56

56

Илона

Она была неглупой женщиной и прекрасно понимала, что с каждым днём они увязают в этом болоте всё глубже.

Вернее, увязла-то она одна, но тянула при этом Марка за собой. Отпустить бы его, позволить уйти восвояси и жить своей жизнью, но... страшно. Невозможно. Она же без него умрёт. Утонет. Трясина поглотит её в ту же секунду...

Несмотря на изначально заявленный легкомысленный формат их связи - по крайней мере, как она отчаянно пыталась это ему преподнести - Илона была вынуждена признать, что схема "просто секс" с ними не работает. И она понимала, что он тоже это понимает... Скорее всего, Марк просто пожалел её тогда. Ну не мог же он не видеть этой горькой и безнадёжной любви, не мог оттолкнуть Илону - это, наверное, сразу бы её убило.

Она подозревала, что его ужасно тяготят навязанные ею отношения. Он наверняка и сам не рад, что во всё это ввязался. Если бы она была более храброй и умела смотреть правде в лицо, то нашла бы в его поведении все признаки, подтверждающие это: редко звонит... ещё реже приходит... постоянно ссылается на занятость и усталость... улыбка вымученная... взгляд потухший...

Но Илона малодушно списывала всё на другие причины. В том, что Марк несчастлив, не было её вины. Она видела, что ему просто тесно здесь, он задыхается в этом городе, в этом университете и на этой кафедре, безотчётно скучая по Питеру. Она не могла этого не чувствовать, не замечать. Да и в разговорах... Марк не так часто вёл с нею беседы по душам, но у него явственно проскальзывало недовольство: он постоянно повторял, что нужно разделение кафедры, потому что пока у них всё в кучу - и язык, и литература. Его бесконечно раздражала некомпетентность многих преподавателей, в том числе и самого заведующего кафедрой, бесила неразбериха на факультетах, когда курс тех или иных лекций читали люди, мало относящиеся к этим дисциплинам напрямую... Илона пыталась смотреть его глазами на окружающее - и понимала, что он прав, конечно же, прав.

- Меня сводит с ума ущербность моей здешней жизни, - сказал он ей как-то. - Я приехал сюда и как будто резко остановился на бегу. Вот с тех пор так и стою - не могу справиться с дыханием, чтобы бежать дальше. 

Она почувствовала укол обиды за свой город - между прочим, родной и для Марка тоже, хотя понимала, что дело не только в нём. Скорее уж, Марк имел в виду свою собственную ущербность, а не по-снобски винил в этом скучную провинциальную жизнь.

- Почему ты вернулся? - спросила она, собравшись с духом.

- Мне не очень легко дался развод, - ответил он, запнувшись. - Хотелось как можно меньше неприятных встреч и лиц из старой жизни. Чтобы никто не задавал вопросов, не выражал сочувствие и не лез в душу, чтобы никому не надо было в очередной раз всё объяснять... 

"Выходит, ты попросту сбежал от своей боли, - констатировала Илона про себя. - Я так и думала".

- А из-за чего вы развелись? - поинтересовалась она тем, что давно не давало ей покоя.

Он помолчал. Илона уже решила, что ждать ответа не стоит, и собралась извиниться за бестактность, когда он подал голос:

- Банальная, в общем-то, история. В универе у меня был очень тяжёлый и неприятный период. И вот именно тогда, когда мне особенно нужна была поддержка... в общем, я застал жену с другим. Как в анекдоте, прямо в нашей супружеской постели. Её любовником оказался мой колллега - слава тебе, господи, хотя бы не друг, иначе это было бы совсем как в дешёвой мелодраме.

- Она бросила тебя и ушла к нему? - уточнила Илона.

- Она не бросала, - Марк невесело усмехнулся. - Более того - она, как выяснилось, вообще не планировала разводиться. Думала, достаточно будет просто попросить прощения и порыдать немного для пущего эффекта - и всё вернётся на круги своя. Я сам после этого не захотел... не смог.

"Ещё бы", - с грустью подумала Илона. Марк с его прямо-таки педантичной порядочностью определённо не сумел бы после случившегося спокойно продолжать семейную жизнь, как бы сильно ни любил жену при этом.

Илона понятия не имела, остались ли у Марка какие-либо чувства к бывшей супруге, и убеждала себя в том, что именно по этой причине у неё самой с ним всё так непросто. Он просто ещё не готов. Марк ведь сказал ей об этом открыто - тогда, в самом начале их отношений...

Да, ему было непросто, но в этом не было вины Илоны. Поэтому она с болезненным упорством всё выискивала и выискивала зацепки в его поведении, свидетельствующие о том, что она ему всё-таки нужна. А если не находила их - то сама выдумывала.

