Глава 15

Его объятия были теплые и родные, пахнущие свежей древесиной и ароматом самшитового леса. Я уткнулась брату в плечо, чувствуя, как дрожь проходит по всему телу. Столько лет прошло! Время здесь потеряло всякий смысл.

– Мы ждали тебя раньше, сестренка, – прошептал хрипловато, словно долго не говорил. Я почувствовала, как его рука легко коснулась моих волос, проведя по ним так же нежно, как он делал это в детстве. – Бабушка Марва… она часто о тебе вспоминала.

Он отстранился немного и я подняла на него взгляд, все еще не веря в реальность происходящего. Мой старший брат! Единственный представитель рода, который был против наложения проклятия. Тогда ему было двадцать пять, он недавно женился и уехал жить в свое поместье, покинув отчий дом. Стань он тогда главой нашего рода…

– Она говорила, что ты сильная, – продолжил он. – Что ты еще вернешься.

Я молчала, глотая ком в горле. Его взгляд был пронизан смесью надежды и тревоги, знакомым мне с детства выражением, которое он носил, когда я падала с дерева или дралась с местными мальчишками. Я видела в нем все еще того заботливого брата, готового защитить меня от любых бед, несмотря на прошедшие годы и разделявшую нас пропасть.

– Я… я не знаю, что сказать, – наконец прошептала, голос предательски задрожал.

– Не надо ничего говорить. Я все уже услышал и понимаю твою боль. Но не надейся, что отец примет тебя обратно. В Граяне тебе тяжко придется, если решишь остаться на родной земле. Здесь каждый знает историю твоего изгнания и во всем поддерживают волю отца. Но я сделаю все, что от меня зависит, чтобы облегчить твою участь. Даркар поступил ужасно.

Я чувствовала, как холодеют руки, как сжимается сердце. Его слова были горькой правдой.

– Я понимаю, что мне здесь не место и проситься назад не стану. Я постоянно падала, спотыкалась, ломалась, не соответствовала идеалу отца. Не оправдала его ожиданий. Что ж, каждый сделал свой выбор. Я не держу на него зла. Не буду портить вам жизнь, – тяжело вздохнула и потерла воспаленные от слез глаза. – Переночую в таверне, а после ритуала сразу уеду из Граяна, – махнула рукой и натянула улыбку. – Ты тут как?

– У меня все хорошо. Уже трое сыновей. Все очень одаренные. Источник магической силы рода никогда еще так ярко не сиял, – поведал он с гордостью. Они с отцом разные, но присущая обоим жажда подпитывать источник, одинаковая. Собственно, за мое не желание этим заниматься меня и выгнали. Даркар никогда бы не стал жить жизнью мага, смирившись, что лишен ипостаси дракона навсегда, не привел бы детей в мой дом. Я пошла вслед за мужем и считаю это правильным на тот момент.

– Я рада, – погладила брата по гладко выбритой щеке и двинулась к выходу.

– И я рад, что мы свиделись, – кивнул и посмотрел на саркофаг. – Я еще немного побуду здесь, потом поговорю с отцом, а ты иди. Отдохни перед ритуалом.

– Прощай, Нортон, – шепнула и покинула сначала склеп, а потом и территорию родового замка.

Побрела туда, где меня ждали. Ллойд уже снял дополнительную комнату, ведь точно знал, что родители меня не оставят у себя в доме. Мы вместе поужинали, поделились событиями вечера и разошлись по номерам.

Ночь прошла в бессоннице. Я бродила по комнате, вглядываясь в темноту, ища ответы на вопросы, которые постоянно мучили. Память возвращала в тот роковой день, когда я совершила ритуал и отдала силу мужу. Он радовался, как ребенок, когда впервые после этого превратился в огромного изумрудного дракона. Мы с детьми восхищенно следили за его полетом и я была абсолютно счастлива. Теперь воспоминания – это все, что мне осталось от брака…

Не помню, как уснула, но рассвет встретил холодом и тишиной. Облачившись в лучший наряд, что купил мне Ллойд, накинула на голову капюшон мантии и вышла к экипажу. Возница знал, что мне нужно посетить ратушу, а потом вернуться обратно в таверну. Повез меня по улицам города с ветерком, пока я наблюдала через приоткрытое оконце кареты, как стремительно портится погода.

Ратуша, старое каменное здание, стояло во мгле, словно призрак прошлого. Я прибыла незадолго до назначенного времени, ожидая членов ковена. Смотрела, не покидая экипажа, как они приезжают один за другим, окутанные присущей магам таинственностью. Дождалась, когда мой отец войдет внутрь и только тогда покинула укрытие.

Кутаясь в мантию, двинулась к распахнутым воротам. Остановилась у входа в здание и по обычаю осенила двери святым знаком. Собралась с моральными силами и переступила порог.

