Глава 13

Я сладко потягиваюсь на шёлковых простынях, невольно улыбаюсь. Мне хорошо, тепло и уютно. Я чувствую себя превосходно. Отдохнувшей и выспавшейся. Впервые за долгое время жизни меня не мучили кошмары, а зубы не дробили степ от холода, как это было пятью днями ранее, когда мне пришлось прятаться от полоумного отчима и ночевать на улице, на грязной, сырой земле.

Я поворачиваюсь с левого бока на спину, разлепляю сонные веки, моргая ими, как вдруг прямо перед собой вижу здоровенную мускулистую фигуру.

— Ой! — я пугаюсь, краснею и дёргаюсь одновременно, когда вижу прямо по курсу громоздкого мужлана в татуировках, который возвышается надо мной сверху, стоя на согнутых в коленях ногах, а я, вытянувшись по струнке, лежу между его огромными ногами-колоннами.

После сна сознание лагает, я не сразу понимаю, что, собственно, происходит, немного пугаюсь в действительности, потому что пока мне ещё трудно привыкнуть к новой реальности. К тому, что я буду видеть татуированного громилу каждый день и существовать в его обществе в роли любимой фаворитки, подчиняясь по щелчку пальцев его похотливым желаниям.

Стоп! Минуточку… Что он делает? Не просто стоит, а чуть подергивается и бурно дышит открытым ртом, глядя на меня, заспанную и растерянную соню.

Я скольжу взглядом ниже по шикарному ребристому прессу, который сияет точёной бронзой, и… Член.

Я вижу огромный эрегированный член. В полуметре от моего лица. Который качается на уровне моих глаз, будто желает мне доброго утра.

Гектор. Он… он дрочит, глядя на меня.

Мои зрачки расширяются, когда я вижу, с какой жадностью и лютой похотью великан сжимает в своей правой руке быстро набухающий и мгновенно увеличивающийся в размере член. Качок энергично водит ладонью по стволу, усердно стимулируя эрекцию, не отрывая от меня вальяжного, с толикой грозы взгляда. Мурадов не моргает. Опасно прищурившись, он насквозь прожигает меня чёрными глазами зверя. Как будто мечтает наброситься и сожрать.

Завораживающее, манящее в свой омут, бесстыжее действие!

В этих его непристойных жестах есть что-то такое горячее и дурманящее. Наверное, поэтому я не падаю в обморок от страха, как это было в прошлый раз, а хочу… Хочу взять реванш. Неужели в недрах моей бесстыжей души долгим сном дремала порочная шлюшка? Она проснулась. Когда в мою жизнь как вихрь ворвался этот проклятый демон секса и похоти во плоти? Мурадов совратил меня, как дьявол, искусил забитую грешницу, открыв во мне новые неизведанные горизонты порочных фантазий.

О-о, какой кошмар, Кристина! Ты… что? Ты правда помешалась и влюбилась в бандита. Я не узнаю себя. Я. Сошла. С ума.

Мне не снились кошмары сегодняшней ночью. Он мне снился. Гектор. И наша с ним жаркая, непристойная связь. Грязный секс. Хуже! Животный. Ненормальный! От которого я кричала в голос, захлёбываясь в волнах дрожи и фантастического удовольствия.

— Что… — я не успеваю ничего сказать. Головка эрегированного члена толкается мне в губы, затыкая меня, как кляпом. Он такой пылающий и огромный, как горящее полено. Я отмечаю, что у меня рот немного побаливает после вчерашнего шабаша.

На пиру у дьявола, блин.

— Я хочу твой рот. Немедленно, — жёстко приказывает Мурадов и, наваливаясь бёдрами, хватает меня за затылок, накручивая волосы на кулак.

Он совершает несколько пробных толчков, подразнивая себя, затем быстро выходит, концентрируясь на моём выражении лица. И снова возвращается к делу. Теперь бандит водит членом по моему лицу, размазывая тягучую смазку возбуждения по губам, чуть им похлопывает по щекам. Он наслаждается этим моментом. Как личным триумфом. Пока я непроизвольно вдыхаю запах его тела. Мужской. Мускусный. Голова кругом. Во рту скапливается слюна, как рефлекс на что-то сладкое и вкусное.

— Шире, девочка. Открой ротик шире. Хочу войти. На всю длину.

Мужчина хватает меня за скулы, надавливает на челюсть пальцами, заставляя открыть рот. Я не сопротивляюсь. В этот раз всё будет намного лучше, чем вчера. Я в этом уверена. Я знаю, что меня ждёт, начинаю привыкать к новым впечатлениям.

