Глава 17

Проходит чуть меньше недели. Я обживаюсь в доме главаря, начинаю привыкать к новому месту жительства и образу жизни, чувствую себя уже намного лучше, находясь во власти безжалостного чудовища.

Пока Гектор не кажется мне таким страшным. Я видела личностей и пострашнее. Перекошенное от гнева и пьяни лицо отчима я буду помнить ещё долго в своих самых страшных кошмарах. Как хорошо, что мы больше никогда не увидимся с мерзавцем. Очень на это надеюсь.

Страсть между мной и Гектором тем временем набирает обороты. Я не представляю дальнейшей жизни без этого знойного мужчины. Я привязываюсь к нему. Слишком крепко, слишком сильно. Просто помешалась, как будто стала наркоманкой, а он — моей дозой.

Всеми возможными способами я пытаюсь стереть между нами границы, но получается скудно. Главарь держит дистанцию. Холоден. Замкнут в себе. Чертовски сложно растопить холод в сердце ледяного зверя. Но я стараюсь как могу. Подаю себя покорной, отзывчивой, его верной игрушкой. Стараюсь кое-что делать по дому, когда Рита не видит. Зато я знаю, что он видит. Наблюдает через видеокамеры.

Мне хочется отблагодарить мужчину за спасение моей жизни. Не только телом, но и делом. Иногда я навожу порядки, иногда что-то пытаюсь вкусненькое готовить, когда у Розы отгулы. Но больше всего я люблю ухаживать за одеждой Гектора. Стирать его футболки, бережно наглаживать их утюгом, так же бережно развешивать вещи по своим местам.

Они такие огромные, если я вдруг надену его штаны — утону. Его футболки приятные на ощупь, они очень сладко пахнут. Им. Самым охренительным мужчиной на свете. Его запах хранит в себе много силы, опасности, власти. Это будоражит. Как и простыни, которые я каждое утро или ночь вдыхаю, не в силах ими надышаться. Хотя бы так мне спокойней. Когда его нет рядом, его запах дарит мне надежду и спокойствие. В завтрашнем добром дне.

Мне мешает лишь то, что он много времени проводит вне дома. Утром уходит, а возвращается лишь поздней ночью. Бывает, что вообще не ночует.

Я в это время грущу. Мучаюсь от бессонницы. Надеюсь, что мой хозяин войдет в спальню и согреет мою постель. Как, например, сегодня. Прошли уже сутки, а вожака нет на территории особняка. Вдруг что-то случилось? У меня начинается кошмарная паника.

В такие моменты гадкие мысли лезут в голову, словно гремучие змеи, выплёвывая яд, отчего перед глазами мелькают ревностные картинки, как Гектор с другими девками в своём клубе развлекается, а я здесь, запертая в четырёх стенах, за высоким забором места себе не нахожу, упиваясь горем разлуки. Как же сильно я привязалась к своему спасителю! Он надел мне на глаза розовые очки. Я ничего не могу поделать с этими проклятыми чувствами. Не могу взять их под контроль, запереть под замок. Это необъяснимо.

Я лежу на кровати, рассматривая идеально белый, без единого изъяна потолок. Слышу шаги. Дверь в комнату открывается.

Как обычно на бандите красуется чёрная кожаная куртка с заклёпками, а под ней чёрная футболка, сексуально обтягивающая его тугие, бугристые мышцы.

— Где ты был? — случайно срывается с губ.

Соскучилась сильно. Обрадовавшись, кинулась к нему. Мы два дня не виделись. Думала уже, что надоела. Забыл. С другой игрушкой отжигать начал.

— На «вы», — хмурится, с ловкостью сбрасывая с себя шмотки. Мурадов раздевается до трусов, а у меня, как у собачки на что-то вкусное, выделяется слюна при виде его твердого, топорщащегося инструмента, который вальяжно облегают чёрные боксёры.

— Ой, прости… те.

А так хочется на «ты». Я не могу придерживаться установленных рамок. Внутри меня протестует десятибалльная буря. Особенно тогда, когда я вспоминаю наше безумие в машине во время перестрелки. Разумеется, после того случая Гектор брал меня ещё не раз. Почти каждую ночь он выпивает из меня все соки. Он учит меня кончать снова и снова. Несколько раз за ночь берёт свою дань в разных позах, с разной силой, в разном ритме.

— Тебя не касается. Решал важные дела в другом городе. А что, скучала?

Чёрные омуты полыхают золотистыми всполохами.

— Да. Скучала.

— Что, так понравилось на члене моём скакать? — усмехается.

Ну вот что он творит? Опять в краску вгоняет своими острыми словечками.

— Ну просто… я скучала.

Секунда. Он хватает меня за шею, жмёт к стене, забивая в угол. Жизнь, словно немое кино, мелькает перед глазами.

— Не надо, — дыхание бандита жжёт мои дрожащие губы, — не влюбляйся в меня, поняла? У нас сделка. Ты в моей жизни временное звено.

Его губы. Они так близко. Мягкие и манящие. Так хочется их лизнуть, провести языком по алой мякоти. Поцеловать. Безумно сильно хочется припасть губами к губам бандита, чтобы почувствовать ещё и ещё их вкус. А после потереться щекой о жёсткую щетину настоящего мужчины.

