Глава 21 Виктория

Украшаем с дочкой дом. Точнее, она руководит процессом, а я помогаю готовить сюрприз для папы. Все эти нехитрые манипуляции помогают отвлечься от волнительного ожидания. Но мысли все равно возвращаются к Ивану. Между нами так стремительно все меняется, что становится страшно.

Чувствую его напор и невольно сдаюсь ему. Даже не пытаюсь противостоять. Мое сердце восторженно отзывается любимому мужчине, совершенно не заботясь о последствиях и не слушая голос разума.

Вновь учусь доверять и не поддаваться сомнениям. Не хочу даже думать, что со мной будет, если Иван предаст. Отсекаю эти губительные мысли еще в зачатке, не давая им формироваться. Но все равно не могу полностью расслабиться. Как ни пытаюсь – не получается. Словно жду подвоха. И это сильно выматывает морально.

Трель телефонного звонка выдергивает меня из сумрака мыслей. Смотрю на дисплей – номер незнакомый. Собираюсь сбросить, но резко передумываю. Вдруг что-то важное, из полиции опять же могут звонить. Беру себя в руки и принимаю звонок.

– Алло.

– Здравствуй, Виктория… – вибрирует в динамике мужской голос. Липкие мурашки сразу же покрывают кожу, а дыхание перехватывает. Этот голос запускает панику внутри и заставляет дрожать от страха.

– Вы? – выдыхаю я и до боли закусываю губу. Меньше всего я ожидала услышать Лютаева и немного растерялась. Что ему от меня опять надо?

– Узнала… – хрипло констатирует он. – Я очень ждал твоего звонка, но не дождался и решил позвонить сам…

Нервно сглатываю и с трудом перебарываю первый порыв сбросить звонок. Прекрасно понимаю, что моя трусость не решит проблему. Я не могу от него прятаться постоянно.

– Что вам нужно от меня? – стараюсь говорить спокойно и уверенно, но голос предательски подрагивает.

– Ты прекрасно знаешь…

В груди поднимается волна раздражения, сметая все на своем пути. Неужели так и не угомонился? Сильнее стискиваю телефон в руке и цежу сквозь зубы:

– Не знаю и знать не хочу! Оставьте меня в покое!

– Я очень соскучился… – отвечает Михаил, словно не слыша меня. – И хочу тебя увидеть.

– А я не хочу. Прекратите меня донимать! – требую грубо и набираю в легкие побольше воздуха, чтобы высказать ему все, что думаю по этому поводу.

– Иначе что? – хмыкает он, перебивая меня. – Пожалуешься своему рыцарю в бумажных доспехах? Не смеши…

Судорожно выдыхаю, мгновенно теряя весь запал. Страх мелкими бусинками рассыпается по позвоночнику. Откуда он знает про Ивана? И что он знает?

– У тебя есть два часа, чтобы приехать по адресу, который я тебе скину.

– Я никуда не поеду, – отчаянно качаю головой, но от уверенности не остается и следа. – И не надейтесь.

– Тогда я превращу твою жизнь в ад, – тихо рычит он, заставляя все мои внутренности покрываться леденящим ужасом. – И начну, пожалуй, с твоего рыцаря…

– Ты больной! Лечи голову! – кричу ему, не сдержавшись. Меня уже колотит от переживаний. Я не переживу, если с Ванечкой что-то случится, но и идти на поводу у психопата тоже не собираюсь.

– Я все сказал, – сухо роняет Михаил. – Или ты приедешь, или кого-то внезапно не станет.

Связь обрывается. Смотрю на погасший дисплей и не знаю, что мне делать. Приходит смс от Лютаева, но я даже не открываю его. Тело сотрясает от страха, а сердце неистово колотится в груди. Дрожащими руками набираю номер Ивана, но его телефон не отвечает. Повторяю несколько раз, но эффект тот же.

Настоящая паника охватывает меня, мешая мыслить здраво. Надо срочно найти Ивана, надо как-то связаться с ним и предупредить, что ему угрожает опасность.

На негнущихся ногах дохожу до кухни и прошу помощи у Галины Федоровны. Но надежда на то, что у нее есть какой-нибудь секретный номер Ивана, рассыпается в прах. Зато она вспоминает о его секретаре и дает мне номер Марины. Ни секунды не раздумывая, набираю его.

– Алло. – Строгий женский голос раздается в динамике.

