Глава 20 Иван

На дисплее светится имя – Кирилл. Знал бы ты, как не вовремя! Но это действительно важно. Просто так он бы не стал звонить в такой час. Сдвигаю зеленую трубку в центр и прикладываю телефон к уху.

– Слушаю.

– Иван Сергеевич, я с хорошими новостями, – звучит в динамике бодрый голос моего безопасника.

– Надо же. Излагай.

Очень надеюсь, что новости и правда хорошие, иначе мой гнев будет ужасен.

– Кажется, я нашел, как прижать этого урода.

– А подробнее.

– У Лютаева нет денег. Совсем. Он почти банкрот.

– Продолжай.

– Его бизнес – это мыльный пузырь. В общем, опуская детали – Михаил в глубокой финансовой заднице, – хмыкает Кирилл, а я невольно хмурюсь.

Ни черта не понимаю из его слов. У меня другая информация.

– Ты не путаешь? Я знаю его фирму. Она довольно крупная и давно на рынке. Не помню, чтобы у них возникали проблемы.

– Раньше у руля был его отец и фирма процветала. А сейчас он отошел от дел и передал управление старшему сыну, – подробнее рассказывает Кир. – Тот, оказывается, очень плохой руководитель, вогнал фирму в многомиллионные долги. Со дня на день нагрянут кредиторы и растащат на сувениры все до последнего гвоздя.

– Как интересно… – тяну задумчиво. Это же отличный способ жестко нагнуть Лютаева. – И что же он собирается делать?

– Скоро должна состояться его свадьба с Елизаветой Гончаровой, – продолжает рассказывать Кирилл.

– Дочерью Николая Юрьевича?

Гончаров когда-то был моим деловым партнером. Когда я начинал, мы сотрудничали, а потом нам обоим это стало невыгодно. Разошлись в разные стороны по обоюдному согласию и без претензий.

– Именно. Насколько я понял, девчонка влюблена, как кошка, и…

– Ты думаешь, Гончаров не знает о финансовых проблемах будущего зятя? – с сомнением интересуюсь.

Это бред. Если уж он собрался выдать единственную дочь замуж, то наверняка проверил претендента вдоль и поперек.

– Уверен, что знает. Но, вероятно, ради дочери закрывает глаза.

Такой вариант тоже возможен. Николай Юрьевич очень любит дочь и всегда потакает ее капризам. Но мне это только на руку.

– Дальше не продолжай. Я все понял.

– Какие наши действия?

– Тут два варианта, – размышляю вслух. – Или встретиться с Михаилом и напомнить о его положении, или сразу с Гончаровым…

– Я думаю, первый совершенно бесполезная трата времени.

– Пожалуй, ты прав. – Еще раз спокойно разговаривать с этим уродом я не смогу. – Устрой мне встречу с Николаем Юрьевичем. Он нормальный мужик, думаю, мы придем к взаимопониманию.

– Хорошо.

– Все, до связи, – сбрасываю звонок и зависаю на несколько секунд, обдумывая дальнейшие действия.

Пожалуй, лучшего исхода не придумать. Отдам его на растерзание Гончарову. Пусть тот сам с ним разбирается. Михаил, наконец, займется своими проблемами и думать забудет о Вике. И волки сыты, и овцы целы.

Довольно усмехаюсь и выхожу из кухни. Вики уже нет. Улыбаюсь и качаю головой. Трусиха, сбежала… Ну ничего, главное я понял, остальное дело времени. Я терпеливый, подожду.

Сажусь на диван, беру кружку с остывшим чаем и тарелку с бутербродами. Смотрю на елку и улыбаюсь, как дурак. Ну хорошо же все! В душе полный штиль. Так легко и спокойно не было давно. Я словно вернулся домой после долгих скитаний. А все благодаря Вике. Рядом с ней чувствую себя живым.

Прикрываю глаза, улетая в наш поцелуй. Как же я скучал по ее губам. Ничего не стерлось из памяти и ничего не изменилось. Тело, как и раньше, мгновенно отзывается на ее близость и наливается энергией.

В груди до сих пор трепещет от щемящей нежности к этой женщине. Моей женщине. Давно не испытывал ничего подобного. Точнее, ни с кем, кроме нее. Так ощущается настоящее счастье. Только понял я это, лишь когда потерял. Больше такой ошибки не допущу.

