Глава 28

— Ну, рассказывай!

— Что, — кукожусь от страха.

— Всё давай рассказывай! Как я тебе внимание не уделяю, какой я урод черствый и бессердечный. Тварь. Подонок. Мразь. Ебучий трахарь! Как я пользуюсь тобой и нихуя не делаю больше!

Волны холода проносятся от затылка к пяткам.

Боюсь, когда Хаджиев такой.

Злой. Заведенный. Без тормозов.

Мы оказываемся в машине, мужчина давит на газ, разгоняя автомобиль до приличной скорости.

Я жмусь в угол между сиденьем и дверью, начиная жалеть о том разговоре с Алексом.

Но с Тамерланом поговорить и выговориться необходимо.

Сам же просит, что странно.

Набираю побольше воздуха в лёгкие, изливаю душу…

— Ты… т-ты… Просто пропадаешь постоянно.

— Аш! У меня проблемы! Ужасные проблемы с братом! И бизнес терпит… убытки. Мне пришлось уехать, чтобы наладит важные дела. Но сейчас я вернулся и хотел провести это время с тобой. Два месяца. Пока Ты не родишь я не хотел больше никуда уезжать!

— Правда?

Меня удивляют его признания.

Похоже авторитет говорит правду. По мимике не видно, что он врёт. Лицо словно высечено из стали, а глаза полыхают черным огнем.

Я уже научилась узнавать эмоции мужа и понимаю, когда он шутит, когда пугает, и очень редко врёт.

— Да.

— Почему ты не отвечал на мои звонки, сообщения?

— Был за границей… Связь пропадала. Но я вернулся раньше, чем планировал. Потому что… потому что я соску…

— Что ты?

Двигаюсь к мужчине ближе, желая услышать ЭТО!

— Я соскучился…

Вот это да.

Тяжеленный груз с души сваливается.

Его слова правдивы?

Неужели?

У меня не слуховые галлюцинации?

Я правда их слышу?

И тут я делаю то, чего сама от себя не ожидала. Я тянусь к грозному зверю и нежно его обнимаю.

— Тамерлан… я тоже очень скучала.

— Котенок, ты мой, — здоровяк начинает хрипло смеется, сбавляя скорость.

Ого!

Как непривычно видеть его таким… другим.

Вообще открытие века.

На секунду показалось, что жесткого авторитета подменили.

— Что?

— Ты на котенка похожа, когда вот так вот ластишься ко мне.

Тамерлан накрывает мою хрупкую руку, лежащую на его груди, своей, обжигая прикосновением.

— Помяукай еще.

— Мур, мур.

— О да! Когда ты так мяукаешь… у меня, блять, встает! — Тамерлан ерзает на сиденье, широко раскинув ноги и ехидно скалится, поправляя рукой вставший в штанах гигантским бугром член. — Поиграем в кошки мышки? Я буду голодным, ненасытным котом, который полезет за мышкой в норку…

— Пошляк!

Неожиданно наше баловство прерывается мелодией телефона.

— Бля, как не вовремя.

Тамерлан хватает телефон, а вызов сбрасывает.

Снова ко мне поворачивается.

Он умудряется вести машину и мной заниматься.

Чисто профессионал!

— На чем мы остановились? Может ты приласкаешь моего змея? Соскучилась по моему члену, девочка? — любимый ехидно облизывается.

Я задышала часто, часто, при упоминании слова «член», а мои трусики намокли.

Вот так вот… Наши отношения — это сплошные американские горки!

То бранимся, то миримся.

А потом дико трахаемся.

Именно такая изюминка делает наши отношения острыми, и не позволяет скучать.

— Я пиздец как соскучился…

Телефон снова оживает.

Я бросаю взгляд на экран, вижу номер Алексея.

Нехорошее предчувствие ужалило душу. Мои ладошки сначала вспотели, а потом словно ледяной корочкой покрылись.

Что-то не так.

Не по себе вдруг стало почему-то.

— Да чтоб тебя.

— Ответь. Вдруг что-то важное.

Там нехотя нажимает на зеленую кнопку, мигающую на экране, отвечая.

Я больше не улыбаюсь, с полной серьёзностью смотрю на мужа, но, к сожалению, не слышу разговор, лишь по глазам черным, сверкающим молниями, понимаю, что Алексей доносит главному нехорошие новости.

Всего три секунды… и салон автомобиля разрывает страшным воем.

— ТВОЮ МАТЬ!

Я подскакиваю на месте, хватаясь за сердце.

— Дина, из машины! Живо!

Ничего не понимаю.

Тамерлан резко давит на тормоз, выкручивая руль в сторону обочины. Вылетает на улицу, несется к моей двери. Дергает ее на себя, сгребает меня в охапку и рывком вытаскивает на улицу.

