Глава 21

Лучше поздно, чем никогда. Кристина действительно начала чуть лучше соображать и осознала, что ледник скоро восстановят и когда-нибудь вспомнят о ней. До этого времени стоило поспешить проявить явное рвение к службе. В десятый отряд мы так ее и не звали, хотя общение с ней стало гораздо терпимей. Просто опасались, что если она будет часто общаться с нашим командиром, то рано или поздно пойдет на второй круг влюбленности в него. Помимо этого риска у меня создалось ощущение, что Диминик вообще не собирался никого больше к нам принимать – его устраивал именно этот штат уже не таких смешных подопечных. Однажды он так и сформулировал: – Десятый отряд идеален по составу. Мы собрали все стихии: Риссая – огонь, Наташа – вода, Аго – земля, Марина – воздух. Ну а я… – он ненадолго задумался, затем выдал: – Грех. Риссая рассмеялась: – Командир, нет такой стихии! – Кому ты рассказываешь? – отмахнулся тот. Выяснилось, что Кристина и сама может о себе позаботиться. Выпускники года собирали новые отряды, поскольку их катастрофически не хватало. Тот самый берсерк, который «лучший курсант отделения», открывал одиннадцатый отряд и пригласил туда Кристину. Нет, она, конечно, очень ловкая и обладает магией соблазнения, но сильно сомневаюсь, что взять он ее решил именно за служебную пользу. Шутка про «получить роль через постель продюсера» в случае суккуба звучала не оскорблением, а обычным рабочим вопросом. Надеюсь, что хоть через несколько лет девушка научится думать не только о себе – Дим тому же научился довольно быстро, хоть пока и не без осечек. По поводу определения моей стихии он не соврал. Возможно, дело было в моих корнях – с водой я действительно управлялась проще всего. Некоторые заклинания мне не давались вовсе: все-таки по одаренности я заметно отставала от Риссаи, но под руководством ставшего азартным магистра Веллеса мы раскачивали мои сильные стороны. К примеру, я могла управлять хоть стаей птиц, вызывать дождь, а уж при близости водоемов мне вообще не было равных: хоть водную стену сооружу, хоть течение вспять отправлю. Казалось бы, арсенал скорее забавный, чем полезный, но когда во время рейда мы тушили небольшой пожар на окраине столицы, именно мои способности пришлись кстати, стоило только добраться до местного водопровода. Ущерб городскому имуществу я нанесла, но зато ни один житель не пострадал. Диминик с магистром Веллесом быстро пришли к выводу, что со временем я смогу управлять и телесными жидкостями – останавливать кровь на открытой ране или, наоборот, вызывать в преступнике какой-нибудь гормональный коллапс. Но если честно, мне пока не хотелось осваивать подобные приемы. Знаю, что магикоп в некоторых ситуациях обязан быть хладнокровным и даже жестоким, но лучше пусть уж Риссая прижжет наглую морду нарушителя огненным шаром – такое ранение хотя бы излечимо. Я ведь все равно теперь не останусь самой бесполезной в отряде, за это место пусть борются трое. Хотя Маринка все лучше и лучше осваивала воздушные волны, а Аго почему-то татуировки не особенно помогали – или он не сильно старался. У тролля не было комплексов в принципе, поэтому он нацелился на вершину магикопского искусства – холодное оружие. Короткие ручки не давали ему преимуществ в мечном бое, но он настырно размахивал клинком, пока Диминик не сдался. Аго почти квадратный, а оттого крепко стоит на ногах. Попробуй с таким совладать, если он бьет откуда-то снизу, еще и приправляет подлые выпады ругательствами. Наш командир, оставшийся вообще без магии, вряд ли когда-нибудь станет считаться самым ненужным из нас звеном – без его