ГЛАВА 8

В машине Лютый молчал, но я чувствовала, как он то и дело бросает на меня тяжелые, заинтересованные взгляды. Марат поглядывал в зеркало заднего вида и выглядел как натянутая струна, ожидая, что я вот-вот сдам его. Но я только сильнее вжималась в сиденье, чувствуя, как короткое платье задирается выше дозволенного.

В героиню крутого боевика я, конечно же, играть не собиралась. Это для меня слишком. Так что он, этот мерзкий предатель, может быть спокоен. Пока.

Дома, едва за нами закрылась дверь комнаты, Лютый не позволил мне ускользнуть. Он перехватил меня за талию, прижал спиной к стене. Его тело, горячее и мощное, лишило меня кислорода.

— Ты что-то скрываешь от меня? — спросил он, обдавая мое лицо запахом элитного коньяка. Его ладонь огладила мою спину, собственнически прижимая к твердому телу.

Я уперлась ладонями в его грудь, чувствуя под пальцами быстрый ритм его сердца.

— Нет… С чего ты взял? — голос предательски дрогнул.

— А чего вдруг такая покладистая стала? В ресторане за руку держала, спорить не пыталась, — он склонился ниже, почти касаясь своими губами моих, а его взгляд потемнел. — Где та боевая девчонка, которая кочергой тут размахивала?

— Устала бороться, — честно выдохнула я, опуская глаза. — Ты всё равно сильнее. И из этого дома мне не уйти. Разумеется, пока ты не позволишь. Ты ведь позволишь когда-нибудь? Мне же не всегда будет нужна твоя защита?

Лютый хмыкнул, его пальцы чуть сильнее сжались на моих предплечьях. Казалось, он сейчас сорвется, но он лишь медленно провел носом по моей щеке, вдыхая запах волос.

— Умная девочка. Иди в душ.

Спустя полчаса, когда горячая вода немного смыла страх, я оделась в новую пижаму и вышла в спальню. Лютый уже лежал в кровати, закинув руки за голову. В полумраке его шрам казался еще отчетливее, делая лицо суровым, почти пугающим.

Я легла на самый край, стараясь не дышать. Но стоило мне закрыть глаза, как длинная рука Лютого перехватила меня за талию. Он рывком подтянул меня к себе, заставляя прижаться спиной к его груди.

— Я... я спросить хотела, — прошептала я в темноту. — Я действительно так сильно похожа на нее? И теперь буду играть ее роль? Для этого я тебе нужна?

На мгновение он замер. Его дыхание стало тяжелым.

— Ты похожа, — прошептал он мне в затылок, и его рука на моем животе чуть расслабилась. — Лицо, волосы, взмах ресниц… даже этот твой упрямый взгляд. Но я чувствую разницу, Алина. Кожа пахнет иначе. Характер другой. Другое имя и другой человек. Я не псих, малая. Я знаю, кто со мной в постели.

Он уткнулся лицом в мою шею и затих. Я лежала, боясь пошевелиться, понимая, что этот человек моя единственная реальная защита от Марата. Но цена этой защиты была слишком высокой. А он обязательно ее затребует. Рано или поздно.

Утром, пока Лютый еще спал, я вышла на балкон и увидела внизу Марата. Он протирал лобовое стекло внедорожника, но стоило мне появиться, как поднял голову. Будто почувствовал меня. Он приложил два пальца к виску, имитируя выстрел, и я поспешила сбежать с балкона.

Утро в доме Лютого не принесло облегчения. В столовой пахло крепким кофе и жареным беконом, но этот уют был ненастоящим. Я сидела за столом, сжимая пальцами теплую чашку, и чувствовала себя так, словно нахожусь в клетке с кучей хищников. Мужчины завтракали молча. Лютый методично поглощал яичницу, а Марат и Косой допивали кофе.

Я едва притронулась к еде, кусок в горло не лез. И хоть молчаливый повар Лютого готовил очень хорошо, я все равно отодвинула свой завтрак нетронутым.