Сегодня я искренне сказал Вике все, что чувствовал. Знаю, она услышала меня, и очень надеюсь, что поверила. Осталось только заслужить доверие. Дать ей уверенность, что мои намерения серьезны. Пока она как бездомный пугливый щенок. Смотрит преданно в глаза, а подойти боится. Замерзла без меня, разочаровалась. Но я все исправлю. Я смогу. Ради нас всех.

Хоть и не выспался, но настроение на удивление отличное. Выхожу из душа и первым делом беру телефон. Пора заканчивать этот гребаный фарс. Набираю номер Карины и терпеливо слушаю длинные гудки.

– Доброе утро, – раздается в динамике ее сонный, хрипловатый голос.

– Для кого как, – хмыкаю я. – Ты дома?

– Да, а что ты хотел? – сладко зевает.

Смотрю на часы и приблизительно прикидываю, сколько времени мне понадобится, чтобы добраться до ее дома. Живет Карина недалеко, но утро… пробки…

– Через час заеду, надо поговорить.

– О чем? – Ее голос становится настороженным, но я не собираюсь раньше времени раскрывать карты. Она свалит в закат, а мне потом ищи свищи по всему городу. Нет уж!

– Приеду и узнаешь. Жди меня.

– Хорошо… – мурлычет Карина. – Заказать тебе что-нибудь?

– Ничего мне не надо. Просто будь дома, и все.

Сбрасываю звонок и небрежно швыряю телефон на кровать. Быстро одеваюсь и спускаюсь. На кухне уже собрались все. Опираюсь плечом на косяк и наблюдаю за этой компанией. Нюся ест кашу, а Галина Федоровна с Викторией тихо переговариваются и пьют кофе. Даже удивительно, как они гармонично смотрятся, как будто жили здесь всю жизнь.

– Папочка, пливет! – замечает меня Нюся.

– Доброе утро, – говорю всем, но смотрю на Вику.

– Доброе…

На секунду ловит мой взгляд, но смущается и отводит свой. Сердце пропускает удар и начинает колотиться быстрее. Хочется заключить ее в объятия и подарить утренний поцелуй, но сдерживаю себя. Еще не время, сначала нужно убрать все идиотские препятствия.

– Мой кофе готов?

– Конечно, вот. – Галина Федоровна отдает мою кружку.

– Спасибо.

Забираю и сажусь за стол рядом с дочкой.

– Пап, а кашу? – Она недовольно хмурит брови и засовывает ложку себе в рот.

– Какую кашу?

– Овсяную. Мама говолит, что на завтлак надо кушать кашу.

– Ну, раз мама говорит, – смотрю на Вику и улыбаюсь. Ее щеки так мило вспыхивают румянцем. – Поделишься своей?

– Конечно. – Нюся набирает полную ложку каши и протягивает мне. Осторожно беру губами с самого кончика и заставляю себя жевать. Давно я не ел «такого». Осталось как-то проглотить.

– Там еще есть, – усмехается Вика. Вот же хулиганка. Прекрасно знает наши напряженные отношения с кашей и издевается. Но ничего… я мстю и мстя моя будет ужасна…

– Нет, уж спасибо, – допиваю кофе и поднимаюсь на ноги.

Пора ехать, а то попаду в самый пик пробок. Целую в щеку дочь и на автомате Вику. Она замирает и растерянно хлопает ресницами. Не надо на меня так смотреть. Я же все-таки не железный. Не могу просто так уйти, мне срочно нужен допинг.

– Я поехал на работу, – сообщаю всем и добавляю для Вики: – Пойдем проводишь.

Беру за руку и веду к выходу.

– Ты помнишь о своем обещании? – разворачиваюсь и жадно смотрю на ее сочные губы.

– Каком? – Вика неосознанно облизывает их, а я шумно втягиваю воздух. Пытка быть на расстоянии, не иметь возможности целовать их, когда хочется. Но боюсь спугнуть такое зыбкое доверие между нами.

– Никуда не уходить до моего возвращения, – осторожно заправляю ей прядку за ухо, касаясь нежной кожи. Вика едва слышно вздыхает и поднимает на меня глаза. В них столько эмоций, что у меня невольно перехватывает дыхание.

– Я помню, – шепчет тихо, но ее шепот взрывается в моей голове множеством искр. Хрипло рычу, притягиваю ее к себе и с жадностью впиваюсь в губы. Не отталкивает, мягко отвечает, позволяя ласкать себя. Упиваюсь этим моментом и дрожу от восторга. Стискиваю руки сильнее, осознавая, как мне мало того, что сейчас между нами происходит. Это лишь жалкие крохи, а я хочу всего и сразу. Любить и ласкать до исступления, но надо срочно тормозить, пока еще есть силы.

