как пергамент, в карман мантии и двинулась в сторону младшего Беккена, но Даркар меня остановил, заслонив своей мощной фигурой.

– Не позорь брата, щенок! Не лезь в чужую семью! – у Ллойда зрачки сузились после этих слов и желваки на лице заходили. Вспыльчивый нрав молодого дракона мог с легкостью вырваться наружу и тогда дети станут свидетелями драки!

– Дар! Успокойся! Вернись к детям! Они напуганы! – ударив бывшего мужа кулаком в спину, немного его отрезвила. – Я ухожу. Мы теперь чужие друг другу! – кинулась я к Ллойду и спряталась за мужчиной, будто щитом отгородилась от Даркара.

Взгляд бывшего мужа буравил меня, словно лезвия. Его лицо, искаженное яростью, было страшнее любого грозового фронта. Но когда Септа слезно позвала отца из окна кареты, он пришел в себя.

Мы разошлись по сторонам. Даркар забрался в экипаж к детям и Ллойд в этот миг легким, почти незаметным движением взял меня за руку. Его прикосновение было теплым, успокаивающим, словно луч света в непроглядной тьме. Я взглянула на спасителя и увидела в его стальных глазах твердую решимость меня защитить.

Мы молча смотрели вслед уходящей карете, пока она не скрылась за поворотом дороги. Воздух постепенно очищался от напряжения, оставляя после себя лишь пустоту и горечь утраты.

– Куда тебя отвезти? – предоставил он мне выбор, чем сразу подкупил.

– Я бы у тебя погостила, – иронично улыбнулась и сжала крепче горячую ладонь дракона.