Зал заседаний был просторен, освещаемый лишь несколькими факелами, которые отбрасывали длинные, пляшущие тени на стены, украшенные пыльными гобеленами, изображающими сцены давно минувших битв и торжеств Граяна. Воздух гудел от негромких разговоров, шепота и шороха шелков. Члены ковена уже собрались – около двадцати почтенных, богато одетых магов.

Я узнала многих: граяна Аберкромби, с ее сверкающими, словно драгоценные камни, глазами и загадочной улыбкой; старый маг Элдридж, лицо которого было покрыто сетью морщин; и молодого для совета такого толка, дерзкого Роланда, чьи пальцы, казалось, постоянно играли с каким-то магическим артефактом, скрытым под складками его одежды.

Мой отец сидел во главе длинного дубового стола с непроницаемым лицом. Он кивнул едва заметно, признавая мое присутствие. Я остановилась у противоположного края стола. Такой как я нельзя сидеть вместе с членами ковена. Скинув с головы капюшон, поклонилась совету и застыла.

– Во исполнение завещания граяны Марвы Краон мы собрались здесь, чтобы снять печать проклятия бесплодия с моей дочери Мириам, – объявил отец.

Роланд с характерной ему ехидной улыбкой, одарил меня презрительным взглядом, но даже если они все разом набросятся на меня с осуждениями и упреками, с места не сойду, пока не избавлюсь от проклятия!

– Предлагаю использовать заклинание силы рода Краон в ритуале очищения и провести его прямо сейчас, чтобы не задерживать Мириам в Граяне надолго, – Аберкромби с самого детства меня недолюбливала. Это в ее сад я любила пробраться тайком и ломала ветки ее драгоценных деревьев, когда с них падала. «Из тебя никогда не выйдет достойной граяны!» – часто твердила она. Выходит, оказалась права.

– Я согласен использовать магию нашего рода!

На том и порешили, а мое сердце ускорило ритм, когда все встали, оттеснили меня к центру зала и окружили.

Старейшина Элдридж подал знак, что можно начинать и я почувствовала, как волны энергии исходят от отца и омывают меня теплыми волнами мягкой силы нашего великого рода, как магия проникает в глубину души. Песнопения ковена, наполненные древней мудростью, звучали как заклинание, изгоняя темные силы, освобождая меня от страшного проклятия. С каждой минутой я ощущала, как тяжесть оставляет тело. Это было освобождение – самое потрясающее чувство, которое может испытать женщина!

Лицо Аберкромби склонилось ближе. Ее шепот, едва слышный над песнопениями, проникал прямо в сердце:

– Проклятие рода Краон тяготело над тобой, не позволяя родить дитя. Отныне оно разрушено, цепи разорваны!

Руны на полу, выложенные из полудрагоценных камней, мерцали, будто живые. Они пульсировали, откликаясь на ритм песнопений, создавая вокруг меня защитный кокон из света и энергии. Я ощутила, как тонкая, ледяная нить, пронзающая изнутри, начала таять. Это была боль, но не физическая, а душевная, глубокая, всепоглощающая.

Песнопения усилились, голоса магов слились в единый мощный поток, заполняя пространство чистой, светлой энергией. Я ощутила, как эта энергия проникает в каждую клеточку моего тела, изгоняя тьму, заполняя пустоту, оставленную проклятием. Ледяная нить полностью растаяла, оставив после себя лишь легкое покалывание. Чувство тяжести, давящее на плечи, словно каменная плита, исчезло. Я почувствовала легкость, невероятную свободу, будто вырвалась из оков.

Я вдыхала чистый, прохладный воздух, наполняя легкие жизненной силой. Мои руки, ранее дрожавшие от страха, стали теплыми и сильными.

После церемонии, когда последние звуки ритуала стихли, и свечи догорели, оставляя лишь тонкий аромат дыма, отец улыбнулся спокойной и доброй улыбкой.

– Проклятие сломлено, дитя мое, – сказал он тихо, – но память о нем должна остаться, как напоминание о силе и слабости нашего рода. Это тебе подарок от бабушки. Используй свою свободу мудро.

Его взгляд, глубокий и проницательный, казался прозрачным, словно чистое горное озеро. От переизбытка эмоций из глаз полились слезы. Я ощутила в груди роящееся пламя, давно забытое на целых десять лет чувство присутствия магии рода Краон внутри.

– Благодарю, отец, – прошептала, осознавая, что случилось чудо. Несмотря на вражду, он вдохнул в меня частичку магии рода. Не большую, но ее уже достаточно, чтобы не считаться позорной оклой. Уверена, без брата тут не обошлось! – Я никогда этого не забуду, – хотелось потянуться к нему, чтобы обнять, но пересилила себя. Он этого не желал.

– Не смею больше тебя задерживать, Мириам. Уезжай, – строгим взглядом указал он на выход и ковен расступился.