стратегий и реакции никакие наши таланты гроша ломаного не стоят. В общем, все постепенно налаживалось. И как раз этот период Диминик Эйм посчитал подходящим, чтобы взяться за меня. При всей моей любви к нему, не могу не отметить, что его ухаживания носили весьма специфический характер. Он пришел на занятие по сверхфизкультуре с небольшим букетом цветов. К сожалению, я далеко не сразу разглядела красоту, а рефлексы у меня уже были отработаны идеально. И потому, когда он швырнул мне букет в лицо, технично отклонилась, отбила рукой и точным пинком добила, отправив в стену. Розовые лепестки с зелеными ошметками полетели в разные стороны. – Прекрасно! – оценил магистр Леонт. – Отличный блок, Талья! – Отличный блок, – подхватил за ним наш смеющийся командир. А я всплеснула руками: – Черт, это же были первые цветы, которые ты мне подарил! – подумала и скорректировала свое возмущение: – Ну как подарил… Дим, ты в своем уме?! – Проверял твою реакцию, – продолжал смеяться он. – Когда кольцо дарить буду – ты ртом хватай. Все вокруг почему-то над нашими отношениями умилялись. А Кристина задумчиво произнесла: – Теперь хоть понятно, почему наша помолвка развалилась – даже суккубу хочется немного романтики, а ты на нее вообще не способен. Но на самом деле он способен, просто для существа с его прошлым это очень сложно. Диминик старается как может, а выглядеть ванильным не хочет: и без того переживает, что перестал быть сногсшибательным мерзавчиком. В поиске золотой середины мне придется еще долго медитировать. Сложнее было извиняться перед хозяйкой, сдавшей мне комнату. Она-то считала меня самой тихой и незаметной постоялицей, но потом ситуация изменилась, а ее нервная система потихоньку начала давать сбои. – А Наташа выйдет погулять? – громко издевался кое-кто с улицы. Волчица была тонка на слух и легка на подъем, потому через минуту стукнула в дверь моей комнаты и сокрушенно оповестила: – Талья, там, кажется, к тебе. В Вахарне это время – за час до рассвета – называют «часом инкуба». Теперь понимаю, что это не просто поговорка. У них что-то перемыкает, когда все спят? – Извините, уважаемая Роксима, – краснея, промычала я. Но то было лишь начало ее мнения обо всей ситуации: – Он ведь только что через окошко от тебя вылез. Уже соскучился? Я смутилась еще сильнее: – Вы… вы все слышали? – На уши не жалуюсь, – проворчала женщина. – И давай сейчас не будем делать вид, что вы тут за ручки держались. У меня четыре сына и две дочери – я начинаю догадываться, откуда дети берутся. Может, действительно пора к нему переезжать? Не то чтобы я о себе беспокоилась – перед соседями неловко. – Перееду, – пообещала я. – Когда он мне в любви признается и даст гарантии, что это завтра не закончится! А вы бы бывшему инкубу сразу доверились? Женщина подумала и выдала: – От такого я бы в другую сверхцивилизацию переехала. Но сердцу не прикажешь. Зачем же ты продолжаешь приказывать, Талья? Вопрос был простым и сложным одновременно, ответ на самом деле немного отличался от того, что я объясняла Диминику. Но этой добродушной хозяйке почему-то захотелось ответить честно: – Наверное, до сих пор поверить не могу, что такое большое счастье досталось мне. Я ведь Диминика очень хорошо знаю. Он эмоции переживает как-то совсем иначе, чем все мы, но в самые сложные моменты показывает чудеса преданности. Любила его раньше, когда совсем не за что было любить, а уж сейчас от этих мальчишеских выходок не психую и смеюсь в подушку. Когда его нет рядом, конечно. – Ясно, – протянул веселый мужской голос от окна. Я вздрогнула и глянула удостовериться – точно, вернулся, а теперь торчал заинтересованной физиономией за приоткрытой створкой. – Поехали в поместье, Наташ? Здрасьте, теть Роксима. – Утра доброго, господин Эйм, – скривилась в его сторону волчица. Я стряхнула с плеч оцепенение и припомнила: – В то самое поместье, которое ты шантажом вернул? Он как всегда упрек счел комплиментом: – Согласен, я молодец – семейка Форов недолго артачилась. Теть Роксима, вы видите, как она ко мне придирается? Женщина немного подумала и неожиданно встала на его сторону: – Вижу! Если поспать мне не судьба, то помогу собрать вещи. Тогда хоть завтра посплю. Короче, выпроваживала она меня с тем же радушием, с которым когда-то приветствовала. Во время всей поездки до поместья я сердилась. Ехали мы, как ни странно, на машине – белой и не такой крутой, какие у него были раньше, но я старалась не задумываться, где он ее взял. Мне до этого откровения тоже придется помедитировать. А пока можно представить, что ему автомобиль презентовал Феникс – в счет будущих заслуг. Это было бы здорово, в сравнении с шантажом и угоном. Наконец я решила высказаться: – Дим, хуже тебя в Вахарне жителя не найти! Просто чемпион! Довести бесконечно спокойную Роксиму – это надо было постараться. Он улыбнулся, покосившись на мое лицо: – Знаешь, когда она про своих детей ляпнула, до меня кое-что дошло. Наташ, а ведь наши с тобой дети будут полукровками – наполовину инкубами, наполовину сиренами. Если Вахарна сейчас считает меня самым сложным существом, так это пока такая смесь на свет не появилась. А ведь он прав… У меня волосы от ужаса на загривке дыбом встали. Ведь точно! Исходя из генетики, из хорошего у них будет только привлекательная внешность и отличные вокальные данные. Это что же, для таких лапочек потом отдельную сверхцивилизацию придется создавать? Дим отвлек меня от этих грандиозных планов: – Кстати говоря, я люблю тебя. И даю гарантию, что это завтра не закончится. Я не сразу сообразила, что именно он произнес, да еще и так без подготовки. А потом прижала руку к груди и попросила: – Повтори, Дим. Неужели ты это сказал? – Да, сказал. Я люблю тебя. И завтра это не закончится. – Я тоже тебя люблю! – радостно отозвалась я. – Ну это само собой. Зачем бы мне тебя любить, если бы я в твоих чувствах сомневался? Я на самом деле очень сильно тебя люблю. И очень сильно даю гарантию, что завтра это не… – Достаточно, Дим, я поняла. Уже в который раз Арикс точно угадал время нашего появления и встретил в холле. Я сразу заметила, что внутри стало уютнее, а Диминик подтвердил: – Форы успели отремонтировать правое крыло. Кажется, я поспешил, выкупив поместье так рано – надо было выждать еще несколько месяцев. Я понимающе закивала: – Теперь хоть понятно, почему лорд Фор так не хотел его обратно продавать. Он хоть свои затраты в цену включил? – Не совсем, – парень многозначительно улыбнулся, направляясь теперь в сияющую столовую. – Но не жалей его – он оказался очень рад нашей сделке. Я пообещал, что не буду претендовать на его место в Совете Вахарны. Дело ведь не только в моем нынешнем положении – у него, кроме Кристины, детей нет, а ее точно к Совету и на пушечный выстрел пока не подпустят. Поэтому смена династии вполне вероятна, а я из инкубов самый очевидный претендент. Я скептически поморщилась и напомнила: – Ты даже не инкуб! И в Совет Вахарны вряд ли хочешь. Сложно представить, что ты выбрал бы для себя такое ответственное и скучное дело. – Тоже верно. Но лорд Фор-то о последнем не знает. Привет, Арикс! – Доброе утро, милорд, – слегка склонил голову терпеливый слуга. – Завтрак подавать сейчас или