– Моя девочка, любимая, – шепчу, с трудом отстраняясь. – Дождись меня. Я вернусь, и вместе поедем за вещами.

– Хорошо. – Вика сама обнимает меня за шею, словно не хочет отпускать. Это многое значит. Особенно в нашем случае. Зарываюсь носом в ее волосы и замираю, впитывая в себя ее нежность.

Несколько минут стоим не шевелясь. Очень не хочется разрывать объятия и уходить, но надо. Позарез. Это важно для нас.

– Мне пора, – шепчу ей.

– Иди, – отстраняется и лукаво улыбается. – Я постараюсь тебя дождаться…

– Хулиганка, – смеюсь я. Еще раз целую ее и иду к выходу.

На улице глубоко вдыхаю морозный воздух и шумно выдыхаю. Бодрит и освежает. Надоели все эти проблемы и разборки. Срочно все закончить и уехать в отпуск, где нам никто не будет мешать. Улыбаюсь своим мыслям и иду к машине.

– Иван Сергеевич, подождите, – оборачиваюсь и вижу одного из охранников, что отвечает за безопасность моего дома. Точнее, отвечал, пока я его не уволил. Еще вчера.

– Ты еще здесь? – недовольно приподнимаю бровь. Ненавижу, когда меня не слышат с первого раза.

– Простите меня, пожалуйста. Я все осознал. Такого больше не повторится.

– Не повторится, – с готовностью соглашаюсь я. – Потому что ты больше у меня не работаешь. Это не обсуждается.

Сажусь в машину и завожу двигатель. Нажимаю на кнопку, и стекло ползет вниз.

– Покинь частную территорию. Расчет сегодня поступит на карту.

Ворота открываются, и я выезжаю на дорогу.

Давлю на звонок, но в ответ тишина. Карина как будто издевается. Просил же быть дома. Раздражение стремительно перерастает в злость и душит меня. С силой впечатываю кулак в дверь, и та неожиданно распахивается.

– Ну что ж ты какой нетерпеливый? – Карина встречает меня в прозрачном пеньюаре, под которым лишь нижнее белье.

– Издеваешься? – рычу на нее и без приглашения вхожу в квартиру.

– Сюрприз готовила, – тянет загадочно и крутится передо мной, демонстрируя свою фигуру в самых выгодных ракурсах. – Тебе нравится?

Закатываю глаза к потолку. Все происходящее напоминает дешевый сериал. Она что, реально считает, что секс может спасти ситуацию? Серьезно? Что вообще в голове у этой женщины?

– Нет, – качаю головой. – Мне абсолютно все равно.

Что, в общем-то, является истинной правдой. Смотрю на нее и не чувствую ничего, кроме раздражения. Что меня вообще могло привлечь в ней?

– Вань, что случилось? – Карина капризно надувает губки и подходит ко мне. Ее ладони скользят по груди вверх. Перехватываю за запястья и отталкиваю от себя.

– Это ты мне расскажи, какого черта ты творишь?

– Ты о чем? – невинно хлопает ресницами, но я насквозь вижу ее гнилую сущность. В игры решила поиграть? Не выйдет!

– Я, кажется, просил тебя не появляться у себя дома, – наступаю, а Карина пятится, пока не упирается в стену. Бежать больше некуда.

– Но…

– Человека, который тебя впустил на территорию, я уже уволил, – сообщаю ей, чтобы уже наконец поняла, что я не шучу и все серьезно.

– За что? – Глаза Карины распахиваются от недоумения.

– За то, что пропустил постороннего на мою территорию, – зло чеканю каждое слово, вновь начиная заводиться.

– Я для тебя посторонняя?

– Да, Карина, ты посторонняя!

– Ну спасибо, – складывает руки на груди и обиженно отворачивается.

Непробиваемая. Шумно выдыхаю и отхожу на несколько шагов от нее. Мне нужна передышка, иначе сверну ей шею собственными руками.

– Между нами все кончено, – холодно объявляю, пронзая ее решительным взглядом. – Забудь о моем существовании.

– Это невозможно, – вскрикивает Карина. – Я беременна. От тебя!

– Чушь, – криво ухмыляюсь, прекрасно зная, что это не может быть правдой. Я предохраняюсь. Всегда.

