Глава семнадцатая

— Тебя потряхивает, — наблюдательно заметил Кир, трогаясь с места. Машина плавно выехала на дорогу и влилась в общий поток. Правда, мы почти сразу встали на светофоре.

… меня действительно потряхивало.

Поставила рюкзак на колени и резко дернула молнию. Достала спрей-антисептик и выдохнула.

— Ничего, если я воспользуюсь? Будет немного пахнуть… — неловко обратилась к блондину. Мне не хотелось доставлять ему еще больше неудобств.

— Ерунда какая, — отмахнулся он, не сводя взгляда со светофора. И как только загорелся зеленый свет, отпустил тормоз. Хорошо иметь коробку-автомат. Наверное. Но, если бы я водила, то предпочла бы «автомат». — Включим кондей, все выветрится.

Я благодарно кивнула и обильно опрыскала руки. Подумав, обработала рукава пальто. Вспомнила, как Савченко схватила меня и ощутила озноб. Меня бросило в ледяной пот.

Все же было хорошо и вот… снова это чувство. Чувство удушья. Сдавливания в груди. Спазмом свело живот. Все признаки психовегетативного расстройства на лицо…

— Может, окно открыть? — обеспокоенно поинтересовался парень. — Ты бледнеешь на глазах. Уверенна, что все в порядке?

Я уже ни в чем не была уверена. Дыхание участилось, пульс, казалось, подскочил до двухсот… Неужели какая-то незначительная стычка так на меня повлияла? Или в детстве был похожий случай, который и послужил причиной возникновения фобии?

Кирилл осторожно перестроился и встал у обочины, включив аварийку.

— Эм-м… О! — обрадованно воскликнул он и кинулся что-то искать на заднем сидении. — У меня вода есть. Купил перед работой. Не пил. Можешь бутылку протереть салфетками, — произнес невозмутимо и вполне серьезно, заставив меня изумленно моргнуть.

Улыбка на моих губах появилась сама собой.

— Я не пью воду из магазина, только фильтрованную дома из кулера. Но спасибо.

— Да ладно, ты же пила кофе в кафе. Или думаешь там вода из кулера? Хорошо, если они ее не из туалетного бочка набрали, — скептически отозвался парень и тут же осекся, осознав, что сболтнул глупость и может напугать меня еще больше. Его глаза испуганно округлились.

— Это ты так успокоить меня пытаешься? — усмехнулась, вскидывая бровь, но главное… мне стало легче. — Считай, у тебя вышло. Давай свою воду, — взяла бутылку, вскользь задев пальцы Кирилла, но даже не поморщилась. Спокойно достала салфетки, вытерла руки и протерла бутылку. Крышку и горлышко. — Спасибо, — улыбнулась и отпила.

Ну… вроде не тошнит. Жить можно.

— Так… что произошло? Что за истеричка к тебе прицепилась? — спросил блондин.

— Одногруппница, — бесстрастно произнесла я. — Я потихоньку стала выходить из зоны комфорта, скажем так. Юля заволновалась, что ее главная роль может достаться мне, хотя я при ней отказалась от предложения преподавательницы. Сказала, что попробую весной. А Стася… моя сестра, разболтала всем, что я и Соколов встречаемся…

— Это вывело ее из себя? — хмыкнул парень.

Я пожала плечами.

— Соколов был популярен в нашем универе, многим нравился. Но думаю, Юля больше волнуется за свою роль. И у нее есть все основания для этого, если бы не моя фобия, я давно бы… неважно, — натянуто улыбнулась и закрыла бутылку крышкой. — Спасибо, что остановился. Отсюда я дойду до дома сама, недалеко.

Парень покачал головой.

— Вот именно, недалеко. Сиди уже, довезу, — и включил передачу.

Я достала телефон и отправила Яну сообщение.

Я: «Случайно встретила Кира, он подвез меня до дома. Все в порядке…» — выдохнула и откинула голову на подголовник.

Приехали быстро. Кир встал напротив моего подъезда и прежде чем я вышла, попросил:

— Давай обменяемся телефонами? — я вопросительно вскинула бровь. — Названить не собираюсь, не переживай, — усмехнулся он. — Просто кто-то должен быть связующим звеном между тобой и Яном, если с ним что-то случится, чтобы ты могла связаться со мной, или я с тобой.

