Глава 20 – Небо в алмазах

Маша

— Мы лежим на асфальте, как два идиота. Если моя мама посмотрит в окно, то убьёт тебя.

Дима взял меня за руку, переплетая наши пальцы и крепко сжал их.

— Давай ты не пойдёшь домой, заучка?

— Почему это? — усмехнулась. — Может быть, ты знаешь, куда я тогда отправлюсь?

— Ага, — вкрадчиво, почти мурлыкая отвечает Дима. — Звёзды нашептали.

— Меня тошнит от тебя, — вырвала руку и так быстро, как могла, поднялась на ноги. Правая коленка немного болела и щипала, но не страшно. Жить буду. — Сбавь уровень ванили в сахарной глазури, хорошо?

Он встаёт за мной следом, и мы идём к парадной. Медленно-медленно, словно стараемся растянуть время. Кажется, что я действительно не хочу домой к маме.

О, боже! Савельева, да тебе лечиться надо!

Прислоняю ключ к домофону и вхожу внутрь. Доходим до лифта, нервное напряжение увеличивается в геометрической прогрессии. Между нами не огонь и не электричество, не молнии и не ток, а что-то сильно мощнее.

— Пойдём ко мне, — шепчет на ухо, обнимая за талию. — До утра часов семь. Нет смысла расставаться.

Хитрый жук!

— Хочешь сказать, будешь скучать? — рассмеялась, а сама почему-то наслаждалась его руками на своём теле.

Всё это неправильно. Запретно. Невозможно.

Но почему так желанно?

— Уже, — прикусил за мочку уха, скользя языком вдоль ушной раковины. — Чувствуешь?

Я чувствовала, да. И одновременно боялась.

Пусть тело хотело ответить взаимностью, но мозгом я понимала, что не могу себе такого позволить. Стать ещё одним трофеем Димы Сотникова. Моя скромная персона интересна ему лишь сейчас, пока охотник не загнал добычу в ловушку. На простом языке – не уложил в свою постель. Нужно ли мне это?

Пример собственной матери маячил перед глазами. Она всегда говорила – я лучшее, что с ней случилось, но… мой отец бросил беременную девушку без каких-либо сожалений. Поиграл, удовлетворил все свои потребности и был таков. Я уж точно не хотела привязываться к парню вроде Сотни и тем более, принести от него домой в подоле. Все мы знаем, откуда берутся дети.

Сама не заметила, как за это лето мы стали ближе друг к другу. Я видела этого парня под совершенно другой призмой. Будто не было долгих лет ненависти, гимназии и универа. Другие люди.

Парень и девочка, которым нравится проводить время вместе. Но мне нужно поставить точку. Поставить её сейчас, пока всё не зашло слишком далеко.

У меня нет права любить Сотню. У него нет права влюблять меня.

— Сотня, — пытаюсь отстраниться, но он не даёт. Лифт благополучно проезжает мой этаж. — Хватит, не заходи так далеко.

Будто бы мы не перешли уже всех границ.

— Боишься утонуть?

— Боюсь не выплыть, Дим. Для тебя это удовольствие одного дня, для меня всё по-другому. Пожалуйста, найди другую для своих игр.

Несколько секунд молчит, не отрывая от меня взгляда, а потом просто закидывает к себе на плечо и выносит из лифтовой кабины.

— Эй!

— Не хочу другую, — открывает дверь и входит в квартиру. — Хочу тебя, Савельева. Врубишь недотрогу, придушу.

Он уже всё решил за нас обоих. Как и что между нами будет.

— Не думаешь, что наши желания могут не совпадать? — прищурилась.

— Они не совпадают, малыш? — усаживает меня на комод и разводит ноги в стороны. — Я видел, как ты смотришь на меня, как ревнуешь, как твои губы приоткрываются, когда целую тебя. Давай не будем притворяться равнодушными.

— А просто займёмся сексом? — усмехнулась, упираясь ладошками в его грудь.

— Почему нет? — целует в шею, прикусывая за нежную кожу. — Зачем отказываться от того, чего так жаждешь?

Философ нашёлся. Но почему эти слова кажутся правильными?

Его губы накрывают мои и мне хочется оттолкнуть его. Врезать пару раз, чтобы уже остыл, но почему-то не делаю этого. Наоборот, запускаю руки в волосы Димы и отвечаю на поцелуй. Чувствую горячие ладони на своей коже, как юбка платья бесстыдно ползёт вверх. Не знаю, каким должен быть первый раз, но точно не на комоде в прихожей.

— Дим, подожди…

— Ждал, — целует жадно и бескомпромиссно. — Время вышло, Маша. У нас всё будет.

Всё!

Стесняюсь спросить, а всё, это как? Слов не потребовалось. В следующую минуту я получила ответ на свой вопрос.

Впивается в мой рот своими губами, одновременно расстёгивая ремень на брюках. Я слышу, как звенит бляшка. Пробую сопротивляться напору Сотникова, но каковы шансы?

Обхватываю его за пояс ногами, с жаром отвечая на ласку. Что же я творю? Что?

Разрывает кружево нижнего белья прямо на мне, быстро раскатывает по каменному стволу защиту и тянет меня на себя.

— Дим!

Не слушает, стискивая в стальных объятиях.

— Расслабься, — шепчет на ухо, покрывает поцелуями шею. — Расслабься, Маша. Я уже в тебе. Назад не получится.