— Усекла?

Я молчу. Мне не хочется воспринимать его слова всерьёз. Вообще. Хочется верить в сказку и чудо. Что у него ко мне также зародились чувства, как и у меня к нему. Или появятся. Но чуть позже, со временем.

Я так ничего и не выдавила из себя. Гектор меня отпускает. Но жар его сильных пальцев до сих пор ощущается на моей тонкой шее. Как будто на нежной бледно-розовой коже остались ожоги.

Не стоит обижаться на вспышки настроения. Сегодня вожак пребывает в одном настроении, завтра в другом. Я это прекрасно понимаю. Работа такая. Должность у него серьёзная — город держать в кулаке. Я сама стараюсь держаться, ищу другие способы покорить ледяное сердце зверя. Я ведь упёртая. Никогда не сдаюсь. Смогла в фаворитки к авторитету пробиться, а уж влюбить его в себя… тем более смогу.

Гектор ложится со мной в одну кровать, обхватывает огромными ручищами талию, будто в любимую добычу звериной хваткой впивается.

Я пальчиками начинаю скользить по его крепким бёдрам, направляясь в сторону паха. Хихикнув, кладу руку на член. Каменный. Но дремлющий. Что? Он не хочет меня? А я, между прочим, сгораю, как в пекле, от проклятой жажды. Я голодна по нему. Двадцать четыре часа в сутки.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не сейчас. Я слишком устал. Спи. Просто спим вместе, — сонно бурчит бандит, сбрасывая в сторону мою руку с паха.

Испустив тяжкий вздох, я закрываю глаза.

Потом так потом.

Но среди ночи Гектор всё же просыпается от железного стояка. Ничего не сказав, он просто толкает меня животом на матрас, рвет на мне трусики, задирает шёлковую ночную рубашку до груди, резким толчком вонзается сзади.

Он напугал меня спонтанным всплеском. Зарычал, задышал часто, подмял под себя и кончил на ягодицы, исполнив всего лишь пять жёстких, глубоких толчков.

Кошмар, наверное, приснился, подумала я, пожав плечами. Приняла душ, пошалила пальчиками над складками, чтобы самой обрести освобождение, вернулась обратно в постель. Мурадов уже спал, повернувшись спиной ко мне, выставив напоказ татуированную, размашистую спину. Сложно привыкнуть к его габаритам. Ну точно, как медведь гризли.

Утром я просыпаюсь от ощущения тоски и холода. В комнате стало прохладно. Простыни больше не греют. Потому что его нет рядом. Гектор ушёл как обычно, не сказав ни слова. Хочется воткнуть себе нож в грудную клетку, чтобы не болело, чтобы вырезать раз и навсегда ненавистную, разъедающую пустоту — безответные чувства. Ненавижу такие моменты. Открывать глаза, чувствовать себя вновь одинокой. Гладить остывшие смятые простыни на месте, где лежал мужчина, ронять одинокие слёзы.

* * *

День тянется нудно и долго. Подобная жизнь, без приключений на мою задницу, кажется, начинает меня утомлять. Внутри просыпаются паника и обида. Как можно влюбить в себя мужчину, если мы видимся с ним лишь ночью? И то не каждый день.

Дела. Дела. Дела.

Главное, чтобы не клуб с крутящимися на шестах дырками. Иначе я начинаю адски ревновать. Изначально, когда я шла на дело с целью продать себя сущему злу, я думала, не смогу влюбиться в Гектора. За что можно любить Мурадова? За то, что он выглядит как медведь-переросток? Опасный, громоздкий танк, давящий всё вокруг своей титанической аурой. Или за то, что людей, как орехи, из пистолетов щёлкает?

Таким я считала вожака до тех пор, пока не узнала его лучше, пока не провела вместе с ним несколько жарких ночей. В итоге полюбила. И мучаюсь теперь от проклятой боли. Хотя изначально не планировала влюбляться. Ха-ха! Ещё бы. Ведь сердцу не прикажешь.

Если бы не влюбилась, мне было бы намного проще жить в доме авторитета. Но сейчас я чувствую себя странно. Униженной тряпкой, в которую спускают по первому требованию. Думала, справлюсь. Не влюблюсь в бессердечного монстра, взамен останусь сыта и жива. Думала, нельзя полюбить этого нелюдя жестокого, дьявола криминального. Оказалось, что можно. Идеальный план, как хрусталь, разлетелся вдребезги.

Как уже говорила раньше, я ведь упёртая! Поэтому буду идти к своим целям. И сейчас, переодевшись в коротенькие шорты с майкой, не надев лифчик, я смело шагаю вниз по ступенькам, направляясь в сторону кухни.

Гектор накупил мне тонны одежды. Он очень щедрый мужчина. Так что теперь носить не переносить новые вещи.

Сейчас я собираюсь состряпать свой кулинарный шедевр — домашний борщ. Мне удалось выведать у Марата, что главарь сегодня по некоторым причинам собирается вернуться в особняк раньше. Настало время удивить и как следует отблагодарить своего спасителя за милосердие к бездомной девочке-голодранке.