Глава 30

Голова шла кругом от поцелуев, воздух в легких заканчивался, но мне не хотелось отвлекаться на такие мелочи, как вдох, лишь бы не отрываться от его губ. Дыхание сбилось, сердце колотилось в груди как сумасшедшее. И я ощущала, что мне катастрофически мало, хочу еще. Осмелев, я перекинула ногу через Архарда, оседлав его, и прижалась всем телом. Да! То, что нужно, так гораздо удобнее. Мои глаза открыты, и я вижу, как в глазах моего мужчины горит огонь желания. Моего? Конечно, да, пора перестать себя обманывать, признаться, что я влюбилась. Удивленная открытием, я отстранилась, прервав поцелуй. И тут же его пальцы обхватили мой подбородок, заставляя посмотреть в его глаза.

— Лили… — хриплый голос, полный желания. С трудом фокусирую взгляд на мужчине.

— Я не знаю, о чем ты сейчас подумала, — он касается вскользь своими губами моих, а затем проводит по ним указательным пальцем, замирая посередине, — хочу, чтобы ты знала, я люблю тебя, все, что сейчас с нами, это… — не даю ему договорить, я не готова к таким разговорам, не сейчас. Прижимаюсь к его губам, возобновляя наши ласки, его ладони, смещаются на плечи, очерчивая их контур. Ощущаю приятное тепло, разливающееся по всему телу, оно исходит с запястья, слейвер опять за старое. Я не успеваю додумать эту мысль, тянусь руками к его рубашке. В прошлый раз с пуговицами мы справились быстро, просто рванув полы одежды в разные стороны. А сейчас я медленно расстегиваю каждую, теряя терпение. Справившись, стягиваю с него ненужный предмет гардероба и швыряю за спину. Вызывая смешок у Архарда, улыбаюсь ему и касаюсь подушечками пальцев обнаженного горячего торса, провожу руками по груди, наслаждаясь его реакцией на свои прикосновения. Тихий стон удовольствия — лучшая награда. Спускаюсь ниже, очерчивая кубики пресса на животе. Ощущаю под собой всю полноту его желания, что сейчас упирается в меня через его брюки. Брюки…Какого черта они еще на нем? Тянусь к ремню, расстегивая и понимаю, что, сидя на нем стянуть их будет непросто. Руки Архарда не стесняясь, изучают меня, скользят по ткани платья, лаская плечи, шею, спину, сжимая грудь. Он не мешает мне изучать его красивое тело, оно в идеальной форме, сплошные мышцы, ни грамма лишнего. В голову приходит идея. Я никогда такого не делала, но с ним, хочу узнать каково это? И тут же сползаю с его колен на пол, пока не передумала. Ремень на брюках уже расстегнут, пуговица и молния — то, что мешает мне сейчас. Архард понимает мою задумку, и ему это явно нравится. Его дыхание учащается, он запускает пальцы в мои волосы, слегка надавливая, смещая меня еще ниже. Получив одобрение, смелею, с усилием провожу ногтями по животу, оставляя красные полосы, Архард, закрыв глаза, откидывает голову на спинку дивана. Обхватываю губами его член, ощущая солоноватый вкус на языке, и принимаюсь двигаться, сначала медленно, неуверенно. Архард помогает руками, направляя мои движения, он не стонет — он рычит от удовольствия. И я окончательно смелею ускоряясь.

— Лили…— мое имя из его уст еще никогда не звучало так сексуально. Обхватываю член у основания, принимаясь ласкать его не только губами. Но мне мало, я хочу, чтобы он был во мне. Ощущать его каждой клеточкой своего тела, хочу сейчас… и Архард, словно читает мои желания.

