Глава 11

Раньше мне не доводилось бывать в поместье младшего Беккена. Мы всегда встречались либо на балах, либо в гостях у его брата. Я вообще боялась любых грязных сплетен в свою сторону, поэтому не общалась с представителями противоположного пола слишком близко и не оставалась наедине. Хранила верность, дорожа чувствами мужа, выстраивала безупречную репутацию рода Дер-Аберкон, с гордостью неся это знамя. Но пришло время, когда мне стало все равно, что подумают и скажут другие! Хватит! Подлость моего благоверного зашкалила настолько, что не осталось причин поддерживать иллюзию благочестивости.

Всю короткую дорогу до дома Ллойда я молчала, стараясь уложить в голове случившееся. Послание, переданное Сезаром, горело в кармане, подмывая плюнуть и прочитать его при дварге. Но я сдержала порыв, решив, что сделаю это в одиночестве, в спокойной обстановке.

Поместье Ллойда выглядело так же волшебно, как все имения Беккенов. Их родовитая семья не скупилась на подобную недвижимость. У них было принято покупать ребенку поместье в резервации, как только ему исполнялось двенадцать лет. Двое сыновей Зельды уже взрослые и обучаются в Королевской академии, а их имения как раз соседствуют с поместьем одинокого Ллойда.

Мы пересекли каменный мост и въехали на обширную территорию, которую окружал высокий, густой живой забор из темно-зеленого самшита, аккуратно подстриженный в виде сложной геометрической фигуры. За ним виднелись величественные дубы, раскидистые ветви которых напоминали могучие руки, обнимающие поместье. Дом был выстроен из светлого камня, украшенного изящной резьбой. Высокие стрельчатые окна, блестевшие на солнце, словно глаза, наблюдающие за всем происходящим, добавляли поместью воздушности и легкости, не соответствующей его массивности. Перед домом раскинулся зеленый газон, на котором безупречно сияли цветники с яркими, необычайно красивыми цветами. Воздух был напоен ароматом роз и лаванды.

Экипаж остановился у главного входа, где нас уже встречал высокий слуга в темно-синем ливрее. Он помог мне выйти из кареты, поприветствовал хозяина и легким жестом пригласил внутрь.

– Леди Мириам – моя дорогая гостья. Отныне будешь выполнять все ее приказы так же ответственно, как и мои, – распорядился Ллойд и дворецкий покорно кивнул.

Холл был огромный, с высокими сводчатыми потолками, украшенными фресками, изображающими сцены из древней истории драконьего рода Беккенов. Пол выложен полированным мрамором, отражающим свет множества свечей в массивных канделябрах. Воздух наполнял сладкий аромат цветов и душистых масел.

– Мы будем обедать через час. Прикажи накрыть в каминном зале, а сейчас пусть принесут горячий чай и подготовят гостевые покои для леди, – повел меня за собой Ллойд в тот самый каминный зал.

Не успела я опомниться, как прислужница предложила мне горячий чай с медом и лимоном – простое, но такое необходимое в этот момент лекарство.

Мы сели на мягкий диван, окутанные теплым светом настольной лампы. Тихий треск поленьев в камине успокаивал, но немое напряжение между нами накалялось. Я чувствовала себя неловко наедине с драконом и не знала, с чего начать разговор, но Ллойд освободил меня от этого бремени, когда заговорил первым:

– Это только начало, Мири. Тебе не безопасно выходить одной из дома. Даркар ополоумел настолько, что силой заставит тебя терпеть и ждать его развода, если таковой вообще случится, – кратко и точно он описал мое сомнительное будущее.

– Понимаю, поэтому и приняла твою помощь. Спасибо, Ллойд, если бы не ты… я не знаю, чем бы все это закончилось. Даркар заговорил браслет, чтобы я согласилась поехать с ним в столичный дом. Повезло, что я это вовремя осознала и убежала. Он хотел затащить меня в экипаж силой! Но еще больше меня тревожит, что дети страдают! Как там с ними обходится эта Юна неизвестно. Сезар сказал, что собирается сбежать из дома. Он не желает жить с отцом и хочет, чтобы я его забрала.