– Здравствуйте, я Виктория, – шумно втягиваю носом воздух, даже не представляя, что говорить дальше. – Господи, я не знаю, как вам объяснить ,кто я такая…

– Здравствуйте, Виктория. – Ее голос смягчается. – Успокойтесь, я и без объяснений поняла, кто вы, – облегченно выдыхаю. – Что случилось?

– Мне нужен Иван. Срочно. Не могу дозвониться. Телефон не отвечает, – тараторю быстро, стараясь собрать мысли в кучу, но они разбегаются в разные стороны.

– Сожалею, но не могу помочь. – Марина разбивает последнюю надежду. – Он на важной встрече и просил не беспокоить, поэтому и телефон отключен. Может, что-то передать?

– Не нужно, – качаю головой, лихорадочно придумывая план «Б». – А где проходит эта встреча?

– У нас в офисе. В конференц-зале.

– Можно я приеду и подожду там? – нервно кусаю губы в ожидании ответа.

– Конечно, приезжайте, – с готовностью соглашается секретарь.

– Спасибо.

– Машину за вами прислать?

– На такси быстрее будет. Пришлите лучше адрес.

– Скину смс.

– Спасибо.

Сбрасываю звонок и глубоко дышу, чтобы унять взбесившийся от адреналина пульс.

– Ты чего так всполошилась? – взволнованно интересуется Галина Федоровна, а я не знаю, что ей ответить. Правду рассказать как-то стыдно, а обманывать совсем не хочется.

– Мне надо уехать к Ивану в офис, – игнорирую ее вопрос. – Вы можете посидеть с Нюсей?

– Конечно, поезжай. И ни о чем не беспокойся.

– Спасибо вам огромное, – порывисто обнимаю ее и выхожу из кухни.

Вызываю ближайшее такси и быстро натягиваю на себя мешковатый пуховик. Целую дочку в щеку и, пообещав скоро вернуться, выхожу из дома.

Такси уже ждет около ворот. Сажусь в машину, называю адрес и прикрываю глаза. Страх крепко держит за горло когтистой рукой. Только бы успеть, только бы ничего страшного не случилось. Михаил больной на голову, от него всего можно ожидать. Может, зря я пытаюсь бороться с ним, подставляя под жернова своих близких? Ведь он не отступится, пока не добьется своего…

Такси плавно двигается по заснеженной трассе. Нервно смотрю на дисплей телефона, отслеживая свой маршрут, и пытаюсь успокоиться. Ничего не случилось и не случится. Иван на совещании, а значит ему пока ничего не угрожает. Да и Михаил, скорее всего, блефует. Хотя он больной на голову, и ожидать можно чего угодно.

Зябко ежусь, вспоминая его липкий взгляд и одержимую ухмылку. Псих. Только бы успеть предупредить Ивана об опасности. Если из-за меня с ним что-то случится, я никогда себе не прощу.

Отворачиваюсь к окну. Хорошо, что пробок нет, мы уже въехали в город. Судя по навигатору, через десять минут будем на месте. Глубоко вдыхаю и медленно выдыхаю, чтобы взять себя в руки, но безуспешно. Сердце набатом бьется в груди, а тело сотрясает противная дрожь.

Такси останавливается около офисного здания. Оплачиваю водителю за поездку и выхожу на улицу. По ступенькам вбегаю в здание и пытаюсь объяснить охране, кто я и зачем пришла, но они непреклонны и не желают меня пропускать.

Хочется рухнуть на пол и разреветься, как маленькой, но я не могу себе этого позволить. Истерикой точно ничего не добьюсь. Отхожу в сторону и набираю номер Марины.

– Слушаю вас, Виктория, – учтиво отвечает она.

– Меня не пропускают в здание, – судорожно выдыхаю я и закатываю глаза к потолку, чтобы сдержать подступившие слезы.

– Странно… дайте охране трубку.

Подхожу, молча протягиваю телефон одному из мужчин и замираю в ожидании. Он внимательно слушает то, что ему говорят. Пытается спорить, но все же сдается и соглашается. Отдает мне телефон и открывает турникет.

– Проходите.

– Спасибо.

Вхожу в лифт и нажимаю нужный этаж. Оборачиваюсь и застываю, увидев свое отражение в зеркальной стене кабинки. Какой кошмар. Только сейчас до меня доходит, в каком я виде. Конечно, меня не хотели пропускать… но отступать слишком поздно. Придется как-то решать проблему по ходу.