Да и как тут есть. Я кожей ощущала на себе два взгляда. Тяжелый и собственнический Лютого, и ледяной, предупреждающий Марата.

— Косой, сегодня в порт, — Лютый отложил приборы и вытер губы салфеткой. Его голос прозвучал как удар хлыста. — Проверишь отгрузку лично. Если хоть один ящик вскроют без моего ведома ответишь головой. И сделай так, чтобы за тобой никто не проследил. Никто не должен знать, где будет отгрузка. Это ясно?

— Сделаю, Артем, — коротко кивнул Косой.

Лютый перевел взгляд на меня, и я невольно выпрямилась.

— Марат, отвезешь Алину в ювелирный. Пусть выберет себе что-нибудь достойное моей женщины. Хватит носить эти серебряные сережки. Купи себе что-нибудь золотое.

Он достал из кармана черную карту и толкнул её по столу в мою сторону. Я перехватила пластик, задумчиво посмотрела на него.

— Ни в чем себе не отказывай, малая. Вечером проверю, какой у тебя вкус. А у меня дела в городе. Буду поздно. Жди, - подмигнул мне и встал из-за стола.

Когда мы выехали за ворота, тишина в салоне внедорожника стала почти осязаемой. Марат вел машину уверенно, но я видела в зеркало заднего вида, как напряжены его челюсти.

— Ты слышала его, — не оборачиваясь, бросил он. — Порт, отгрузка. Мне нужны подробности. Где именно, в какое время и какой борт. Все.

— Он не скажет мне этого! — я едва не сорвалась на крик, сжимая в руках свою сумочку. – Он же не идиот!

— Тебе и не нужно спрашивать. Документы будут лежать в его кабинете. Проберешься туда ночью, найдешь, всё изучишь и запомнишь. Никаких фото, только память. Ты ж не рыбка дори? Утром расскажешь все мне.

К горлу подступила тошнота. Я понимала, что меня втягивают в опаснейшую игру. Но не играть в нее я не могу. Тогда меня ждет то, что случилось с таксистом.

— А если он меня поймает?

— А ты сделай так, чтобы не поймал! Тупая, что ли? — Марат на секунду обернулся, и его глаза сверкнули такой яростью, что у меня перехватило дыхание. — Если не сделаешь, закончишь, как она. Карина. Ты же слышала о ней, да?

— Да... — выдохнула я, понимая, что выбора просто нет.

В ювелирном бутике я чувствовала себя неудобно и неловко. Сияние бриллиантов казалось мне насмешкой над моей разрушенной жизнью. Чтобы выполнить приказ Лютого и не вызвать подозрений, я выбрала изящную золотую цепочку с каплей рубина. У меня как раз есть красное платье… Ну, это на случай, если Лютый опять меня потащит на какую-нибудь встречу. И сережки тоже с рубинами.

На обратном пути Марат был краток. Остановив машину у крыльца, он процедил:

— Сделай все ночью, когда все будут спать. И без глупостей, Алина. Я доберусь до тебя первым в случае чего. Карина тоже смелой была. Недолго, правда.

Вечер прошел как в бреду. Лютый вернулся поздно. Он вошел бесшумно, принеся с собой запах ночной прохлады и все того же дорогого коньяка. В тусклом свете ночника его силуэт казался огромным, а шрам на брови глубоким.

Я сидела на краю кровати, вцепившись пальцами в простыни. Он не произнес ни слова, просто смотрел на меня потяжелевшим взглядом, от которого по телу разливался пугающий жар. В его глазах было не просто желание, это была жажда обладания. Полностью, без остатка.

— Иди сюда, малая, — его голос, низкий и вибрирующий, ударил по нервам.

Я поднялась, ноги едва держали. Когда я оказалась в шаге от него, он резко, по-хозяйски притянул меня за талию. Мой вскрик потонул в его поцелуе. Грубом, со вкусом алкоголя и опасности. Его губы не спрашивали разрешения, они требовали подчинения, сминая мои в жестком, лихорадочном ритме.