Во-первых, Марку с ней не скучно, она это чувствует. Пусть не так уж регулярно им приходится общаться на различные темы, но слушает он её всегда с интересом и уважением. То есть, как собеседник и друг она его полностью устраивает. Но ведь и как женщина Илона тоже его привлекает! Когда он целует её, ему не противно, наоборот! Она заводит его, по-настоящему заводит, мужское желание невозможно подделать. Так что не так? Почему не так?.. Чего ему не хватает, боже мой, думала она почти в отчаянии.

В конце концов, вон у Кирилла Рыбалко с Катей тоже поначалу не клеилось. А потом внезапно оказалось, что его привязанность, и нежность, и тепло, и забота - это и есть любовь!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Да вот только есть ли эта нежность и привязанность у Марка - по отношению к Илоне? Она понимала в глубине души, что он дарит их ей не потому, что она - это она. Марк так же легко раздавал бы эту заботу другим. Он добрый и отзывчивый человек. Но... означает ли это, что Илона как-то особенно дорога ему?.. Совсем нет.

Иногда, если подобные мысли одолевали её слишком активно, Илона под воздействием порыва начинала творить глупости. Вот и теперь, разбередив себе душу сомнениями, она решила позвонить Марку сейчас же и прямо спросить о том, что он к ней чувствует.

Впрочем, когда Илона взглянула на часы, её пыл несколько охладел - шёл второй час ночи. Но она знала, что Марк - "сова", иногда он засиживался за работой всю ночь напролёт, до самого утра.

Поколебавшись ещё немного, она решила прощупать почву в сообщении и отправила ему вопрос:

"Привет. Уже спишь?"

Марк откликнулся через несколько минут.

"Нет, а что?"

И тогда, собравшись с духом, Илона нажала на кнопку вызова.

Он ответил не сразу, через несколько мучительно долгих гудков, и Илоне очень хотелось верить, что это не потому, что он раздумывал - брать или не брать трубку в принципе. Услышав его голос, Илона различила также и странный фоновый шум - не то уличный, не то...

- Где ты? - удивилась она.

- Я... гуляю.

- Марк?! - с нажимом произнесла Илона.

- Ну, вообще-то, еду в такси. В отель, - сдался он. Илоне показалось, что она ослышалась.

- В какой ещё отель?

- Да какой первым на пути попадётся.

- Погоди, - взмолилась она, - ты же ещё днём был в городе?!

- Я и сейчас здесь, не пугайся, я никуда не уехал, - отозвался он. - Просто моя квартира сейчас занята, - голос был немного растерянным, точно Марк и сам не до конца осознавал, что происходит.

- В каком смысле?

- Я пустил переночевать... одну свою знакомую. Так вышло, что ей некуда сегодня идти.

Понятнее от этого едва ли стало. Илоне захотелось задать ему миллион вопросов одновременно, а самое главное - выяснить, что ещё за "знакомая", откуда, он же ни с кем здесь особо не общается... Однако она понимала, что это совершенно не её дело, и усилием воли притушила вспыхнувшую было ревность. Ревновать стоило в случае, если бы Марк остался ночевать вместе со своей "знакомой". А так... его уход из собственной квартиры только подчёркивал, что между ними ничего нет.

- А знакомую нельзя было отправить в отель? - спросила она как можно более непринуждённым тоном. 

- Выходит, что нельзя, - ответил он.

В этом весь Марк, подумала она со вздохом... и тут же радостно встрепенулась.

- Подожди, так зачем тебе отель? Приезжай ко мне. У меня, слава богу, места предостаточно!

В трубке возникла заминка.

- Я... не думаю, что это удачная идея, - произнёс он наконец.

- Но почему нет? - мысль, что она может заполучить Марка на всю ночь, воодушевила Илону настолько, что она с жаром кинулась его уговаривать.

- Во-первых, уже очень поздно... - начал было он неуверенно, но она перебила его:

- Ерунда какая! Я же всё равно не сплю.

- Илона, послушай, - она физически чувствовала, как тяготит его возможность объясняться по телефону, но не сказать этих слов он не мог. - Я не приеду, потому что...

- Ну пожалуйста, Марк! - испуганно перебила его она, не давая произнести больше ни слова. Она готова была возненавидеть себя и за этот жалобный тон, и за то, что голос предательски дрогнул и сорвался. - Приезжай... ты мне очень нужен.

Он молчал. Долго, невыносимо долго молчал. Кажется, в ожидании его ответа Илона даже не дышала... Наконец, он обречённо отозвался:

- Хорошо. Скоро буду.

И она услышала, как он диктует таксисту её адрес.