Торопливо стягиваю куртку и вешаю на руку. Распускаю волосы и пальцами разделяю пряди, пытаясь придать им хоть какое-то подобие прически. Слава богу, сегодня я надела свои джинсы, а не спортивные брюки Ивана. А вот с футболкой повезло меньше… От такой идиотской ситуации улыбка помимо воли появляется на губах. Надеюсь, он не сильно разозлится, когда увидит меня в таком прикиде.

Лифт протяжно пищит, и двери кабинки открываются. Оказываюсь в просторном холле и даже не представляю, куда мне идти. Точнее, пытаюсь решить послушать голос разума и пойти в кабинет Ивана, или… Или! Я с ума сойду от беспокойства, если немедленно не увижу его. Пусть наорет, пусть выгонит, но я просто должна удостовериться, что с ним все в порядке.

Марина сказала, что Иван в конференц-зале. Дело за малым – найти его. Решительно иду по коридору, читая таблички, пока не натыкаюсь на двойные двери с надписью «конференц-зал». Прислоняюсь к ней ухом, но не слышу ровным счетом ничего. Черт. Закусываю губу от досады.

Бросаю куртку на пол. Сжимаю кулаки до хруста в пальцах и уверенно толкаю двери. Они поддаются, услужливо пропуская меня внутрь. Вхожу и замираю, увидев Ивана в окружении нескольких мужчин. Все инстинктивно поворачиваются в мою сторону, и щеки вспыхивают от всеобщего внимания. Перехватываю обеспокоенный взгляд Ивана и нервно сглатываю.

– Ванечка, – шепчу одними губами и облегченно выдыхаю. Слава богу, все хорошо. Большего мне и не надо.

– Вика? – Он встает из-за стола и быстро идет в мою сторону. – Ты как здесь?

Обнимаю его и зарываюсь носом в шею. Ледяная рука страха, что сжимала мое горло все это время, расслабляется и дышать становится проще.

– Ванечка, прости меня. Я так испугалась, – шепчу ему на ухо, едва сдерживая подступившие слезы.

Он обнимает меня в ответ, и весь остальной мир перестает существовать. Мы словно сливаемся в одно целое.

* * *

– Здесь так много нас… – прошептал Иван и повернулся к Виктории.

От переполнявших эмоций ему тяжело было сделать вдох, а глаза прожигали слезы. Никак не мог поверить, что все изменилось. Что его любимая девочка снова с ним и теперь так будет всегда. Он нуждался в ней, как никогда.

– Я так и не смогла вычеркнуть тебя из своей жизни, – Виктория чувствовала его боль и с готовностью впитывала ее в себя, чтобы разделить напополам.

Иван приблизился и заключил ее в свои объятия. Крепко прижал к себе и уткнулся носом в висок.

– Оказывается, я тоже…

Рядом с Викой все менялось и приобретало новый смысл. Рядом с ней жизнь наполнялась красками и хотелось дышать полной грудью. Отстранившись, Иван нежно провел пальцами по ее щеке.

Виктория улыбнулась и прикрыла глаза, наслаждаясь невинной лаской.

– Люблю тебя, моя девочка, – хриплый шепот окутал ее словно мягкое облако. Она растворялась в нем и своих ощущениях.

Он склонился к ней и принялся осторожно целовать щеки, скулы, глаза.

– И я тебя очень люблю, – успела она ответить до того, как Иван накрыл ее губы своими. Ее сердце остановилось на мгновение и с размаху врезалось в ребра, разлетаясь на миллионы осколков.

Прикрыв веки, Иван целовал ее нежно-нежно, выражая все свои искренние чувства. Постепенно углублялся, волнуясь, как в первый раз. Сжимая в руках любимую женщину, он не хотел даже думать, что будет если она опять исчезнет.

– Как же я по тебе соскучился.

Голос, с присущей только ему хрипотцой, эхом вибрировал в каждом потаенном уголке сознания Виктории. Тело послушно отзывалось на этот тембр сладкой дрожью поднимаясь от кончиков пальцев. Язык, пылко ласкающий глубины ее рта, сводил с ума. Она трепетала от нетерпения и, как могла, отвечала на поцелуй. Чувствовала таящуюся силу, готовую вырваться из-под контроля в любой момент.

Не прерывая поцелуй, Иван зарывался пальцами в волнистых локонах. В груди распирало от переполнявших эмоций. Близость желанной женщины кружила голову, хлеще любого алкоголя. Желание обладать ей сжигало изнутри, но он не хотел торопиться и поддаваться потребностям тела. Гораздо важнее было то доверие, что между ними возникло.