Гектор плюёт на свою ладонь, хорошенько растирает ствол стоящего копьём агрегата и быстрым толчком вколачивается в мой рот почти на полную длину. Сразу.

Какой же он жадный, ненасытный и сумасшедший!

Он стонет, вместе со стоном дёргается от дрожи наслаждения, выплёвывая парочку дерзких матов.

— Отрабатывай. Живее! Ритмичней на стояк губками нанизывайся! — повелевает, рыкая.

Мужчина замирает, отпускает мои волосы и упирается кулаками в бока, давая мне полную свободу действий, не давя, не задавая ритм, не принуждая делать так, как хочет он. Я прикрываю веки, чувствую, как губы растягиваются под натиском королевского размера. Начинаю двигать шеей и скользить губами по разгорячённой, пахнущей мускусом плоти. Он гладкий и шелковистый. Без единого волоска. Мне приятно играть язычком с пухлой и солоноватой на вкус головкой, которая щекочет моё горло и толкается то в стенку нёба, то во внутреннюю поверхность щёк.

Я не испытываю рвотных позывов. Вот вообще. Потому что мне нравится этот мужчина. Я влюбилась в Мурадова с самой первой секунды, как только увидела его красивое тело и познала его пылкий, жёсткий нрав. Но часто сомневалась и боялась своих потаенных желаний. Считала их неправильными и ужасными. Ведь поначалу мне от него нужна была только защита и дом. Но сейчас, после нашего с ним первого секса, у меня проснулись чувства к жестокому головорезу. Я не могу найти им объяснения. Всё случилось само по себе. Лишь сердце знает ответ.

— Полируй тщательнее. И языком работай. Лижи конец как леденец.

Я пытаюсь играть роль раскрепощённой шлюшки, чтобы доставить удовольствие главарю. Порхаю язычком и так, и эдак. Меня никто не учил практикам минета. Но я действую интуитивно. Я должна стать лучшей в этом деле, должна стараться, быть целеустремленной и верить, что у меня всё получиться, какой бы трудной не была дорога на вершину успеха. Я должна превзойти всех его девочек. Породистых и опытных куртизанок.

Кульминация оральной шалости достигает пика за рекордно быстро время. Задыхаясь, он начинает пульсировать, стреляя мелкими брызгами внутрь моего горла.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я паникую. Первый опыт всё-таки. Новые и необычные ощущения окольцовывают весь организм. Я думаю, меня сейчас стошнит. Но, к удивлению, ничего такого не происходит. Я нарушаю рамки приличия. Я хочу быть ЕГО грязной девочкой! И, кажется, у меня это неплохо получается.

Отлично. Я справляюсь. Я молодец. Осталось самое сложное для меня, но для него самое важное.

Проглотить его вязкий белок. И доказать Гектору, что я достойна быть рядом с вожаком.

Губы дрожат, лёгким не хватает кислорода. Я с силой сжимаю пальцами влажные простыни и делаю несколько глотательных движений, заливая в себя тягучую субстанцию. До самой последней капли.

Прекрасно. Даже лучше, чем я представляла, тем более боялась. На вкус как соль с водой. Ничего особенного и отвратительного, если не зацикливаться на ассоциациях и не вгонять в разум то, что ты будто глотаешь сырой белок или медузу.

— Умница, — шипит бугай, скрипя зубами, дёргаясь в частых судорогах. — С-сладкий ротик. Как ворота в рай.

Кончив, он выходит из меня, размазывая сперму по дрожащим губам.

— Красивые, очень красивые и желанные губки.

Я смотрю на главаря невинным взглядом, пока он поглаживает размашистой ладонью мой затылок. Губы дёргаются в лёгкой улыбке, на щеках играет румянец застенчивости. Он меня похвалил. С каплей нежности в басистом голосе. Миллиард бабочек затрепыхал внизу живота и в области сердца.

Когда Гектор полностью приходит в себя после оргазма, он задаёт мне вопрос:

— Как самочувствие? Киска ещё болит?

Я заливаюсь краской в десять раз ярче, становлюсь, наверное, краснее перца чили.

— Нет. Всё хорошо.

Да, я не чувствую боли или жжения. Лишь лёгкий дискомфорт.

