Часть 2. Дождь

Проснулась Талия от того, что замерзла спина, и оказалось, что дождь льет уже как из ведра. Усталость и отсутствие сна две ночи подряд сделали свое дело – она во сне просто прятала лицо в плащ и продолжала спать. – Лорд, – тихо сказала она, осмотревшись, но его не было на месте, где она с трудом уложила его на бок. – Лорд? Вокруг было тихо. Лошади стояли там, где она привязала их, ощипывая с деревьев мелкие листья. Талия прислушалась, но кроме шума дождя она не слышала ничего. Через некоторое время, когда она пыталась раздуть остатки угольков, сзади послышался шум. Резко обернувшись, девушка выдохнула. Из леса выходил лорд. В его здоровой руке была ветка. – Я думал успеть до того, как вы проснетесь, – с улыбкой заявил он. – Как вы встали? И зачем вы пошли в лес? – чуть не набросившись на него с кулаками, подскочила Талия и встала перед ним. – Осторожно, леди. Мне лучше, но плечо, все же болит, – хмыкнув привычно, ответил он и дал понять, что она должна его пропустить. – Это сухая ветка. Она загорится быстрее, чем этот мокрый валежник. Единственное, я попрошу вас ее сломать и уложить на те угольки, которые вы раздували. Думаю, нам придется остаться здесь. В темноте и под таким дождем мы можем заблудиться, или хуже того – вы заболеете, и я буду чувствовать себя виноватым, – он аккуратно протянул ветку Талии и обойдя ее, встал над костровищем. – Ваша самоуверенность, лорд, может стоить вам жизни, – Талия принялась зло ломать ни в чем не повинный сухарник. – Я у вас спросила уже, но повторю… как вы встали? – Я проснулся и понял, что вы и правда мое лекарство. Мне стало значительно легче. И я решил прежде разжечь костер, а потом разбудить вас, чтобы вы согрелись. Как только лорд заговорил о том, чтобы согреться, Талия поняла, насколько она замерзла. Ледяные руки не слушались, а плечи стремились подняться, чтобы втиснуть замерзшую шею. Чтобы раздуть затухающие угли, ей пришлось лечь на землю и дуть на них, пока легкие не начало жечь. Она быстро положила поверх сухих веток намокший во время их сна валежник и встала к огню так близко, насколько это позволял подол платья. Как только Талия отогрелась, поняла, что есть хочется уже невыносимо, и осмотрелась в поисках какого-нибудь листика, чтобы разжевать. – Я думаю, наши плащи и попона, которую вы принесли из лагеря хоть сколько-то спасут нас ночью, – лорд смотрел на небо, и Талия тоже подняла голову. Было не понятно – закат это уже или тучи такие плотные, что свет солнца больше не пробивается сквозь них. – Сейчас я сооружу шалаш, – Талия подошла к месту, где стояли лошади и осмотрелась. От костра отходить не хотелось, но нужно было найти несколько крепких веток. Большим он не выйдет, так что, придется сидеть рядом. Спали они, видимо, совсем недолго, потому что усталость и сон никак не уходили. – Я могу помочь, – шагнул к ней лорд, но Талия выставила перед собой руку: – Вам может стать хуже. Не стоит. Как только мы будем в относительной сухости, повязку нужно снять, – она опустила глаза. – Она меня не беспокоит, леди. Можете не смущаться. Этот метод врачевания известен каждому солдату, – было странно, но он больше не хмыкал. Голос его был ровным, будто он разговаривал со своим человеком. Взяв большой нож она вошла в лес. Подходящие тонкие стволы молодых деревьев нашлись неблизко. Талия наклонила молодое деревце, оно треснуло, но ломаться никак не хотело. Здесь и помог нож. Вернувшись, она быстрыми и заметно умелыми движениями установила рогатины, накрыли перекрестия ветвями, которые нарезала рядом с будущим шалашом, осмотрелась и добавила еще несколько. После этого принялась резать с деревьев тонкие ветки с иголками. Их она бросала внутрь. После