Глава 24

Новость пришибла меня, как тяжелый удар молота. Я присела на корточки, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Несколько раз вдумчиво моргнула, пытаясь осознать услышанное. – В смысле жениха? – спросила я так осторожно, как могла. – Тише, мама ведь всего не знает! – шикнуло одно из поленец на другое. Их глаза-щелки сверкнули в полумраке, как у заговорщиков. – Марку ставит банная невеста, когда жениха себе выбирает! У него след остается! – продолжало первое поленце, его голос был хриплым и приглушенным. – Предыдущая обдериха не любила, когда кто-то ставил метку. Это означало, что невесту отдавать надо. А ей-то кто служить будет? Я вновь вспомнила тот страшный след на груди, который напоминал ожог. Родильные муки я уже видела, но свадьба… Осталось на свадьбе не помереть! – Ей опять детей воровать придется, – тихо заметило второе поленце, его голос был почти неслышен. – А потом растить… А пока они вырастут… Да и не все вырастут… – Ой, ужас-то какой! – прошептала я, поежившись от мрачных мыслей. – А вас как зовут? Или правильнее будет спросить: как вас называют? Поленца переглянулись, их деревянные лица не выражали никаких эмоций. – Никак, – осторожно произнесло левое поленце, его слова прозвучали так, будто оно говорило через силу. – У нас имен нет, – выдохнуло второе поленце, словно это было для него чем-то постыдным. – Как это имен нет? К вам же как-то обращались? – спросила я, пытаясь понять, как такое возможно. – Мы уже забыли. И имена, и кем мы были раньше, – тихо прошептало левое поленце, его голос дрожал. – Но вот когда подрастем, то мы тоже себе женихов выберем, марки поставим, а когда нас отсюда заберут, то, может, все и вспомним! – Нам имя должны дать! По святцам! Рубаху принести и крестик! Я смотрела на два маленьких деревянных чурбачка, чувствуя странную смесь жалости и нежности. Во мне проснулось что-то теплое, что-то, что уже третий год напоминало о себе ноющей болью в сердце. Такая нежность, которая уже третий год намекала, что пора бы покричать в роддоме. – А если я вам дам имена? – спросила я, улыбаясь, хотя внутри меня все дрожало. – Просто, чтобы удобней было? Просто, чтобы были. Какие имена вам нравятся? Я решила дать им свободу выбора. Поленца задумались, их деревянные головы склонились друг к другу, словно они обсуждали что-то важное. Я с улыбкой ждала их ответа, хотя внутри меня все сжималось от странного предчувствия. Внутри меня, правда, все слегка подергивалось при мысли, что сама как бы предложила Лизару жениться. Я всегда считала, что это – привилегия мужчины. И даже с сочувствием относилась к тем дамам, которые брали быка за рога, мужика за причиндалы, отбирали у него паспорт и под конвоем вели подавать заявление. – Мы решили! Мне нравится… – начало левое поленце, его голос был неуверенным, словно оно боялось ошибиться. – Мне нравится имя Асклепиодота! – А мне Нунехия! – послышался голос второго поленца, его голос звучал более решительно. Я сглотнула, пытаясь не выдать своего удивления. Я и первое повторить сразу не могла, а тут вторым решили меня добить. – А можно покороче? – взмолилась я. – Ас… что там? – Асклепиодота! – Ася! – улыбнулась я. Так, запомнили. Эта с сучком – Ася. – Нунехия, – подсказало второе поленце, его голос был мягким, почти нежным. Нунехия – такие имена вообще! Нунехия – такие роды! Мне многое хотелось послать к великой богине спокойствия и невозмутимости Нунехии. – Нуня, – кивнула я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. – Ася и Нуня. Вот и отлично! И тут я услышала чьи-то женские голоса. Они были тихими, но я все равно насторожилась. Кто-то явно направлялся к бане. Гурьба девчонок под покровом ночи… Что? Уже ночь? Ничего себе время летит! – Давай, ты первая! – слышался подначивающий шепот. – Ты предложила, вот ты и первая! Я насторожилась. – Это что такое? – спросила я шепотом у Аси и Нуни. – Они гадать сейчас будут! – радостно прошептали поленца, их глаза-щелки загорелись. – Давно здесь не гадали. С тех пор, как прежняя обдериха с девки кожу сняла, так вообще гадать перестали. Послышалась возня, а в дыру пролезла девичья рука. – Страшно мне! – всхлипнул кто-то. – Да ладно! Тебе же самой хочется узнать, каким жених будет? – спорили девушки полушепотом. – И? И что мне делать? – почти беззвучно спросила я, видя, как перед носом торчит рука и подрагивает пальцами. – Будущее покажи! – прошептали поленца. Я заглянула в ладошку, понимая, что я так себе хиромант. – Ты на кого собралась гадать? – слышался шепот возле стены бани. – На кого? На Лизара!