Виктория так соскучилась по нему, истосковалась долгими бессонными ночами, что больше не хотела ждать и сама решила сделать первый шаг. Обвила шею Ивана руками и крепче прижалась к мускулистой груди. Отбросив смущение, принялась торопливо расстегивать пуговицы на его рубашке.

Иван оторвался от припухших губ и принялся осыпать влажными поцелуями гладкую кожу шеи, скользнул выше и провел языком по ушной раковине, опаляя горячим дыханием. Нежно поглаживал спину ладонями, незаметно избавлял Вику от ненужной одежды.

От его искусных прикосновений у Виктории захватывало дух, а тело помимо ее воли плавилось в сильных мужских руках. Тепло, зародившееся внизу живота, волнами распространялось по телу, наполняя каждую клеточку трепетом и восторгом. Пламя желания разгоралось внутри с невероятной скоростью, стирая все границы и запреты, пробуждая в ней истинную женщину, сексуальную и соблазнительную.

Справившись, наконец, с пуговицами, она распахнула рубашку и положила ладони на обнаженную грудь Ивана. Услышала его сдавленный вздох и довольно улыбнулась, осознавая, что между ними ничего не изменилось. Они как и прежде вспыхивали от одного прикосновения друг к другу. Виктория больше не сдерживала себя, с упоением гладила накаченный торс, чувствуя, как бешено бьется сердце любимого мужчины.

Иван глухо рычал, но принимал правила ее игры, позволяя беспрепятственно изучать каждый мускул на своей груди, но взамен жадно терзал сочные губы, заставляя признать его единоличную власть.

Получив полную свободу действий, Вика заскользила губами по его шее, плечам, груди, с восхищением отмечая, как тысячи мурашек рассыпаются по коже. Неповторимый солоноватый вкус сносил крышу и заставлял дрожать от возбуждения.

Иван уверено снял с Виктории бюстгалтер, сорвав хриплый стон, когда ее обнаженная грудь коснулась его груди. Шумно выдохнул и судорожно вздохнул, голова кружилась, легкие сковывали приятные спазмы. Ему с трудом удавалось усыплять свои животные инстинкты. Не размыкая объятий, подвел Вику к кровати и, бережно уложив на постель, стянул трусики.

Виктория забралась чуть выше и, приподнявшись на локтях, наблюдала за тем, как Иван раздевается. Его подтянутое тело казалось совсем идеальным. Воздух в комнате наэлектризовался до предела. Дикое, неуправляемое желание пробралось в каждую клеточку организма. От предвкушения продолжения перехватило дыхание, она до безумия хотела почувствовать Ивана в себе.

Он, словно услышав ее желание, опустился на кровать рядом с ней, обдавая жаром кожи. Вновь приник к приоткрытым манящим губам, даря долгий, тягучий поцелуй. Руки неторопливо исследовали тело любимой женщины, чуткие пальцы уверенно скользили по ребрам, вырисовывая причудливые узоры, не пропуская ни сантиметра. Иван старался быть ласковым, но страсть пьянила сильнее шампанского. С каждой секундой он хотел Вику все больше и больше. Возбуждение жидким огнем бежало по венам, сжигало изнутри и распаляло желание. Он касался ее везде, блуждая по бархатистой коже и мягко массируя подушечками пальцев. Виктория чутко отзывалась на каждое движение, тем самым приводя его в неописуемый восторг.

Иван безошибочно находил самые чувствительные участки, о существовании которых она давно забыла. Зарываясь в его коротких волосах, часто перебирала пальчиками и гладила все, до чего только могла дотянуться. Его дыхание обжигало, страстно впивающиеся губы оставляли на ней влажные отметины, добавляя новые оттенки в палитру тех восхитительных ощущений, что дарили его ловкие руки.

Плавно скользя языком от шеи к ключице и ниже, Иван наконец добрался до заветной цели. Осторожно обхватив ладонями два упругих полушария, услышал томный призывный стон и страстно прильнул губами к возбужденно торчащим соскам, поочередно засасывая то один, то другой.

Вика замерла, судорожно хватая ртом воздух, задрожала и инстинктивно выгнулась навстречу. Громко вскрикнула, не ожидая, что наслаждение окажется настолько острым и ярким. Ее тело больше ей не принадлежало, а жило своей собственной жизнью, отзываясь на каждое, даже самое невинное, прикосновение. Мощные импульсы пронзали нервные окончания. Кровь мгновенно устремилась к низу живота и, нагревшись за доли секунды, ритмично запульсировала.

