Глава 30

Экипаж, блестящий лаком и украшенный гербами рода ван Беккен, казался одновременно роскошным и пугающим, ведь он повезет нас на главное событие месяца – королевский бал. Там будет весь высший свет, включая моего бывшего мужа с его новой женой.

Ллойд с привычным невозмутимым спокойствием помог мне сесть в карету, а затем и сам устроился напротив, наблюдая за моей реакцией с легкой улыбкой.

– Ты прекрасна! – горели восторженным блеском его глаза.

Мастерица сотворила волшебство с моими волосами, создав сложную прическу, украшенную свежими цветами. Макияж нежный, подчеркивающий естественную красоту. Платье сияет. Посмотрев на себя в зеркало перед выходом, я с трудом узнала свою скромную личность. Я выглядела… потрясающе! И сейчас Ллойд, ранее наблюдавший за всем процессом подготовки к балу с нескрываемым одобрением, подтвердил мои ощущения комплиментом.

– Благодарю, – накрыла я его руку ладонью, вздохнула, набираясь моральных сил, и устремила взгляд в оконце тронувшегося с места экипажа.

В назначенный час мы прибыли ко дворцу. Он был величественен, как и подобает резиденции правителя могущественного королевства. Перед воротами нас уже ожидали придворные, распределявшие гостей по залам. В воздухе витал аромат дорогих духов, слышна музыка и тихий шум бесед. Я пыталась сохранять спокойствие, но чувство тревоги все еще не оставляло. Однако, прекрасное платье и уверенность в себе, наполненная благодарностью к Ллойду, помогли мне держаться с достоинством.

С легкостью проходя сквозь толпу, словно плывя по течению, он провел меня к специальному входу, предназначенному для знати. Внутри дворца царила атмосфера безудержного веселья и скрытого соперничества. Звуки скрипок и арф смешивались с шепотом и смехом, создавая неповторимый коктейль из роскоши и интриг. Залы украшены шелками, хрусталем и свечами, которые мерцали, отражаясь в полированных полах.

Я чувствовала себя неловко в новом статусе, прикованной к Ллойду, который игриво передвигался в этом водовороте. В представлении я не нуждалась. Вокруг знакомые лица. Только и успевала учтиво кивать в приветствии, пока внезапно не увидела их – моего бывшего мужа с его новой женой. Юна постаралась! Платье, казалось, было соткано из самого лунного света. Она сверкала, словно драгоценный камень и выделялась яркостью образа. Но вовсе не на юную граяну был обращен жадный взгляд Даркара. Он пожирал меня глазами так откровенно, что стало не по себе. Я старалась не показывать волнения, притворилась, что ничего не замечаю. Улыбнулась Ллойду, чуть заметно сжав его руку. Он нежно сжал мою ладонь в ответ и вежливо кивнул чете Дер-Аберкон.

За нами следили все, особенно жены генералов. Вот уж кто без стеснения переговаривался, откровенно сплетничая и обсуждая! Я же наблюдала за новой парой. Даркар с Юной танцевали совершенно гармонично и красиво, но в движениях граяны не было той живой энергии, что всегда витала в воздухе между нами с Даркаром когда-то.

Вечер только начинался, а я уже с нетерпением ждала его окончания, хотя и чувствовала себя защищенной под покровительством младшего ван Беккена. Но Нерисса Ллойду прохода не давала, навязывая дракону свое общение. Вся в сверкающем, словно чешуя рептилии, платье она буквально висела на руке Ллойда. Ее улыбка была слишком широка, слишком старательна, а глаза блестели неестественным блеском – блеском хищницы, выследившей добычу. Ллойд же, казалось, переносил ее общество с подчеркнутым терпением, отвечая на многочисленные вопросы дварги короткими, вежливыми фразами. Его взгляд часто скользил в мою сторону, в этих коротких взглядах я улавливала что-то похожее на извинение, на молчаливую просьбу о понимании.

Я почувствовала легкое облегчение, когда в зале с опозданием появилась Зельда с мужем. Ринулась к подруге и увлекла ее подальше от гостей.

– Ты видела ее платье? – с толикой злости и даже зависти возмутилась Зельда.

– Не могу больше на это смотреть, пойдем, прогуляемся по саду? – кивнула я сначала в сторону драконицы-прилипалы, а потом взглянула на Юну.

Генеральши продолжали свой неутомимый шепот, их глаза с живым интересом перемещались от меня к Даркару, к Юне, к Ллойду, а затем снова ко мне. Их сплетни, как острые иголки, пронзающие насквозь. Я старалась не обращать на них внимания, сосредоточившись на музыке, которая заполняла зал, но их разговоры все равно проникал через звуки вальса.

Анхель же времени не терял. Начал любезничать с отцом Нериссы. И не трудно догадаться, о чем именно они беседовали.

– Пойдем, – прошептала Зельда, стараясь не привлекать внимания.

Мы выскользнули на террасу, где царил полумрак, контрастирующий с ярким освещением зала.

– С этим надо что-то делать! – выдохнула она, нервно теребя край своего платья.

– Ты о чем? – смутилась я, спускаясь с лестницы.

– Анхель намерен…

– Женить Ллойда, – продолжила я, погружаясь в красоту королевского сада.

Тишина на улице казалась благословением после давящей атмосферы зала. Луна, полная и яркая, заливала сад серебристым светом, подсвечивая нежно-зеленые листья магнолий и блестящие, словно черные жемчужины, ягоды кустарников. Красота природы казалась резким контрастом с мерзким планом Анхеля.

– Да, – подтвердила она, прислонившись к резному столбу беседки. – Самое противное, что я не могу рассказать мужу о вас, – она вздрогнула, словно от удара.