— Лили, иди ко мне,— тянет наверх. Я поднимаюсь, но ноги слушаются плохо, если бы не его руки, удерживающие меня, то я бы упала обратно. — Подожди, — шепчет он и одним движением стягивает мои трусики, — это будет мешать. Платье, — тянет за подол вверх и через мгновенье оно отлетает за диван, присоединяясь его рубашке. А я устраиваюсь верхом, отдавая инициативу в мужские руки. Его вкус все еще на моих губах, и я облизываю их, пробуждая внутри такое желание, какого не испытывала ни разу в жизни. Несколько секунд Архард ничего не делает, просто рассматривает мое лицо, а потом. Потом начинается безумие. Его руки, ухватив меня за бедра, одним рывком насаживают на член, что уже давно готов к бою. Пальцы впиваются так сильно, что, скорее всего, будет синяк, но мне плевать, меня это не волнует. Поцелуи, ласки, все осталось позади, сейчас подо мной не нежный и ласковый мужчина, а голодный зверь. Он двигается резко, кусая шею за нежную кожу, словно старается оставить на ней отметины, чтобы все видели, кому я принадлежу. Пальцы сжимают грудь, заставляя выгибаться ему навстречу. Это не похоже на любовь, это больше похоже на одержимость, безумие. И я готова сгореть в этой страсти с ним без остатка.

— Ар…— хочу кричать его имя, но из груди вырывается рык, и меня накрывает волной удовольствия, такого яркого, что в глазах темнеет. Я падаю ему на грудь, чувствуя, как он кончает следом за мной, изливаясь внутрь.

— Лили, — столько нежности в голосе! Я улыбаюсь, прижимаясь к нему еще сильнее, и чувствую, как он стискивает меня в объятия, — моя Лили.

В этот момент я отчетливо понимаю, он тысячу раз прав, я его. И никто другой мне не нужен.

Это тот идеальный момент для ответного признания, но сказав «Люблю» потом уже не скажешь — «отпусти меня на Землю». А я очень хочу домой.

— Ари, я…

— Тс-с-с, — проводит рукой по волосам этот невозможный мужчина, который все-таки умеет читать мысли. Или нет? Верум. Надо узнать про него побольше. — Молчи, ничего не говори. Я все знаю сам. И поверь, сделаю все, чтобы ты захотела остаться.

А я что? Я послушная. Иногда. К тому же сейчас мне было так хорошо, что к черту все. Буду наслаждаться моментом.

Но долго насладиться не удалось, какой-то противный писк из соседней комнаты заставил Архарда подняться.

— Что это? — поинтересовалась я, ни разу не слышавшая такого требовательного пиликанья.

— Гала связь, — застегивая брюки, пояснил Архард, — и я, кажется, догадываюсь, кто это может быть.

Не утруждая себя натягиванием рубашки, растрепанный, в одних только брюках, босой он прошлепал в свой кабинет. Писк прекратился, видимо, Архард нажал прием.

— Оу, — удивленно воскликнул незнакомый мужской голос на том конце провода. Ну не провода, связи.— Прости, я тебя разбудил? — насмешливо поинтересовался невидимый мне собеседник.

— Ты звонишь пожелать мне темной ночи?— не остался в долгу советник. По звуку я поняла, что он отодвинул стул, приготовившись к очевидно долгому разговору.

— Не совсем, — хмыкнул собеседник,— Архард, — его голос стал серьезным, утратив всю веселость, с которой он только что говорил. — Я требую объяснений! Что, поглоти тебя бездна, происходит⁈ Почему мой корабль не выходит на связь⁈

— Твои посланники задержаны по подозрению…— Архард сухо излагал уже известные мне факты и про убийство одного из советников, и про похищение его сына, упомянул даже про Моро, отчего у меня закрались подозрения, что эти двое хорошо знакомы.

— Ари, Ари, — укорил невидимый собеседник по-свойски, укрепляя мои догадки,— ты, как всегда, прешь напролом. Ну, подумай сам, для чего мне все это нужно?

— Это ты мне ответь, Ридж.

— Ты обвиняешь меня в похищении Кирана? Уверяю тебя, ни я, ни кто-либо из моих людей в этом не замешаны. Более того, я отдам распоряжение прочесать каждый миллиметр Даргона. И если твой сын будет найден на моей планете, то верну его в целости и сохранности. А что касается Шеннера, — проверь его счета, они пусты. В последний раз он задолжал крупную сумму не очень хорошим людям…

Нет, определенно надо увидеть, с кем он говорит. Я тихонько поднялась с дивана и пошарила глазами вокруг в поисках платья. Оно нашлось на полу у окна. Натянула на себя вещь, пригладила волосы, и на цыпочках приблизилось к открытой двери.

Пока я приводила себя в порядок, беседа гуманоидов продолжалась, часть ее я упустила и сейчас услышала самый конец речи незнакомца.