— Логично, — согласилась я и продиктовала свой номер телефона. Парень тут же сбросил дозвон, а я сохранила его контакты, подписав как «Блондин».

— Береги себя, — усмехнулся парень на прощание, а я помахала ему и вышла, глубоко вдохнув прохладный воздух.

Ответа от Соколова не было, впрочем, я и не ждала быстрого реагирования. Он, наверное, уже у матери в больнице. Ему не до этого. Заснула телефон в карман и пошла домой…

В прихожей на нашей доске «сообщений» меня ждала записка от родителей:

«Уехали по магазинам. Вернемся поздно. Вероятно, пьяными…» — усмехнулась и стала раздеваться. Тщательно вымыла руки, сразу закинула вещи в стирку и полезла под душ. Общение с Кириллом немного уняло мою тревогу, но… я все еще ощущала внутренний мандраж.

— Савченко, чтоб ее!.. — выругалась, вставая под теплые струи.

Если она продолжит ко мне цепляться, я не смогу быстро вернуться к полноценной жизни. Как бы мне наладить с ней отношения?..

В холодильнике мама для меня оставила еду в контейнере. Открыла крышку и улыбнулась. Все, как я люблю, но, наверное, пора бы уже есть с остальными и не обременять родителей подобными капризами, когда они и так редко бывают дома. Переоделась в домашнюю одежду, немного подсушила волосы, поела и занялась учебой, когда пришла Стася.

— Привет! — крикнула сестра из прихожей. — Как дела?

Я закрыла учебник и пошла разогревать ей обед, умолчав о стычке с Савченко. Не нужно, чтобы еще и она лишний раз нервничала.

Поставила тарелку супа в микроволновку и услышала:

— Ясь! Тут твой телефон на столе надрывается, кажется, Соколов звонит, — она показалась в проеме с моим смартфоном в руках.

Я взяла, ощущая, как замирает сердце и ответила.

— Да?

— Привет, — голос парня звучал утомленно. «Что-то случилось…» — мелькнула тревожная мысль. — Ты дома? Можешь спуститься ненадолго, я под твоими окнами.

Удивленно приоткрыла пальцами жалюзи и шумно выдохнула.

— Холодно, а ты без машины и без шапки, — вымолвила как можно спокойнее. — Поднимайся, родителей нет. В тепле поговорим. Тридцать пятая квартира.

— Хорошо, — улыбнулся он, безошибочно найдя взглядом окно нашей кухни.

Я сбросила вызов, вышла в прихожую и нажала кнопку домофона, как только он зазвонил.

— Ты пригласила Соколова к нам? — опешила сестра. — Сама?

— У него что-то важное, — отозвалась бесстрастно, открывая дверь, хотя сердце уже стучало как сумасшедшее, предчувствуя неладное.

— Эм-м… ладно, — протянула сестра. — Не буду вам мешать, — хитро улыбнулась и скрылась в кухне.

Соколов поднялся меньше чем через минуту. Звякнули двери лифта, а вместе с ними кажется дрогнуло и мое сердце. Сделала глубокий медленный вдох и распахнула дверь пошире, беря эмоции под контроль. Не хотела, чтобы парень заметил мое беспокойство или излишнюю радость от встречи с ним.

— Привет, — поздоровалась ровно, пропуская Соколова в квартиру. — И давно ты у моего дома торчишь? В сталкеры подался?

Парень усмехнулся и неожиданно потянулся ко мне, заключив в объятия.

— Я скучал… — выдохнул, кладя подбородок мне на плечо. — Так не хватало твоей язвительности.

— Не выдумывай, — отмахнулась бесстрастно. — Мы виделись вчера.

Он отстранился, заглядывая мне в глаза. А взгляд печальный и тревожный…

— Ладно… Раздевайся, вешай куртку… — произнесла неловко, обхватывая себя руками.

Парень быстро снял верхнюю одежду, поставил обувь в обувницу и вытянулся по струнке.

— Я готов. Веди меня, мой генерал, — вымолвил нарочито бодро и весело.

— Пойдем, — мотнула головой и направилась в свою комнату.

Закрыла за нами дверь и махнула рукой.

