Глава 8
- Как все прошло?
Голос Маши звучал устало. Она напряженно вглядывалась в экран ноутбука, нахмуриваясь периодически и набирая что-то на клавиатуре. На Марка она взглянула мельком, когда он заходил в кабинет. Сейчас тут было просторно и непривычно тихо. Только принтер гудел безостановочно. Света-оператор потоком распечатывала заявки, который скидывали ей агенты. Менеджеры разъехались «в поля», как и их агенты.
- Нормально, - ответил Марк.
Рабочий день перевалил за половину, а дел накопилась уйма. Поездка к Карпову создала дефицит времени. Теперь вряд ли успеет объехать намеченные точки с аудитом. Хотя, можно постараться, если Маша разрешит ему не возвращаться вечером в офис.
- Получили очередной отворот поворот от Карпова? – все так же машинально задала Маша новый вопрос.
- Да, нет… Он согласился сотрудничать.
Марк собирал необходимые документы, проверяя, все ли акты готовы. Собственно, за ними он и вернулся в офис. Хотя, ему все равно бы пришлось это сделать – не бросать же Нину. Нина… Нет! Об этом он подумает позже, в дороге. Сейчас нет времени.
- Марк!
Возглас Маши заставил его замереть с бумагами в руках. Она смотрела на него округлившимися глазами и приоткрыв рот.
- Марк, повтори, пожалуйста, что ты только что сказал? – вкрадчиво спросила она и прищурилась.
- В смысле?..
- Что ты только что сказал про Карпова?
- Ну… он будет с нами сотрудничать.
- Неужели свершилось?! – Маша вскочила из-за стола и принялась шарить в карманах кофты. Достав сигареты и зажигалку, она направилась к двери, но на полпути притормозила. – Как? Как у вас получилось уговорить его? – Марк только собирался ответить, как она вновь заговорила: - Хотя, что я тебя спрашиваю! Из тебя слова клещами тащить приходится. Пойду покурю, а потом Нина мне расскажет все в красках…
- Маш! – окликнул Марк, когда она была уже в дверях. Заметив на ее лице нетерпеливое выражение, он чуть не рассмеялся. Как ребенок, честное слово! Или такова особенность всех женщин – мгновенно удовлетворять любопытство? – Можно я сегодня не буду возвращаться в офис? Хочу успеть все сделать до ночи…
- Конечно! Не приезжай…
Только она собиралась покинуть кабинет, как снова повернулась к нему:
- И не забудь про день рождения.
- Чей?
- Как чей? Ты что ли не в курсе? Блин, я забыла, и никто не соизволил тебе рассказать. Завтра у Нины день рождения. Обязательно купи ей подарок.
- Какой подарок? И почему я?..
Марк растерялся. Про день рождения Нины он слышал впервые. Про подарок вообще ничего не понял. С какой это радости подарок ей будет выбирать именно он. Он и знает-то ее всего несколько дней. Или у них тут так принято – навешивать на новичка все подряд, вроде проверки на прочность?
- Так. Нужно проинформировать тебя… - Маша нехотя вернулась к столу Марка. Света уже вовсю тихонько посмеивалась. – У нас традиция… Вернее, мы нарушаем общепринятую традицию скидываться всем вместе, покупать общий подарок и торжественно преподносить его имениннику. Уже давно повелось, что в день рождения кого-либо из сотрудников каждый покупает ему небольшой подарочек. Небольшой, понимаешь, символический. Это что-то типа нашего местного развлечения. В обед виновник торжества накрывает стол с тортом и чаем, а потом старается угадать, где чей подарок. – Маша улыбалась так задорно, что сейчас ей больше двадцати никто бы и не дал. Как девчонка! – Это весело. Тебе понравится. Нина у нас самая проницательная. Посмотрим, сможет ли она угадать, что ты ей подарил. Так что с тебя подарок. И завтра приходи пораньше, до начала рабочего дня, чтобы успеть занести подарок в ее кабинет до ее прихода. Маша уже убежала, а Марк все не двигался с места. Новость огорошила его. Он вообще не умел выбирать подарки. Это было его извечной проблемой. А тут еще и Нине… Придется призвать на помощь сестренку.
В машине, пока выбирался из промзоны, Марк разрешил себе подумать о встрече с Карповым. И думал он не о нем, а о том, как тот вел себя с Ниной. Как откровенно клеился к ней, отпускал сальные шуточки. В какой-то момент Марку захотелось заехать по его сытой физиономии, кажется, когда тот что-то сказал про ролевые игры. Тогда он еле сдержался, но все же чуть не нагрубил ему, сознательно, поставив под угрозу исход встречи.
Нужно признаться себе, что Нина действует на него особенным образом. Она не такая, как все женщины. Есть в ней что-то… Марк не мог забыть поцелуй в лифте, ее нежные губы, как она сопротивлялась сначала, а потом ответила. Он постоянно вспоминал об этом и хотел еще. Но допускать этого нельзя. Она его начальница, к тому же еще и стерва. А если бы не была начальницей? Что тогда? Тогда он обязательно бы приударил за ней, даже несмотря на ее отвратительный характер. Его тянуло к ней со страшной силой. Для начала он пригласил бы ее куда-нибудь после работы, а потом бы, возможно, назначил свидание, а потом… Стоп! Это Нина – его истеричная начальница, которая цепляется к нему без всякого повода и, судя по всему, не переваривает его. Как он может думать о каких-то там свиданиях? Лучше сосредоточиться на работе. А о подарке он подумает вечером, вернее, подумает Ритка, которой, кстати, нужно позвонить.