Ллойд кивнул, его взгляд был полон сочувствия. Тень тревоги застыла на красивом лице дракона, отражая мои собственные опасения.

– До шестнадцати лет он под опекой отца. Они одной крови и закон будет на стороне Даркара. К сожалению, детей ты забрать у него не сможешь, – озвучил он жестокую правду. – Как бы эгоистично это не звучало, но тебе следует теперь думать только о себе.

Письмо, переданное Сезаром, продолжало тяжелым грузом висеть на моих плечах. Не осталось сил терпеть. Я должна узнать, что там! Пережить еще и обед в неведении – не сумею!

– Сезар мне кое-то передал. Сказал, что выкрал у Даркара из кабинета.

Мои пальцы, дрожащие от предвкушения и страха, наконец-то извлекли из кармана заветный сверток. Это был пожелтевший от времени, хрупкий листок пергамента, скрученный в тугой рулон. Развернув его с предельной осторожностью, я увидела элегантный, мужской почерк. Почерк, который я узнала бы среди тысячи других. Почерк, вызывающий в груди пронзительную боль. Это был почерк моего отца!

Ллойд, склонившись надо мной, с беспокойством спросил:

– Что это?

Я начала читать, и мир вокруг будто застыл. Слова, словно ледяные иглы, пронзали насквозь, высасывая из меня жизнь. Кровь отхлынула от лица, оставляя за собой лишь пустоту и нарастающее чувство ужаса.

– Это письмо из Граяна… от моего отца, – голос прозвучал как призрачный шепот, отражающий всю глубину моего отчаяния. Напряжение, сковавшее все тело, стало невыносимым.

Я протянула дрожащие руки с письмом Ллойду, и он принял бумагу. Встала с места, но сдвинуться не смогла, ноги подкашивались. Схватившись за спинку кресла, застонала, слезы брызнули из глаз, проливаясь горячими ручьями по щекам. Тело сотрясалось от рыданий, словно в припадке.

– Подожди, ты можешь объяснить? – с тревогой в голосе спросил Ллойд, пробежавшись взглядом по строчкам.

Он подошел, взял мои руки в свои, большие и сильные. Его тепло, проникающее сквозь дрожь в моих конечностях, немного уняло бурю эмоций, которая бушевала внутри.

Я заговорила, с трудом прорываясь сквозь содрогающийся от рыданий голос, словно побитая собачонка, жалуясь на свою несправедливую участь:

– Бабушка Тамерия умерла. Ее последняя воля – простить меня и снять проклятие бесплодия. Для этого я должна была приехать в Граян. Посмотри на дату. Письмо пришло еще год назад. Даркар скрыл его от меня!

Ллойд отпустил мои руки и медленно отошел к камину. Играющие огоньки отражались в его глазах, придавая им стальной, непроницаемый блеск. Зрачки сузились, выражая явное негодование, а я, охваченная горечью и обидой, чувствовала, как в груди нарастает бешенство.

– Он не хотел от меня детей! Никогда! – прошипела, мотая головой. Каждый выдох был пропитан отчаянием.

Дракон медленно повернулся ко мне, его лицо выражало сосредоточенную серьезность, и мое сердце сжалось от страха и предчувствия чего-то ужасного. Ноги вновь подкосились, я бы упала, если бы Ллойд не подхватил меня за талию, мягко и осторожно поддерживая. Мир вокруг закружился, превратившись в расплывчатый, беспорядочный калейдоскоп, и никогда раньше мне не было так плохо, как в этот ужасный, пронизанный горем и несправедливостью миг. Каждая клетка моего тела кричала от боли, от осознания лжи и предательства, от горького вкуса потери и безысходности. Моя жизнь, уже в который раз рухнула, подобно карточному домику, рассыпавшись на миллионы осколков!

– Мири, Мири… – последнее, что я услышала перед тем, как потерять сознание.