Мурадов кивает. Смахнув пот со лба тыльной стороной ладони, слезает с меня и с кровати, выпрямляя спину. Бугристые канаты мышц величественно напрягаются на мощном, мускулистом теле в области лопаток. Бугай шагает в сторону ванной комнаты, а я пялюсь на его боевой тыл, не в силах оторваться.

Чёёёрт! Я таращусь на пышную попку бандита и окончательно теряю себя, отмечая, насколько бешено частит и зашкаливает мой проклятый пульс. Она у него сочная, пышная, как две половинки румяных булочек. Охота покусать каждую! Я просто сижу и часто дышу, фигея от собственных придурошных фантазий, прижимая к груди одеяло, и не могу справиться с бьющим внутри меня фонтаном эмоций, ведь между ног отчего-то становится влажно.

Неужели этот неотесанный терминатор всё же научил меня чувствовать? Я не знаю точно, сколько проходит времени, ведь я будто теряюсь в пространстве, а когда прихожу в себя, опять вижу мужчину, секундой ранее вышедшего из ванной комнаты.

Гектор стоит возле кровати с полотенцем на бёдрах. На нём больше ничего нет. Лишь полотенце и гора могучих мышц. Его кожа влажная, бронзовая. Твердая размашистая грудь без намёка на растительность покрыта татуировками. И руки. Ручищи. Тоже украшают оригинальные узоры и символы. Не оторваться. Это завораживает. Притягивает. Влечёт к страстному самцу ещё неимовернее.

Влажные чёрные волосы падают ему на лоб. Капельки воды стекают с них на раздутую от регулярной качки грудь.

Он как бык. Огромный, злой, непреклонный. Насмерть бьёт с одного удара. Хищник. Такие ассоциации у меня возникают, когда я смотрю на Гектора.

— Пока ты валялась в отключке после падения с забора, Семёныч тебя осмотрел и взял анализы, — заявляет он мне, срывая с себя полотенце. Начинает сушить волосы и обтирать насухо тело. — Ты здорова. Но через час мой человек отвезёт тебя в клинику. Пусть проверят, не порвал ли я тебя. Я старался осторожно. Но это было пиздос как трудно.

Вот уж словечки. На губах скользит слабая улыбка на пару с лёгким румянцем. Трудно привыкнуть к дерзкому жаргону бандита.

— В клинике тебя осмотрит гинеколог и выпишет таблетки.

— Что? Какие?

— От залёта, — хмыкает.

— А, понятно.

— Сейчас что-то болит?

— Немного тянет низ живота.

М-м, теперь понятно, почему Гектор не предохранялся и кончил внутрь меня. Заранее навёл справки, что я не шлюха алчная, заразная, а чистая, неиспорченная девочка. Осторожен и предусмотрителен во всем. Неудивительно, что именно он захватил власть в городе.

— Обращайся ко мне на «вы», — вкрадчиво заявляет лидер. — Я — твой хозяин.

Боги. Звучит так порочно.

Аррр! Да что со мной?

Откуда только берутся эти гадкие мыслишки?

— Я уезжаю. Буду вечером. Мой дом в твоём полном распоряжении.

— Что вы решили насчёт меня? — я резко отмираю.

— Остаёшься, — властно чеканит он, распахивая шкаф с одеждой.

Вот так. Коротко и ясно.

Мужчина натягивает на крепкие бёдра чёрные боксеры, а громоздкое тело упаковывает в тёмные джинсы и такого же цвета футболку.

— Приведи себя в порядок и спускайся вниз. Рита накроет тебе завтрак. Если возникнет что-то срочное, обращайся к Марату, он сегодня за главного в доме. В случае чего он быстро свяжется со мной. Ты можешь смело передвигаться по дому и по саду, но прошу тебя, не суй свой нос в соседнюю постройку. Видела тот небольшой серый дом?

Киваю.

— Это территория моих парней. В нём живут мои бойцы и часть персонала. Не провоцируй их своим видом. Если выходишь в сад — никакого халата и купальника, тем более когда меня нет на месте. Я прикажу Рите выдать тебе повседневную одежду. Какая уж есть. После купим тебе другую. Я не был готов к неожиданной встрече с тобой. С новой круглосуточной игрушкой, — особо выделил слова “новой” и круглосуточной”. — Сама понимаешь. Свалилась как ядерная боеголовка на голову. Я не был готов к тому, что возьму себе наложницу на постоянной основе в дом. Но ты меня убедила.

