Глава 20

Я? Отбивать? Да они шутят! Оторопев от новостей, я никуда не спешила. Роды я видела только по телевизору в сериале. И то минуты две. В основном две коленки, искаженное мукой лицо роженицы и счастливое лицо врача: «У вас мальчик!». – Я… я никуда не пойду, – ответила я, услышав ужасающий женский мучительный крик. – Да как не пойдешь! – послышались голоса поленцев. – Кто как не ты от нечистой силы дитя отбивать будет! Ты же обдериха! Ты должна роженицу и детей защищать! Защищать я могла только научную работу. И то в институте. Пару раз защитила старушку от нападок соседей. И один раз себя от претензий начальства. Собственно, на этом моя практика заканчивалась. – А ничего, что я тут совсем недавно, – пробормотала я, понимая, что защитник из меня так себе. Но крики были всё громче. Иногда к ним присоединялся голос, который явно принадлежал пожилой женщине: «Тужься, дитятко, тужься!». Поленца смотрели на меня, а я на них. Ладно, сделаю, что смогу. Но результата не обещаю. Я вскочила и направилась в сторону бани. Только я увидела свечку на окне и услышала плач младенца, как свечка мигом погасла, словно кто-то смахнул пламя рукой. Ой… – Батюшки светы! – послышался голос старухи. – Обдериха, хозяюшка! Выручай… Я сама не поняла, что происходит, но в бане как-то потемнело. Теперь я различала лишь силуэты. Благо печь горела, порождая тусклый, но уютный свет. Бедная, измученная родами женщина лежала на полоке, а бабуська росточку с двенадцатилетнюю девочку стояла и прижимала к себе ребенка. Мимолетный взгляд на окно заставил меня оторопеть. В окно смотрела жуткая огромная рожа со светящимися глазами. Я даже толком сориентироваться не могла, как вдруг дверь в баню распахнулась. Бабка завизжала, а я так и не решалась вылезти из темноты. – Дитятко отдай! Сгинь, нечистая сила! – кричала бабулька, а меня что-то дернуло. Плач младенца резанул меня, как нож, а я преодолела страх и выбралась из темноты. Моим глазам предстала картина, от которой в обморок падают даже видавшие виды мужики. Огромная черная лохматая скотина с рогами пыталась выхватить ребенка из рук бабульки. Совсем крошечный младенец, видимо, чуял беду, поэтому плакал и захлебывался, пока мать лежала без сознания. «Жива ли она?» – пронеслось у меня в голове. – Обдериха! Помоги! – кричала бабуська, пытаясь что-то прочитать, но либо из-за страха, либо от волнения она сбивалась. Я бросилась к огромной черной махине и приложила к ней свои руки. – Давай! – рычала я, как вдруг почуяла запах паленой шерсти. И уже потом услышала визг. Обрадовавшись результату, я уже хотела выдохнуть, как вдруг бабку дернула мелкая тень. Вертлявая, темная, неуловимая, казалось, она ловко скачет по бане. – Помо… – начала бабулька, а я стащила с нее это что-то и как следует отутюжила. Тень с визгом вырвалась из бани, едва не унеся с собой дверь. – Ой, матушка, что ж твориться-то, – причитала бабулька, а я бросилась в дверь, как вдруг увидала такое, от чего тут же захотелось зайти обратно. Все вокруг кишмя кишило всякой нечистью очень нелицеприятного вида. Они спорили, кому достанется младенчик. И некоторые озвучивали планы на будущее, похожее на меню в ресторане. – Пошли вон! – заорала я, сжимая кулаки. Ага! Так они и пошли-потопали! Прямо разбежались. Несколько особо рьяных попытались прошмыгнуть мимо меня, но я перегородила им путь. – Прочь! – взвизгнула я, чувствуя, как раскалились мои ладони. – Неужто обдериха новая появилась? – послышался скрипучий голос. Две сороки обернулись жуткого вида бабками в лохмотьях. Это кто еще такие? Хотя, разбираться будем после! – Да баня пустая была! – рычал жуткий голос. – Наш младенец! – скрипели бабки, как вдруг за моей спиной послышался крик. Я обернулась, видя, как на бабке сидят еще две сороки, пытаясь достать младенца. – Так, куры-гриль! – заорала я, размахиваясь раскаленными руками. Бабка завертелась, упала, но дите упало ей на грудь и не пострадало. Я боялась хватать ребенка горячими руками, поэтому решила сосредоточиться на обороне. – Так вот откуда вы лезете! – воскликнула я, видя, как сквозь окно просачивается черная тень. Бабка оклемалась, схватила ребенка, а потом положила его рядом с пришедшей в себя матерью. Я же чувствовала, как меня дерут когтями, рвут клювами и пытаются уронить на деревянные доски пола. – Ииии! – пищала роженица, слабыми руками прикрывая ребенка, как вдруг бабка стремглав выбежала из бани. Так, а вот это новости!