Глава 21

Я смотрела на бледную не то от пережитого, не то от ужаса мать, которая прижимала к себе дитя. Сейчас она выглядела как привидение. Ну и жесть! Попробуй роди ребенка нормально! То ли нечисть устремилась за бабкой, то ли решила дать нам передышку. Или собрались в кучку, чтобы построить планы, поглядывая на баню, но я чувствовала, что не выстою. Бледная мать смотрела на меня с мольбой. А сморщенный, покрасневший от плача ребенок оглашал плачем старую баню. Я понимала, что выйти на улицу нельзя. Здесь окно разбито. Они быстро доберутся до дитя. Поэтому заняла оборону возле матери. Судя по тому, как взмокла моя рубашка и болело все тело, рожала не она, а я! Несколько проворных мелких чертей пробрались в окно, но тут же забыли, зачем пришли, когда я схватила за хвост самого последнего. – Жжется! – визжал черт, но двое его юрких собратьев попытались добежать до матери. Я не стала дожидаться у моря погоды, поэтому размахнулась чертом, словно сумочкой, и смела его коллег по рогато-копытному цеху. Они ударились о стены избы. – Жжется! – слышался визг. Я была вооружена и очень опасна. Молодая мамочка все еще пребывала в состоянии шока. Если сравнивать шок с лесом, то после увиденного она заблудилась в чаще. – Пошли вон! – орала я, размахивая оружием. “И тебя, дружок, с днем космонавтики!” – мысленно сочувствовала я бедняге. Он был небольшой, размером с толстого кота. Хвост у него был длинный и очень удобный. Если бы я оставляла отзывы к товару, то я написала бы что-то вроде: “Эргономичный, но шумный. Зато удобно сидит в руке! Однозначно рекомендую к покупке!” – Жжется! – уже на грани хрипоты орал чертик. Не знаю, или его истошные крики, или моя смекалка, но соваться к нам опасались. Пока что. – Аааа! – уже хрипло орал несчастный. – Аааа! Но на помощь ему никто не спешил. Я размахивала им, как лассо. Пусть увидит американские горки. А то что? Живет в деревне. Из интересных новостей – корова сдохла, Дунька беременна. А тут целая культурная программа! – Куда пошли! – грозно закричала я, отбивая чертом что-то крупное. Пока что меня спасало то, что окошко было маленькое, и оно целиком не пролезало. – Ну давай, давай, – подманивала я, слыша истошное: “Жжется!”. Отогнав зловредную тушу, я выглянула в окно, как вдруг у меня в глазах потемнело. Там их было столько, что я поняла. Не отобьюсь! И тут я увидела бабку, которая влетела в баню так же шустро, как вылетела. – Позвала! – выдохнула она. – Идет! Я-то уже не могу. Старая стала… Зубов-то два осталось! Поэтому и силы колдовской с гулькин нос. Я была немного занята. Изо всех сил, не жалея нервных клеток, я запихивала обратно в окно любителей детей. – Жжется! – уже полностью отчаявшимся голосом всхлипнул черт. Он уже не чаял вырваться и потерял всякую надежду. И тут я выглянула в разбитое окно и увидела… Лизара. Шел он медленно, вальяжно. Ветер трепал его длинные темные волосы и черную рубаху на груди, обнажая внушительный пресс. Черные брови нахмурились, а потом лицо приняло насмешливое выражение. – Не переживай, сейчас он им как вмажет! – утешала я себя, вспоминая силу колдуна. – О, Митюха, какая встреча! – усмехнулся Лизар, похлопав страшного упыря по плечу, которое торчало из рванины рубахи. – Смотрю, плохо лежится… – Да, могилу подтопило, – сипло произнес упырь, одна нога которого представляла собой голую кость. – Белчиха и Сарафаниха, а вы здесь какими судьбами? – усмехнулся колдун, проходя мимо двух сорок. – Да вот услышали, что младенчик родился, – заметили ведьмы. – Так отведать захотелось. Вместо того, чтобы раскидывать нечистых, Лизар общался с ними, как со старыми друзьями. И это меня возмущало! Сердце требовало героических подвигов, а не пожимание руки какому-то старому сморчку. – Как твое, еретничье? – спросил с улыбкой Лизар. – Все вы там будете! Вон, видал, ноги стерлись! Теперича с петухом путают! – послышался скрежещущий, как нож по металлу, голос. – Стопа развалилась, лапа осталась. Баба одна муку просыпала, дескать, кто к ней ходит. А я и не замечал, а потом глянул на следы – петух петухом! Общение превратилось в светский раут. – А ты чаво енто пришел? – спросила карга. – Да тоже за ребенком, – заметил Лизар, кивнув на баньку. – Мне волосы с головы младенца нужны. Некрещеного. Буду кикиморку делать. Плотники просили. А то часто стали хозяева им деньги зажимать. Вот и попросили. Всей артелью скинулись. – Понятненько, – согласилась нечисть, а у меня глаза на лоб полезли. Он что? С ними заодно?