Мы молчали несколько мгновений, вслушиваясь в ночные звуки: шум листьев, пение цикад, далекий лай собак.

– Не стоит волноваться. Ллойд не из тех, за кого можно принять решение, – заявила я уверенным тоном, ревностно вспоминая, как Нерисса жмется к дракону, предлагая себя на блюдечке.

– Мы не можем просто ничего не делать! – протестовала Зельда.

– А что мы можем сделать?

Подруга задумалась, ее взгляд сфокусировался на далеком мигающем огоньке.

– Леди Мириам Краон! Леди Краон! – послышалось позади и я обернулась на мчащуюся в нашу сторону прислугу. – Вас просят вернуться в зал! Прямо сейчас!

Мы с Зельдой переглянулись и тут же двинулись следом за девушкой. Воздух в огромном зале гудел от напряжения. Гости, облаченные в роскошные наряды, застыли, словно статуи, их разговоры стихли, оставив лишь шепот и шорох шелка. В центре стоял Ллойд, сияя такой широкой улыбкой, что у меня дыхание сперло.

– Что происходит? – шепнула я Зельде, а она, ничего не ответив, подтолкнула меня вперед.

– Дорогая Мириам, – протянул ко мне руку Ллойд. – Сегодня прекрасный вечер, чтобы признаться в чувствах к такой потрясающей женщине, – по залу пронесся вздох, а я замерла статуей от неожиданности.

Теплая и сильная рука дракона сжала мое запястье. Я смотрела на него, не в силах произнести ни слова, а вокруг повисла мертвая тишина, прерываемая лишь глухим биением моего собственного сердца.

– Мы знакомы уже много лет, и за это время я понял, что ты – единственная женщина, которую я хочу видеть рядом с собой до конца своих дней. Ты – мой луч света, мой воздух, мой… – он запнулся от волнения, – мой дом. Я люблю тебя всем сердцем!

Он опустился на одно колено, извлекая из кармана бархатную коробочку. Сердце мое бешено колотилось, я чувствовала, как кровь приливает к лицу, окрашивая щеки в пунцовый цвет. Гости, словно завороженные, наблюдали за происходящим, их лица выражали смесь удивления, интереса и скрытого восхищения. Даже шепот стих, оставаясь лишь едва уловимым дыханием сотен пар легких.

В коробочке покоился традиционный для предложения руки и сердца браслет – тонкое белое золото, усыпанное бриллиантами, искрящимися, как миллион крошечных звезд. Камни казались такими чистыми, невинными, такими… похожими на Ллойда. Я не могла поверить своим глазам! Это было слишком… внезапно!

– Мириам, если твои чувства взаимны, выходи за меня замуж? – его голос дрожал, но был полон искренности. Ллойд посмотрел мне в глаза взглядом полным надежды и трепетного ожидания.

Я не могла ответить. Слова застряли в горле, как комок из ваты. Я смотрела на браслет, на лицо дракона, на ожидающие лица гостей, и меня охватывало волнение и… нерешительность. И хотя в глубине души я ощущала вспышку радости, мне нужен был хотя бы миг тишины, чтобы разобраться в этом вихре чувств.

Я глубоко вздохнула, набираясь смелости, чтобы ответить на самый главный вопрос своей новой жизни.

– Я согласна, – прошептала и эти слова, наконец, освободили меня от сковавшего горло напряжения. Слезы радости брызнули из глаз.

Ллойд, словно подхваченный невидимой силой, прижал меня к себе, его объятия были теплыми, крепкими, и наполненными безграничной любовью.

Гости дружно вздохнули, затем разразились бурными аплодисментами и восклицаниями радости. Воздух сразу зазвенел от смеха и поздравлений. Я чувствовала, как дрожат мои руки, как ускорилось сердцебиение. Этот момент, эта внезапная реальность была невероятной, словно сцена из сказки, которая сбылась.

Я глянула на Ллойда, на его счастливое, излучающее сияние лицо, и поняла, что это самое правильное решение в моей жизни. Его глаза сверкали, отражая яркие огни праздничного освещения. Мы отцепились друг от друга, и он, с легким красноватым румянцем, надел мне на запястье изящный браслет. Холодный металл прикоснулся к горячей коже, и я почувствовала, как по всему телу пробежала волна щемящей нежности.

Среди шума и суматохи я увидела побледневшего, словно гипсовая статуя, Даркара. Мой бывший муж не ожидал такого поворота настолько, что буквально прирос к каменному полу зала, не в силах сойти с места, будто молнией пораженный. Его лицо, обычно исполненное высокомерия и презрения, теперь было искажено смесью шока, боли и, казалось, даже… страха? Он смотрел на нас с такой нескрываемой ненавистью, что мне стало не по себе.

Ллойд, заметив мой взгляд, бросил на Даркара короткий, полный презрения взгляд и снова взял меня за руку. Его жест был одновременно защитным и ласковым. Мы начали общаться с гостями, отвечая на поздравления и поднимая бокалы шеде. Я видела искреннюю радость в глазах Зельды и старалась не смотреть на Анхеля, что застыл рядом с Даркаром.

Бывший муж так и стоял, словно окаменевший, в отдалении. Я видела, как он пытается скрыть свой гнев, как сжимаются его кулаки, как он стискивает зубы, но его бледное лицо выдавало истинные чувства. Он не произнес ни слова, не сделал ни единого шага. Возможно, он понимал, что все кончено, что все его попытки вернуть меня потерпели крах. Возможно, осознание этого разбивало его гордыню, и я испытывала странное чувство жалости к нему. Не к его поступкам, а к его разбитому самолюбию.

Я постоянно посматривала на браслет, как на символ моей новой счастливой жизни с Ллойдом. А Даркар… пусть останется там, в прошлом, забытым и ненужным призраком, его место больше не рядом со мной!