— Там, что происходит? Боже…

— Бежим!

Он успевает сказать всего лишь одно слово, отбежав со мной на руках несколько метров, как вдруг, звучит оглушающий, мощный взрыв…

БАХ!

Я кричу, жмурюсь, зарываясь носом в крепкую грудь мужчины, но нас вдвоем сильной волной отбрасывает на пару метров вперёд.

Вопли.

Треск огня.

Куча обломков безжалостным градом накрывает тела.

Всё это происходит как в замедленном режиме «съёмки».

Тамерлан сцепил зубы и принял удар на себя. Вздрогнул. Как будто получил горячим обломком по спине…

В панике, я выглядываю из-за живого щита и вижу, как то, что когда-то называлось автомобилем, полыхает словно стог сена.

— Ма-ма…

Сначала меня топит в ужасе, в непонимании того, что я вижу, что весь этот адский кошмар происходит с нами на самом деле.

После чего чувствую резкую, насквозь решетящую боль в животе.

— А-а-а!

Я ударилась.

Тамерлан старался как мог, он всё сделал, чтобы уберечь меня от падения, но будь у нас хотя бы несколько секунд, мы бы успели отбежать на безопасное расстояние и страшная карма обошла бы нас стороной.

Но бог не дал нам их.

Я… Судя по всему, у меня начинаются преждевременные роды.

Живот стал слишком твердым.

Малышка затихла. Мучительная боль едва не разорвала мне поясницу.

— Дина, Дина!

Тамерлан шипит, тоже корчится от боли, но пытается не поддаваться панике.

Он берет моё бледное лицо в свои ладони, нервно его поглаживает, всматриваясь в глаза, утопающие в слезах.

— Я… Кажется, рожаю!

— ЧТО?!

— У меня начались р-роды… О-очень б-больно!

Еле-еле шевелю языком, но как же сложно говорить и мыслить формулировать. Очень страшно…

Спустя пару мгновений, опомнившись, я поняла, что мы едва не погибли. Каким-то чудом успели вовремя выбежать из автомобиля, который заминировали.

Кто-то нарочно это сделал.

Кто-то решил нас убить.

— БЛЯТЬ!

Толпа людей уже со всех сторон обступила место происшествия. Кто-то суетится надо мной, пытается помочь, но ничего не понимаю.

Резь в животе нарастает, до такой степени, что сложно трезво анализировать действительность.

К счастью, слышится сирена и вдалеке я вижу что-то, похожее на мигающие лампочки. Они стремительно приближаются.

Помощь уже здесь.

Тамерлан на секунду отстраняется. Он набрасывает на подбегающих к нам людей в форме, одно из них хватает за ворот, встряхивая:

— Моя жена! Она беременна! Ей плохо, помогите! Сделайте б-быстрей что-нибудь!

Дальше всё происходит в какой-то пелене.

Боль усиливается, нарастает резонансом по всему телу, сжигая в угли внутренние органы и нервные клетки.

Машина скорой помощи…

Тамерлан, сидящий рядом и держащий мою руку…

Мои немые крики, улетающие в пустоту…

Так проходит несколько минут, а потом мы оказываемся в просторном и светлом помещении.

Меня укладывают на каталку и куда-то везут.

Боль жуткая, невыносимая.

Мне кажется, моя жизнь подходит к концу и я умру от этих невыносимых, безумных мук.

Тамерлан, хромая, бежит следом за мной. Его футболка превратилась в лохмотья, и свисает кусками с накачанного, мускулистого тела.

Кожа в области дыр покрасневшая, местами прожённая до мяса.

Он пострадал.

Мой мужчина сильно пострадал, защищая меня своим телом, закрывая от взрыва и огня.

Мы подбегаем к одной из дверей коридора, останавливаясь.

Рядом со мной люди в масках и белых халатах, которые что-то говорят мне, потом Тамерлану, пока я ощущаю всё новые и новые схватки.

Это невозможно, мне еще рано рожать!

Но тем не менее, я чувствую приближение потуг, вероятно, и то, что по моим ногам бежит вода.

— Вам туда нельзя, — громко гаркает незнакомая женщина в белом, загораживая проход мужу. — Боже, вам тоже требуется помощь!

— Тамерлан, — вскрикнув, успеваю ухватится за большую и сильную ладонь. — Мне так страшно… — и плачу, глотая слёзы ужаса.

Не хочу, чтобы он уходил.

— Не бросай меня, не оставляй. П-пожалуйста.

— Тш-ш-ш, девочка, всё будет хорошо.

Мужчина лишь успевает коротко поцеловать меня в лоб.

Потом двери с сильным хлопком закрываются.

Мои кошмары только начинаются.