позже? Вместо ответа господин продолжил свои веселые издевательства: – Арикс, я должен сообщить новость дня: я Наташу люблю и гарантирую, что это завтра не закончится. Я закатила глаза, но слуга оставался невозмутимым: – Я в курсе, милорд. – Ты про гарантии точно расслышал? – Я не глухой, милорд. Завтрак подавать или дождетесь пробуждения ваших гостей? – Давай их разбудим и сообщим новость дня! Я попыталась вклиниться в их бессмысленный разговор: – У вас тут гости? Кто? Арикс, хоть вы мне ответьте, а то господинчика, похоже, переклинило! Слуга перевел взгляд на меня и тоже немного нервно произнес: – Сначала ты мне ответь, завтрак подавать сейчас или потом?! Вам обоим кажется, что мне делать больше нечего, кроме как вас веселить? А тебе, миледи, дам непрошеный совет: в семье кто-то должен быть серьезным и взрослым, иначе провал! У меня ненадолго дар речи пропал: – Как вы меня назвали? Миледей? – Именно так, – подтвердил старик. – Попытаюсь до свадьбы привыкнуть. А в том, что милорд скоро вернет титул, я не сомневаюсь. Как же мне тебя еще величать? Не твоим же странным именем. – Какой еще свадьбы? – заулыбалась я, покосившись на предполагаемого жениха. Но пояснил мне снова Арикс: – Надеюсь, вы не собираетесь жить долго в грехе? В своем почтенном возрасте я подобного терпеть не собираюсь. От сказанного меня разобрал такой смех, что ноги подкосились: – В грехе? Вот уж не думала, что этим стенам известно такое слово! Да ваш милорд всю жизнь в сплошных грехах жил! Он со мной еще, можно сказать, стесняется! Диминик схватил меня за руку и потащил по коридору, произнося на ходу: – Ты так и не поняла, чем отличается пища инкуба от его любви. Не парься, что Арикс тебе тыкает – в этом вопросе он уже вряд ли перестроится. Это последнее, из-за чего я парилась, мягко говоря. Обернулась и крикнула, изображая в нашей семье самую серьезную и взрослую: – Не нужно завтрак, уважаемый Арикс! Если проголодаемся – сами что-нибудь отыщем. – Ясно, – недовольно ответил тот. – Теперь она будет делать вид, что я здесь не нужен. Миледи! Тебе в какой спальне стелить – в отдельной или господской? Ответил ему Диминик: – Что за странный вопрос? Я же не стал кастратом, перестав быть инкубом. Видимо, эта сакральная фраза все расставляла по своим местам, а пока я бежала следом, влекомая настойчивой рукой. До этого крыла ремонт не добрался, но хозяин безошибочно нашел нужную дверь и забарабанил в нее. Раздались сонные маты, по которым я сразу узнала Маринку: – Командир, дай поспать! Мы сюда от шумного семейства отлеживаться приезжаем, имей совесть! – Со мной Наташа приехала, – сообщил Диминик и затянул свою ожидаемую речевку: – Кстати, я люблю ее… Николас со злостью перебил: – Опять? Ну так делай это в своей комнате! Мы тут при чем? А мне надоело, что Диминик один всех достает. Я перехватила инициативу и с торжеством заорала: – Он любит меня и дает гарантии, что завтра это не закончится! Николас резонно заметил: – Такие гарантии может только оборотень дать. Хотя если речь идет о буквальном «завтра», то есть шанс. – Да! – согласилась не без удовольствия моя подруга. – Ты только сама ему такие гарантии не давай – мы тебе кого-нибудь порядочного в стае найдем. Но я не позволила им испортить праздничную атмосферу и добила козырем: – А мне и этот сойдет. И мы поженимся! Ура же? Обнимашки же! Несколько секунд тишины закончились криком Маринки: – Дайте поспать, изверги! Вот и все поздравления. Зато у нас обоих насмехаться над гостями охотка пропала. И пришлось уныло плестись в господскую спальню, чтобы как можно скорее начинать жить в грехе.