этого сняла свой плащ и расстелила его внутри. Попону накинула сверху и закрепила умело связанными между собой ветками. – Вот в такие моменты я начинаю сомневаться в своем сердце, – вдруг сказал лорд, наблюдая, как девушка пролезла внутрь. – В сердце? О чем вы, лорд? Кстати, ваш плащ придется делить на двоих. – Потому что ни одна леди не смогла бы сделать того, что сделали вы. – Шалаш? – Не только. Вы вынули стрелу, водрузили меня на коня, нашли необходимые котелки, потом да… шалаш. – Я же говорила, что я не леди, – хохотнула Талия. Она проверила, сможет ли не вылезая из укрытия подкинуть толстые ветки, которые она приготовила на ночь, и у нее получилось. – Хорошо. Думаю, вам придется раздеться, иначе вы заболеете. И тогда мы останемся здесь до тех пор, пока я не смогу поднять вас, – он аккуратно опустился на колени, его лицо исказилось от боли, но он промолчал. – Я не вижу возможности, лорд. Думаю, я согреюсь. Костер недалеко, ветра нет. Да, высохнуть я не смогу, но согреться… Думаю, получится, – Талия отстранилась к самой крыше шалаша, пытаясь нечаянно не задеть мужчину. – Повернитесь ко мне спиной, я смогу снять повязку и на ощупь определить, что с раной. – Не стоит. Я чувствую, что там все чешется. Это хороший знак, леди. Завтра я обещаю показать вам свою спину, но сегодня мне придется спать к вам лицом, иначе мы здесь оба просто замерзнем. У меня сухая спина, а у вас мокрая. Если вы прижметесь спиной к моей груди, мы сможем отдохнуть в тепле. – Лорд… – Не спорьте, просто ложитесь, – он аккуратно перевалился с колен на бок и лег. – Я не могу предложить вам руку под голову, так как она нужна мне для этого самому. А бояться вам нечего, леди. Моя вторая рука с трудом двигается, так что поползновений с моей стороны вы можете не опасаться. – Я надеюсь на это, – тихо сказала Талия и легла к лорду спиной. Он был сухим, потому что был в плаще, который сейчас накрывал их ноги. В шалаше было достаточно тепло, да и костер несколько грел. В воздухе сейчас вилась мокрая взвесь. Ливень прекратился, но эта морось, скорее всего, не закончится даже ночью, – думала Талия, засыпая. Ночью она проснулась от того, что ей стало жарко. На улице было тихо. Костер, скорее всего, затухал, но еще потрескивал. Мужчина за ее спиной ровно дышал, уткнувшись в ее шею. Она боялась пошевелиться и разбудить его. Вспомнив, как ей было холодно, она не решалась даже двинуться. Влажной спиной она чувствовала, как поднимается и опускается его грудь. Позволить себе вот так спать она могла только с Вексом. Он обнимал ее во сне, когда они ночевали на «паучьей горе», и она не чувствовала к нему ничего, кроме детской нежности и заботы. Сейчас все было по-другому. Этот незнакомый мужчина, у которого она оказалась в плену,одновременно отталкивал и притягивал ее. Она не могла понять этого странного чувства. Можно было сравнить его только с ощущением опасности, которая иногда привлекает так сильно, что невозможно оторваться, а пройдя ее понимаешь, что делать этого не стоило. Талия засыпала и просыпалась вот так несколько раз. А когда очередной раз открыла глаза, увидела лицо мужчины, который носом упирался в ее лоб. Он обнимал ее за талию и прижимал к себе во сне. Ее рука лежала на его бедре. Вздрогнув от понимания, что произошло, девушка попробовала отодвинуться, но его рука лишь крепче прижала ее. «Если он лежит на том же боку, а я лицом к нему, значит это я повернулась ночью», – думала она, продолжая по чуть отвоевывать расстояние между ними. – Леди, я никому не расскажу, что вы ночью обнимали меня. Я даже не позволю себе заикнуться, что спал с вами в одном шалаше, – прошептал он прямо в ухо и рассмеялся так громко, что девушка вздрогнула.