Карина поджимает губы и выходит из комнаты. Возвращается и протягивает мне небольшую полоску с двумя яркими полосками.

– Вот смотри. Две полоски.

Вот же гадина, развести меня решила? Не на того нарвалась. Придется научить ее уму-разуму, чтобы не осталось напрасных надежд.

– Одевайся, – сухо бросаю ей и убираю тест в карман. Может пригодиться.

– Зачем? – с сомнением смотрит на меня и кусает губы от волнения.

– Поедем прокатимся.

– Куда?

– Увидишь, – хмыкаю и отхожу к окну. Внутри кипит злость, но я упрямо гашу ее. Нельзя терять контроль, иначе проблем только прибавится.

– Но я…

– Быстро, я сказал, – рявкаю не оборачиваясь.

Карина скрывается в комнате. Прикрываю глаза и глубоко дышу, пытаясь успокоиться.

– Я готова.

– Отлично. Поехали.

Везу ее к врачу, которого посоветовала Марина. Клятвенно пообещала, что та честная и врать в таком деле не будет. Самое время проверить. Ибо я уверен на сто процентов, что нет никакой беременности.

Паркуюсь около медицинского центра.

– Что ты задумал? – Карина вжимается в спинку сидения.

– Опровергнуть твою очередную ложь, – глушу двигатель и выхожу на улицу. Обхожу машину и открываю пассажирскую дверь.

– Нет, я не пойду, – в панике качает головой. Поздно. Теперь меня уже не остановить.

– Ты пойдешь, – решительно хватаю за руку и выволакиваю Карину из машины.

– Ты не имеешь права меня заставлять, – вырывается и сопротивляется, но я сильнее.

– Заткнись и вперед, – буквально тащу ее к входу в здание.

В медицинском центре нас готовы принять сразу. Идем к нужному кабинету.

– Вань, не надо. – Карина судорожно всхлипывает, теряя запал. – Я и так признаюсь.

– Поздно. Мне нужны доказательства.

Стучу в дверь и, не дожидаясь ответа, вхожу вместе с Кариной.

– Добрый день, – приветствует нас доктор.

– Здравствуйте. Сделайте, пожалуйста, девушке УЗИ для подтверждения беременности, – вывожу Карину вперед.

– Конечно. Проходите ложитесь на кушетку.

Пока включается аппарат УЗИ, врач задает Карине несколько женских вопросов, в которых я ничего не смыслю, поэтому даже не пытаюсь вникнуть в суть. На экране начинает мелькать черно-белая картинка.

– Ну что? – нетерпеливо интересуюсь. «Внутренний мир» Карины меня интересует в последнюю очередь.

– В полости матки не видно плодного яйца… – Врач растерянно переводит взгляд с нее на меня и обратно. – Вы уверены, что беременны?

– Нет… но тест положительный… – мямлит Карина. Достаю из кармана тонкую полоску и отдаю врачу. Та лишь мельком смотрит на нее и выкидывает в мусорное ведро.

– Тесты иногда врут. Сожалею, но так бывает, – убирает датчик и протягивает Карине пачку салфеток.

– Ничего, – цедит та сквозь зубы и зло вытирается.

– Это точно? Ошибки быть не может? – уточняю на всякий случай, чтобы потом не возникло проблем.

– Абсолютно. На таком сроке уже должно быть видно. Ну если сомневаетесь, можно еще сдать кровь на ХГЧ.

– Когда результат?

– Сегодня к вечеру.

– Хорошо, мы сдадим кровь. Можно мне заключение?

– Конечно. Сейчас распечатаю. – Врач быстро клацает по клавиатуре и нажимает на печать. Из принтера выезжает лист с заключением. Забираю и быстро пробегаюсь по нему глазами.

– Спасибо. Вы очень помогли. Как только придет результат, будьте добры, лично пришлите мне.

Оставляю визитку и пятитысячную купюру. Врач довольно кивает.

Мы с Кариной выходим из кабинета и идем в процедурную. Наблюдаю за тем, как она сдает кровь, контролируя каждый шаг, чтобы избежать подлога.

Наконец, выходим на улицу.

– На этом все, Карина, – сухо констатирую я. – Не смей больше приближаться ни ко мне, ни к моей семье. Загрызу.

– Ну и проваливай! Не нужен ты мне! – обиженно всхлипывает и отворачивается.

– Ну и славно. Удачи.

Иду к своей машине. Одной проблемой меньше. Никак не ожидал, что все получится настолько быстро и качественно. Даже удивительно.