Глава 35
Высадил Алину, отъехал от ее дома.
Тревожно. Под ложечкой сосет.
Вот вроде правильно все сделал, а словно дурака свалял.
Захару и его высоким шишкам это место я не отдам. Только подумать надо, как это провернуть. У меня тоже знакомых по городу хватает. И если для этого придется использовать Алину, так и быть.
Мне было несложно.
Вот только что будет, услышь эту запись Оля.
Педаль в пол давлю неосознанно, подрезая другие машины и довольно частые слыша в след гневные сигналы.
Она сейчас еще накрутит себя насчет приезда Алины, так что нужно скорее занять ее мысли чем-то более полезным.
Ремонт – это хорошо, но думаю с клубом все-таки придется попрощаться, только вот сделать это красиво, например, на собственной свадьбе… Тогда и Оля, занятая подготовкой, не будет загружать свою хорошенькую голову лишней информацией.
Но прежде чем ехать домой, сворачиваю к месту, где сейчас обитает Захар.
Пора разобраться с ним и понять, что ему нужно от моей Оли. И что он с ней сделал. Я еще давно думал, что произойти могло такого, что она на шпионаж согласилась. Это не Алина. Ей это не могло даться так легко.
Я немало отвалил, чтобы выручить ее брата. До сих пор зол за его возвращение в лапы этого бандюгана. Как наркоша, чес слово.
Торможу тачку, смотря на окна девятого этажа нужной многоэтажки в самом обычном спальном районе. Знали бы соседи, кто обитает рядом с ними.
Вроде та квартира. Свет горит. Пора подняться.
Он себе квартир наотжимал у бомжей. Ему всегда есть, где спрятаться. Но кто ищет, тот всегда найдет. Залетаю на нужный этаж, звоню и в сторону отхожу.
За дверью тишина, но я все равно слышу, как глухо щелкает затвор пистолета.
Достаю свой. Он у меня в багажнике хранится, на вот такие случаи встреч старых друзей.
Оля
Ночь тянется невероятно долго. Но самое ужасное, что я не могу теперь смотреть на стены этого клуба без рвотного рефлекса. Ненавижу его. И ее ненавижу. Не знаю, но все равно.
Приходится даже на улицу выйти. Посмотреть на утро, которое сменило ночь, на машины, спешащие на работу, но застрявшие в пробке.
Просто воздухом подышать.
Игната всю ночь не было, а я даже не имею права позвонить и выяснить… Ни на что не имею прав… Только размышлять.
Значит, Алина. Значит, бывшая невеста.
Значит, все его отговорки насчет ремонта просто дань памяти бывшей любви, которую он так и не забыл.
Да и как забыть такую красивую, эффектную девушку, пусть и давно замужнюю.
А я тогда кто?
Временная замена, пока не появится та, настоящая? Пока она снова не впустит его в свою жизнь? И мне так хочется ему высказать, так хочется дать понять, что я не потерплю второго места, что я не смогу быть запасной и временной!
Но есть ли у меня выбор?
Смогу ли я дать ему понять, что хочу быть единственной.
Смогу ли не закрывать глаза на измену, если такая произойдет.
Ведь не смотря на отношения, я кто по сути?
Его секретарь.
Его должница.
Его любовница.
Все, что я могу требовать, это чтобы он презерватив надевал. Наверное.
Я обнимаю себя за плечи, чувствуя, как меня пронизывают холодные порывы ветра, точно так же как ледяные мысли. Не стоило выходить из клуба в одной рубашке.
Но вдруг тепло становится. Мне на плечи падает тяжелая кожанка. Игнат? В радости захлебываюсь, готовая все просить и понять, но… нет…
Паша. Он закуривает и улыбается.
– Замерзла совсем, Олька. Почему спать не идешь?
А то не понятно, почему. Потому что его жду… Спросить хочу, есть ли еще что-то между нами?
– Ага. Спасибо, но, наверное, не стоило, Игнат увидит, опять скандал устроит, – если ему еще не все равно.
– Если ты позволишь. Учитывая, что его всю ночь нет, а уехал он вместе с Алиной…
Он не играет бровями, как Юля, вывалившая на меня информацию о прошлом Игната. Но его лицо гораздо красноречивее. Он знает своего начальника очень давно.
– Если ты хочешь сказать что-то – говори. Сегодня меня вряд ли можно удивить.
– Да я не буду тебя удивлять, просто нравишься ты мне, а связалась… Сама понимаешь, с кем? Эти люди опасны, вокруг них всегда дыра черная и она затягивает.
Все правда. Только ведь и я из этой черной дыры…
Оборачиваюсь к Паше, вглядываясь в его простые черты, на которые свет лучей солнца падает.