— Садись куда-нибудь и выкладывай. Ты же не просто так приехал…

Ян грустно усмехнулся.

— А ты проницательная, как и всегда. Романтикой тебе мозги не запудришь…

— Ты знал на что шел, — парировала, небрежно садясь в компьютерное кресло.

Парень огляделся, подошел ко мне и резко вздернул меня вверх. Подхватил на руки и уселся вместе со мной на кровать, держа меня как маленькую. Я оцепенела.

— Ты чего? — поинтересовалась сипло.

— Так лучше, — утомленно выдохнул он. — Операция прошла успешно, но у матери парализована левая часть тела, пока она не может самостоятельно есть и пить, за ней требуется уход. Сколько времени займет восстановление неизвестно…

— Но ведь пришла в себя — уже хорошо, — произнесла я очевидное. — Так что тебя беспокоить тогда?

Ян потерся щекой о мое предплечье и вздохнул.

— Отец хочет договориться о реабилитации за границей. И перевести маму, как только это станет возможным…

Я задумалась, ощутив кольнувшую в груди тревогу.

— Он хочет, чтобы ты поехал с ним?

— Да, — уныло подтвердил парень. — Я понимаю, что за матерью потребуется уход и присмотр, ей нужна будет наша поддержка, но улетать за границу совершенно нет никакого желания.

— Но это ведь не навсегда? — уточнила настороженно. — Ты можешь оказать необходимую помощь и вернуться. В конце концов, сейчас ты не зависишь от отца и сможешь жить самостоятельно.

Руки на моей талии сжались сильнее.

— Я не знаю сколько маме понадобится времени для восстановления. Месяц. Три. Полгода… — мрачно отозвался Ян.

Я развернулась, чтобы видеть его лицо.

— Скажи прямо… чего ты опасаешься? Того, что отец станет давить на тебя, вынуждая учиться и жить за границей? Боишься, что станет манипулировать тобой, прикрываясь здоровьем матери? Или… — я сглотнула. — Переживаешь за наши недоотношения?

— Недоотношения? — парень дернулся, вскинув голову. Глаза нехорошо так сощурились. — Ты называешь то, что между нами происходит недоотношениями? Для тебя это вообще ничего не значит?

Тяжело выдохнула, поджимая губы.

— Я лишь имела ввиду, что мы с тобой даже не встречаемся, были на двух с половиной свиданиях и один раз целовались. Это не те отношения из-за которых стоит сильно переживать, ведь здоровье родного человека важнее. Ты должен принимать решение, полагаясь на здравый смысл… — закончить мысль не успела.

Соколов пересадил меня с рук на кровать и резко поднялся.

— Ну надо же… — усмехнулся нервно, ероша волосы. — А я ведь серьезно воспринимал наши недоотношения и был уверен, что мы встречаемся, представляешь? Но выходит, я один так думал. И знаешь… — черты лица парня заострились, — первое о чем я подумал, после разговора с отцом, о том, что не хочу расставаться с тобой. Но если придется уехать на какое-то время, ни за что не потеряю с тобой связь. Не в деревянном веке живем так-то… А ты так легко говоришь о незначительности того, что между нами было…

— Ян… — позвала с сожалением, вставая. — Я не хотела тебя обидеть, — пролепетала растерянно.

— А чего ты хотела, говоря мне все это?! — гневно воскликнул парень. Скрипнул зубами, вышел в прихожую и начал быстро собираться.

— Послушай… — вымолвила, пытаясь остановить его. Мысли путались…

— Нет. Это ты послушай, — резко произнес он, сверля меня взглядом. — Реши уже наконец, кто я для тебя. Что значу в твоей жизни и чего ты хочешь от отношений со мной. И если я своими действиями и поведением дал как-то понять, что несерьезен, сообщи мне об этом. Потому что я сто процентов, абсолютно серьезен. Ты мне нравишься, Ярослава. Поняла? — резко застегнул молнию куртки и судорожно выдохнул. — Так сильно нравишься, что прибить сейчас готов. Ни за одной девчонкой так не бегал… — развернулся и вышел из квартиры, оставляя меня в растрепанных чувствах.

И в тот момент, слушая, как уезжает вниз лифт, я поняла две важных вещи. Первая — я ошибалась. Вторая — я чертовски ошибалась…