Припадает к моим губам, медленно наращивая темп. Комод трясётся подо мной, вещи падают на пол. Но всё это абсолютно для нас не важно.

От боли я даже прокусила до крови губу и со всей дури вжалась в Диму. Боялась даже двинуться лишний раз, только планомерно царапала его мокрую и горячую спину. Мда… ожидала большего, на самом деле.

— Ты как? — взял за подбородок и посмотрел прямо в глаза.

— Знаешь, как-то не айс… можно я уже пойду?

— Маша, блин!

— Я не впечатлена, — поджала губы. — Больно, неудобно, никакого тебе фейерверка и огня перед глазами, неба в алмазах я тоже не видела. Ноги затекли. Я устала.

— Знаешь, у меня сейчас появится комплекс неполноценности.

Подхватил под попу и через несколько шагов швырнул на что-то мягкое.

Смутилась от его вида. Даже щеки покраснели. Прямо почувствовала, как румянец заставил меня гореть.

Бесподобный. Напряженный. На загорелом теле проступают капельки пота. Скольжу глазами вниз. Разглядывая рельефный пресс и его возбужденный, перевитый венами член, в капельках нашей страсти.

— Нравлюсь? — самодовольно усмехнулся Сотников.

— Он… не маленький.

Закатил глаза, а дальше без объявления войны, присоединяется ко мне, сразу прижав к кровати своим мускулистым телом.

— Сотня! — запротестовала, колотя парня по спине. — Что ты делаешь?

— Небо в алмазах показывать буду, — прикусил нижнюю губу и хитро подмигнул. — Готова, малышка?

— О, господи!

— Так-то лучше. Повторяй почаще.

Подкладывает под мою попу подушку, поднимает ноги, разводя их широко в стороны, неторопливо ведёт головкой члена вдоль мокрых складочек, не торопясь погрузиться. Внутри всё ноет и горит от томительного предвкушения. Двигается бёдрами навстречу, даёт мне пару секунд привыкнуть, не сводя глаз с лица.

— Нежно или грубо?

Я облизываю пересохшие губы.

— Хорошая девочка, — хватает меня за шею и толкается вперёд. Ещё, и ещё, ах!

Всхлипываю, умоляя его сама не знаю о чём.

— Сотня! — прикусываю губу и цепляюсь за его плечи, изгибаясь в спине. — Божеее…

Вышибает из меня стоны, превращая милую девочку Машу в какую-то порочную демоницу Мирит. Тело горит в его руках, извивается, глаза закатываются от удовольствия. Начинаю подмахивать ему в темп. Дыхание сбивается, мы звучим в унисон, жадно хватая этот кайф. Разбиваемся – на осколки, на атомы.

Если до этого он был душкой и нежничал со мной, то дальше он спустил с цепи всех своих тёмных псов. Поставил перед собой на колени, намотал волосы на кулак и вошёл сразу во всю свою длину, заставляя издавать что-то умоляющее, жалобное, пошлое.

Я почти в полубессознательном состоянии от нереального удовольствия с ним. Упала в космос, где он переворачивает меня, куда-то перекладывает, зацеловывает моё тело, бесконечно накачивает собой.

Мне не хотелось, чтобы эта ночь заканчивалась. Чтобы в нашей истории появилась эта самая жирная точка. Что угодно, но только не она. То, чего я так боялась в итоге было самым прекрасным событием за всё лето. И, знаете, небо в алмазах… оно существует.

Засыпаю на его груди, со всех сил стараясь не поддаваться панике. Я не дурочка и не наивная девочка, которая ждёт от Димы романтики. Черт побери, между нами в принципе больше ничего не будет. Слишком хорошо знаю Сотникова. Он захватывает трофеи, а потом остывает. Никогда не думала, что окажусь ещё одной глупышкой из его коллекции.

Я не собиралась лить слёзы. Нам обоим хорошо вместе. Классный секс, но не больше. Тихонько, чтобы не разбудить Сотню, оделась и выбралась из квартиры соседа сверху.

Мама уже спала, а на кухне ждал ужин. Вот только мне кусок в горло не лез. Нужно принять душ и начать собираться в универ. Долго отмокала под струями прохладной воды, в голове прокручивая каждую минуту минувших событий. Как будто пережила всё заново. Непросто будет вколотить гвоздь в крышку этого гроба.

А когда наконец вышла из душа, на моей кровати уже лежал Сотников, причём в обнимку с моим любимым розовым мишкой. Маша такая в полотенце на голое тело, получи и распишись, Димон.

— Иди сюда, — выразительно похлопал по постели.

— Что ты здесь делаешь? — откровенно злюсь.

— Настолько хреново, что ты сбежала?

— Не в этом дело, Дим.

— А в чём? — недоумевает парень. — Тебе со мной хорошо или нет?

Прилип, как банный лист!

Молчу, кусая губы.

— Маша, твою мать!

— Мама спит. Тише, пожалуйста.

— Отвечай на вопрос и выруби пугливую малышку, сбежавшую от меня после первого секса, ок?

— Хорошо, — выдохнула. — Мне с тобой хорошо. А теперь вали назад!

Резко подскакивает и подлетает ко мне, хватая на руки.

— Нет! — но мы уже падаем на кровать.

Полотенце, одежда? – В сторону их!

— Тшш, малышка… — приложил палец к губам и коротко поцеловал в губы. — Мама спит. Ты же не хочешь её разбудить?

Вот же… гад!