Наверное, да, наверное, не встреть я Игната, именно с таким вот Пашей стала бы встречаться. Но не ёкает от него ничего, не болит в груди, не ломает душу, не хочется касаться его каждую секунду, с таким бы я даже не задумалась, прощать ли…
Просто бы ушла.
А от Игната не смогу.
Никогда.
– Я сегодня уже выслушала, какой Игнат блядун и что все еще любит свою Алину… Но он просил верить ему, и я буду, понимаешь?
– Чисто так по-женски. Тому, у кого бабки и власть, можно простить все, верно?
Он как-то хмыкает, словно разочарованный, а я только надеюсь, что не проговорюсь Игнату об этом разговоре. Игнат давно дружит с Пашей. Тем более я не хочу стать причиной еще одного увольнения. Сколько можно собеседований проводить?
Снимаю с себя куртку и отдаю ему.
– Паш, ты хороший, но люблю я Игната. И, наверное, действительно прощу почти все. Ведь он меня простил. И просил доверять ему. Разве я могу подвести его снова?
Он уходит в клуб, а я остаюсь, отворачиваясь. Смотрю на бесконечный поток машин вдоль набережной, которые застряли здесь из-за очередного ремонта дорог и аварии, что чуть впереди. Я ежусь от холода и, кивнув сонным охранникам, забегаю внутрь. Спешу мимо гардеробной.
Но вдруг оказываюсь внутри. Тесно прижатой к стене.
– Значит, все простишь? – слышу яростный шепот в области шеи. Воздуха почти не остается. И я шумно дышу, пытаясь вобрать в себя последние капли кислорода. – Оля… Олечка моя…
– Ты был с ней? – чуть не плачу, собирая пальцами рубашку. Какой долгий день, как хочется в постель. Спать. С ним. Под бочок. Но сначала я хочу услышать, чтобы знать, как жить дальше.
– С ней, детка. Но мы не занимались сексом, даже не целовались. Я не хотел, чтобы ни одна капля ее яда попала на тебя…
– Почему? Ты ведь любил ее. Когда-то. И стены, и стол… – всхлип рвется. – Она словно в каждом уголке этого клуба…
Он вжимает меня в стену, а я тону в его силе. В его энергии, что буквально перетекает в меня. Согревает. Создает кокон безопасности и любви.
– Игнат, не молчи…
– Я думаю, не мешай, – шепчет он, продолжая чертить линии на моей шее… Я ему о важном, а он о сексе.
– Ты опять не слышишь меня! Я не нужна тебе, да? Раз она появилась. Скажи мне правду!
– Дурочка… Еще как нужна. Кто мне будет помогать искать помещение для нового клуба?
Я застываю, поднимаю глаза, лишь черты могу рассмотреть в полумраке. Сюда лишь немного света попадает. Игнат улыбается. Руками талию обворачивает, поцеловать пытается. А я рукой его губы закрываю. Не понимаю ничего… Знать хочу.
– Игнат, объясни, пожалуйста. Что значит новое помещение?
– То и значит. Здесь мы сыграем свадьбу, а потом устроим фейерверк, прямо в здании. Прощальный.
– Но оно же сгорит… Здание… Клуб… – широко глаза распахиваю. Ушам своим не верю. Он ведь так этот клуб любил… Так боготворил… – Сгорит дотла…
– И это будет лучшая месть ублюдку Захару за то, что он с тобой сделал, – его лицо приобретает хищные черты, а я глаза закрываю. Я так надеялась, что он не узнает о моем позоре. Так надеялась, что буду для него чистой.
– Откуда…
– В гостях у него побывал. Если бы ты сразу рассказала…
– Да как бы я смогла! Лучше боль от тебя, чем еще раз переживать это унижение, вспоминая…
– Он поплатится, Оль. Я тебе обещаю… И все те, кто видел… Каждый, – прижимает он меня к себе и жадно целует, находя рукой язычок молнии на юбке, потянув ее вниз.
– Ты видел? Он показывал? То, что снимал тогда? – меня трясет, но страха все меньше, а огонь вожделения все больше.
– Да уж, мы мило поболтали…
– Дрались опять? – вздыхаю и нажимаю на ребра, чувствую влажное пятно… Кровь? Он дергается, и я понимаю, что у него там синяки, возможно, раны! – Дай посмотрю…
Он не дает, поднимает, на стол садит, между ног вклинивается.
– Сначала посмотрю я…
– Игнат, у тебя раны, их нужно обработать.
– Пока не трахну тебя, ничего обрабатывать не дам.
– Игнат, – уже ругаюсь, отталкиваю. – Тогда в больницу…
– Нет, Оль. Ничего там серьезного. Ты мое лечение, понимаешь?
– Наверное… – теряюсь в ощущениях, стоит ему только чуть надавить, блузку на груди распахнуть и между грудей головой потереться.
– Так лечи… Лечи, Дикарка…