Глава 19

Ускоренный курс обучения на обдериху у меня не сильно получался. Я водила рукой так, словно мою окно. Но тут либо нервы вступили в преступный сговор с ситуацией, либо я еще очень неопытная нечистая сила, но получалось слабо. – Ты меня обманула! А ну быстро открывай! – рявкнул голос. А у меня вдруг резко стало получаться! Видимо, это осталось еще от начальства. Стоит рявкнуть, как сразу и отчет готов за двенадцать лет, при условии, что фирме всего пять. И тренды рынка просчитаны на два столетия вперед. И две тысячи писем на почте разобраны за пять минут. – Ой! – дернулась я, видя пар, идущий из ладони, как из утюга. – Да! Да! – радовались поленца. – Именно так она и делала! У нее тоже пар шел! Пар впитывался в дверь, а я услышала мощный удар. Били явно ногами! Я была уверена, что дверь вылетит! Еще бы! Ее с такой силой ударили! Но нет. Дверь держалась. – Открывай! – полный ярости голос требовал свидания. Я же водила руками, чувствуя, что от этого зависит моя жизнь. И тут он притих. Обычно, когда мужик притих, это значит, что он что-то смотрит в наушниках. Но поскольку тут не было ни наушников, ни смартфона, то тишина вызывала опасения. Я увидела, как в оконце скребутся бесы. Они облепили окно, как комары таёжную избушку июльской ночью. И мерзко скребли когтями по мутному стеклышку. Дверь почему-то вздрогнула. Еще раз, потом еще раз! И тут же вылетела из петель, заставив меня отпрыгнуть, как резвая лань. На дверь наступил черный сапог. Глаза колдуна сверкнули яростью и ненавистью. Я сглотнула, понимая, что он от меня не отстанет! “Только бы не напросился!”, – подумала я. – Матушка банница, банная хозяюшка! – произнес молодой колдун, а внутри меня что-то заорало: “Не-е-ет! Только не это!”. – Пусти меня в баньку! Да зла не причини! – послышался насмешливый голос. Его красивые губы искривились в улыбке. Я поняла, что дело пахнет жареным. И помощи ждать неоткуда. – Где мои дети! – прорычал колдун, а я попыталась хотя бы обдать его паром, но… не смогла. – Что? – спросил Лизар, глядя на мою руку. – Не получается? Я стиснула зубы. Моя рука была поднята вверх и зажата в его стальной хватке. – Итак, слушай меня внимательно… – послышался голос. – Если ты не вернешь мне моих детей, я… – Да я лучше умру! – процедила я, чувствуя, как ярость смешивается с каким-то странным чувством, создавая умопомрачительный коктейль эмоций. Я не могла осознать, что чувствую. Но рука моя задрожала в его руке, и я почувствовала, как пальцы милостиво отпускают меня. Не мужик, а американские горки! И немного колесо Оборзения! Воспользовавшись секундой заминки, я осознала, что сейчас сижу на раскаленной печи, как на стуле. И не чувствую боли. – Подумай хорошенько, – произнес колдун, сощурив глаза. И тут я вспомнила про дипломатию. Мне всегда казалось, что это слово состоит из “диплом” и “маты”. То есть диплом по матам. – Давай договоримся, – прошептала я, чувствуя, как внутри, против моей воли рождается какое-то странное влечение… “Да нет! Это же просто адреналин!”, – уверяла я себя. – Я поищу у себя под полоком… Идет? Просто там народу! Я сама еще не разобралась, кто есть кто! Я поспрашиваю… Я просто здесь совсем недавно. И еще не во всем разобралась… Я честно смотрела в глаза, понимая, что ничего не смогу сделать. Внезапно рука отпустила меня. Я не понимала почему и искала ответ в его холодных бесстыжих глазах. – Я здесь совсем недавно. И еще не во всем разобралась… – проникновенно произнесла я. – Я вообще не знаю, кто у меня под полоком живет… Есть там твои дети или нет… Сейчас я готова была сказать все, что угодно, лишь бы он ушел. – Их там может и не оказаться… – произнесла я, понимая, что даже если они там, я ему их не отдам. – Мне, между прочим, дела не передавали! И подпись я нигде не ставила! – Значит так, – отчеканил колдун, глядя мне в глаза. – Если я узнаю, что ты воруешь детей или причиняешь вред людям. Поверь, я тебя уничтожу… Последние слова опалили меня, а я почувствовала странное волнение. – Ты меня поняла? – спросил Лизар и нахмурился. – Да, – кивнула я, поглядывая в сторону полока. Он резко отпустил меня и вышел. С улицы раздался приказ, и бесы, облепившие окно, тут же исчезли. – Ой, мама дорогая! – прошептала я, опираясь на раскаленную печь. На руке не было ни следа ожега. Я дотронулась еще раз. Ничего. Словно я руку на стол положила. – Вы как хотите, а я хочу отдохнуть, – выдохнула я, глядя на дверь бани, которая лежала на полу. – Или дверь сначала починить? В починки дверей я явно не была мастером. Но я кое-что умела. А ныть и показывать пальцем. А потом бегать и приносить то молоток, то гвозди, наслаждаясь чувством сопричастности. Я полезла под полок. Пусть там и казались глухие доски, но я легко прошла сквозь них, как привидение проходит сквозь стены. Под полоком было тепло. Я нашла груду старой одежды и улеглась спать. Поленца исчезли в темноте. Только я закрыла глаза, как вдруг послышались голоса. – Давай лучше в баню возле ручья пойдем? – спросил мужской голос. – А то тут обдериха лютая! Она моего деда между каменкой и стеной затащила, когда он на третий пар пошел. – Да ты видал, что банник не в духе! – послышался второй голос. – Вон как дверью хлопал. Так что лучше сюда. Тем более, что там третий пар! А тут точно никого не было. – Надобно дверь приладить! А то что это? Все нараспашку! – послышался первый голос. – Да, хорошая когда-то была банька. Я шумно вздохнула, понимая, что ужасно хочу спать, а все эти разговоры про титьки какой-то Меланьи меня порядком раздражают. И про чью-то корову, которая издохла на той неделе. Я только прикрыла глаза, задремав, как послышался плеск и мужской гогот. – Да не правда! Там не аршин! – спорили мужики, а я закатила глаза, тихо рыча. – Потише можно!!! – рявкнула я. В этот момент послышался крик и вопль. А следом хлопанье двери. – Ну вот так-то лучше! – проворчала я. Я лежала и не могла никак согреться. Поленца подползли ко мне поближе, а я обняла их. Странно обнимать полена, но мне они нравились. Особенно, когда они называли меня мамой. – Холодно, мама, – послышался голосок. И тут я услышала скрип дверей. – Тише, тише… – послышался женский голос. – Осторожней, деточка… Пусти нас банница, пусти нас матушка… – Ой, – послышался еще один голос, явно помоложе. – Ой… Ой… Пусти нас, банница! Пусти нас, матушка… И почти хором: “От беды убереги, от зла защити…”. – Что случилось? – спросила я, прислушиваясь. Поленца вынырнули у меня из-под руки и бросились на разведку. Угли вспыхнули, и стало вдруг так хорошо, тепло… – Вставай, мама! Там рожаница пришла! – послышались голоса поленец. – А я при чем? – зевнула я. – Так тебе от нечистой силы дитятко отбивать! Сейчас как налетят! Они же младенца за версту чуют!