Когда отчим был ещё в адеквате, он постоянно меня хвалил за отменный борщ. Надеюсь, и король бандитов оценит по достоинству мои старания. Ведь что? Путь к сердцу мужчины лежит не только через постель… но и через еду тоже! Здесь нужен комплексный подход. Ведь в комплексе мой план по захвату сердца бандита уж точно завершится успехом.

Я переступаю порог кухни, беру в руки новенький телефон — подарок Гектора, которым по сей день не могу налюбоваться, включаю плейлист с любимой музыкой, затыкаю уши наушниками, приступаю к готовке, энергично пританцовывая. А ещё в новом телефоне я храню фотографии Гектора. Я иногда его фотографирую. Разумеется, когда вожак не видит. Когда мне скучно или грустно, что его нет рядом, я открываю галерею и подолгу их рассматриваю.

Я так сильно увлекаюсь процессом, что теряю счёт времени. В наушниках громыхает любимая песня, по всей кухне разливается приятный запах поджаристой овощной заправки. В доме тихо. Никого нет. И до вечера точно не будет. У Риты сегодня выходной. Я это точно знаю. А Марат ковыряется на улице с тачкой — из окна видно. Поэтому я позволяю себе сейчас выглядеть раскованной, наслаждаюсь жизнью. Между тем, мечтаю, чтобы Гектор вошёл в кухню. Это был бы самый лучший его подарок, вместо всех тех дорогих побрякушек, которые он купил мне в торговом центре для богачей.

Отвернувшись к плите, невольно глянув перед собой, я вдруг вижу тёмную тень, скользящую по стене.

Кто-то и правда вошёл в кухню. Неужели я своими мыслями наколдовала скорейший визит хозяина дома?

Уголки губ дёргаются в улыбке. Я быстро вытаскиваю наушники, повиливая попкой, собираюсь обернуться лицом к вошедшему.

Но… получаю жёсткий шлепок по попе.

— Ай!

Толчок. Я не успеваю посмотреть в лицо обидчику, как тряпичная кукла лечу вперёд, едва не врезаюсь в работающую плиту.

Нет, это не Гектор. Запах не его. Энергетика совершенно другая. Отталкивающая, неприятная.

На кухню вошёл чужак.

— Что вы д-делаете? — кричу, но массивное тело незнакомца прижимает меня животом к столешнице.

Острый край стола больно впивается в подреберье. Я размахиваю руками, пытаюсь вырваться из беспощадного захвата — не выходит.

Мои руки грубо заламывают за спину, пресекая все немощные попытки обрести свободу. В ухо вонзается холодный, хриплый бас:

— Вот это я понимаю — сюрприз!

Незнакомый урод снова шлёпает меня по ягодице. На этот раз по левой. Второй удар сильнее предыдущего.

— Пустите! Кто вы? — хнычу, дёргаюсь. Бесполезно. Я обречена. — Пошутили, и хватит! Не смешно!

— М-м-м, — недоумок перехватывает мои зажатые за спиной руки одной своей лапищей, второй — хватает за горло, сильно сдавливая шею. — А ты сладкая курочка! Давно не драл дерзких. Ты кто? Новая дырочка брата? Ты его щедрый подарок мне в честь моего возвращения?

Смеётся. А у меня сердце в груди не бьётся.

Я вообще ничего не понимаю. Откуда взялся этот придурок? Кто его на кухню пустил? Он новый член банды?

Вряд ли. Сказал же, что брат.

Стоп. У Гектора есть брат? Об этом вожак мне ничего не рассказывал. Наверное, потому, что он не сильно разговорчив. Мы вообще не общаемся. Только стонем и буяним в постели. В остальном Гектор закрыт, как ящик Пандоры за десятью замками.

— Не имеете права трогать! Я — собственность Гектора! — пытаюсь оправдаться. Мерзавец сильнее сдавливает шею, причиняя боль. Я начинаю хрипеть и задыхаться.

— Он всегда со мной делится. Он мой брат.

Незнакомец с ловкостью отрывает меня от столешницы, швыряет на рядом стоящий стол.

— А-а! — кричу, собрав все имеющиеся силы. — Помогите!

— Угомонись! — дёргает за волосы, прижимая крупным весом к столу. — Я всего лишь тебя трахну. Тебе понравится. Ты ведь здесь, чтобы парней обслуживать!

Кретин раздвигает мои ноги, дёргает вниз шорты, рвет трусики.

— Нихуя! Вот это экспонат!

Всхлипнув, я резко дёргаюсь назад.

Толчок. Глухой стук. Затылок пульсирует ноющей болью.

У меня получилось лязгнуть ублюдка. Надеюсь, это так нос хрустнул.

— Блять!

Верзила психует, обратно швыряет меня на место. Так сильно, что я лбом бьюсь о твёрдую поверхность стола. Слышу шорох одежды, какую-то возню, недовольные маты нападающего.

Приподнимаю потяжелевшую голову, глядя вниз. Там, в отражении стола, мелькает лицо бородатого незнакомца. Очень бородатого. С жёсткими чертами. Как у настоящего головореза.

Я захлебываюсь в ужасе, когда слышу что-то, похожее на звук распускающейся молнии. Адская паника вынуждает меня крепко зажмурить глаза и завопить до пожара в легких. Но мой крик глушит безжалостный удар по губам.

— Заткнись! Бесит твой ор! Я лишь возьму то, для чего ты здесь. Одну из шлюх Гектора.

Он бьет меня. Сильно. И опять по бедной, уже, наверное, посиневшей ягодице. Я чувствую разгоряченную толстую плоть, что прижимается к моему бедру. Сопротивляюсь, рыпаюсь, визжу, наплевав на угрозы.

Не хочу его. Не хочу!

Я девочка Гектора. Только его девочка. Одна. Навсегда.

Горькие слёзы заливают лицо, стекают по шее, капают на шатающийся стол. Если этот страшный урод возьмёт меня силой, я не выдержу. Покончу с собой.

— Гектор! Гектор!

— Закрой пасть, я сказал! Пока не задавил. Я быстро тебя выдолблю, переполнен под завязку. Давно бабы не было. Кончу, будешь свободна! Не веди себя как забитая целка, истеричка!

— Гектор! — рыдаю, отбиваясь как сумасшедшая.

— Аш! Заебала.

Замираю. Не дышу. Лишь слёзы лью по бледным щекам.

Хруст. В отражении стола я вижу массивный, летящий точно на меня кулак.

Гектор.

Где же ты?

Ты ведь обещал… Защитить.

Я закрываю глаза. Падаю щекой на холодную гладь стола.

Слышу грохот. И мощный, раскатистый удар. Будто гром. За долю секунды до обрушившегося на мирный город урагана.