Хм, а я думала слово лидера — закон. Или на меня приказ не распространяется? Что-то волнительно вдруг стало. Он ведь обещал! Обещал, что я стану лишь его девочкой… Почему он не может приказать парням не смотреть на меня? Или есть те, кто может сорваться?

Я собираюсь открыть рот, чтобы уточнить важный нюанс, но Мурадов быстро выходит из комнаты, а я глубоко выдыхаю, падая спиной на кровать. По венам проносится волна адреналина, оставляя после себя долгожданную негу облегчения.

У меня получилось! Я, блин, смертница без тормозов. Я лежу на кровати и широко улыбаюсь, слушая глухие и частые удары сердца в ушах. Я тянусь рукой к губам, трогаю их и вспоминаю наше сумасшедшее безумие.

Да. Безумие. Чистое безумие… Взять и полюбить бандита.

* * *

Я стою напротив окна и смотрю, как бронированный танк Мурадова покидает парковку особняка. Что-то, похожее на отчаяние, ползёт вверх по пищеводу, неприятно его сжимает. Вздохнув, я выхожу из комнаты и направляюсь к лестнице. Я немного брожу по дому, осматривая комнаты, запоминаю для себя, где здесь что находится. Музей, а не дом, одним словом. Ущипните меня, я сплю! Будто попала на страницу журнала по модному интерьеру. Куда ни глянь — роскошь царская, необыкновенная.

Бегло осмотрев комнаты, я нахожу кухню. Разумеется, иду на запах и в проходе сталкиваюсь с Маргаритой.

— Доброе утро, — приветствую я её.

— Доброе, — как-то без особой радости отвечает она, оценивая мой внешний вид. Я стою перед женщиной босая, в одном лишь халате. Мою старую одежду, наверное, выкинули.

Мне кажется, или в светло-карих глазах служанки отзеркаливается что-то, похожее на зависть. Но недовольство там тоже есть.

— Хозяин сказал, что вы дадите мне чистую одежду. И завтрак.

Я не знаю, как мне обращаться к Гектору. Хозяин, босс, господин? Непривычно. Как будто в ролевые игры играем.

— Знаю, — буркает мегера, — за мной.

Почти командным тоном плюётся змея, шагая обратно на кухню. Там я и завтракаю, сидя на высоком стуле за столешницей. Завтрак поглощаю с особым удовольствием, за обе щеки уплетая овсянку, яичницу и поджаристые тосты.

Во время завтрака на кухню заходит высокий амбал ростом в потолок в тёмной одежде. Бородатый, темноволосый с густющими бровями. Наверное, этот тот самый Марат. Мой личный надзиратель.

— Жду тебя у главных ворот через двадцать минут. Успеешь?

Я не сразу соображаю, что от меня хочет бородач. Но быстро вспоминаю. Он должен отвезти меня в клинику.

— Да, — мычу с набитым ртом, дожевывая последние лакомые кусочки тоста. М-м-м! Вкуснятина.

Жизнь готова отдать за еще один такой же завтрак.

Поев, я отправляюсь на второй этаж. В своей комнате на кровати нахожу одежду, оставленную мне Ритой. Я быстро надеваю на себя достаточно простые джинсы и клетчатую кофточку, которую под горло застёгиваю на пуговицы. Тщательно расчёсываю длинные волосы напротив зеркала, собираю их в хвост на затылке и выхожу в коридор. Одежда сидит на мне не идеально. Но всё же лучше, чем мои пацанские обноски.

У главных ворот меня уже поджидает точь-в-точь такой же внедорожник, на котором часом ранее уехал хозяин особняка. Марат открывает передо мной заднюю дверь, я послушно устраиваюсь на пассажирском сидении.

Когда водитель занимает своё место, машина трогается.

Мы едем около тридцати минут, затем останавливаемся напротив пятиэтажного здания частного медицинского центра. Я немного нервничаю и чувствую себя неловко. За мной по пятам тащится высокорослый шкаф. Некоторые посетители клиники оглядываются нам вслед. Я никогда не испытывала так много внимания. Меня никогда не возили на шикарной тачке, как какую-то важную дочь президента. Это осознание будоражит не на шутку, подогревая кровь в венах.

Марат застывает напротив нужного кабинета, принимая матёрую стойку, а я юркаю внутрь небольшой белой комнаты, где меня встречает милой улыбкой приятная женщина-врач.

