79

79

- Познакомься! Это Полина! - произнесла Ксения с таким победоносным видом, словно была циркачом, только что проделавшим удачный трюк. Ещё бы руки вскинула вверх для пущего эффекта... - А это мой двоюродный брат из Москвы, я тебе про него рассказывала. 

Полина ошалело хлопала глазами, рассматривая гостя. Он был невысокого роста, очень подвижный, светловолосый, глаза смотрели простодушно и весело. Ну, писем-то он никаких не писал, за это можно было ручаться, слишком спокойный и прямой взгляд Полине в лицо... Но вообще неловко и непонятно - что, чёрт возьми, здесь происходит?! 

Полина в смятении оглянулась на свою кровать, кое-как уже застеленную, и неловко поправила сбившееся одеяло. 

- Вы, кажется, нездоровы? - понятливо спросил Вадим. - Тогда мне, наверное, лучше уйти? Не хочу мешать... 

- Нет, нет! - бодро затараторила Ксения. - Полинка немного приболела, но как раз твой приезд очень кстати - ты нас немножко развеселишь, отвлечёшь, и у неё скорее пройдёт. Это у неё даже не болезнь, а так, недомогание... психического... то есть, психологического характера. 

Вадим с опаской покосился на психическую, а затем перевёл взгляд на Ксению: 

- Ксю, а где же твои чемоданы? Ты сказала, что надо помочь перевезти вещи из общаги домой, а сама ещё даже не начинала собираться... 

- Да мне собраться - только подпоясаться, - беззаботно отозвалась Ксения. - И потом, куда ты так торопишься? Зачем обязательно уезжать сегодня? Вот завтра проводим Полину на вокзал, и тогда уж быстренько упакуем мои чемоданы... 

По обрывкам разговора Полина сложила в уме более-менее полную картинку: мама Ксении, проживающая в небольшом городке в области, собирала всю родню на предстоящий пятидесятилетний юбилей. Вадим специально сначала заехал к кузине, чтобы помочь ей с вещами - а потом они вместе должны были явиться на праздник. 

- Да вы садитесь, Вадим, - сказала Полина, чтобы прервать сумасбродную и бестолковую болтовню Ксении, от которой у неё уже начинала болеть голова. 

Парень посмотрел на неё удивлённо и ещё более опасливо, чем раньше, а затем осторожно спросил: 

- Позвольте... а почему именно Вадим? Это ваше любимое имя? 

Хоть Полине и было не до смеха в эти дни, а всё же она засмеялась от души, глядя на сконфуженное лицо Ксении. 

- Простите... мне послышалось. А как вас зовут? 

- Андрей. 

- Хорошо, Андрей. Садитесь же! 

Вадим, он же Андрей, сел, оглянувшись на Ксению. Очевидно, что-то здесь казалось ему странным, но он пока ничегошеньки не понимал. Сестрица его вновь завертелась, как уж на сковородке. 

- Ничего, ничего! Ты к Полинке скоро привыкнешь. Она очень интересная, милая. Это у неё сейчас меланхолия, совершенно излишняя.  Но она ещё лучше, чем я тебе говорила, честное слово! 

- А что она вам обо мне говорила? - коварно спросила Полина. Вадим заморгал, послушно задумался, добросовестно припоминая: 

- Да ничего особенного, всё хорошее... Она очень быстро говорила, всю дорогу, пока мы от вокзала ехали. Сказала, что у вас блестящее будущее, что вы получили красный диплом и будете поступать в аспирантуру... - он отчитывался, точно боясь расстроить психическую. 

Взгляд Ксении упал на чайник, принесённый Полиной из кухни. 

- А давайте чай пить! - оживлённо воскликнула она. Вадим вскочил. 

- У меня вафли есть! И конфеты ещё... - он потянулся к своей дорожной сумке. - А где можно руки помыть? Я прямо из поезда, и вообще... 

- По коридору направо, - подсказала сестрица. 

Едва он вышел, Ксения стрельнула в Полину любопытным зелёным взором: 

- Ну, и как тебе прототип Вадима? 