— … зачем ты упираешься? — хмурился с проекции на стене серокожий ньер? Можно ли называть дарианцев ньерами или же у них в ходу другое обращение? Да какая разница. Я осторожно высунулась из своего укрытия так, чтобы меня не заметили, и бессовестно рассматривала Риджа. Проекция являла лишь половину дарианца. Он был похож на диктора телевидения: сидел за столом, сцепив руки в замок перед собой. Пепельные волосы зачесаны назад, открывая высокий лоб, круглые очки с толстыми стеклами скрывали его глаза, вздернутый нос и пухлые губы. Он явно злился на Архарда, потому что сжимал зубы так, что видно было, как ходят его желваки.

— Отдай их мне, и я навсегда забуду о существовании Флутона! — Требовал серокожий.

— Не могу, она стала асаи Кирана, — развел руками советник, — а скоро она станет моей женой.

— Что? Ты совсем спятил? — Ридж подскочил со своего места и наклонился к переговорному устройству так близко, что я, наконец, рассмотрела его глаза, невыразительные, блекло-серого цвета, как у рыбы, он вытаращил их и изумленно вращал ими, глядя в камеру.

Фу, какой мерзкий, пронеслось в голове. А в следующий момент он вскинул взгляд и уставился прямо на меня, расплываясь в мерзкой улыбке. Архард проследил за ним и нахмурился, очевидно, он не хотел, чтобы его собеседник меня увидел, но раз уж так случилось.

— Лили, подойди ближе, — позвал он и протянул ко мне руку.

— Ли-ли-и-и…— прошипел Ридж мое имя,— так вот ты какая.

— Познакомься, — усаживая меня к себе на колени, произнес Архард, — это Риджер-аш, актор объединенной федерации планет.

Ого, неожиданно. Актор это же как президент? Только не страны, и даже не одной планеты, а объединения планет.

— Доброй ночи, приятно познакомится, Лиля.— Занервничала я, ерзая на коленях, и тут же почувствовала, как что-то уперлось мне в пятую точку.

— Потише, — шепнул, улыбаясь Архард мне в шею, — мы не одни.

Все это время актор, не таясь, рассматривал меня. Для чего он даже очки снял, протер их салфеткой и натянул обратно.

— А где второй экземпляр?— перевел он взгляд на советника.

— Недалеко,— уклончиво ответил Архард, обнимая меня за талию.

Мне надоело рассматривать этого рыбоглазого, и я переключила внимание на антураж за его спиной. Стеллаж, полностью заставленный книгами, с толстыми корешками и золотыми надписями на каждом. С такого расстояния не могла прочесть названий.

— Я приказываю тебе немедленно отпустить делегацию! — словно имел полное право так разговаривать, принялся распоряжаться он. — Эти двое должны немедленно покинуть твою планету. Они нужны мне срочно!

— Привези себе новых, — усмехнулся Гор, — эти принадлежат мне. — Словно в подтверждении вторая его рука скользнула со столешницы и легла мне на талию, заключая в надежные объятия.

— Ты не хуже меня знаешь, что это невозможно!— резко стукнул кулаком по столу дарианец, и все предметы, лежащие на поверхности, подскочили. А я напряглась: это значит, что шансов вернуться у нас нет? — Это слишком долго! — И я выдохнула с облегчением. Значит, вопрос только в длительности поездки, а не в ее невозможности.

— Ничем не могу помочь, Ридж, — потерся носом о мое плечо Архард, приводя собеседника в бешенство. Актор изо всех сил старался сдерживаться, но по тому, как он вцепился за край стола, было понятно, он бы с большим удовольствием сжал их на шее своего оппонента. — Завтра я сниму запрет на делегацию, если состояние здоровья Ларригана позволит, то он присоединится к своим. Если нет, заберешь его позже. Что касается землян, то вопрос закрыт.

Актор хотел что-то возразить, но Архард не стал дожидаться, прервав сеанс связи, закрыв ладонью маленький экран, вмонтированный в угол столешницы. Собственно из него-то и шел световой луч, растекавшийся по стене в изображение.

Упоминание Ларриагана, которого мы навестили с Женьком, сбило весь позитивный настрой. Интересно, как он себя чувствует после нашего визита.