Осмотр и обследование проходит хорошо. В принципе, я не сильно паниковала, так как боль после первого раза почти полностью ушла этим утром. Галина Сергеевна выписывает мне кое-какие препараты и отпускает. Мне повезло. Я полностью здорова и не травмирована. Наверное, я оказалась гибкой и эластичной. Несмотря на сумасшедший размер моего первого партнёра в сексе. Через два часа я снова оказываюсь в личных владениях Мурадова. До того как вернуться в поместье, мы останавливаемся напротив аптеки, где я, используя карту, врученную мне Маратом, покупаю необходимые медикаменты. В том числе противозачаточные таблетки. Главное — не забывать их пить вовремя, чтобы потом вдруг не возникло неприятных сюрпризов.

Хозяина на территории особняка не наблюдается. Чтобы скоротать время до его возвращения, я решаю прогуляться по саду и еще раз тщательно рассмотреть дом вожака. Но я помню важное правило! Не соваться на территорию его братвы.

Нагулявшись, я отправляюсь на обед. После поднимаюсь на второй этаж дома. Прохожу мимо комнаты Гектора. Замираю, прислушиваясь. Сердце в груди трепещет в надежде на то, что я услышу его голос. Я ругаю себя за необдуманные действия, когда вдруг вижу, как моя рука оказывается на дверной ручке. Наверное, мне всё же запрещено входить в личные апартаменты главного без его разрешения. Но я просто хочу заглянуть туда хоть одним глазком. А вдруг… он там? Спит, отдыхает.

Приоткрыв дверь, я осматриваюсь. Здесь тихо. Лишь ветер качает лёгкий тюль на окне, гоняя потоки воздуха по комнате от внезапно возникшего сквозняка. Мои глаза падают на скомканную под кроватью одежду. Рискуя, я всё равно решительно вхожу в комнату. Подхожу к разбросанной на полу одежде Гектора, поднимаю её, бережно разглаживаю и несу в шкаф, чтобы развесить на вешалках. Мне всё равно нечего делать. Пожалуй, он ведь не разозлится, если я наведу в его спальне порядок?

Хочется как-то отплатить за спасение.

Хочется, чтобы он почувствовал заботу с моей стороны. Быть может, и его отношение ко мне изменится, превратится в нечто большее, чем просто классный секс?

Я обхожу комнату со всех сторон. Расставляю вещи по своим местам, застилаю кровать, ополаскиваю ванну и бросаю в угол грязные полотенца. Не мешало бы пыль протереть!

Задавшись целью, я выхожу из комнаты и устремляюсь на поиски Риты. Нахожу женщину на первом этаже. Она тщательно полирует тряпкой большие панорамные окна гостиной.

— Скажите, где можно взять тряпку или веник? — я смело обращаюсь к главной горничной. Но Рита в ответ таращится на меня как на больную.

— Зачем?

— Хочу помочь вам с уборкой.

— Не нуждаюсь. Это не ваши обязанности, — фыркает она и, закончив работу, быстро семенит прочь.

Ну вот, я всего лишь хотела сделать для Гектора что-то приятное, помимо минета. Неловко получилось. Похоже, Рита и правда ревнует. Неудивительно. Она здесь главная уборщица, вкалывает как проклятая, а я для Гектора…. Теперь я для него нечто большее.

Остаток дня провожу в своей комнате за просмотром телевизора. Ужинаю в одиночестве, после готовлюсь ко сну.

Интересно, чем сейчас Гектор занимается? Я начинаю по нему скучать. Безумно сильно. И опять же я до чёртиков сама себе удивляюсь. Никогда не верила, что можно полюбить кого-то за пять минут. Я реалист. Только в фильмах возможны подобные глупости.

Не верила. До тех пор, пока не попала в сети черноглазого демона.

Проходит ещё один день. В итоге я слоняюсь по дому без дела почти три дня. На вопросы: “Где вожак? Когда будет?”, заданные Марату, я не получаю чёткого ответа. Будем считать, что у меня небольшие каникулы. Будет глупо, если я не буду использовать время с умом, чтобы пожить без суеты. Я делаю всё, что хочу. Даже погода в эти дни выдалась достаточно приятной. Солнечной и относительно тёплой. Я нежусь на улице, на тёплом солнце, смотрю телевизор, просто лежу на кровати, иногда дремлю. В общем, с жадностью принимаю от жизни то, чего мне так яро не хватало.

Вечером, после сытного и вкусного ужина, я принимаю ванну с ароматной пеной и ложусь спать. А утром из сладкого сна меня выдёргивает долгожданный сюрприз.