- Зачем ты его вызвала? - хмуро спросила Полина. - У тебя вещей не так уж и много, чтобы человек специально из Москвы тащился сюда и помогал перевозить твоё добро... 

- Я хотела немного разрядить обстановку. А ну, попробуй-ка при нём лечь обратно на кровать и погрузиться в мировую скорбь! И не надо укорять меня взглядом - на распухшем лице это не очень убедительно смотрится. Ничего дурного я не сделала. Андрей тоже развеется, посмотрит город, погуляет... Он у меня вообще славный парень. Видишь, как я стараюсь тебя взбодрить! 

- Спасибо за старания, но я, кажется, не просила... 

- А дружба на что тогда? - удивилась Ксения. - Ты же вытаскивала Катю из депрессии, не давала ей плакать. Удивительно, сколько в этой комнате сырости и огненных страстей... Прямо-таки, не побоюсь излишнего пафоса, испытываю неопреодолимое желание тоже кинуться в омут любви, глядя на вас! 

- Кидайся на здоровье. 

- Какое уж тут здоровье, сначала парня надо найти, а это ох как хлопотно... 

Полина впервые за неколько дней посмотрела на неё внимательно. Ксения даже как будто похудела. Так привычно её вечное зубоскальство, что невольно забывается главное - и она молодая девушка, и у неё есть свои печали... Любит кого-то, кого нет на свете. Так странно... 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Но тут вернулся Андрей, и разговор о любви прекратился. 

На следующее утро Полина проснулась ещё до звонка будильника, на рассвете. Тут же подорвалась с кровати Ксения и начала быстро одеваться, сонная, но полная решимости причинять подруге добро. 

- Андрей обещал заскочить пораньше, от его гостиницы сюда рукой подать, так что я сейчас быстренько нам всем завтрак сварганю. Хочешь, уговорю его прокатиться с тобой до острова? Тебе будет веселее... 

- Нет, спасибо, веселее мне не будет. 

- Жаль, - вздохнула Ксения. - Полное писательское фиаско: Вадим материализовался, но и в таком виде годен лишь на то, чтобы нести твой чемодан... Поверь, он хороший человек, пусть всего-навсего Андрей. Да, ты смотришь на него сверху вниз, потому что он кажется тебе простым и понятным, в отличие от той туманной фигуры, у которой вообще неизвестно, что в голове водится... 

- Наша песня хороша, начинай сначала. 

- Полина! - патетически изрекла Ксения, прижав руку к левой стороне груди. - Нас ждёт разлука. А вдруг на веки вечные?! Должна же я сделать для тебя напоследок всё возможное и невозможное. Андрей золотой парень, и главное - цельная натура. А эти надтреснутые герои, не будем называть поимённо, которые так нравятся интеллигентным женщинам, зародились ещё в старинных романах. Нафталинище!.. Но, к сожалению, битая посуда два века живёт. 

- Что, поругаемся с тобой на прощание? - сказала Полина, шутя. Сегодня утром боль обманчиво затихла. Горе ещё не нашло в душе постоянного укромного местечка, давало ей передышку... 

- А ты сегодня лучше выглядишь, Полинка. И даже глазищи вон прорезались на личике. Откровенно говоря, грусть тебе к лицу, и не называй меня циничной. Тебе даже нужна была такая душевная встряска, ты теперь никогда не сможешь просто плыть по течению... Выдумывая Вадима, я смутно намечала себе именно такую цель... Всё, всё, молчу, через час ты от меня избавишься! - Ксения, наконец, заткнулась и принялась кромсать сыр и колбасу к завтраку. 

Полина не выдержала и отняла у неё нож - смотреть было страшно, как он вихляется в руках у этой несносной Ксении, с которой всё-таки немного жаль расставаться... 

- Обидно за нашу комнату, - вздохнула напоследок Ксения. - Только Катя и получила в итоге своего принца, но эти два кретина реально заслуживали счастья... Я, Полинка, всегда за счастливые концы, так и знай. И как писатель, и как человек.