Марк достал телефон, притормаживая на светофоре, и набрал номер сестры…
- Привет, привет!
Стройная брюнетка юркнула на переднее сидение и звонко чмокнула Марка в щеку.
- Привет, котенок! Как дела?
- Дела шли хорошо, пока ты не позвонил, - засмеялась она. – Пришлось Димке дать отворот поворот на сегодняшний вечер. И он теперь в печали.
- Ничего, переживет.
Рита – сестра Марка была младше его на десять лет. Марк помнил, как она родилась, как он переживал, ожидая мать из роддома, что та будет меньше его любить. А потом он увидел маленькое красное чудо и понял, что пропал. Она покорила его с первого взгляда. А когда он первый раз поцеловал ее и вдохнул неповторимый запах младенца, то о ревности сразу забыл. Он понял, что появилось существо, о котором он должен заботиться. Что он и делал с тех пор. Когда Рита вошла в пору юности и превратилась в красивую девушку, на которую стали заглядываться парни, Марк усилил свои заботы. Он придирчиво взвешивал каждого потенциального ее ухажера и в каждом находил массу недостатков. Сестра смеялась над ним и называла самым ревнивым братом в мире, но все же прислушивалась. А потом она влюбилась в Димку – своего сокурсника по институту. Вот тогда она осталась глуха к доводам Марка, когда он пытался внушить, что парень ее не очень умный, легкомысленный, транжира, любить его не за что и вообще жизнь его еще побьет. Тогда она ответила ему:
- Я люблю его. А любят не за что-то, а вопреки всему.
Встречаются они уже два года, но, слава богу, о свадьбе пока не помышляют.
- Так кому там тебе подарок нужно выбрать? – поинтересовалась Рита, когда они выехали со двора.
- Женщине.
- Хороший ответ, - рассмеялась она. – А сколько лет этой женщине?
- Точно не знаю. Примерно как я, лет тридцать. А может моложе…
Сколько же ей лет? Мог бы и поинтересоваться. Или о таких вещах не принято спрашивать? Марк представил себе Нину, причем без труда. Образ ее сам всплыл перед его мысленным взором. В его фантазиях она улыбалась и выглядела очень молодой. Но когда она злилась и кричала, то он лихо набрасывал ей с десяток лет. Злость ее уродовала и старила.
- А кто она эта женщина, про которую ты ничего не знаешь? – удивленно подняла брови Рита.
- Моя начальница.
- И именно ты должен купить ей подарок?
Марк рассказал ей про традицию.
- Ну и ну… - протянула Рита, а потом решительно кивнула: – Ладно! Выбора у тебя нет, а поэтому едем в торговый центр. Подберем что-нибудь этой тетке.
Поздно вечером Марк лежал на диване и разглядывал маленькую картину с изображенной на ней Эйфелевой башней на фоне красного заката, такой, какой она могла бы быть триста лет назад, если бы ее возвели тогда, а не в начале прошлого столетия. Тогда берега Сены еще были натуральными, и река спокойно текла, не зажатая набережной. Вокруг еще не было столько бетонных конструкций, вступающих в противоречие с богатой архитектурой в стиле Людовика XV. В то время Париж дышал самобытностью.
Какое-то смутное чувство шевелилось внутри, что и Нина не всегда была такой, как сейчас. Эта картина, придуманная и написанная маслом неизвестным художником, отражает сущность именинницы, которой предназначена в подарок. Она именно такая – искусственная снаружи, придуманная самой собой же. Но, настоящая она другая. Или ему просто хочется в это верить, потому что она привлекает его?
Картина полетела в сторону, словно именно она раздражала его, а не та, с кем он ее сравнивал. С каких пор он стал так часто думать о ней? С самого первого дня их знакомства, когда она повела себя странно, если не сказать грубо. Не думал, что в женщинах его привлекают подобные качества. Взять хотя бы Лену – бывшую. Она, конечно, хитрая и четко знает, к чему стремиться, но с ним она могла быть до такой степени ласковой, что временами он чувствовал себя единственным мужчиной на земле. Да и вообще… в любой женщине заложена эта нежность, природа у них такая. А Нина… Она словно каменная. Кажется, дотронешься до нее и почувствуешь эту твердыню. Эта властность, неумение улыбаться, вечно сжатые губы… Губы… Эти губы неожиданно подарили ему такое удовольствие, что он никогда не забудет. Губы выдали ее с головой, рассказав ему, что внутри Нины живет совсем другой человек – страстный, глубокий. От чего же она прячется?
Размышления до такой степени измучили Марка, что он даже физически стал чувствовать себя плохо. Чем дольше он думал, тем больше склонялся к мысли, что нужно выкинуть ее из головы, постараться не обращать на нее внимания, как на женщину. Она его начальница, и этим все сказано. А у начальника нет пола. Это оно – существо, которому он должен подчиняться. Отныне он себя будет приучать именно к такой мысли.