Тело Ивана дрожало от нетерпения. Хотелось растянуть наслаждение, но он понимал, что долго не продержится – слишком соскучился. Не отрываясь от аппетитной груди, спустился рукой по животу. Мягко развел ее ноги в стороны и, не встретив сопротивления, аккуратно провел по промежности пальцами. Почувствовав, какая она горячая и влажная, он готов был накинуться на нее, будто изголодавшийся зверь, взять грубо и жестко, но вместо этого бережно, с особым трепетом поглаживал ее слегка подрагивающую плоть. Уверенно водил по краю, не давая сорваться вниз.

Вика затаила дыхание, стала как оголенный нерв, каждое его касание отдавалось ослепительной вспышкой перед глазами, вынуждало протяжно стонать от болезненного удовольствия. Изнывая от нетерпения, едва могла дышать, на ее коже не осталось места, которое не горело бы огнем от его губ и рук.

Иван и сам был на грани. Сил сдерживаться не осталось. Страсть кипела и бурлила внутри, норовя выплеснуться наружу. Не дав Вике опомниться, он навалился сверху и толкнулся в глубь одним мощным рывком, срывая надрывный стон. Тугие мышцы узкого лона плотным кольцом обхватили его плоть, услужливо пропуская внутрь. Опьяняющий восторг обладания любимой женщиной заполнил все его существо, стирая очертания реальности.

Виктория терялась в пространстве и все глубже погружалась в водоворот невероятного удовольствия. Миллиарды крошечных иголочек рассыпались по коже, едва ощутимо покалывая ее. Вику трясло от накативших эмоций, она раскрывалась перед своим мужчиной, полностью доверяя ему всю себя, а он принимал ее, нежно и заботливо, как самую важную драгоценность.

Иван двигался плавно, растягивая каждую секунду, заполнял до основания, стараясь доставить Виктории максимальное наслаждение. То замедлял темп, давая небольшую передышку, то ускорял, подводя их обоих к краю безумия. Блуждал ладонями по бедрам, сжимал ее округлые ягодицы, вызывая сдавленные стоны. Он сдерживался из последних сил, сохраняя призрачный контроль над собой. Дыхание его сбилось, голова кружилась, а сердце стучало в бешеном ритме, стремясь выпрыгнуть из груди.

Вика теряла ощущение реальности, рассыпаясь на миллиарды атомов и снова собираясь воедино. Не существовало больше ничего, кроме калейдоскопа запредельных эмоций.

Судорожно хватая ртом воздух, еще пыталась остаться в этой реальности, но сумасшедшие искрометные впечатления все стремительнее затягивали ее в туман неземного блаженства. Она рефлекторно двигала бедрами навстречу Ивану, увеличивая глубину проникновения. Все мышцы были напряжены настолько, что их начинало сводить сладостными судорогами, организм наполнялся неукротимой энергией, способной разрывать на части, но Вика уже не могла остановиться, желая окунуться в это безумие с головой.

Ее стоны перешли в крики, заглушаемые тягучими поцелуями, а его движения стали быстрыми и резкими. Не справившись со своей природой, Иван обрушился на нее всей силой своего желания. Виктория непроизвольно вскрикнула и прогнулась в спине, уступая его напору. Иван надежно прижимал ее к себе, яростно сминая податливые губы.

Дыхание смешалось, сердца стучали в унисон. Тела будто плавились от неистового огня, ярко полыхавшего в душах.

Иван глухо и хрипло рычал, с каждым последующим толчком ускоряя темп. Крепко прижимал к себе податливое женское тело, слегка потряхивающееся в любовной лихорадке.

Окутанная облаком эйфории, она больше не в силах была управлять собой, целиком и полностью принадлежала Ивану, а он умышленно подводил ее к краю пропасти. Буквально несколько фрикций, и Вика застонала, содрогаясь всем телом. Иван замер, ощущая пульсирующие сокращения внутри нее и, совершив еще пару выверенных толчков, позволил себе присоединиться к ней в головокружительном оргазме.

Уткнувшись в шею Вики, он отметил, как бешено пульсирует жилка, и принялся с упоением целовать любимую женщину в благодарность за подаренное наслаждение. Едва касаясь губами, поднялся к уху и, нежно проведя по нему языком, проговорил:

– Никогда не отпущу…

– Никогда не отпускай… – согласилась Вика и устало прикрыла глаза.