Глава 20

Моя работа с Рамилем близится к завершению. Последние штрихи, несколько движений ножницами, и он начинает походить на человека. Я выдыхаю и убираю с его плеч пеньюар.

На самом деле получилось очень даже хорошо. Конечно, был соблазн немного бритвой не туда съехать. Чтобы его довольную ухмылочку с лица стереть.

И то, что в зеркало каждое моё движение контролировал, тоже бесило. Но я сдержалась. Клиенты же разные могут быть. А я хочу стать хорошим мастером. С крепкой нервной системой. Рамиль как раз хороший тренажёр для моих нервов.

— Как тебе? — спрашиваю его с улыбкой. Потому что по его выражению лица многое понять можно.

— Более-менее, — бросает в ответ. А я гашу в себе порывы сказать ему что-то неприятное.

— Могу и на лысо обрить, если не нравится. — Пожимаю плечами.

Рамиль прищуривается.

— Признавайся, милаха, тебя просто на лысый прёт.

— Как ты меня раскусил? — вздыхаю театрально, — как отражение своё в натёртой лысине вижу, так сразу и голову теряю.

Рамиль закидывает голову назад и начинает громко смеяться.

— Я сейчас, — бросаю Рамилю, чувствую что руки вдруг дрожать от нервов начинают. Я переживаю насчёт оценок.

— Милаха, — за руку меня к себе дёргает, — теперь ты точно не сможешь устоять перед моей сексуальностью

— Ты неисправим, Суворов, — фыркаю в ответ.

А у самой внутри как будто что-то горячее разливается. Я впервые его по фамилии назвала. Бешеный скалится довольно. А я… Боже. С каких пор мне вот это всё нравится начало? Препираться с ним? На его пошлые шуточки реагировать с улыбкой.

Я заболела, да? Вирус какой. Господи, я надеюсь, что это лечится.

Я иду в сторону туалета, чтобы привести себя в порядок, умыться холодной водой. Мозги на место вернуть они точно съехали куда-то.

Но только успеваю дверь открыть и тут же на месте замираю. Передо мной — сцена, которая заставляет меня глаза от шока распахнуть.

Главный судья, мужчина лет сорока с небольшим, выходит из кабинки с одной из участниц конкурса.

Её волосы растрёпаны, щёки горят, помада размазана по лицу. А он быстро натягивает пиджак, и застёгивает пуговицы на рубашке. На меня взгляд растерянный бросает.

— О… — только и успеваю выдавить.

— Советую рот на замке держать, — бросает мне коротко, проходя мимо.

Девушка же, наоборот, задерживается. Она поворачивается ко мне, её губы изгибаются в ядовитой улыбке.

— Ты же понимаешь, что лучше быть немой, как рыбка, да? Если не хочешь проблем, — произносит сладким голосом, но в её взгляде читается угроза.

— Простите, я…

— И да, — перебивает она меня, — я выиграю этот конкурс. Так что даже не напрягайся.

Включает воду и, смочив в ней салфетку, начинает вытирать размазанную помаду.

Я же настолько растеряна, что продолжаю стоять на месте. В полном шоке.

Девушка, выключив воду, гордо уходит, а я остаюсь в туалете, не зная, что делать. Какого чёрта я вообще это увидела?

Когда я возвращаюсь к Рамилю, у меня на лице явно написано всё, что я думаю об этой ситуации.

— Милаха, что уже не так? Расстроилась, что я не лысый? — с ухмылкой спрашивает Бешеный, но тут же замечает моё состояние.

— Дурак, — отмахиваюсь. — Нет, конечно. Просто… Пошли отсюда, а?

— В смысле пошли? — он приподнимает бровь. — Заберёшь свою медаль или что за херь здесь выдают, и пойдём.

— Рамиль, здесь выдают грамоту. И я её не получу. Так что пошли.

— Схерали не получишь? — Бешеный притягивает меня к себе, брови на переносице сдвигает.

— Потому что кое-кто поднял настроение главному судье. А я случайно это увидела. И я… мне не нужны проблемы.

Рамиль медленно поднимается с кресла. Его взгляд темнеет.

— Милаха, тебе угрожал кто-то? Кивни в сторону, кто здесь такой смелый.

Я тут же кончик языка прикусываю. Ну вот кто меня за язык тянул?!

— Рамиль… Не нужно. Просто пошли.

— Кивни, Богдана, или я сам искать начну.

Я мнусь несколько секунд, чувствуя, как внутри борются страх и справедливость.

Уговариваю себя, что девушка поступила нечестно и правда мне угрожала. Так что… совесть меня будет грызть совсем немного.

Я делаю короткий

кивок в сторону той самой девушки, и в следующую секунду Рамиль уже направляется в её сторону.

— Рамиль! — пытаюсь его остановить, но он даже не оборачивается.

— Милаха, — бросает он через плечо, — сиди здесь. Я быстро.

Божечки, что же будет?