Я пыталась вспомнить об угрозах Марата, о пистолете у виска, но всё это меркло перед первобытной мощью Лютого. Его руки, тяжелые и горячие, скользнули под мой халат, обжигая кожу. Наверное, надо было надеть пижаму, но… Разве его это остановит? Да и хочу ли я этого?..

Мысли медленно растворялись в голове, лишая меня рассудка. Я чувствовала каждое движение его пальцев, каждую линию его напряженного тела, твердого как гранит.

Когда мы рухнули на кровать, я ахнула и меня захлестнула волна чего-то темного и запретного. Лютый не просто брал меня. Он клеймил, впечатывая свое присутствие в каждую клетку моего существа. Его ласки были на грани сумасшествия. Болезненно-сладкие, разрушающие, лишающие желания сопротивляться. Я забыла в чьих руках нахожусь сейчас. Я, кажется, все забыла.

Мои пальцы сами зарылись в его слегка всколоченные волосы, притягивая еще ближе, а из груди вырывались сбивчивые вздохи, которые я не могла контролировать.

Это безумие, падение в пропасть, где страх смешивался с диким, неистовым восторгом. В какой-то момент мне показалось, что меня не останется после этой близости. Он поглотит меня. Впитает в себя.

Его дыхание обжигало шею, а грубый шепот заставлял сердце биться еще чаще, еще сильнее. Он не торопился. Наоборот, будто растягивал удовольствие. Пробывал меня на вкус.

— Малая, — шептал он на ушко, покусывая мочку и не прерывая нашего контакта.

Когда всё закончилось, в комнате повисла звенящая тишина. Лютый не отстранился сразу, его рука всё еще собственнически покоилась на моем бедре, а тяжелое дыхание постепенно выравнивалось.

— Спи, — прохрипел он, притягивая меня к себе и укладывая на широкую, татуированную грудь.

Я лежала, глядя в темноту, и чувствовала, как на коже всё еще горит след от его губ, а щеки и шея пылают от грубой щетины. Он думал, что сломал меня, что я теперь послушная девочка. Но именно это осознание придало мне сил. Дождавшись, когда его хватка на моей талии ослабнет, а сон станет глубоким, я осторожно выскользнула из его объятий.

Когда он наконец уснул, я выждала на всякий случай полчаса. Мое сердце колотилось так сильно, что, казалось, оно вырвется из груди. Осторожно выскользнув из-под одеяла, я на цыпочках вышла в темный коридор. Босые ноги холодил паркет.

Крадучись, как воровка на носочках, я дошла до его кабинета. Рука дрожала, когда я коснулась ручки. У меня же нет ключей! К моему удивлению, дверь все же поддалась. Она, как ни странно, была не заперта.

Внутри оказалось темно, пахло табаком, бумагами и опасностью. То, что я собиралась сделать действительно очень опасно. Но разве мне позволят отказаться? Марат с легкостью сделает со мной то, что сделал с тем бедным таксистом. И кажется, с ней… С Кариной. Подробностей я не знала, но была уверена, что именно от руки Марата погибла Карина.

Лунный свет пробивался сквозь щель в шторах, ложась бледной полосой на массивный стол. Я включила настольную лампу и бросилась к бумагам, лихорадочно перебирая папки. «Груз», «Таможня», «Порт»… Я искала хоть какие-то зацепки. Затем метнулась к сейфу в углу, коснулась холодного металла, тщетно пытаясь сообразить, как его открыть... Не вышло. Я снова вернулась к столу и боковым зрением заметила какое-то движение у двери.

— Обычно я запираю дверь своего кабинета, — раздался из мрака тихий, вкрадчивый голос Лютого.

Я вскрикнула и резко отскочила от стола, едва не повалив кресло.

— Но сегодня я решил облегчить тебе работу, малая.

Он медленно приблизился, а я застыла, не в силах даже вздохнуть.

— Ну что, Алина? Нашла то, что искала?